Память о подвиге – бессмертна. Строители о блокаде
В преддверии Дня полного снятия блокады Ленинграда «Строительный Еженедельник» обратился к представителям строительной отрасли города с вопросом: «Что для Вас лично значит такое понятие, как блокада Ленинграда?» Публикуем их ответы.
Людмила Коган, генеральный директор ЗАО «БФА-Девелопмент»:
– Для меня это напоминание о том, что мы – потомки сильных, несгибаемых людей. Нас не запугать и не сломить. Когда бывает тяжело, есть пример мужества, нас не победить. Памятников блокаде в городе много. Советское правительство, проводя идеологическую политику, заботилось о сохранении памяти подвига горожан. Но мы перестали их замечать. Важно, чтобы к этим памятникам приводили детей, рассказывали им о том, как это было.
Елена Богомолова, главный архитектор проекта ООО «ПСБ «Жилстрой»:
– Для меня блокада Ленинграда – сплошная боль. Я родилась на Васильевском острове уже после войны в семье, из которой блокада унесла более десяти жизней. Вещи, хранящиеся у нас дома, напоминают об ушедших родных. Деревянная шкатулка с фотографиями, испещренная надписями, нацарапанными младшим братом моего отца – мальчиком Витей, погибшим в разбомбленном эшелоне вместе с детьми, которых пытались вывезти из Ленинграда. На стенах квартиры висят фотографии деда (Моисея Реброва, жившего на Гаванской улице), умершего 31 декабря 1941 года от «безбелковой дистрофии» (как записано в сохранившейся справке о смерти; это значит – от голода) в первую блокадную зиму. В блокаду умерли и его родные братья Илья и Николай. Имена деда и его братьев занесены в книгу памяти «Блокада». В семье хранятся письма военных лет от родных сестер бабушки. Моя бабушка выжила лишь потому, что была сослана в Казахстан по сфабрикованному делу в 1937 году и вернулась уже после войны. Вторая бабушка дежурила на крышах домов, гасила фугаски, ходила на работу на склады Бадаева пешком с Васильевского острова, позже – на «Севкабель» (пока были силы). Через год бабушку эвакуировали, она так ослабла, что не могла перешагнуть рельсы на вокзале. Она прожила долгую жизнь, но до конца своих дней вспоминала эти страшные дни…
Вспоминала, как варили суп из клея и ремней и топили печь разбитым роялем, как начинали обживаться после войны в квартире на Среднем проспекте Васильевского острова на первом этаже, где полом была земля. Как умирали, падая наземь, возле бабушки люди прямо в очереди, стоя за кусочком хлеба и горсткой муки. Как по дороге домой у нее не раз отнимали паек. И какая была трагедия – потерять хлебную карточку. В такой очереди умерла и родная сестра моего отца, а ее маленький сын пропал. Бабушка долго его разыскивала, и, к счастью, он нашелся – через пятнадцать лет! Как в послевоенное время из разгромленной трехкомнатной квартиры бабушка с моими родителями переселились втроем в десятиметровую комнату и начали жить заново. От бабушки Марии у нас в семье повелось делать запасы крупы, спичек, соли.
Блокада сказалась и на здоровье моей мамы и моей старшей сестры: малышка умерла в годовалом возрасте, отец вез ее хоронить на саночках на Смоленское кладбище. Из-за ослабленного здоровья мамы ее второй ребенок тоже родился больным и прожил всего пять лет. Отец, вспоминая блокаду, плакал. К сожалению, он прожил недолго, и воспитывал меня отчим. Блокада не обошла и его. Вернувшись с фронта с орденами и медалями, он нашел свой дом на улице Савушкина разбомбленным, а оба его родителя умерли с голода. Долгие годы, общаясь с мамой и бабушкой (а они прожили до 94 лет) и слушая их воспоминания о блокаде, о том страшном времени, я ощущаю себя прошедшей через все эти испытания!
Анастасия Заболотная, операционный директор сети апарт-отелей Vertical:
– Мой прадедушка был капитаном судна в Кронштадте и успел вывезти прабабушку и детей из блокадного Ленинграда на север в глубинку. А сам погиб в сражениях под Кронштадтом. Это страшное событие так или иначе повлияло на каждого человека в России и на страну в целом. Истории, связанные с блокадой, ужасают, блокада – это голод, страх и отчаяние.
Многие места в Петербурге помнят блокаду: когда приходишь в зоопарк, сотрудники рассказывают, как их коллеги пытались спасти животных; в филармониях – как музыканты играли, чтобы поднять дух горожан; заводы продолжали работать, выпускать танки, несмотря на состояние рабочих. Город изо всех сил пытался выжить, об этом подвиге необходимо помнить и рассказывать.
Лев Каплан, вице-президент, директор «Союзпетростроя», житель блокадного Ленинграда:
– Для меня лично блокада Ленинграда означает очень многое, потому что я жил в этом городе во время блокады. И хотя я был подростком двенадцати-пятнадцати лет, я принимал посильное участие в обороне города, будучи в отряде по спасению дома от зажигалок. Недаром 27 января 1944 года называют днем ленинградской победы. Этот день был наполнен ликованием выживших горожан, снятием маскировки с окон, первым салютом с Марсова поля и военных кораблей Балтийского флота. Снятие блокады Ленинграда в январе 1944 года стало серьезным ударом по немецко-фашистским захватчикам и в числе прочего предопределило Победу в мае 1945 года. Этот день я чту наравне с праздником Победы над фашистской Германией. Поздравляю всех ленинградцев-петербуржцев с 76-й годовщиной полного снятия блокады Ленинграда. Чистого мирного неба над головой!
Михаил Голубев, девелопер, инвестор проекта «Прибрежный Квартал» в Лисьем Носу:
– Блокада Ленинграда для меня – это, в первую очередь, героизм его жителей. Беспрецедентное проявление духа, стойкости и желания отстоять свой город от врага. То, что никогда нога захватчика не вступала в наш город, – это подвиг простых людей. День снятия блокады – это один из самых главных праздников в Петербурге, часть идентичности города, наш особый ритуал и память для поколений.
Кирилл Романов, генеральный директор ООО «Гильдия Геодезистов»:
– Блокада Ленинграда для меня и моей семьи – это была личная история и личная трагедия.
Обе мои бабушки – жительницы блокадного Ленинграда. Галине Александровне Романовой было одиннадцать лет. Она выступала в госпитале для раненных солдат. Ей иногда доставались гостинцы от красноармейцев; наверное, благодаря этому их семья смогла выжить. Почти год она прожила в блокадном Ленинграде. Потом очень сильно заболела, но ей повезло, ее с мамой и маленьким братом эвакуировали. Она не любила рассказывать про войну и блокаду, даже когда я просил.
Как-то, когда я был уже курсантом военно-морского училища, я приехал к ней в увольнение 27 января, в форме и с цветами, и поздравил с Днем снятия блокады города Ленинграда, она расстроилась и попросила больше не поздравлять ее с этим днем. Наверное, для нее это было слишком тяжелые воспоминания.
Вторая бабушка, Галина Иосифовна Блохина, была совсем ребенком, ее семье было проще, в блокаду они жили в домовладении в Ольгино. У них было хозяйство и огород. Несмотря на то, что большую часть урожая нужно было сдавать, такого голода, как в городе, не было. Первое время у них даже была корова, но потом ее пришлось сдать в колхоз.
В Ленинграде память о тех страшных событиях передавали не только в семьях. Мы в школе постоянно ездили на экскурсии, посвященные войне и блокаде. Я помню, как в День снятия блокады мы в школе заклеивали бумагой крест накрест окна, в коридоре был почетный караул из старшеклассников. Также в детстве у меня была книга про блокаду с леденящими кровь фотографиями и фактами. Некоторые фото я помню и сейчас. Вряд ли такие педагогические подходы применимы в наше время, но мы точно должны передать память о тех страшных событиях нашим детям.
Ольга Сафронова, заместитель генерального директора ООО «Негосударственный надзор и экспертиза»:
– Моя мама – блокадница, поэтому рассказы об ужасах зимы 1941–1942 годов я слышу с самого детства. Первая учительница младших классов у нас тоже была блокадница. Однажды, после очередной шалости на перемене, когда мы кидались хлебом, она собрала весь класс и начала рассказывать о жизни в блокадном Ленинграде. Ее рассказ произвел такое впечатление, что помню его до сих пор и не могу выкидывать даже уже черствый хлеб.
Игорь Френкель, исполнительный директор ООО «Институт современных строительных технологий»:
– Для всех, кто пережил блокаду или знает о ней из книг, фильмов, истории города, – это в первую очередь пример героизма простых людей и безграничная вера в победу. Блокада Ленинграда – для меня черная полоса истории СССР, но вместе с тем наполняющая меня гордостью за жителей города, которые ценой своей жизни сохранили наш прекрасный город.
Считаю, что на территории города и пригородов должны появляться новые памятники, мемориалы, памятные доски. Решение об их размещении должно приниматься на уровне муниципальной власти. А вот формы и место – должны определяться только путем конкурса и голосования населения. Не обязательно это огромные мемориалы и скульптурные группы. Скульптуры кошек, спасавших город от голода, барельеф проруби на Фонтанке, 21, девочка на санках, скол мрамора на Аничковом мосту, рупор на углу Садовой и Невского – несут порой больше информации и надежды на то, что память о блокаде будет вечной.
Компания Glorax Development возведет на намыве Васильевского острова не только жилье, но и офисы. Инвестиции в деловой квартал составят 6 млрд рублей.
О планах Glorax Development создать в рамках проекта Golden City на намывных территориях Васильевского острова крупный деловой квартал сообщила пресс-служба девелопера. Это, по мнению застройщика, позволит сбалансировать инфраструктуру района и создать места для работы нескольких тысяч человек.
Концепция делового квартала разработана голландским консорциумом KCAP+Orange Architects. Она предусматривает строительство пяти офисных зданий общей площадью 110 тыс. кв. м на участке в 2,5 га. Все здания будут соответствовать «зеленым» стандартам.
А их будущие резиденты смогут повлиять не только на планировки рабочего пространства, но и на облик самих офисных башен (возможны три вида фасадов с разными вариантами цветовых решений и остекления). При необходимости здания смогут соединить между собой галереями. А между ними устроят площади и зеленые островки. В деловом комплексе будут паркинги и вся необходимая инфраструктура.
Кто именно разместится в сити на намыве, девелопер пока не сообщил, но отметил, что ведет переговоры с несколькими крупными российскими и зарубежными корпорациями о размещении там их штаб-квартир.
«Для бизнеса очень важно, что проект удобно расположен. Отсюда менее 10 км до Невского проспекта, а до аэропорта «Пулково» по ЗСД можно добраться всего за полчаса», – сообщили в Glorax Development.
Строительство делового квартала начнется в конце 2019 года и потребует, по предварительным данным, инвестиций в размере 6 млрд рублей.
Всего на намыве, на участке в 15 га, Glorax Development построит шесть кварталов общей площадью более 450 тыс. кв. м. Сейчас идет строительство первых двух жилых комплексов бизнес-класса.
По мнению руководителя отдела исследований компании JLL в Санкт-Петербурге Владислава Фадеева, офисные площади на намыве будут востребованы. «Этому будут способствовать близость района к центру города, хорошая доступность на личном транспорте (особенно после того, как будет сделан второй съезд с ЗСД на Васильевский остров) и появление в перспективе станции метро на самом намыве. Но проект нужно выводить пофазово, чтобы не перегрузить рынок», – говорит он.
По мнению генерального директора Colliers International в Санкт-Петербурге Андрея Косарева, интерес компаний могут вызвать как арендные офисные площади на намыве, так и сделки built-to-suit с последующей покупкой либо долгосрочной арендой. «Сейчас эта локация может показаться малопривлекательной, так как находится вдали от инфраструктуры и здесь активно идет стройка. Но через 5–10 лет, с появлением станции метро, район может превратиться в один из самых привлекательных деловых кластеров города», – говорит он.
Кстати
Эксперты отмечают, что офисный рынок Васильевского острова в последние годы сильно изменился. «Доля свободных площадей снизилась с 10,3% до 2,4% за три года. А средние арендные ставки выросли на 40% (в классе А) и на 20% (в классе В) и составляют около 1,4 тыс. рублей за 1 кв. м в месяц, что существенно выше среднерыночных показателей. Все это благодаря развитию инфраструктуры. Ставки будут и дальше расти, но вряд ли в ближайшей перспективе окажутся выше, чем в центре города», – говорит Владислав Фадеев.
По данным Colliers International, на конец 2018 года объем качественного офисного предложения в Василеостровском районе составлял 227 тыс. кв. м. Среди районов Петербурга Василеостровский занимает шестое место по объему офисного предложения.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Группа ЛСР завершила намывные работы на Васильевском острове
Выход на рынок новых офисов в Петербурге за год сократился в 5,5 раза
Девелоперы офисных центров в Петербурге не торопятся реализовывать свои проекты
Актив оценен в 105 млн рублей.
Российский аукционный дом (РАД) готовит к продаже два земельных участка общей площадью 5,5 тыс. кв. м на Береговой улице в Выборгском районе Петербурга, недалеко от станции метро «Озерки». Там можно построить среднеэтажный жилой дом с социальной инфраструктурой. Собственник уже получил разрешение на строительство дома бизнес-класса на 75 квартир. Его общая площадь составит 4,1 тыс. кв. м.
По словам и. о. руководителя коммерческого департамента РАД Раисы Муратовой, участок в черте города, недалеко от метро, с полностью готовой проектной и разрешительной документацией – это большая редкость. «Инвестору остается только завезти технику и приступить к строительству. Думаю, актив может быть интересен не только местным девелоперам, но и компаниям, которые только планируют выйти на рынок города. Для первого шага это комфортный проект», – говорит она.
Начальная цена лота – 105 млн рублей. По оценке директора департамента финансовых рынков и инвестиций Colliers International Анны Сигаловой, эта цена комфортная. «Если действительно есть готовая разрешительная документация, то в процессе торгов цена может вырасти до 150 млн рублей», – считает она.
«Изначально на этих участках строительная компания «Группа Прайм» реализовывала проект «Новая Скандинавия». По нашим сведениям, после банкротства застройщика залогодержателями большого количества участков в проекте стали Сбербанк и Банк России. Мы знаем, что на некоторых участках в проекте есть обременения в виде обманутых дольщиков. Поэтому говорить о том, что это комфортные условия для входа проект, я бы не стала», – считает руководитель направления инвестиционного брокериджа Rusland SP Александра Смирнова. Локация участков, по ее словам, также является весьма специфической: микрорайон имеет плохую транспортную доступность и слабо связан с городской транспортной сетью. «Даже если там нет ни одного обременения, начальная цена сильно завышена. Рыночная стоимость участков составляет 70–80 млн рублей», – говорит она.
Кстати
По данным КЦ «Петербургская Недвижимость», в Выборгском районе Петербурга сейчас возводятся 22 жилых комплекса на 1,2 млн кв. м жилья. В свободной продаже в Выборгском районе находится 421 тыс. кв. м жилья. Но в районе Шувалово-Озерки проектов на стадии реализации сейчас нет.
«Средняя цена предложения – 110,2 тыс. рублей в классе «масс-маркет» (на 1,8% выше среднего показателя по городу). Цена на бизнес-класс – 151,9 тыс. рублей за «квадрат» (на 11% ниже, чем в среднем по Петербургу)», – сообщила руководитель Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Glorax Development закрыла сделку по приобретению участка на Лиговском проспекте
В Петербурге с молотка пустят недвижимость концерна «Гидроприбор»
«Климов» на продажу. Корпорация «Ростех» подготовила к торгам землю завода