В поисках пути к новым шедеврам
Соотношение исторических традиций и современных новаций в архитектуре всегда было актуальной темой для дискуссий среди профессионалов. Сегодня особое значение получил еще и фактор «общественного мнения». «Строительный Еженедельник» пригласил экспертов, чтобы рассмотреть сложившуюся ситуацию за заочным круглым столом.
«Строительный Еженедельник»: В Петербурге сложилась странная ситуация. Согласно «общественному мнению», в городе мало новых интересных архитектурных проектов. В то же время, как только появляется какая-то неожиданная, оригинальная инициатива, то же «общественное мнение» разражается яростной критикой о несовместимости предлагаемой идеи и сложившегося исторического облика. В чем, на ваш взгляд, причина такой ситуации?
Филипп Грибанов, представитель Фонда содействия восстановлению объектов истории и культуры в Петербурге: Это нормальная реакция. Мы привыкли к сложившейся городской среде и неудивительно, что появление новых объектов вызывает противоречивые мнения. Кроме того, с одной стороны, горожане не видят качественной современной архитектуры, за редким исключением, с другой – помнят, что были градостроительные ошибки, а с третьей - беспокоятся за исторический центр города.
Михаил Сарри, начальник мастерской №6 ОАО «ЛенНИИпроект», Заслуженный архитектор России: У общества в принципе отсутствует запрос на качественную современную архитектуру (особенно в историческом центре), и следует признать, что во многом благодаря деятельности нынешнего архитектурного сообщества. Удачных примеров современной архитектуры в нашем городе, на мой взгляд, недостаточно для того, чтобы переломить эту тенденцию, которая на самом деле вполне понятна и объяснима. Общество априори консервативно и всегда настороженно относится к новациям. У классического (традиционного, декоративного и т.д.) искусства всегда больше сторонников, чем у авангарда. У Репина и Шишкина (честь им и хвала!) больше любителей, чем у Пикассо и Шагала. У Моцарта и Чайковского – чем у Шнитке и Каравайчука. И так далее. Применительно к архитектуре – у аскетично гладкой поверхности и сплошного остекления мало шансов против капители и балясины. Другое дело, что иногда авангард со временем становиться классикой (Маяковский, Шостакович, Корбюзье), но тут ключевые слова «иногда» и «со временем».
Михаил Мамошин, генеральный директор «Архитектурной мастерской Мамошина», Заслуженный архитектор России: Я думаю, что закончились стандартные сюжеты, которые были продолжением традиционных петербургских тем: ансамблевость, трехчастность, стилевые реминесценции и т.д. Появляются отступления от этих традиций, своеобразных правил игры, некие провокации, которые преподносятся как неожиданные оригинальные инициативы. Но неожиданность и оригинальность для Петербурга не всегда уместна. Вполне понятно общественное мнение, которое стремится этого не допустить.
«СЕ»: Возможно ли выйти из этого тупика? И как это сделать?
Михаил Сарри: Только создавая и множа примеры качественной современной архитектуры, популяризируя ее тем самым (неблагодарный труд!) в нашем городе.
Михаил Мамошин: Мне кажется, нужно продолжать развивать архитектуру в балансе между традициями и мейнстримом. Традиции петербургской архитектуры: сюжеты классики, барокко, ар-деко, нордическая тема. Раннеленинградские процессы (творчество Л. Хидекеля, Н. Суетина, И.Чашника, Г. Симонова, И. Явейна) должны стать новым ресурсом современной архитектуры вне исторического центра.
Святослав Гайкович, руководитель Архитектурного бюро «Студия-17», Заслуженный архитектор России: Модератор предложил называть противоречие капризов публики, тоскующей по «новеллам», и ее же негодованием при виде таковых – тупиком. Скорее это является вялотекущей коллективной шизофренией. Я считаю причиной подобного поведения объективный консерватизм общества. Причем это не недостаток, а полезный контролирующий механизм сохранения стабильности в таком долговременном процессе, как создание искусственной среды обитания. Это естественное стремление общества – публики – к главенству идеи сохранения над идеей созидания.
С точки зрения вечности задача архитекторов не заключается в попытке добиться благосклонного внимания общества, а как раз и бороться со стереотипами, так же как ученый мир борется с предрассудками и только поборов их выходит на новую ступень развития. Таким образом, мы имеем дело не с тупиком, а с естественным процессом диалектической борьбы, в которой каждая сторона играет присущую ей роль.
Регуляторами в описанном процессе выступают в каждый момент времени разные персоны и разные уполномоченные органы. В стране в целом царит полный хаос, спровоцированный чудовищным Градкодексом, авторы которого хотели полностью изгнать, но недоглядели кое-где в тексте термин «архитектура», и поэтому термин этот все же там пару раз встречается.
Филипп Грибанов: Здесь важно организовать открытый диалог, прислушиваться к разным мнениям и, может быть, прозвучит пафосно, но обязательно вести активную просветительскую работу. Часто неприятие происходит, потому что люди недостаточно хорошо знакомы с ними. У них мало информации, они не знают деталей, но знают примеры некорректного поведения инициаторов тех или иных проектов. Все это можно преодолеть, если комплексно и продуманно подходить к продвижению. Например, наш Фонд активно представлен в социальных сетях, мы отвечаем на все вопросы, рассказываем не только о своих проектах, но и в целом об архитектуре Петербурга, а это всегда интересно и познавательно. Конечно, с нами дискутируют, но нам доверяют. И что важно - очень многим людям близка и дорога тема сохранения исторического наследия. Очень приятно, что нам удалось сплотить вокруг себя активных неравнодушных людей, и их становится все больше.
«СЕ»: По вашему мнению, применительно к Петербургу – обязательно ли «хорошая архитектура» = «невысокая архитектура»?
Михаил Мамошин: Да, потому что основная петербургская тема – горизонталь. Наш город 2D, над которым раньше возвышались архитектурные акценты в виде храмов. Сейчас появились и гражданские здания-доминанты, но с этим нужно быть очень аккуратными.
Святослав Гайкович: В «настоящий исторический момент» важным фактором является полуграмотное так называемое «решение Верховного суда» о включении под планку ограничения высоты всех без исключения элементов здания. Под пресс ограничения при этом попал даже шпиль – элемент, по определению выходящий за планку общей высоты объекта. Из-за пирровой победы над «жадными девелоперами» инфантильная публика получит и уже получает примитивно плоскую, безо всякого намека на силуэт застройку.
Михаил Сарри: Сама по себе высота здания никогда не была критерием оценки его архитектурного достоинства. В мире достаточно высотных шедевров, равно как и низеньких уродцев. А вот соблюдение высотного регламента для каждого конкретного участка (особенно в Петербурге!), на мой взгляд, условие строго обязательное. Но не достаточное для создания качественного архитектурного произведения. Требуется кое-что еще!
Филипп Грибанов: Для меня это, скорее, некий стереотип. Так и хочется спросить: а почему? Ну вот откуда такое мнение? Красота и качество архитектуры не определяются десятком метров вверх. И Петербург строился как европейский прорывной город с огромным количеством высотных доминант. Это исторически город высоток – таким его задумал Петр I. А уж как это интерпретируется сейчас даже комментировать не хочу. Пусть останется на совести тех, кто на самом деле не является профессионалом в области архитектуры, но высказав где-то свое мнение, уже гордо называет себя градозащитником.
«СЕ»: До революции принципиальные решения в архитектурной сфере столицы принимал сам император. И его воля перевешивала «общественное мнение», которое часто «в штыки» встречало проекты, становившиеся затем признанными шедеврами. Ввиду временно отсутствия царя, какой адекватный механизм принятия решений в этой сфере вы видите?
Филипп Грибанов: Я вижу, что решение таких вопросов должно быть за профессионалами, остальное - это вкусовщина и пиар. Такие вопросы должны решать архитекторы, реставраторы, историки, культурологи, строители - те, кто понимают, что такое архитектура, имеют опыт и имя в этой области. Иначе получается, что каждый суслик - землемер.
Михаил Сарри: Вспоминается знаменитое изречение Черчилля: «демократия как форма правления ужасна, но все остальные формы – еще хуже!» Поэтому ничего кроме Градсовета на ум не приходит.
Святослав Гайкович: Намек модератора на то, что веком раньше решение принимал император, оказывающийся прогрессивнее консервативного общественного мнения, по-моему, неактуально. Не устаю повторять, что самым адекватным выходом явилась бы широкая практика архитектурных конкурсов, поскольку в хорошо организованном конкурсе при авторитетном жюри и широком общественном обсуждении принимается сбалансированное, примиряющее все стороны, решение.
«СЕ»: «Общественное мнение» часто против новаций в сфере архитектуры, может быть, хотя бы возродить утраченные шедевры?
Святослав Гайкович: Идея возрождения утраченных шедевров страдает существенным недостатком: общество безосновательно признает при этом деградацию русского народа, якобы утерявшего способность создавать новые шедевры и идти вперед.
Михаил Мамошин: Возрождение необходимо. Нами давно разрабатывается проект создания центра музейных коллекций Российского этнографического музея и Государственного русского музея, подразумевающий воссоздание утраченных фасадов К.Росси. Также долгие годы мы работаем над проектом воссоздания Андреевского собора в Кронштадте. Мне кажется, что там, где возможно, должны быть восстановлены храмы, в первую очередь – градостроительно значимые. От Петербургского отделения Союза архитекторов России мы передали губернатору Петербурга следующий перечень храмов, воссоздание которых можно начать уже сейчас, не вкладываясь в корректировку инфраструктуры: собор Апостола Андрея Первозванного в Кронштадте, церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Большой Коломне, церковь святого Митрофания Воронежского на Митрофаниевском кладбище, Введенских храм на Петроградской столоне, собор во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы лейб-гвардии Семеновского полка на Загородном пр.
Филипп Грибанов: Я всегда говорю: давайте строить шедевры. Мы видим, как много построено спальных кварталов, бизнес-центров, торговых центров, магазинов... Но разве это красота? Разве этим мы можем гордиться и любоваться? Пока мы любуемся только тем, что нам осталось от великих мастеров прошлого – Растрелли, Росси, Монферрана. А что наши современники оставят после себя? Именно поэтому мы инициировали завершение ансамбля Смольного монастыря, который Растрелли задумал вместе с колокольней. Этот проект может стать тем самым шедевром, который соединяет традиции великой архитектуры прошлого и современность.
Михаил Сарри: Одно другому не мешает. Двигаясь вперед, опираемся на скрепы. Поэтому я положительно отношусь к таким идеям, как воссоздание Спаса-на-Сенной, колокольни Новодевичьего монастыря на Московском проспекте или недавней инициативе строительства колокольни Смольного собора, задуманной, но не воплощенной Растрелли. Даже ярлык «новодел», гипотетически применимый к итогам такого возвращения утраченного или воплощения нереализованного, меня не смущает. Как не смущал факт восстановления портика Руска на Невском проспекте в 1970-х годах или еще раньше – дворцов Петергофа и Царского Села.
Актив оценен в 105 млн рублей.
Российский аукционный дом (РАД) готовит к продаже два земельных участка общей площадью 5,5 тыс. кв. м на Береговой улице в Выборгском районе Петербурга, недалеко от станции метро «Озерки». Там можно построить среднеэтажный жилой дом с социальной инфраструктурой. Собственник уже получил разрешение на строительство дома бизнес-класса на 75 квартир. Его общая площадь составит 4,1 тыс. кв. м.
По словам и. о. руководителя коммерческого департамента РАД Раисы Муратовой, участок в черте города, недалеко от метро, с полностью готовой проектной и разрешительной документацией – это большая редкость. «Инвестору остается только завезти технику и приступить к строительству. Думаю, актив может быть интересен не только местным девелоперам, но и компаниям, которые только планируют выйти на рынок города. Для первого шага это комфортный проект», – говорит она.
Начальная цена лота – 105 млн рублей. По оценке директора департамента финансовых рынков и инвестиций Colliers International Анны Сигаловой, эта цена комфортная. «Если действительно есть готовая разрешительная документация, то в процессе торгов цена может вырасти до 150 млн рублей», – считает она.
«Изначально на этих участках строительная компания «Группа Прайм» реализовывала проект «Новая Скандинавия». По нашим сведениям, после банкротства застройщика залогодержателями большого количества участков в проекте стали Сбербанк и Банк России. Мы знаем, что на некоторых участках в проекте есть обременения в виде обманутых дольщиков. Поэтому говорить о том, что это комфортные условия для входа проект, я бы не стала», – считает руководитель направления инвестиционного брокериджа Rusland SP Александра Смирнова. Локация участков, по ее словам, также является весьма специфической: микрорайон имеет плохую транспортную доступность и слабо связан с городской транспортной сетью. «Даже если там нет ни одного обременения, начальная цена сильно завышена. Рыночная стоимость участков составляет 70–80 млн рублей», – говорит она.
Кстати
По данным КЦ «Петербургская Недвижимость», в Выборгском районе Петербурга сейчас возводятся 22 жилых комплекса на 1,2 млн кв. м жилья. В свободной продаже в Выборгском районе находится 421 тыс. кв. м жилья. Но в районе Шувалово-Озерки проектов на стадии реализации сейчас нет.
«Средняя цена предложения – 110,2 тыс. рублей в классе «масс-маркет» (на 1,8% выше среднего показателя по городу). Цена на бизнес-класс – 151,9 тыс. рублей за «квадрат» (на 11% ниже, чем в среднем по Петербургу)», – сообщила руководитель Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Glorax Development закрыла сделку по приобретению участка на Лиговском проспекте
В Петербурге с молотка пустят недвижимость концерна «Гидроприбор»
«Климов» на продажу. Корпорация «Ростех» подготовила к торгам землю завода
В понедельник, 15 апреля текущего года, согласно поручению Президента России Владимира Путина, должна появиться ясность в вопросе, кто сможет достраивать свои объекты по долевой схеме, а кому придется ускориться с переходом на проектное кредитование и эксроу-счета.
А двумя неделями раньше, 1 апреля, появилась новая редакция постановления Правительства РФ, уточняющая критерии «высокой степени готовности», позволяющие после 1 июля 2019 года работать по старой схеме. Базовые цифры остались неизменными: уровень строительной готовности – не менее 30%; число заключенных договоров долевого участия (ДДУ) на квартиры в объекте – не менее 10%. Но сделан ряд уточнений.
Как сообщил в ходе круглого стола в ССОО заместитель председателя Комитета госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти Дмитрий Лобановский, в частности, вводятся преференции для системообразующих компаний строительной отрасли, они смогут продавать жилье по ДДУ при 6-процентной готовности объектов. «Условия попадания в эту категорию – вхождение в соответствующий федеральный список, не менее 1 млн кв. м жилья в стадии строительства, не менее 5 регионов, в которых ведутся работы», – уточнил он. Судя по всему, на льготу могут претендовать только два холдинга – «Группа ЛСР» и ГК «ПИК».
Обладателями таких же преференций стали и достройщики проблемных объектов. «Впрочем, с этим пунктом есть ряд неясностей. На все ли объекты таких компаний будет распространяться планка в 6%? Будет ли преференция касаться только юрлиц, непосредственно ведущих достройку, или распространится также на их «дочек» или, наоборот, материнские компании?» – говорит Дмитрий Лобановский.
По его словам, по старым правилам в регионе может быть достроено, по примерным оценкам, около 4 млн кв. м из 7 млн, находящихся «в работе», то есть порядка 57%. Как сообщил заместитель главы Комитета по строительству Смольного Евгений Барановский, по предварительным оценкам ведомства, в Петербурге эта доля несколько выше – порядка 68–70%.
Оба чиновника просили застройщиков, понимающих, что их проекты точно подпадают под критерии, заранее готовить пакеты документов для подтверждения этого. «Со своей стороны, мы тоже ведем предварительную подготовку, в том числе обследуем объекты, чтобы составить представление и о них, и темпах работ», – отметил Евгений Барановский. Дмитрий Лобановский напомнил, что подтверждение готовности будет осуществляться по заявкам, то есть никакого «автоматического признания» подпадания под критерии, даже если объект самым очевидным образом построен на 90%, не будет. «Призываем застройщиков по максимуму сделать подготовительную работу, чтобы не было коллапса, неизбежного, если все принесут заявки в конце июня», – добавил он.
«Коллапс в любом случае неизбежен. Просто потому, что временной лаг между принятием постановления и дедлайном – минимальный. Процедура не ясна. Застройщики – не волшебники, и не смогут мгновенно подготовить необходимые пакеты документов. В результате 1 июля Росреестр прекратит регистрировать ДДУ у опоздавших. Постепенно все желающие смогут пройти процедуру и возобновить регистрацию договоров, но на некоторый период проблемы у застройщиков практически неизбежны», – высказал свое мнение президент Союза строительных организаций Ленинградской области Руслан Юсупов.
Также чиновники призывают строителей не тянуть с обращением в банки за проектным кредитованием тех объектов, которые явно не укладываются в «прокрустово ложе» критериев. Дмитрий Лобановский говорит, что в Ленобласти из 142 застройщиков пока только 2 начали работу по новой системе.
Впрочем, он признает, что к реформе пока не готовы не только девелоперы, но и банки: по имеющейся информации, пока банки рассматривают кредитование жилищного строительства как высокорисковую область деятельности. Поэтому застройщикам предлагаются очень жесткие условия, в том числе по залогам. «Кроме того, банки обычно декларируют срок рассмотрения заявки на финансирование – 20 рабочих дней. Между тем в реальности этот период занимает до полугода и даже больше», – отметил Дмитрий Лобановский.
Кстати
Помимо критериев «высокой степени готовности» и региональных особенностей их применения, согласно поручению Президента, к 15 апреля Минстрой России, с участием Банка России и АО «ДОМ.РФ», должен разработать методические рекомендации по оптимальным процедурам взаимодействия уполномоченных банков и застройщиков при переходе на проектное финансирование объектов долевого жилищного строительства с использованием счетов эскроу – и обеспечить доступность этой информации для застройщиков. Это, в частности, и рекомендации, касающиеся состава и содержания документов, необходимых для получения застройщиками кредитов, сроков их предоставления, процедур и сроков рассмотрения банками заявок застройщиков.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Путин поручил разработать итоговые рекомендации по переходу на проектное финансирование до 15 апреля
Мнение: Банки не готовы к работе по новой схеме финансирования строительства жилья
Дрозденко предложил отрегулировать механизмы проектного финансирования