Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
42% россиян признали, что на фоне событий последнего года квартиры в домах с экосертификатом стали для них слишком дорогими.
В сентябре 2022 года в России утвердили «зеленый» стандарт для многоквартирного жилья, который начнет действовать уже с 1 ноября этого года. Здания, признанные «зелеными» по критериям этого стандарта, получат соответствующий сертификат. Как россияне относятся к инициативе, хотят ли жить в домах с экосертификатом и какие из характеристик «зеленого» строительства считают наиболее привлекательными, выяснили специалисты ROCKWOOL Россия в ходе исследования*.
Согласно опросу, сегодня 27% россиян попросту не знают, что такое «зеленое» строительство. Еще 21% опрошенных рассказали, что слышали о таких технологиях, но не учитывали их при покупке жилья, а 16% не знали, что существует экологическая сертификация зданий. Кроме того, 8% респондентов знакомы с самой идеей, но никогда не встречали «зеленые» дома в России. И лишь 3% обращают внимание на наличие экосертификата при покупке недвижимости.
Между тем, в 2022 году переходным критериям «зеленого» ГОСТа соответствуют уже 15% от всех новостроек страны – 4 786 объектов. По прогнозу аналитиков, до 2030 года доля экологичных домов увеличится в два раза и составит до 30% от всех новостроек страны.
О каких критериях идет речь? Под «зеленым» строительством подразумевается технология возведения и эксплуатации зданий с минимальным воздействием на окружающую среду. В идеале строительство таких домов предполагает минимум вредных выбросов и отходов, а их эксплуатация – низкое ресурсопотребление, кроме того они должны обеспечивать высокий уровень комфорта для проживающих. Именно на этих принципах строятся международные стандарты сертификации «зелёных» домов LEED, BREEAM, DGNB, а также российский GREEN ZOOM. В рамках каждого стандарта применяется своя система оценки, обычно она включает применение экологически чистых материалов при строительстве, снижение объемов потребления зданиями энергии и воды, утилизацию бытовых отходов, очистку сточных вод, высокое качество воздуха, использование возобновляемых источников энергии и другие критерии.
Российский «зеленый» стандарт разрабатывался с учетом лучших международных практик, однако, как отмечают эксперты отрасли, пока он значительно мягче мировых, а кроме того – пока не обязателен к исполнению. То есть, застройщик сам принимает решение, проходить «зеленую» сертификацию или нет. ГОСТ Р 70346-2022 для многоквартирного жилья включает в себя десять категорий, которые позволяют оценить здание с точки зрения архитектуры, планировки участка, организации и управления строительством, комфорта и качества внутренней среды, энергоэффективности и атмосферы, рационального водопользования, материалов и ресурсоэффективности, отходов производства и потребления, экологической безопасности территории и безопасности эксплуатации здания, а также инноваций в сфере устойчивого развития.
Сами россияне среди всех характеристик экодомов на первое место ставят заботу о жителях и инфраструктуру – 32% респондентов назвали этот критерий ключевым. На втором месте – качество воды (22%), на третьем – экологичность окружающей территории (17%). Для 13% опрошенных важно использование экологичных строительных материалов, для 11% – акустический комфорт и отсутствие лишнего шума. И только 8% обратили внимание на энергоэффективность и возможность экономии ресурсов.
«Зеленые» технологии получили широкое распространение в западных странах еще в 1990-х годах — сказалась высокая стоимость энергоносителей. В России же об этом серьезно заговорили только десять лет назад – на фоне грандиозной олимпийской стройки в Сочи. Таким образом, в нашей стране экостроительство находится лишь на начальном этапе развития.
«В России сертифицированных по «зеленым» стандартам домов пока очень немного. Но у потребителей есть устойчивый интерес к экологичным строительным проектам, который сохраняется даже на фоне событий этого года. Почему? Во-первых, сказывается рост цен на отопление, газ, электричество. Жители частных домов уже давно оценили выгоду от энергоэффективных решений, в том числе, от утепления. Этот тренд распространяется и на многоквартирные здания: как показал наш опрос, 28% россиян хотели бы жить в доме, который сертифицирован по «зеленому» стандарту. Во-вторых, меняется сам подход к жилью: все важнее становятся общий комфорт, здоровый микроклимат и качество постройки – все то, что характеризуют экологичные дома. Приобретая «зеленую» недвижимость, человек делает инвестицию с точки зрения и экономии, и уровня жизни», – рассказывает Максим Тарасов, директор по продажам ROCKWOOL Россия.
Впрочем, несмотря на все преимущества проживания в экологичных домах, далеко не каждый сегодня готов сделать выбор в их пользу. К сожалению, конструкция «зеленого» дома более затратна, что может сказываться на стоимости – а этот критерий остается основным для большинства жителей страны. Не случайно в рамках опроса 42% признались, что на фоне февральских и сентябрьских событий их отношение к «зеленым» домам изменилось – это стало слишком дорого. 3% прямо заявили, что готовы пожертвовать экологичностью ради цены, 4% просто стали обращать меньше внимания на экоматериалы. В то же время, для 9%, наоборот, ценность использования экологичных строительных материалов выросла, а 3% стали больше интересоваться вопросами энергоэффективности.
В целом, выбирая между «зеленым» домом и обычным, 22% россиян решились бы на покупку экожилья только при более низкой стоимости квартиры, 15% – при видимой экономии на ЖКУ, 7% – при выраженной разнице в комфорте, 6% – при наличии налоговых льгот, 5% – при возможности оформить льготную ипотеку. При этом для 27% опрошенных ни один из перечисленных факторов не станет поводом купить квартиру в экодоме, но еще столько же придерживаются обратной позиции и рассматривают только «зеленые» дома несмотря ни на что. Важно, что многие из покупателей недвижимости, обращая внимание на цену жилья, не всегда учитывают инвестиционную ценность «зеленых» домов и квартир. Так, вложения в энергоэффективные решения в частных домах по расчётам окупаются за 10 лет. Выгодны и вложения в энергоэффективность многоквартирных домов. Например, в одном из проектов ROCKWOOL Россия утепление труб ГВС на чердаке многоквартирного дома в Ленинградской области окупилось в течение полутора лет.
«При проектировании таких зданий застройщики будут уделять особое внимание снижению потребления тепла и электроэнергии. В условиях российского климата это означает тщательную комплексную работу над оснащением здания энергоэффективными стеклопакетами, отопительным оборудованием, автоматизированными системами учета потребления ресурсов, а также теплоизоляцией кровли и фасадов: важно применять энергоэффективные и эстетические материалы. Например, теплопроводность изоляционных плит ROCKWOOL – всего 0,036–0,038 Вт/м*К. Такая плита толщиной 5 см по сохранению тепла сопоставима с кирпичной кладкой толщиной 96 см. Правильная теплоизоляция совместно с инженерным оборудованием сокращает теплопотери и обеспечивает 50-90% потенциала энергосбережения, а также комфортный микроклимат даже в домах с панорамным остеклением», – рассказывает Наталья Пахомова, специалист по технической поддержке и обучению компании ROCKWOOL Россия.
Утверждение «зеленого» стандарта в России назрело давно. Дома, в которых используются энергоэффективные решения, сегодня встречаются все чаще, многие компании начинают производить стройматериалы в соответствии с принципами устойчивого развития. Такой подход важен не только для экологии, но и для повышения общего качества жизни. По мнению экспертов ROCKWOOL, следующим шагом должна стать популяризация идеи «зеленого» строительства среди россиян, в том числе, появление различных льгот при покупке такого жилья.
В 2022 году вопросы использования стальных конструкций в жилом строительстве оказались в центре внимания Минстроя РФ и заинтересованных участников рынка — производителей металлоконструкций, девелоперов и проектировщиков. Перспективы применения новой технологии обсудили участники сессии «Жилье на стали: иллюзия или прорыв?» на Международном строительном форуме 100+ TechnoBuild в Екатеринбурге.
Как ускорить строительство?
Большой потенциал в строительстве жилья на основе стального каркаса уже очевиден для многих на рынке, ожидания связаны с развитием и тиражированием перспективной технологии. Перед строителями стоит амбициозная задача — обеспечить к 2030 году ввод жилья в объеме 120 млн кв. м ежегодно. Этот показатель заложен в программе реализации нацпроекта «Доступное и комфортное жилье». В 2021 году жилые новостройки достигли рекордных 92 млн кв. м, но за оставшиеся восемь лет объемы ввода надо увеличить еще на треть. Эксперты считают, что без новых технологий достичь этих цифр невозможно, но применение стального каркаса поможет обеспечить выполнение государственной задачи.
— Строительство жилья на стальном каркасе — драйвер в реализации масштабной задачи наращивания объемов многоэтажного жилого строительства, — заявил в своем выступлении на сессии начальник управления развития проектов строительной отрасли компании «Северсталь» Михаил Соколов. — Применение технологии стального строительства направлено не на полное замещение монолита, а на расширение спектра используемых возможностей для ускорения достижения государственной цели. Все необходимые ресурсы сегодня есть у производителей металлоконструкций, проектировщики также готовы осваивать новые подходы, а девелоперы оценивают привлекательность данного решения.
В пользу стального каркаса для строительства многоквартирных домов говорит опыт применения металлоконструкций при возведении промышленных и коммерческих объектов. Использование металла делает стройку всесезонной, а также позволяет сократить сроки возведения объекта и себестоимость реализации проекта. Однако до сих пор в России доля высотного жилья на стальном каркасе не превышала 1%, уступая сборному и монолитному железобетону. В то же время за рубежом жилые дома с применением стали составляют до 16%.
Теперь ситуация начинает меняться. В июне 2022 года Минстрой России утвердил разработанный с участием РСПП, АРСС и Ассоциации «Русская сталь» План мероприятий (Дорожную карту) по расширению применения металла в строительстве на 2022–2026 гг. В документе обозначены такие ключевые задачи, как разработка и внедрение типовых проектов на стальном каркасе, встраивание в федеральные и региональные программы, гармонизация строительных норм, правил и регламентов.
— В Минстрой России переданы данные о 39 реализованных и запроектированных объектах. Они рассматриваются на предмет включения в реестр проектов повторного применения, — отметил руководитель направления «Техническое регулирование» компании «Северсталь» Юрий Веселов. — Ближайшие шаги — определение приоритетных регионов и объектов строительства, а также включение региональных девелоперов в Рабочую группу по типовому проектированию при Министерстве.
Стальной авангард
Среди металлургов «Северсталь», по сути, является лидером в продвижении на российском рынке применения стальных конструкций в многоэтажном жилом строительстве. По инициативе компании совместно с девелоперской и проектной организациями проработаны несколько пилотных проектов многоэтажного жилого дома.
По словам Михаила Соколова, расчеты подтвердили эффективность применения металлокаркаса в строительстве многоэтажного жилья. Ключевое преимущество стальной технологии по сравнению с традиционной — это скорость возведения зданий, которая увеличивается в два раза. За счет легкости и меньшего объема стальных конструкций также достигается снижение стоимости обустройства фундаментов до 20 % и увеличение продаваемой площади до 5%. Благодаря высокой заводской готовности конструкций и легкости их монтажа численность рабочих на стройплощадке сокращается до 20 %. Среди технологических преимуществ — гибкость планировочных решений и возможность увеличения метража жилых площадей.
Дальнейшие планы «Северстали» связаны с реализацией наработок — строительством жилой многоэтажки по пилотному проекту в 2023 году.
Цена вопроса для девелоперов
Как рассказал руководитель отдела развития и инноваций продукта группы «Самолет» Вячеслав Морозов, к поиску альтернативных технологий в жилом строительстве компанию подтолкнул рост цен на стройматералы, вызванный пандемией. В этой ситуации перед девелоперами остро встала задача сокращения затрат на реализацию проектов серийной застройки. Решающими факторами в пользу применения металлокаркаса в строительстве жилья стали усиление господдержки в этом сегменте и снижение цен на металлоконструкции.
— В июле этого года мы стартовали с разработки концепции строительства жилого дома с конкретными объемно-планировочными решениями, в октябре подвели итоги конкурса и планируем в следующем году приступить к реализации пилотного проекта, — рассказал Вячеслав Морозов.
Эксперт отметил, что экономические выгоды стального домостроения проявляются в высотном строительстве, а в условиях действующих цен можно получать прибыль, если строить здания от 17 этажей. В то же время на этом пути могут возникнуть проблемы, связанные с дефицитом квалифицированных проектировщиков, необходимостью внедрения новых бизнес-процессов, а также с взаимодействием с новыми поставщиками и поиском других логистических путей взамен наработанных связей с производителями цемента и монтажниками железобетонных конструкций.
— Металлурги заинтересованы в увеличении внутреннего спроса на продукцию, а девелоперы — в сокращении сроков строительства без увеличения себестоимости. Если мы достигнем взаимодействия, то успешно придем к намеченным целям национальной программы, — подытожил Вячеслав Морозов.
Основатель и управляющий партнер Проектной мастерской ITEM Дмитрий Попов, напротив, считает, что рынок стального строительства в значительной мере определяется ценовыми факторами, тогда как кадровые проблемы решаемы, а через перестройку бизнес-процессов девелоперам все равно придется пройти.
В компании накоплен большой опыт по разработке планировочных концепций, консалтингу и анализу проектов, а также проектированию зданий в разных технологиях в зависимости от условий заказчика, связанных с логистикой, доступностью тех или иных стройматериалов, наличием рабочих, задачами по снижению себестоимости строительства и др.
— Мы соединили опыт работы с девелоперами с опытом проектирования металлических конструкций и выработали концепцию, благодаря которой сталь перестала быть ограничением для планирования, — поясняет Дмитрий Попов. — Если продумать все тонкости применения стали на этапе концепции, то она уже не влияет на планировочный продукт, и проект с применением большого объема металлоконструкций сможет полностью удовлетворить требованиям заказчика. С помощью стали можно решать задачи квартирографии не хуже монолита, но при этом получать много преимуществ. Элементы стального каркаса всегда есть в ассортименте металлопоставщиков, каркас возводится из типовых узлов по действующим СНиПам, их может использовать любой застройщик, а проектировщик применять в создании BIM-моделей.
Металлопроизводители готовы к переменам
По данным коммерческого директора по инфраструктурным проектам ГК «Венталл» Евгения Ширманова, в стране работают более 1200 предприятий-производителей металлоконструкций различного назначения. Совокупный объем выпуска конструкций строительного назначения в 2021 году составил более 4 млн тонн, а в текущем году он будет еще выше. Из них металлоконструкции, которые могут используются в том числе в строительстве жилых домов, составляют чуть более 2 млн тонн. Их основными потребителями в настоящее являются промышленность, сельское хозяйство и коммерческое строительство.
— У первой десятки производителей металлоконструкций мощности недозагружены, значит, есть ресурсы, чтобы включиться в индустрию жилого домостроения, — полагает Евгений Ширманов. — При полной мощности можно получить дополнительно 306 тыс. тонн металлоконструкций в год, а это 5,1 млн кв. м жилья. К 2030 году при вводе 120 млн кв. м жилья необходим объем производства 900 тыс. тонн, что вполне достижимо. Заводы отрасли распределены по всей территории, проблем с логистикой не возникнет. Кроме того, с весны мы наблюдаем коррекцию цен на металлопрокат, что делает его применение для девелоперов актуальным.
Евгений Ширманов уверен, что заводы готовы к развитию и способны сполна обеспечить строительство жилья с применением стального каркаса: за 20 лет в их технологическое оснащение инвестировано порядка 60 млрд руб., рабочие кадры прошли обучение и переподготовку для работы на современном оборудовании, многие предприятия отрасли участвовали в Национальном проекте «Производительность труда».
Само предприятие уже включилось в индустрию стального домостроения. В ГК «Венталл» начата разработка концепции массовой застройки многоквартирного жилого дома на стальном каркасе, а к 3 кварталу 2023 года запланирован запуск пилотного проекта.
Как было отмечено на мероприятии, развитие новых технологий стального строительства также может привести к значительным изменениям в сегменте девелопмента жилой недвижимости. Стальной каркас позволяет комплексно решать задачу максимизации эффективности сопутствующей инфраструктуры современного городского жилья: паркингов, дорожно-транспортных и социальных объектов.
— Стальной каркас позволяет комплексно решать задачу максимизации эффективности сопутствующей инфраструктуры современного городского жилья: паркингов, дорожно-транспортных и социальных объектов, — сообщил коммерческий директор компании «Северсталь Стальные Решения» Евгений Коннов. — Потребности российских городов в новых многоуровневых паркингах оцениваются в 120 единиц ежегодно. Перспективы потребления металлоконструкций для этих целей составляют 42 тыс. тонн, что может обеспечено всего 4-5 заводами из 400 доступных на рынке. Использование стального каркаса при строительстве паркингов позволяет сократить сроки строительства в три раза, снизить металлоемкость за счет применения сварных двутавров из высокопрочной стали и улучшить эксплуатационные характеристики объекта за счет исключения промежуточных колонн.
С использованием стального каркаса уже было построено несколько паркингов, включая паркинг на 2,4 тыс. мест для ТЦ «Гринн» в Курске, на 300 машиномест в одном из жилых районов Череповца и на 2,5 тыс. машиномест для ТРЦ «Гудок» в Самаре.