Эксперт: Не менее 20% площадей в торговых центрах Петербурга морально и физически устарели
В мире трудно найти город, который был бы лучше приспособлен для ритейла, чем Петербург, сказал сегодня в рамках круглого стола «Реконцепция торговых центров. Девелопмент ТРК: посткризисные реальности» гендиректор Colliers International Николай Казанский. «У нас всего 60 солнечных дней в году; и где люди могут лучше провести время, чем в крытых торговых центрах?», поинтересовался он.
Однако, как минимум 20% площадей в торговых центрах города морально и физически устарели, считает Н.Казанский. Особенно устаревание объектов заметно на фоне появления новых современных ТРК. Эксперт также связывает необходимость реконцепции торговых объектов с усилением конкуренции и с допущенными в самой концепции ТРК ошибками, такими как планировочные решения, ценовое позиционирование, подбор якорных арендаторов.
Среди вариантов решения проблем, специалисты Colliers International предлагают изменить состав арендаторов, провести реконструкцию, увеличить площадь проекта, привлечь или заменить якорного арендатора, придать комплексу определенную специализацию.
Вице-губернатор Санкт-Петербурга Игорь Метельский и депутат ЗакС Алексей Ковалев объявили сегодня, что петербургские поправки к Градостроительному кодексу РФ и федеральному закону об охране памятников культурного наследия, согласованные с московской градозащитной общественностью и Архнадзором, переданы депутатом Виктором Плескачевским на рассмотрение комитетов Госдумы РФ.
«Фактически мы подали поправку в редакции, предложенной А.Ковалевым совместно с депутатом ГД РФ Еленой Драпеко, немного скорректировав ее», - сообщил И.Метельский. По его словам, суть проблемы заключалась в противоречиях между термином «реконструкция», содержащимся в Градкодексе, и термином «приспособление для современного использования», содержащимся в Законе об охране памятников. «Согласно поданной нами поправке, реконструкция памятников будет разрешена, но только теми способами, которые прописаны в Законе об охране памятников, то есть путем «работ по сохранению», - отметил вице-губернатор.
Он сообщил также, что расхождения в терминологии между законами влекли за собой невозможность получения разрешения на ввод в эксплуатацию и регистрацию прав собственности для объектов, прошедших реставрацию. «Даже если, скажем, у храма XVIII в. сносились пристройки 1930-х гг., это считалось реконструкцией, хотя по сути дела памятнику придавался первоначальный исторический вид», - привел пример А.Ковалев.
«Никто не хотел заманивать инвестора на реставрационный объект с тем, чтобы после оставить его наедине с юридическими проблемами. Практически любая реставрация предполагает дальнейшее использование памятника, и зачастую – изменение параметров строения, будь то встройка технического этажа внутри чердачного помещения, в подвале, или подземной автостоянки, которая на облик памятника в целом не влияет, - пояснил он. – Проблема в том, что при принятии закона об охране памятников, не были внесены соответствующие поправки ни в Гражданский, ни в Земельный кодексы. Позднее Градкодекс также прошел особняком».
А.Ковалев уточнил, что изменение параметров может происходить в рамках любого из четырех, предусмотренных законом об охране памятников, работ – реставрации, консервации, ремонта или приспособления для современного использования.