Михаил Гущин, директор по маркетингу Группы RBI
У RBI много реализованных и текущих девелоперских проектов, в состав которых входят реконструированные объекты культурного наследия, здания-памятники. Конечно, если попытаться просчитать отдельно экономическую эффективность реконструкции и дальнейшего использования исторического объекта в новой функции – получится, что такие проекты не выходят даже «в ноль». Но так как памятник является частью общего девелоперского проекта, который включает также и жилье, проект в целом становится рентабельным. И более того, присутствие необычного исторического объекта, с его особой «аурой» и красотой, в составе жилого комплекса создает дополнительную ценность. За такие проекты «с изюминкой» покупатель жилья готов платить премию – в среднем порядка 10 процентов.
Исторический объект в составе девелоперского может задать оригинальный архитектурный посыл для новых зданий, дает архитекторам стимул искать интересные решения для внешнего вида комплекса. Как, например, в случае с нашим проектом «Четыре горизонта» на Свердловской набережной, где тон архитектуре задала историческая водонапорная башня. То, что проекты с необычной архитектурой потребители субъективно оценивают выше, – вполне объяснимо. И это еще один «механизм» привлекательности.
Помимо «Четырех горизонтов» могу привести в пример такие проекты, как Futurist на Барочной ул., в состав которого войдет реконструированное здание Левашовского хлебозавода с общедоступным культурно-деловым пространством; жилой комплекс Time на Заозерной ул., где мы реконструировали газгольдер XIX века под автомобильный паркинг; дом «Собрание» на Большой Посадской ул., где реконструирован под современный деловой центр исторический автомобильный гараж фирмы Крюммеля.
Сложность в том, что все эти замечательные образца промышленной архитектуры в свое время были созданы и заточены под конкретную функцию, так что «перепрофилировать» их под что-то иное – очень непростая, а иногда и невыполнимая задача. Например, вся архитектура Левашовского хлебозавода обусловлена уникальным вертикально-кольцевым циклом хлебопечения, изобретенным в 1920-30 годы, это здание просто не предназначалось ни для чего иного. Но при этом архитектурные объемы, многие конструкции, проемы окон – должны быть сохранены, они охраняются. Очень сложно как-то по-новому использовать и водонапорную башню, внутри которой, кроме лестничных пролетов и резервуара для воды, собственно, ничего и нет.
Мы в свое время немало размышляли, как можно «приспособить» газгольдер. Идеи были разные: арт-кластер, офисы, спорткомплекс, музей, лофт-пространство – но большинство из них не прошли проверку с точки зрения изучения потребностей покупателей и требований КГИОП. Ведь там нельзя делать новые оконные проемы! К счастью, идея паркинга оправдала себя, тем более в центре города проблема парковки стоит остро.
Максим Яковлев, генеральный директор ООО «Эксперт-Проект»:
Не успел президент России Владимир Путин на прошлой неделе в очередной раз обратить внимание на чрезмерную бюрократизацию строительной отрасли, чиновники из Министерства строительства и ЖКХ России уже сообщили агентству РИА, что ведомство уже давно работает в этом направлении. Из этой работы, со слов заместителя министра, можно выделить пять основных шагов, сделав которые, можно получить серьезное продвижение в этом вопросе.
Обратим внимание на два шага о которых говорит представитель министерства. Какие же это шаги?
Первый шаг – это переход от нынешнего одностадийного проектирования - к многостадийному, а точнее, как сообщает нам чиновник, нужно вернуться к нему, что соответствует советскому опыту и международной практике.
С его слов, многостадийное проектирование, - это возможность строить и сдавать объекты по рабочей документации, а законопроект, возвращающий используемое на практике, но совершенно неотрегулированное понятие рабочей документации, прошел процедуру всех необходимых согласований в правительстве РФ.
Должен напомнить «специалистам» из Минстроя, что в России проектирование объектов осуществляется не в одну, а в две стадии (проектная документация и рабочая документация), а понятие «рабочая документация» в современной редакции существует в нормативах почти 40 лет, с 1981 года (СН 202-81, СНиП 1.02.01-85, СНиП 11-01-95). И что строительство объектов уже 40 лет осуществляется на основании этой самой рабочей документации.
Также, если ознакомиться со «свежим» Постановлением Правительства РФ № 87 от 16 февраля 2008 года, то мы узнаем, что рабочая документация разрабатывается на объект капитального строительства в целях реализации в процессе строительства архитектурных, технических и технологических решений, содержащихся в проектной документации. А также – что она состоит из документов в текстовой форме, рабочих чертежей, спецификации оборудования и изделий. При этом в приказ Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 2 апреля 2020 года №687 включен 21 национальный стандарт, регламентирующий выполнение рабочей документации.
Остается загадкой, зачем Министерство разработало этот законопроект (по всей видимости, очередные изменение в Градостроительный кодекс РФ), в чем его научная новизна и что за необходимость вносить понятие рабочая документация в этот документ.
Второй шаг — это уменьшение количества обязательных требований нормативов к проектировщикам и строителям в рамках существующей системы технического нормирования в строительстве.
Для этого Минстроем, по словам замминистра, планируется уменьшение количества обязательных требований. И ведомство в рамках своей компетенции разработало соответствующие изменения в так называемый «перечень 1521», где они закреплены. Это уменьшает их количество на 30% (примерно с 10 тыс. до 7 тыс. требований).
По второму шагу я тоже должен напомнить «специалистам» из Минстроя, что кроме обязательного перечня 1521, существует так называемый добровольный перечень документов (в настоящее время – за номером 687). И государственными структурами он расценивается как обязательный!
Структура этих добровольно-обязательных перечней в течение 10 лет менялась следующим образом:
Перечень № 2079 01.06.2010 (2010-2015 годы) - состоит из 198 документов.
Перечень № 365 от 30.03.2015 (2015-2019 годы) - из 485 документов.
Перечень № 687 от 02.04.2020 (с 2020 года) - из 534 документа.
Незатейливые математические действия показывают, что количество добровольно-обязательных документов выросло за 10 лет в 2,7 раза, что в пересчете дает, наверное, порядка 50 тыс. страниц и примерно 1 млн нормативных требований.
Кроме этого, «специалисты» из Минстроя позабыли, что существует еще один добровольно-обязательный перечень №1317. Это перечень к техническому регламенту о требованиях пожарной безопасности. Мы получаем еще 234 документа. Общее их количество достигает, таким образом, 768.
Кроме этого, ввиду отсутствия норм проектирования, Минстроем в 2019 году было рассмотрено 2064 (!!!) специальных технических условий.
Из всей этой истории о шагах, направленных на снижение барьеров, «невооруженным глазом» видно, что стройку тормозит само пятнадцатилетнее существование Минстроя после того, как из него были выкинуты профессионалы, а их места были заняты менеджерами с каким угодно образованием - только не строительным. Пока ситуация не изменится, барьеры в строительстве будут только увеличиваться.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
И снова о барьерных нормативах
Сергей Лазарев, заместитель генерального директора ООО «Гильдия Геодезистов»:
- На нашей компании пандемия коронавируса, конечно же, отразилась, как и на всех вокруг. Благо, что нам удалось сохранить всех наших сотрудников и перейти на удаленную форму работы. За предыдущие пару лет мы посвящали большое внимание автоматизации и оцифровке всех рабочих процессов и подошли к началу «самоизоляции» во всеоружии. Через пару недель мы почувствовали снижение деловой активности и увидели значительное кратное сокращение заключения новых договоров. На текущий момент возросло количество запросов на коммерческие предложение, и мы снова начали заключать договора.
Проблема, на мой взгляд, сейчас заключается в глобальном снижении доходов населения и компаний, которые начали экономить в кризис. Остается только надеяться, что деловая активность наберет обороты и во второй половине года мы восстановим наши позиции. В любом случае, т.к. «Гильдия Геодезистов» была рождена в кризис, у меня такое ощущение, что мы никогда из него не выходили, поэтому я отношусь к данному явлению, как к очередной обыденности. Нам всегда было чем заняться, думаю, это останется неизменным.
Формально, инженерные изыскания относятся к строительной сфере, которая не останавливала работу с начала пандемии. Поэтому все наши полевые работники были обеспечены в первый же день карантина всеми необходимыми СИЗ для того, чтобы обезопасить себя от заражения коронавирусной инфекции. Заказчикам сделана рассылка о том, что мы продолжаем работать в штатном режиме.
Большое благо, что ГГО КГА также перешло на удаленную форму работы с изыскателями и, наконец-то, в полном функционале у них заработал личный кабинет изыскателя. Как мы сообщали ранее, мы не видели причин отсутствия возможности работать в личном кабинете из-за бюрократических коллизий. Не было бы счастья, да несчастье помогло! Конечно, все не идеально, но все сдвинулось с места и развивается каждый день. В данном случае мы несказанно рады, что Личный кабинет изыскателя работает и приносит всем изыскательским организациям СПб огромную пользу. Тут хотелось бы выразить благодарность всем сотрудникам ГГО КГА и ЦИОГД, осуществляющим работу по данному направлению.
Добавлю, что все заявленные меры поддержки Правительства РФ не относятся к нашей компании, за исключением снижения ставок страховых взносов на сотрудников. Но это капля в море. Людей заставляют платить НДС, но ставят на паузу «другие налоги», которые по факту у многих равняются нулю, т.к. нет или почти нет прибыли. Кроме того, их все же придется через какое-то время заплатить. Очень хотелось бы, чтобы меры поддержки малого бизнеса были не просто словами, а реальными делами. К примеру, можно полностью освободить от всех налогов до конца текущего года все малые предприятия и ИП. Иначе скоро город будет вычищен от бизнеса.
