ИИ — всему голова?
Искусственный интеллект в руках профессионала вполне может превратиться в действенный инструмент, но вряд ли заменит человека — машина не умеет ни мечтать, ни фантазировать, зато прекрасно просчитывает варианты. На дискуссионной площадке международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ МОСКВА 2024» эксперты отрасли обсудили спорный вопрос и поделились опытом применения новых технологий.
Через проекты умных городов цифровые технологии постепенно входят в сферу градостроительства и ускоряют процессы. Например, запрос данных из Росреестра сейчас занимает не 7–10 дней, а секунды. Застройщики и девелоперы начинают получать информацию об участке в автоматическом режиме. С помощью новых технологий власти осуществляют контроль за освещенностью улиц, качеством дорожного покрытия, уборкой снега и даже заполняемостью мусорных урн на остановках. Кроме того, цифровые технологии помогают налаживать связь между обществом и государством. Так, в ходе недавнего голосования за объекты благоустройства стали понятны потребности горожан.
«Но в архитектуре, к сожалению, мы не видим большого продвижения. Да, многие скажут, что используют ТИМ, но еще ни разу в российской действительности мы не видели применения этих систем от этапа проектирования до эксплуатации, а в этой плоскости есть большой потенциал, — говорит заместитель руководителя ИКМО города Казань Радик Шафигуллин. — Да, возможно, отрасль строительства консервативна, не очень хочет, чтобы все процессы были видимыми и оптимизировались, но это лишь вопрос времени — максимум два-три года. Мы видим, что на основе данных предыдущих проектов искусственный интеллект способен собрать новый и привязать его к местности».
По мнению участников дискуссии, новым технологиям вполне под силу создать надбавленную стоимость к таланту архитектора.
В ожидании умного проекта
«Множество из описанных вещей искусственным интеллектом не является. ”Если мусорка наполнилась, то пора сделать то-то” — это алгоритм. Да, цифровые технологии нужны, но искусственный интеллект — это другое. Он накапливает опыт, обучается. Мы от него находимся довольно далеко, но обязаны к нему прийти», — уверена главный архитектор Генпро Елена Пучкова.
Часть архитектурных бюро уже использует в работе новые технологии, и это не только привычный ТИМ. Например, с помощью генеративных систем создается квартирография и проектируются паркинги, в виртуальных вселенных возводятся объекты для портфолио, здесь же происходят встречи с заказчиками, нейросети помогают быстро сгенерировать облик будущих объектов, которые после утверждения клиентом концепции дорабатываются проектировщиками. «Нормана Фостера технологии, естественно, не сделают, а Заху Хадид сделают. Параметрическая архитектура производится из алгоритмов, то есть архитектор пишет алгоритм, задает код, по которому машина и рисует форму. Вы никогда не знаете, что получится в конце», — говорит г-жа Пучкова.
Однако основным остается вопрос: какое место в этом процессе занимает творческий человек? Сотрудники архитектурного бюро «Т+Т Architects» не понаслышке знакомы с искусственным интеллектом и даже участвуют в обучении системы Kandinsky, однако не уверены, что на данном этапе развития технология способна ускорить процесс проектирования. «Если проводить аналогию от умного города до умного проекта, то раздирают противоречия между надеждой и скепсисом применяемости. С одной стороны, есть визионерские ощущения, что применение нейронных сетей, искусственного интеллекта и любых генеративных алгоритмов сильно упростят нашу проектную жизнь, выведут продукт на новый уровень качества, сожмут сроки реализации до минимальных значений и уберут человеческий фактор в плане ошибки. С другой стороны, есть определенный спектр сомнений в применении прикладных инструментов, которые мы можем использовать в проектировании. Сколько раз мы ни пытались работать с нейронной сетью для получения практически применяемого результата (особенно на этапах концепции), то по времени и трудозатратам получается либо столько же, либо дольше», — говорит руководитель бюро «Т+Т Architects» Сергей Труханов.
Сущность ИИ
При этом профессиональное сообщество архитекторов уверено: машина не в состоянии работать без человека. Хорошим примером развенчивания мифа стал проект здания исследовательского центра в Торонто (Канада). Изначально заявлялось, что объект был спроектирован с применением искусственного интеллекта, но позже оказалось, что все ограничения и параметры, необходимые для проектирования, закладывались человеком, а машина, по сути, выносила только шорт-лист решений, самый эффективный из которых выбирал опять же профессиональный архитектор.
«Это не генеративный инструмент, — поясняет Радик Шафигуллин. — Он не может сказать: “Давайте здесь линию нарисуем”. Он смотрит и говорит: “Если здесь стоит эта панель, то в большинстве случаев к ней ставится этот элемент”. Пока мы не видели вариантов ИИ, который мог бы сам что-то ”допиливать”».
Другими словами, архитектор становится оператором, который может изучить сценарии, предложенные машиной, оттолкнуться от них, внести корректировки и дальше работать в привычном режиме. По словам Сергея Труханова, в технологии нет ничего удивительного: «Это не искусственный интеллект, а заранее предустановленные решения, которые могут существовать в зависимости от параметров, выбранных для проекта. Машина никогда не создаст новый контент, потому что не умеет мечтать, а может лишь брать накопленный опыт и интерпретировать его».
Компьютер предлагает среднестатистический образ объекта на основе загруженных в него данных, то есть это усредненное представление людей, которые участвовали в обучении машины. Не исключено, что технология существенно поможет тем, кто строят дома без участия архитектора, а создатели в это время продолжат претворять в жизнь уникальные здания и сооружения.
«Если мы будем разбирать исходный термин, то увидим, что имеется в виду машинное обучение алгоритмов и программ. И только русская душа наделяет его понятием “интеллект” и дает определение “искусственный”, что одушевляет предмет и побуждает вступить с ним в ментальное взаимодействие, — рассуждает сооснователь архитектурного бюро Osetskaya.Salov Александр Салов. — Можем ли мы освободить мозг творца, применяя цифровые технологии, передать им всю механическую работу, чтобы автор мог сосредоточиться только на главный мысли?» В будущем — вполне возможно. Нейросети обучаемы, и сейчас архитектор может приступить к ее тренировке, задавая параметры собственного творчества, ценности, определенные ориентиры, визуальную статистику, чтобы в конечном итоге генерации выдавались в рамках фирменного стиля компании.
Кто останется без работы?
Подобно тому, как однажды стали не нужны телефонистки, может трансформироваться отрасль проектирования. Рутинная, монотонная и повторяющаяся работа перейдет к машине. Однако одновременно с этим вырастет спрос на вовлеченных в работу архитекторов, обладающих высоким уровнем профессионализма и экспертизы.
Пару им составят специалисты по кибербезопасности. Сегодня это направление представляет собой самую большую опасность, ведь творческая разработка архитектора легко может стать доступной неограниченному кругу лиц. И этот вызов пока остается без ответа.
Темами дипломных работ студентов Санкт-Петербургского государственного университета стали проекты дизайна интерьера физкультурно-оздоровительного центра и организации общественного пространства в объекте исторического наследия, расположенных на территории двух жилых комплексов Компании Л1.
Задача будущих специалистов – показать, чему они научились в одном из старейших вузов России, продемонстрировать профессиональные возможности и подтвердить свою квалификацию. И сделать это на примере реальных объектов. Так, для построенного в ЖК «Лондон Парк» физкультурно-оздоровительного комплекса необходимо разработать элементы благоустройства территории, на которой он находится, и внутренний дизайн.
Более сложная, комплексная и одновременно интересная работа предстоит в ЖК «Премьер Палас» на Петроградской стороне. Расположенные внутри жилого комплекса корпус и водонапорная башня завода «Вулкан» были построены в 1911 году и сегодня признаны объектами культурного наследия. От дипломника потребуется представить проект графической реконструкции фасадов, соответствующий историческому наследию. После чего можно будет приступать к разработке дизайна интерьера и наружного пространства с благоустройством окружающей территории.
Впрочем, первый и главный этап в работе над памятником индустриальной архитектуры уже пройден: предложенное дипломницей функциональное назначение объекта успешно согласовано девелопером. «Мы всегда приветствуем нестандартный подход, и вариант дипломницы СПбГУ показался нам интересным, - говорит директор по развитию Компании Л1 Надежда Калашникова. – Студентка предложила создать в здании многофункциональную библиотеку, ориентированную на жителей «Премьер Паласа». Там будут читальные залы, кафе, мультимедийный и лекционный залы и досуговые помещения, в том числе для детей. По сути это культурный центр с ведущей библиотечной функцией. Это не значит, что реализован будет именно он. Но это оригинальная и полезная с социальной точки зрения идея. Поэтому и нам, и научному руководителю дипломницы она показалось удачной. Решили посмотреть, что получится».
До защиты диплома еще четыре месяца. Но, по словам старшего преподавателя Кафедры дизайна Факультета искусств СПБГУ, руководителя программы «Дизайн среды» Евгении Петрашень, дипломница увлечена и уже работает над концепцией проекта.
При желании застройщик сможет осуществить на практике подготовленные бакалаврами СПБГУ проекты после защиты дипломов. «Одно из требований, которое мы предъявляем к дипломным работам наших студентов – актуальность и новизна, – отметила Евгения Петрашень. – Работа должна быть потенциально реализуемой. Понятно, что в чистом виде студенческий проект воплотить вряд ли возможно. Но он может предложить оригинальную идею, которую потом доработают специалисты девелопера».
Перевод жилищных проектов на проектное финансирование и высокий спрос в начале 2019 года обеспечили рост цен в большинстве крупных российских городов. В Санкт-Петербурге цены в среднем увеличились на 7,5%.
По данным Domofond.ru, на начало года средняя цена «квадрата» на первичном рынке Северной столицы составляла 121,92 тыс. рублей, в ноябре она достигла 131,05 тыс.
В среднем по стране подъем цен аналитики оценили в 10,1% (до 76,03 тыс. рублей). Есть регионы, где рост был более значительным: например, в Москве – на 15%. Но в некоторых цены даже снизились. Петербург оказался в золотой середине списка городов-миллионников.
По оценке директора управления стратегического маркетинга Группы RBI Веры Серёжиной, рост цен в течение года был стабильным, на время приостановившись лишь в июне–июле. По ее расчетам, на первичном рынке «в традиционной части Петербурга», где возводятся дома уровня «комфорт» и выше, рост цен составил примерно 8,5%. Средняя цена в ноябре достигла 117,3 тыс. рублей за 1 кв. м. Относительно октября она выросла на 0,7%.
«За год цены по разным видам предложения на первичном рынке выросли умеренно – на 5–10%, не так катастрофически, как прогнозировали эксперты», – говорит начальник отдела продаж ЗАО «БФА-Девелопмент» Светлана Денисова.
Стремительный рост
В начале 2019 года эксперты прогнозировали рост цен на петербургском рынке примерно на 7-8%. Впрочем, это было практически неизбежно: по некоторым оценкам, еще летом 2018 года цены продаж почти сравнялись с себестоимостью строительства.
Отдельную тревогу у всех вызывал переход на проектное финансирование. Это и стоимость обслуживания кредита, и увеличение сроков строительства (что удорожает проект) в зависимости от решений банка. Говорили эксперты также о повышении НДС на 2%: ожидалось, что эта мера повлечет рост цен до 5% – налогом облагаются все операции застройщика, начиная от проектирования и закупки стройматериалов.
Рост стоимости связан с повышением строительной готовности объектов и переходом на проектное финансирование – считает Игорь Креславский, председатель правления холдинга РСТИ (Росстройинвест). По его мнению, также сыграла свою роль инфляция. Директор департамента недвижимости Группы ЦДС Сергей Терентьев напоминает о повышенном спросе в первой половине года – в преддверии реформы.
Естественно, цены в разных проектах – даже одного и того же застройщика – росли по-разному. «В целом повышение цен на рынке в этом году не было стремительным. Однако отдельные востребованные проекты показывали хорошую динамику», – подчеркивает директор по финансам и экономике «Мегалит – Охта Групп» Алексей Плюта.
По данным застройщиков, в проектах РСТИ с начала годы цены на квартиры в разных проектах поднялись на 10–13%, у Glorax Development – на 7–13%, в «Мегалит – Охта Групп» – на 10–15%, у Группы ЦДС – на 15–25%.
Умеренный прогноз
Судя по всему, период падения цен на рынке строящегося жилья завершился. По крайней мере, в Петербурге. Предпосылок для снижения в обозримом будущем не видно. Как отмечают аналитики Domofond.ru, пока проектное финансирование затронуло только пятую часть строительных проектов в стране, следовательно, в 2020 году этот фактор продолжит толкать цены вверх.
«Цены возьмут разгон к концу I квартала 2020 года (начало года – это низкий сезон активности на рынке жилья), когда будут завершаться проекты, начатые по старым правилам – без эскроу-счетов, а новые будут реализовываться с использованием проектного финансирования. Уровень цен в новых проектах будет естественным образом подталкивать цены в объектах более высокой степени готовности», – полагает Светлана Денисова.
По ее мнению, проекты, которые завершаются по старым правилам, останутся на рынке еще на полтора-два года. Целый ряд экспертов в этой связи ожидает роста цен на 7–10% в год еще в течение двух лет. И в первую очередь они связывают свои ожидания со сложностью получить проектное финансирование и процентами по кредиту.
«В 2020 году рост средних цен ожидается в диапазоне 5–6%, что ниже, чем в текущем году. Он будет сдерживаться невысокой покупательной способностью населения», – резюмирует руководитель консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева.
Мнение
Роман Кучевский, исполнительный директор Glorax Development:
– Цена на жилье зависит от соотношения нескольких условий: удорожания строительства, степени готовности жилого комплекса, а также баланса спроса и предложения в локации, где он реализуется.