«Чемодан без ручки». Объекты наследия остаются проблемой для современного использования
В Санкт-Петербурге и Ленобласти сохраняются сотни зданий – объектов наследия, которые не используются, и вряд ли найдут пользователя в обозримом будущем. По оценке экспертов, несмотря на историческую ценность, значительная часть этих памятников – не активы, а «головная боль» для собственников.
Как в поговорке
Многие объекты наследия (разумеется, прежде всего, не крупные, федерального значения, которые собирают туристов, а небольшие, со статусом региональных и даже выявленных памятников) все больше напоминают «чемодан без ручки» из известной поговорки – который и бросить жалко, и нести неудобно.
По данным КГИОП, по состоянию на начало октября 2018 года, на территории Петербурга насчитывалось 8960 объектов культурного наследия. Из них 3761 – федерального значения, 2340 – регионального, 2859 – выявленных объектов. По оценке экспертов, по крайней мере, несколько сотен их них еще с советских времен находятся в крайне неудовлетворительном состоянии и не используются.
Причина ситуации достаточно проста: требования к реконструкции и реставрации объектов наследия с целью приспособления для современного использования настолько строги, что потенциальные инвесторы просто не хотят за это браться, несмотря на имиджевые плюсы, которые дает размещение в таком здании.
«Петербург – уникальный по размерам и сохранности исторического наследия мегаполис; ничего похожего в мире нет. И любая попытка вторжения в сложившуюся архитектурную среду вызывает крайне бурную негативную реакцию общественности. С одной стороны, такое трепетное отношение к наследию – это прекрасно, с другой – не дает использовать здания-памятники», - отмечает генеральный директор Knight Frank SPb Николай Пашков.
С ним соглашается директор Архитектурного бюро «Литейная часть-91» Рафаэль Даянов. «В Петербурге сегодня самое жесткое охранное законодательство из всех, с какими мне довелось знакомиться в мире. В 2003 году мы работали над приспособлением Комендантского дома в Петропавловской крепости. В частности, над его двориком была установлена крыша. Проект в целом оказался успешным, сейчас этот объект очень востребован, там проходит множество мероприятий различной направленности. Но в рамках нынешнего законодательства, этот проект не мог бы быть реализован», - отмечает он.
Результатом крайне жестких требований в этой сфере, по оценке экспертов, в значительной мере стал результат, по сути, обратный тому, к которому стремились законодатели. Да, объекты наследия никто не перестраивает, они вообще перестали вызывать интерес у потенциальных инвесторов, и теперь продолжают естественным образом разрушаться, поскольку бюджетных средств на реставрацию на все здания-памятники, очевидно, хватить не может.
Долго ли, коротко ли
На сегодняшний день, даже крупный исторический объект в центре Северной столицы очень проблематичен с точки зрения окупаемости. «Мы разрабатывали итоговый проект реконструкции Никольских рядов на Садовой улице. Там разместились две гостиницы крупных международных брендов Holiday Inn Express и Meininger Hotel Gruppe. Функционально проект, на мой взгляд, очень успешен – вместо руин в центре города появился востребованный объект. Но вот относительно экономической выгоды – я не настолько уверен», - говорит Рафаэль Даянов.
«В такой ситуации невозможно получить краткосрочную доходность. Берясь за реализацию проекта в объекте наследия, инвестор должен ориентироваться на долгосрочную перспективу. В данном случае, гостиничный сегмент, на мой взгляд, был оптимален. Отели не слишком большой звездности в историческом центре Петербурга будут востребованы всегда, даже не в высокий сезон. Соответственно, они постоянно будут генерировать прибыль, и «долгом шаге» обеспечат и окупаемость, и хорошую инвестиционную ценность объекта», - считает Владислав Юрковский, директор по инвестициям компании VIYM (собственник Никольских рядов).
Поэтому, по его словам, имеются инвесторы, готовые вкладывать в исторические объекты в хороших локациях. «Они понимают, что долгосрочная инвестиция будет приносить, может быть, небольшую, но стабильную прибыль», - заключает эксперт.
По словам Николая Пашкова, у большинства исторических объектов очень «сложная экономика», поскольку затраты и сложности при приспособлении к современному использованию очень велики. «При покупке таких зданий, в основном, 40 тыс. рублей за 1 кв. м – это граница экономической целесообразности; а выше 60 тыс. рублей – практически не окупаемый в перспективе вариант», - отмечает он.
Эксперт отмечает также, что для памятников промышленной архитектуры одним из потенциально наиболее привлекательных вариантов использования является создание креативных пространств. «Такие проекты не требуют изменения планировки здания внутри и нуждаются в существенно меньших единовременных инвестициях», - говорит Николай Пашков.
«В таком случае есть возможность реконструировать объект постепенно. Поэтапное инвестирование в преобразование пространства комфортно для собственника. По мере выполнения улучшений и повышения класса объекта, может увеличиваться и арендная плата. При этом постепенное обновление дает возможность анализировать процесс и планировать развитие проекта в целом», – констатирует управляющая креативного пространства «Бертгольд-центр» Алена Цветкова, отмечая, что на этом объекте подход оказался экономически оправданным.
Между «нагрузкой» и «изюминкой»
Отдельную проблему представляют собой объекты наследия, находящиеся в составе крупных территорий «серого пояса», направляемых под редевелопмент. «Приспособление их под жилье, что экономической точки зрения было бы максимально привлекательно, практически невозможно. Планировки, которые, как правило, являются предметом охраны, совершенно не подходят для такого функционала. Паркинги размещать негде, озеленение, как правило, - тоже», - отмечает Николай Пашков.
Реконструкция объектов наследия в составе проектов застройки – это практически всегда дополнительная «нагрузка» на девелопера, считает руководитель Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева. «Разумеется, застройщики, у которых на территории проекта имеются какие-то объекты наследия, подписывают соответствующие охранные обязательства, готовят проект реставрации и осуществляют ее, стараясь приспособить здание для того или иного современного использования. Но самостоятельной «экономики» у этих зданий нет. Затраты на исторические строения покрываются из доходов, полученных при реализации девелоперских проектов. Реставрация – это своего рода социальная «нагрузка», особенно, если речь о зданиях, находящихся не в историческом центре, а «на отшибе», - отмечает она.
Альтернативное мнение высказал директор по маркетингу Группы RBI Михаил Гущин. «Проекты реконструкции объектов наследия, находящихся на территории современной застройки, с точки зрения формальной рентабельности, действительно, редко когда выходят «в ноль». С этой точки зрения, они только добавляют девелоперам хлопот. Но сам факт присутствия такого объекта в составе жилого комплекса, особенно, если застройщик сумел придумать интересный формат для его современного использования, создает дополнительную ценность для возводимого жилья. Это привлекает к ЖК дополнительный интерес. Кроме того, исторический объект задает оригинальный архитектурный посыл для новых зданий, стимулирует искать интересные решения внешнего облика комплекса», - считает он, приведя в пример ряд комплексов холдинга. Михаил Гущин добавляет, что объект наследия, гармонично «встроенный» в современный проект, позволяет повысить цены на жилье в нем до 10%.
Впрочем, эксперты солидарны в том, что реконструкция объектов наследия с приспособлением их под современное использование вне «больших девелоперских проектов», с точки зрения рентабельности, крайне проблематична, а значит вопрос повышения интереса инвесторов к зданиям-памятникам сохраняет актуальность.
Строительный блок в правительстве Ленобласти должен подтвердить свою эффективность.
Проверка, проведенная Контрольно-счетной палатой Ленинградской области в отношении регионального Управления строительства, выявила среди прочего большую текучесть и недостаток высококвалифицированных кадров, недостаточно эффективные меры в отношении нерадивых подрядчиков, отсутствие взаимосвязи между оплатой труда сотрудников учреждения и результатами его работы и др.
Избирательные меры
Как сообщил Алексей Ларькин, председатель КСП, представляя результаты проверки на заседании областного ЗакСа, в течение 2014 – девяти месяцев 2015 года меры, принимаемые Управлением строительства в ответ на неудовлетворительные темпы работ подрядных организаций, носили «избирательный характер». «Действующим законодательством предусмотрены механизмы обеспечения государственных контрактов - банковская гарантия или внесение денежных средств на соответствующий счет. Банковские гарантии были представлены, однако до настоящего времени предусмотренный механизм эффективного несудебного взыскания сумм неустоек, штрафов и пеней не использовался», - заявил он. Так, если на основании судебных решений за 2014 – девять месяцев 2015 года было взыскано 25,4 млн рублей, то в несудебном порядке – только 0,4 млн рублей.
Текут кадры
Проверка силами КСП выявила не просто большую текучесть кадров, но ее преобладание в руководящем составе и двух основных отделах Управления строительства – производственно-техническом и отделе строительного контроля. Кроме того, налицо явный недостаток специалистов с профильным строительным образованием и соответствующим опытом работы. «В течение проверяемого периода в учреждении сменилось пять исполняющих обязанности руководителя, из них трое не соответствовали требованиям должностных инструкций в части необходимого стажа работы на руководящих должностях», - сообщил Алексей Ларькин. Всего в Управление строительства Ленинградской области за 2014 год были приняты на работу 27 человек и уволены 23.
Со своей стороны, председатель областного комитета по строительству Виталий Жданов, отметил, что на данный момент все руководящие должности заполнены, текучки кадров нет. «Проблемы 2014 года сегодня решены», - подчеркнул он.
В свою очередь, Михаил Москвин, заместитель председателя правительства Ленинградской области по строительству, высказался в пользу того, чтобы дать время и председателю профильного комитета, и начальнику управления строительства, чтобы «исправить эту ситуацию». Напомним, что Виталий Жданов возглавляет комитет по строительству чуть больше года, а Константин Панкратьев приступил к исполнению обязанностей начальника Управления строительства в сентябре прошлого года.
Контроль плюс качество
На эффективности деятельности областного Управления строительства, по заключению КСП, сказывается отсутствие у него функций контроля за качеством проектно-изыскательских работ, осуществляемых подрядными организациями. «Считаем, что учреждение должно быть наделено такими функциями», - подчеркнул председатель КСП.
Между тем, по словам Виталия Жданова, как раз качеству проектирования, а также увязке разработки проектов с реальными потребностями в том или ином объекте в последние полтора года было уделено самое серьезное внимание. «Мы как раз в 2014 году обратили внимание на то, что работа по проектированию [объектов Адресной инвестиционной программы] велась спонтанно и не регулировалась никакими решениями. Поэтому была создана рабочая группа по проектированию во главе с действующим заместителем председателя правительства Ленобласти по строительству Михаилом Москвиным. В группу вошли профильные комитеты, которые определяют необходимость возведения объектов социальной сферы в том или ином населенном пункте. Управление строительства является исполнителем и реализует только включенные в АИП объекты. Все спроектированные на данный момент объекты будут построены», - прокомментировал г-н Жданов.
Сроки давности
Отчет КСП о проверке Управления строительства Ленинградской области вызвал вопросы депутатов областного ЗакСа о причинах долгостроев среди социальных объектов, включенных в АИП, а также о неосвоении средств федерального бюджета, выделенных на строительство объектов дорожной инфраструктуры.
Говоря о ходе реализации дорожных проектов с привлечением федеральных средств, Михаил Москвин уточнил, что перенос сроков выполнения работ на 2016 год по шести объектам (четырем путепроводам в местах пересечения с железной дорогой и двум дорогам в Гатчине) вызван причинами объективными. «Основная причина – заключение соглашения с Росавтодором только в августе. Как следствие, конкурсы на выполнение подрядных работ возможно было провести только в конце года. Понимая необходимость переносы федеральных средств на 2016 год, мы уже получили от Росавтодора нормативные документы о продлении финансирования по этим шести объектам до 1 июня», - сообщил г-н Москвин.
В то же время председатель комитета по строительству напомнил, что среди долгостроев в программе АИП – ряд «брошенных» объектов (это 10 котельных и газопровод). «Половину этих котельных и газопровод мы уже ввели в строй и передали эксплуатирующим организациям. По фактам нарушений закона на строительстве котельных в пгт. Ефимовский (Бокситогорский район) и пгт. Мга (Кировский район) были заведены уголовные дела, и мы получили от правоохранительных органов разрешение на их достройку только во второй половине 2015 года», - прокомментировал Виталий Жданов. По его словам, ввод в эксплуатацию этих котельных возможен не ранее конца нынешнего года.
Первый энергоблок ЛАЭС-2 в Сосновом Бору начнет вырабатывать электроэнергию в общую сеть на два года позже запланированного.
Раньше его хотели ввести в эксплуатацию в конце 2015 года, теперь это случится не раньше 2017 года. Причина – снижение электропотребления в регионе.
О том, что первый энергоблок ЛАЭС-2 будет введен в промышленную эксплуатацию в срок до 1 января 2018 года, в рамках пресс-конференции рассказал Олег Иванов, главный инженер строящихся энергоблоков ЛАЭС. По его словам, сейчас на стройплощадке закончены работы по устройству основания ядерного реактора первого энергоблока, завершено создание внутренней защитной оболочки, идут работы по созданию внешней защитной оболочки. Турбинное отделение также построено, в конце I квартала текущего года начнется поливка водой систем безопасности и проверка их видеозондом.
По словам Олега Иванова, включение генераторов и выработка электрического тока для собственных нужд первым энергоблоком произойдет уже с мая 2017 года. Дальше пойдут эксперименты по наращиванию мощности и получение разрешения на промышленный пуск с возможностью вырабатывать электроэнергию в сеть. Это произойдет к 1 января 2018 года. Ранее первый энергоблок ЛАЭС-2 планировали ввести в эксплуатацию в конце 2015 года. Потом в СМИ прошла информация о том, что ввод будет отложен на 2016 год. Однако и эти сроки сдвинулись. По словам Олега Иванова, основная причина в том, что энергопотребление в регионе постоянно снижается.
Еще в конце 2014 года Министерство энергетики РФ прогнозировало, что в России в 2015-2016 годах будет наблюдаться нулевой прирост потребления электроэнергии, хотя раньше в ведомстве говорили о небольшом росте в 0,5%. Подтверждением этому служат данные системного оператора. Так, по информации филиала ОАО «СО ЕЭС» «Региональное диспетчерское управление энергосистемами Санкт-Петербурга и Ленинградской области» (Ленинградское РДУ), потребление электроэнергии в энергосистемах Петербурга и Ленинградской
области в 2015 году составило 43 517,8 млн кВт.ч, что на 0,7 % меньше объема потребления за 2014 год. За этот же период электростанции региональной энергосистемы Петербурга выработали 55 410,0 млн кВт·ч электроэнергии, что на 1,6% меньше выработки за 2014 год.
Естественно, снижение энергопотребления влияет и на ввод второго энергоблока ЛАЭС-2, строительство которого также находится в активной стадии. Как отметил Олег Иванов, по «дорожной карте» он должен быть готов к 2019 году, не ранее. Но и эта дата может быть сдвинута, если ситуация с энергопотреблением не улучшится. «Финансирование второго энергоблока дается определенными порциями. Пока отставания по графику работ нет. Ядерный остров сооружается, установлены краны для строительства турбинного отделения, химводоподготовка здания уже закончилась», – прокомментировал Олег Иванов.
В этой связи непонятна судьба третьего и четвертого энергоблоков. На их сооружение получена лицензия, идет проектирование. Ранее говорилось, что их ввод может произойти в 2022-2023 годах. Однако и здесь строители ЛАЭС-2 не берутся прогнозировать, отмечая, что ситуация с энергопотреблением может быстро поменяться и новые энергомощности снова потребуются.
Между тем Олег Иванов сообщил, что возведение первого энергоблока Ленинградской АЭС-2 в Сосновом Бору стало дешевле после пересмотра ряда технических решений и отказа от строительства некоторых вспомогательных объектов. По его словам, впервые проект первого энергоблока прошел Главгосэкспертизу в 2007 году. За это время произошли новшества, изменения, приняты какие-то новые технические решения, поэтому в конце 2015 года проект первого энергоблока со всеми изменениями еще раз прошел Главгосэкспертизу и получил положительное заключение. Одновременно с этим было решено убрать часть вспомогательных объектов. Например, было решено не строить один из двух транспортных цехов, а также отказаться от береговой насосной станции, которая уже есть рядом с действующей ЛАЭС. И в дальнейшем именно она будет использоваться для восполнения воды на первом энергоблоке ЛАЭС-2.
В связи с этим стоимость реализации проекта в базовых ценах снизилась. Олег Иванов не смог дать ответ, на сколько процентов произошло уменьшение сметы. Но уточнил, что, например, стоимость пусконаладки уменьшилась на 400 млн рублей.
Добавим, что ранее эксперты, близкие к госкорпорации «Росатом», отмечали «Строительному Еженедельнику», что стоимость строительства одного атомного энергоблока в России составляет 3-4 млрд USD.
По мнению Дмитрия Баранова, ведущего эксперта УК «Финам Менеджмент», в России среднесрочной и долгосрочной перспективе электроэнергии будет потребляться больше, поэтому объекты генерации будут строиться дальше. К тому же новые энергомощности должны заменять старое оборудование. По его мнению, большинство объектов находится в высокой степени готовности, поэтому проще и дешевле достроить их, чем держать недостроенными.