Неспешная оцифровка
В необходимости цифровизации строительного рынка убеждено абсолютное большинство участников, однако готовность к ней и скорость процесса оставляют желать лучшего.
Цифровизация строительной отрасли продвигается в рамках нацпроекта «Цифровая экономика». На 2019 год в федеральном бюджете на эти цели заложено более 90 млрд рублей. Как ранее заявлял руководитель Проектного офиса по реализации программы при Аналитическом центре при Правительстве РФ Владимир Месропян, акцент делается на технологиях: Big Data, искусственный интеллект, квантовые технологии, сенсорика, робототехника и некоторые другие. Они будут применяться в основных отраслях экономики и социальной сферы, в том числе в строительстве. Однако внедрение «цифры» в строительной отрасли пока невелико.
Медленная трансформация
Согласно результатам исследования, проведенного компанией Strategy Partners совместно с РГУД и журналом «Генеральный директор», почти половина (46%) строительных и девелоперских компаний считает цифровизацию стратегическим приоритетом, еще 54% отчасти согласны с необходимостью трансформировать бизнес.
Однако всего 18% компаний видят цель, которой им предстоит достичь, а подавляющее большинство (96% опрошенных) не замечает эффекта от внедрения цифровых технологий. Хотя более 45% компаний создали специальное структурное подразделение, примерно треть компаний – пока на полпути к цели, и только 11% внедрили эффективную систему мотивации сотрудников.
«Строительная индустрия никогда не была передовой, она всегда была инертной в части инноваций – это не телеком, не IT и даже не розница», – прокомментировала руководитель исследования, партнер Strategy Partners, руководитель практики «Недвижимость и инфраструктура» Елена Киселёва.
Как отмечает заместитель генерального директора по коммерческим вопросам ООО «ПЕНОПЛЭКС СПб» Кирилл Иванов, скорость внедрения «цифры» пока невелика, оно происходит главным образом в крупных компаниях Москвы и Петербурга.
«Хотелось бы сказать, что «BIM шагает по стране», однако это не так. За последние три-четыре года процесс развивается линейно, а не по экспоненте, как виделось ранее. Важное требование цифровизации – внедрение BIM – у многих компаний находится на зачаточном уровне или отсутствует. Если посмотреть на самый простой показатель – наличие сформулированного и утвержденного BIM-стандарта внутри компании, то окажется, что у большинства его нет», – констатирует Сергей Веселов, генеральный директор Development Systems (входит в группу RBI).
А по мнению руководителя BIM-мастерской Проектного института № 1 Александра Никитина, «все идет с оптимальной для данной отрасли скоростью, так как никто не знает, как это должно быть, идет апробация технологических решений». Но многие участники строительного рынка отмечают растущую скорость внедрения цифровых технологий. «Достаточно сложные для управления области строительства и IT набрали технологическую мощность. Стали появляться действительно полезные инструменты для строителей – на базе BIM-технологий. Поднялась и востребованность автоматизации процессов – начиная с управления проектами, заканчивая поставками материалов на строительную площадку», – перечисляет руководитель департамента по информационным технологиям инвестиционно-строительного комплекса AAG Александр Ежилов.
«Если в 2012–2013 годах внедрением занимались только отдельные представители бизнеса, то на сегодняшний день к этому вопросу подключилось государство, которое координирует и продвигает данный процесс. И бизнес не просто практикует использование цифровых технологий, от него требуют обязательного их применения.
Конечно, скорость внедрения новых технологий в Москве, Петербурге и в регионах сильно отличается. Продвижение инноваций в регионах, а также повышение эффективности использования уже внедренных цифровых инструментов в компаниях – как мне кажется, основной вектор следующих лет», – размышляет Арсентий Сидоров, генеральный директор НТЦ «Эталон» (входит в Группу «Эталон»).
Страх перемен
Безусловно, есть причины, которые тормозят внедрение цифровых технологий в работу компаний. По результатам исследования определились три ключевых тормоза: высокая стоимость внедрения, недостаточная цифровизация партнеров и поставщиков, высокие риски внедрения.
Директор по продажам и маркетингу ООО «Петрострой» Анна Князева полагает, что процесс также тормозит психология: «Человеческая природа такова (а бизнесмены тоже люди), что все новое вызывает опасения, основное из которых – потеря важной, стратегической информации».
Кирилл Иванов кроме перечисленных причин называет нежелание перестраивать существующие бизнес-процессы под реалии рынка, отсутствие действенных стимулов со стороны государства, низкую стоимость труда, которая не помогает внедрению передовых программ.
«В первую очередь, развитие тормозится уровнем цифровой культуры и отсутствием стратегии цифровой трансформации бизнеса – как девелоперского, так и проектного. Цифровые технологии, как мне кажется, должны восприниматься как обновление производственной платформы, а не внешнее украшение», – рассуждает Сергей Веселов.
Маркетинг-менеджер системы управления проектированием Pilot-ICE компании «АСКОН» Ольга Гришко уверена: действует совокупность факторов, среди которых – сложность освоения новых технологий, смена привычек и даже страх перемен. А недостаток квалифицированных кадров, по ее словам, может стать серьезной угрозой при массовом внедрении цифровых технологий: «Если топ-менеджмент компаний не видит целесообразности, не может оценить и посчитать экономический эффект, то вряд ли компания справится с переходом на цифровые рельсы».
Хотя ожидаемый от внедрения BIM эффект – сокращение в разы трудозатрат, минимум ошибок в проектной документации и увеличение скорости проектирования в два-три раза, однако на первых этапах стоимость внедрения BIM достаточно высока, поясняет директор по строительству Группы RBI Майкл Миллер. «Речь идет не только о вложениях средств, но и о затратах времени. Считается, что при переходе на BIM сначала производительность остается на прежнем уровне, а у кого-то даже может немного падать. И только в течение двух-трех лет, при должном подходе, она вырастает», – говорит он.
По мнению Арсентия Сидорова, поскольку цифровизация застрагивает комплексные бизнес-процессы в компаниях, выделить какие-то отдельные причины сложно. Но есть наиболее характерные: непроработанность нормативной базы и сложная экономическая ситуация на рынке. «В первом случае до конца не понятны правила игры и требования, которым должны следовать компании в отрасли, во втором – необходимы структурные изменения и инвестирование больших средств», – поясняет он.
Александр Никитин, помимо этого, отмечает отсутствие заказчика на новые технологии. Также, по его мнению, к факторам, тормозящим процесс, следует относить отсутствие статей бюджета на НИОКР и неготовность строительного рынка к прозрачности.
Александр Ежилов, кроме того, указывает на необходимость одновременно и поменять процесс, и перестроить работу, и предусмотреть реализацию требований, которые появятся уже после внедрения. Здесь есть риск ошибок, исправление которых потребует впоследствии больших издержек.
Кирилл Иванов рассуждает о рисках, которые на том или ином этапе разнятся: на этапе выбора системы и ее построения – малое количество квалифицированных кадров; в процессе внедрения – необходимость работать в двух системах (что в определенный период приводит не к снижению числа работников, но к их увеличению); перестройка управленческих процессов, нежелание части квалифицированных сотрудников перейти на «цифру»; а уже в процессе работы резко возрастает вопрос защиты данных.
Цифровизация отчасти
Согласно результатам исследования, многие строительные компании пока внедряют отдельные элементы цифровых решений. Так, 35% респондентов предлагают клиентам такие цифровые решения, как «умный дом», «умное здание», «умная инфраструктура». Также многие компании уделяют внимание цифровизации клиентских функций. 31% создает специальные мобильные приложения, позволяющие заказать бытовые услуги и произвести оплату ЖКУ в режиме онлайн, а 27% компаний эффективно управляют лояльностью целевой аудитории в цифровых каналах.
Цифровизация производственного процесса также идет частично: электронный документооборот, BIM, облачные технологии и прочее. Интернет вещей, интегрированные системы управления проектами и контроль за перемещением людей на стройплощадке используют менее 10% компаний.
Участники опроса определили топ-5 наиболее перспективных технологий: BIM, Big Data, БПЛА (беспилотные летательные аппараты), облачные решения для коллаборации и интернет вещей.
Финансовые стимулы
Сегодня цифровые технологии позволяют компаниям выгодно отличаться на рынке, что в существующих экономических реалиях весьма актуально. Новые технологии и подходы к разработке позволяют создавать продукты и услуги совершенно иного уровня, привлекая тем самым клиентов – конечных покупателей.
«Цифровизация способствует развитию конкуренции. Сейчас проектный рынок разделился на BIM-компании и компании формата 2D, поэтому барьер для входа на рынок низкий. Для девелоперского бизнеса преимущества внедрения BIM-технологии видны в более длинной временной перспективе и на стратегическом уровне. Оба рынка высококонкурентны и низкомаржинальны, и техническое перевооружение только усилит соперничество. С другой стороны, оно дает возможность для создания новых продуктов и услуг для потребителей (например, персонифицированная отделка для клиента или новые сервисы по управлению проектными данными на этапе строительства – такие как инвестиционный контроль DS-X)», – полагает Сергей Веселов.
В то же время, подчеркивает Александр Никитин, «молодые амбициозные компании не нуждаются в трансформации, так как изначально держат курс на цифровизацию и применение всего нового, что появляется в отрасли, быстрее реагируют на изменения».
С одной стороны, цифровизация помогает развитию конкуренции, с другой – напротив, борьба за клиента заставляет бизнес искать новые инструменты, среди которых цифровизация занимает заметное место. В проведенном ранее исследовании Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (ЦКИ ИСИЭЗ НИУ ВШЭ) обозначены проблемы строительной отрасли: недостаточный спрос, высокий уровень налогов и стоимости стройматериалов, недостаток финансирования и дороговизна банковских кредитов. По мнению аналитиков, эти проблемы заставят компании не только менять схемы управления, но также переходить на «цифру».
«Компания изучает рынок, наблюдает за конкурентами и естественным образом хочет, чтобы ее продукт превосходил конкурирующие. Для этого необходимо обладать уникальными инструментами, одним из которых сейчас являются цифровые технологии», – уверен Александр Ежилов.
Цифровые перспективы
По расчетам Dassault Systemes, к 2025 году 25% мировой экономики будет оцифровано. Сейчас для ряда ведущих стран этот показатель составляет 9–10%, в России – 3,9%. Активнее всего digital-технологии применяются в торговле и сегменте B2C, но не в строительстве.
Цифровизация строительного рынка началась с BIM и электронного документооборота в банках. Сейчас работают информационные системы, выдаются электронные ипотечные закладные, в электронном виде регистрируются сделки купли-продажи, аренды и т. д.
«Ускорению внедрения цифровых моделей может способствовать развитие образовательных программ, как на уровне вузов, так и краткосрочных курсов. Это поможет появлению новых специалистов, которые хотят и умеют работать с «цифрой», проявляя необходимую инициативу», – полагает руководитель аналитического центра «Главстрой Санкт-Петербург» Дмитрий Ефремов.
В Петербурге в следующем году начнется строительство научно-образовательного инновационного центра – по аналогии с объектами в Сколково. Будущий университет и Национальный институт урбанистики должны работать в том числе в рамках проекта «Цифровая экономика». Планы есть, они нацелены на будущее – в ближайшие годы компаниям придется решать проблемы цифровизации самостоятельно.
Мнение
Андрей Паньков, директор по строительству компании «Строительный трест»:
– Можно выделить два основных направления в развитии информационных технологий в строительстве – математические модели и система информационного моделирования зданий (BIM). Математические модели при помощи моделирования и анализа существенно упростили работу архитекторам и проектировщикам, позволив им применять новые, зачастую инновационные решения.
BIM остается самым перспективным направлением на рынке. Именно эта технология позволяет контролировать каждую деталь объекта на протяжении всего жизненного цикла, одновременно делать технические, экономические и временные прогнозы. Однако трудность внедрения BIM на всех этапах строительного процесса заключается в соотношении профильных специалистов масштабам отечественного строительного рынка. У нас есть профессионалы в этой нише, но их очень мало, а чтобы их число росло, необходима качественная образовательная платформа. Как следствие, должна постоянно обновляться техническая база. В странах Европы BIM-моделирование применяется практически повсеместно. В России же информационная модель здания используется от силы на треть от ее возможностей.
Анна Князева, директор по продажам и маркетингу ООО «Петрострой»:
– Цифровизация – процесс не быстрый, но неотвратимый. И, без сомнения, те компании, которые будут или уже являются первопроходцами в цифровизации своих бизнес-процессов, сильно упростят себе задачу и при первичных существенных вложениях на данном этапе сократят расходы и повысят прибыльность своего бизнеса в дальнейшем. Перевод бизнес-процессов в «цифру» однозначно упростит контроль и повысит оперативность реагирования.
Михаил Алексеев, генеральный директор ООО «Геодезические приборы»:
– Цифровизация строительства может потребовать от государства финансовых вложений в обеспечение структур госэкспертизы, госнадзора и др. современными компьютерами, программным обеспечением, серверами для платформ обмена информации для всех участников, в том числе и коммерческих организаций.
Кроме того, это обучение, переподготовка имеющегося кадрового состава и подготовка нового – то есть вложение в образование, так как требуется то же самое приобретение современных компьютеров и программного обеспечения, подготовка педагогов и прочее.
Со стороны коммерческих организаций тоже требуются немалые вложения в «апгрейд» самих себя, включая в некоторых случаях обновление парка оборудования, налаживание взаимодействия между всеми участниками строительства. И все это нередко с неизвестными сроками появления ощутимой экономической эффективности от затрат. В результате часто возникает вопрос: «Зачем нам это надо, если все и так работает?» – и аргументы в сопоставлении с вложениями не всегда кажутся достаточно весомыми.
Ольга Гришко, маркетинг-менеджер системы управления проектированием Pilot-ICE компании «АСКОН»:
– Государство несколько лет назад начало предпринимать активные и уверенные шаги в сторону цифровизации. Но этот путь совсем не быстрый: каждый год выпускаются новые стандарты с набором необходимых изменений, споры при этом не утихают до сих пор – очень важно договориться о базовых понятиях и процедурах, чтобы все однозначно понимали, как работать в новых реалиях. Некоторые ведомства уже перешли на работу в «цифре», кто-то в процессе перехода.
За последние несколько лет законодательная и нормативная база, регламентирующая вопросы обеспечения пожарной безопасности, претерпела значительные изменения.
Системный анализ требований по огнезащите несущих металлических конструкций на объектах гражданского и промышленного строительства провел кандидат технических наук, генерал-майор внутренней службы в отставке Виктор Кривошонок:
Основополагающими федеральными законами, устанавливающими минимально необходимые требования пожарной безопасности к зданиям и сооружениям, а также к процессам проектирования, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации зданий и сооружений являются «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 30.12.2009г. № 384-ФЗ и «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» от 22.07.2008г. № 123-ФЗ.
Технический регламент о безопасности зданий и сооружений устанавливает, что здание или сооружение должно быть спроектировано и построено таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения исключалась возможность возникновения пожара, обеспечивалось предотвращение или ограничение опасности задымления здания или сооружения при пожаре и воздействия опасных факторов пожара на людей и имущество. Также в процессе строительства должна обеспечиваться защита людей и имущества от воздействия опасных факторов пожара и (или) ограничение последствий воздействия опасных факторов пожара на здание или сооружение. В случае возникновения пожара на стройке должны соблюдаться требования о сохранении устойчивости возводимого здания или сооружения, а также о прочности несущих строительных конструкций в течение времени, необходимого для эвакуации людей и выполнения других действий, направленных на сокращение ущерба от пожара.
Также названный Технический регламент предусматривает, что для обеспечения пожарной безопасности здания или сооружения в проектной документации должны быть обоснованы, в том числе, принимаемые значения характеристик огнестойкости и пожарной опасности элементов строительных конструкций.
Второй из интересующих нас Технических регламентов - о требованиях пожарной безопасности- , в свою очередь, устанавливает, что защита людей и имущества от воздействия опасных факторов пожара и (или) ограничение последствий их воздействия обеспечиваются, в том числе, применением основных строительных конструкций с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующими требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также применением огнезащитных составов и строительных материалов (облицовок) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Согласно названному регламенту, здания и сооружения по степени огнестойкости подразделяются на здания, сооружения и пожарные отсеки I, II, III, IV и V степеней огнестойкости, а по конструктивной пожарной опасности - на классы - С0, С1, С2 и С3. В зданиях и сооружениях должны применяться основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующими требуемым степени огнестойкости зданий, сооружений и классу их конструктивной пожарной опасности, которые устанавливаются соответствующими нормативными документами.
Требуемые пределы огнестойкости строительных конструкций выбираются в зависимости от степени огнестойкости зданий и сооружений, а класс пожарной опасности строительных конструкций – в зависимости от принятого класса конструктивной пожарной опасности зданий, сооружений.
Выбор пределов огнестойкости и класса пожарной опасности строительных конструкций осуществляется на основании соответствующих приложений к Техническому регламенту по пожарной безопасности.
Так, например, для в зданиях и сооружениях I степени огнестойкости предел огнестойкости несущих стен, колонны и других несущих элементов должен составлять R 120 (где R - потеря несущей способности конструкции и узлов), наружных ненесущих стен - E 30 (где Е – потеря целостности), перекрытий междуэтажных - REI 60 (где I - теплоизолирующая способность).
Например, в здании I степени огнестойкости несущие стены, колонны и другие несущие элементы должны потерять собственную несущую способность не ранее чем через 120 минут; наружные ненесущие стены должны потерять свою целостность не ранее чем через 30 минут; перекрытия междуэтажные должны потерять несущую способность, целостность и теплоизолирующую способность не ранее чем через 60 минут. Это минимальное расчетное время необходимое для эвакуации людей. Расчеты основаны на обобщенной статистике пожаротушения.
Металлические конструкции (металлоконструкции) – строительный материал, позволяющий в короткий период времени возводить качественные здания любого назначения. Обычно, металлоконструкции используются как несущие элементы. В некоторых зданиях и сооружениях и как ненесущие элементы и перекрытия междуэтажные.
Недостаток металла –высокая теплопроводность и чувствительность к огню и высоким температурам. Относясь к негорючим материалам, металлоконструкции не могут в течение длительного времени выдерживать воздействие высоких температур, возникающих внутри здания при пожаре. Прочность мягкой малоуглеродистой стали при температуре до 250 °С увеличивается, затем этот предел постепенно снижается, и при 400 °С прочность стали вновь принимает свое первоначальное значение.
Критическая температура, при которой происходит потеря несущей способности металлоконструкций при нормативной нагрузке, зависит от множества факторов и принимается равной 500 °С. Воздействие высокой температуры незащищенные металлоконструкции могут выдерживать в течение 5-25 минут, далее они теряют механическую прочность, деформируются и разрушаются под воздействием напряжений от внешних нагрузок и температуры.
Фактический предел огнестойкости металлоконструкций при так называемом стандартном пожаре в зависимости от толщины элементов металлоконструкций и величины действующих напряжений равен 6-15 минутам.
По нормативам, при применении металлоконструкций в качестве несущих элементов в зданиях и сооружениях I степени огнестойкости, они должны потерять несущую способность не ранее чем через 120 минут. Таким образом, очевидна необходимость повышения их огнестойкости до нормируемого времени.
Повышение огнестойкости достигается за счет огнезащиты металла, блокирующей тепловой поток от огня к поверхности металлоконструкции, предохраняющей её от быстрого прогревания и позволяющей сохранить несущую способность в течение заданного времени.
Можно выделить следующие способы огнезащиты стальных конструкций:
- облицовка конструкций огнезащиты плитными материалами или установка огнезащитных экранов на относе (конструктивный способ);
- нанесение непосредственно на поверхность конструкций различных огнезащитных покрытий;
- комбинированный (композиционный) способ, представляющий собой
рациональное сочетание различных способов огнезащиты.
Способ нанесения огнезащиты должен соответствовать способу, описанному в протоколе испытаний на огнестойкость и в проекте огнезащиты.
Огнезащита металлоконструкций путем обетонирования по армирующей стальной сетке, оштукатуривания или облицовки негорючими листовыми материалами значительно утяжеляет конструкции и является весьма трудоемкой, что делает ее в ряде случаев неприемлемой.
Наличие теплоизолирующих экранов позволяет конструкциям при пожаре замедлить прогревание металла и сохранить свои функции в течение определенного времени, то есть до наступления критической температуры, при которой начинается потеря несущей способности. Однако этот способ огнезащиты, в основном по эстетическим соображениям, приемлем только для объектов промышленного и складского назначения. Большее распространение имеют методы с использованием огнезащитных составов, незначительно утяжеляющих конструкции. Наиболее технологичным является нанесение на поверхность объекта тонкослойных вспучивающихся огнезащитных красок и огнезащитных обмазок.
Их огнезащитные свойства проявляются за счет увеличения толщины слоя и изменения теплофизических характеристик при тепловом воздействии в условиях пожара. Вспучивающиеся огнезащитные краски (покрытия) представляют собой композиционные материалы, имеющие в своем составе полимерное вяжущее и наполнители (антипирены, газообразователи, жаростойкие вещества и стабилизаторы вспененного угольного слоя). При нагревании они разлагаются вокруг защищаемой конструкции с поглощением тепла, происходит выделение инертных газов и паров, которые замещают атмосферный кислород и блокируют конвективный перенос тепла к защищаемой поверхности, подавляя пламя вблизи слоя покрытия, уменьшают радиационный поток тепла и замедляют процесс горения. Вспучивающиеся покрытия содержат компоненты, которые являются источником образования вспененного угольного слоя, покрывающего поверхность конструкции. Этот слой постепенно закоксовывается, становится жестким. Вспененный слой, отличаясь низкой теплопроводностью, выполняет функцию теплозащитного экрана, который замедляет распространение тепла по конструкции и ее прогрев, в результате чего обработанный объект значительно позже попадает в область критической температуры.
На территории Российской Федерации для обеспечения огнезащиты строительных конструкций используется широкий спектр средств огнезащитных материалов (штукатурные составы, вспучивающиеся краски, обмазки, минераловатные плиты (маты), сухие штукатурки), имеющие различную огнезащитную эффективность и соответственно достоинства и недостатки.
Общие требования к средствам огнезащиты для стальных конструкций, а также к методам определения огнезащитной эффективности этих средств установлены национальным стандартом ГОСТ Р 53295-2009 “Средства огнезащиты для стальных конструкций. Общие требования. Метод определения огнезащитной эффективности”.
Согласно названному ГОСТ, огнезащитная эффективность средств огнезащиты стальных конструкций в зависимости от наступления предельного состояния подразделяется на 7 групп:
- 1-я группа — не менее 150 мин;
- 2-я группа — не менее 120 мин;
- 3-я группа — не менее 90 мин;
- 4-я группа — не менее 60 мин;
- 5-я группа — не менее 45 мин;
- 6-я группа — не менее 30 мин;
- 7-я группа — не менее 15 мин.
Также стандарт требует предусматривать возможность восстановления средств огнезащиты в течение гарантийного срока эксплуатации и (или) замены после окончания этого срока, устанавливаемого производителем в соответствии с технической документацией.
К сожалению, нормы пожарной безопасности НПБ 232-96 «Порядок осуществления контроля за соблюдением требований нормативных документов на средства огнезащиты» утратили силу. Они устанавливали порядок организации контроля над соблюдением требований стандартов, строительных норм и правил (СНиП), технических условий (ТУ) и других нормативных документов (НД) при производстве и применении средств огнезащиты, а также при эксплуатации огнезащищенных материалов, конструкций и изделий.
В результате – повсеместное несоблюдение производителями работ по огнезащите проектной и (или) рабочей документации, содержащей обоснование принятых проектных решений по способам и средствам огнезащиты строительных конструкций для обеспечения их предела огнестойкости по ГОСТ 30247, с учетом экспериментальных данных по огнезащитной эффективности средства огнезащиты, а также результатов прочностных и теплотехнических расчетов строительных конструкций с нанесенными средствами огнезащиты. Необходимость разработки проектной документация и (или) рабочей документации, содержащей обоснование принятых проектных решений по способам и средствам огнезащиты строительных конструкций для обеспечения их предела огнестойкости по ГОСТ 30247, с учетом экспериментальных данных по огнезащитной эффективности средства огнезащиты, а также результатов прочностных и теплотехнических расчетов строительных конструкций с нанесенными средствами огнезащиты, предусмотрена требованиями Свода правил "Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты» СП 2.13130.2012, утвержденных приказом МЧС Росси от 21.11.2012г. № 693.
И последнее.
В соответствии с пунктом 375 “Правил противопожарного режима в Российской Федерации”, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012г. № 390 - работы по огнезащите металлоконструкций производятся одновременно с возведением объекта.
Чем обосновано это требование. Согласно Свода правил "Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты» СП 2.13130.2012, утвержденных приказом МЧС Росси от 21.11.2012г. № 693:
- предел огнестойкости узлов крепления и примыкания строительных конструкций между собой должен быть не ниже минимального требуемого предела огнестойкости стыкуемых строительных конструкций и определяется в рамках оценки огнестойкости стыкуемых строительных конструкций.
- предел огнестойкости по признаку R (см. выше) конструкции, являющейся опорой для других конструкций, должен быть не менее предела огнестойкости опираемой конструкции.
Очевидно, что при проведении огнезащиты металлоконструкций после монтажа других строительных конструкций будет технологически невозможно обеспечить, как предел огнестойкости узлов крепления на конструкции, являющейся опорой для других конструкций, в силу недоступности к данным узлам, так и участок металлоконструкции вместе примыкания к другим строительным конструкциям.
В Петербурге до трети квартир в новостройках приобретают жители других регионов. И эта доля растет.
Как говорят сами строители, к региональным покупателям подход нужен иной, нежели к местным жителям.
Петербург продолжает оставаться центром притяжения для бизнеса и миграции из регионов России. Наибольшей популярностью петербургские новостройки по-прежнему пользуются у жителей соседних регионов Северо-Запада, нефтегазовых регионов – Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов, Сибири, Урала, а также Дальнего Востока. В последнее время существенно увеличилась доля покупателей из Москвы и Московской области. «Восточный» клиент
Как говорит большинство девелоперов, региональные покупатели чаще становятся приобретателями жилья класса эконом (за исключением жителей столицы). Интерес иногородних граждан к приобретению недвижимости повышается во время скачков курса валют. Ирина Доброхотова, председатель совета директоров компании «БЕСТ-Новострой», говорит: «Периодически мы наблюдаем всплеск спроса со стороны региональных покупателей. Сегодня это часто бывает обусловлено поведением валют: если доллар начинает снижаться, люди спешат обменивать часть накоплений и вкладываться в недвижимость».
Директор по маркетингу ООО «H+H» Майя Афанасьева отмечает при этом, что разница в менталитете региональных и местных покупателей заметна – проявляется она в запросах к самим характеристикам недвижимости. «Анализируя требования иногородних покупателей, отмечу следующие особенности. У таких потребителей, во-первых, больше вопросов к самому застройщику: насколько он надежен и способен выполнить свои обязательства в срок. Во-вторых, иногородние клиенты обычно более внимательно относятся к условиям договора. В-третьих, у них, в отличие от петербуржцев, нет жесткой привязки к району. Петербуржцы, зная особенности города, ориентируются на местоположение и инфраструктуру будущего жилья, на какие-то личные привязанности. По статистике, 80% покупателей хотят остаться жить в том же районе или поблизости: их уже устраивает сложившаяся инфраструктура, есть свой круг общения и знакомых, да и родители, скорее всего, проживают недалеко», – объясняет Майя Афанасьева.
Столичные запросы Елена Шишулина, директора по маркетингу ООО «УК СТАРТ Девелопмент», полагает, что большой разницы в менталитете покупателей из Петербурга и регионов нет, просто жители регионов меньше знакомы с нюансами местного рынка: основными игроками, устоявшейся терминологией, особенностями работы Росрееста и т. п. Иногда такие сделки проходят сложнее, так как в них участвует больше лиц, принимающих решение. «Например, дети собирают первоначальную информацию, ездят на просмотры, а потом их выбор одобряют (ну или не одобряют) родители. Если же клиенты сами ведут поиск, то бывает, что они прилетают в Петербург буквально на один день, за который хотят посмотреть все отобранные варианты. И потом еще на один день на подписание договора и оформление всех документов. Ну и конечно, менеджерам по продажам нельзя забывать о разнице во времени. Также сложности, связанные с документооборотом, возникают, если недвижимость приобретается при помощи ипотечного кредита (обычно его берут по месту жительства клиента), – напоминает Елена Шишулина. – В целом претензий у таких клиентов обычно меньше, и чисто по-человечески с ними работать приятно. Ну а самые сложные клиенты однозначно из Москвы». Госпожа Афанасьева с ней согласна: «Самые сложные клиенты – это все-таки москвичи. У них чаще всего завышенные ожидания: как минимум из каждого окна они хотят видеть Исаакиевский собор. Ну а самые состоятельные клиенты традиционно приезжают из нефтяных и газовых регионов. Требования у покупателей бывают разные и подчас самые неожиданные. Но случаются и совсем оригинальные. Например, один из клиентов требовал подвинуть наружную стену дома чуть вперед, чтобы его квартира стала побольше. Самые «комфортные» покупатели в моей профессиональной практике были из Мурманска и других близких к этому городу территорий, а также с Урала и Сибири». Тимур Нигматуллин, финансовый аналитик группы компаний «Финам», отмечает разную восприимчивость к маркетинговым акциям и рекламе. «Если в целом по РФ более эффективна таргетированная реклама (например, контекстная), то в Петербурге очень большое значение имеет медийная реклама, которая формирует бренд ретейлера. Возможно, это связано с несколько более распространенной комплексной застройкой в регионе. Также отмечу, что в Петербурге заметно меньше доля покупателей недвижимости, которых устраивают сделки только с использованием наличных. Я связываю это с более высокой финансовой грамотностью», – рассуждает Тимур Нигматуллин.
Мнение:
Юлия Ружицкая, региональный директор по реализации недвижимости Группы ЛСР на Северо-Западе: – Доля иногородних покупателей в наших жилых комплексах класса масс-маркет в I квартале 2016 года составила 35%. При этом более половины из них приехали из Мурманской области, Республики Коми, Москвы и Московской области, Красноярского края, Архангельской области, Ханты-Мансийского АО, Камчатской области, Псковской области, Республики Карелия и Казахстана. Доля иногородних покупателей квартир бизнес-класса в первые три месяца текущего года составила 42%. Большинство из них из Москвы и Московской области, Ханты-Мансийского АО, Архангельская области, Казахстана, Республики Алтай и Самарской области. Доля региональных покупателей в комплексах премиум-класса за этот же период составила 19%. Это преимущественно жители Москвы и Московской области.