Михаил Исмагилов: «Каждый день нужно стремиться стать лучше, чем ты был вчера»
«Строительная компания ГОРОД» уже почти десять лет работает на петербургском рынке, и стала одним из безусловных лидеров в своем сегменте. О том, какие услуги и технологии предлагает предприятие, в чем секрет успеха и какие планы выстраиваются на будущее, «Строительному Еженедельнику» рассказал генеральный директор компании Михаил Исмагилов.
– Михаил Данилович, «СК ГОРОД» вышла на рынок в феврале 2010 года и сейчас стала одним из лидеров сегмента. Как это удалось?
– Наша компания из тех, про которые можно сказать: «сделали себя сами». Когда мы вышли на рынок, у нас не было ни инвестиционных ресурсов, ни связей. Имелся лишь некоторый опыт работы по нулевому циклу и общее понимание вектора движения. Как и во многих молодых компаниях, в первые годы о доходности говорить не приходилось, в фокусе были репутация и имя. Мы находили клиентов и доказывали им, что выполним поставленные перед нами задачи качественно и в срок.
И через некоторое время это дало результат согласно известной формуле «Сначала ты работаешь на имя, затем имя работает на тебя». Примерно на третьем-четвертом году нашей жизни уже сформировался пул постоянных заказчиков, которые охотно с нами работали, зная, что мы не подведем. После этого ежегодно объемы заказов росли кратно. Сейчас мы работаем на подряде по нулевому циклу у крупнейших девелоперов города – «Группы ЛСР», Группы «Эталон», Группы ЦДС, «Строительного треста», СК «Темп», «Ренейссанс Констракшн», «Генподрядной компании СТЭП», ГК «Пионер», «КВС», Setl City, LEGENDA, GLORAX Development и многих других.
– Почему эти крупные компании не сами делают нулевой цикл, а предпочитают нанимать «СК ГОРОД»?
– Дело в том, что Санкт-Петербург отличается очень сложными грунтами, и работа здесь требует определенных специфических знаний и навыков. В настоящий момент ввиду нормативных требований по количеству машино-мест в жилых и коммерческих комплексах и достаточно высокой стоимости земли под застройку паркинги стали активно «уходить под землю». Здесь мы и заняли свою нишу нулевого цикла – устройство шпунтового ограждения котлованов глубиной более 3-4 м, что оказалось очень востребованной услугой. Мы используем различное современное оборудование для вибропогружения и статического вдавливания шпунта.
Еще одно базовое направление нашей работы – это статическое вдавливание железобетонных свай. Мы стали активно его развивать, оценив как весьма перспективное. Этот вывод мы сделали из двух базовых факторов. Во-первых, в Петербурге изменился высотный регламент, а следовательно, снизилась нагрузка на сваи. Таким образом, применение длинных и буровых свай большого сечения стало избыточным. С другой стороны, при работах в среде уже сложившейся застройки оказалось эффективным применение щадящих технологий, минимизирующих влияние на окружающую застройку. Статическое вдавливание железобетонных свай – как раз такая технология. Кроме того, комбинация шпунта и вдавливание свай, благодаря уплотнению грунта, происходящему в процессе погружения, обеспечивают оптимальный результат.
Оборудование в этой сфере мы используем преимущественно китайское. Интересно, что этот метод получил наиболее широкое распространение именно в восточных странах. Сегодня именно китайское оборудование относится к наиболее эффективным и качественным в этой сфере.
– В чем специфика работы компании, почему выбирают именно ее?
– На мой взгляд, один из важнейших факторов заключается в том, что мы не просто берем готовый проект и, не анализируя его содержимого, принимается за работу, а как раз наоборот: сначала самым тщательным образом знакомимся с «пятном» застройки и документацией, оценивая заложенные в ней решения и эффективность их применения в каждом конкретном случае. И нередко, исходя из нашего практического опыта, видим в проекте некоторые недочеты: не учтены достаточно серьезные проблемные моменты, либо есть возможность использовать иную технологию и получить серьезный положительный экономический эффект или сократить сроки производства работ. Мы находим пути оптимизации проекта путем корректировки характеристик котлована, изменения сечения шпунта, сечений системы крепления (где-то увеличить, чтобы подстраховаться во избежание влияния на окружающую застройку, где-то уменьшить, сэкономив средства, и т. д.).
В любом случае, наши предложения помогали или избежать серьезных проблем в будущем, или снизить временные и финансовые издержки. Так что заказчики высоко оценивают такую помощь. В итоге мы создали внутри компании проектный отдел, работники которого имеют не только теоретическую подготовку в этой сфере, но и огромный практический опыт работы. Более того, сотрудники этого отдела имеют возможность оценить, насколько итоговый результат соответствует сделанным расчетам и внесенным изменениям, мониторить поведение каждого нового реализуемого проекта – и тем самым продолжить накопление базы проектных решений, доказавших свою эффективность на деле.
– Но сегодня все изменения в проект должны заново проходить экспертизу и получать согласование в надзорных органах. Не возникает проблем в этой сфере?
– Конечно, такие проблемы случаются. Но опять-таки, исходя из практики строительства, можно смело утверждать, что лучше на начальном этапе потратить время, оптимизировать проект и найти рациональное решение, чем потом на ходу решать проблемы, возникшие из-за недостаточно основательной подготовки проектной документации. Итоговая экономия по срокам может исчисляться многими месяцами, а по деньгам – миллионами. И девелоперы сейчас понимают это все лучше.
Поэтому, когда мы сейчас предлагаем оптимизировать проект и заново пройти экспертизу, это не вызывает у заказчиков возражений. Напротив, они обычно благодарны за то, что найдены более эффективные решения. И в том числе и поэтому в следующий раз снова приходят к нам, зная, что «СК ГОРОД» работает на совесть на всех этапах.
– Есть ли у Вас планы по развитию бизнеса? Собираетесь ли выходить в соседние регионы или осваивать смежные рыночные ниши?
– Мы, как любая динамично развивающаяся компания, постоянно присматриваем для себя новые перспективные направления бизнеса. Но пока каких-то интересных вариантов мы для себя не видим. Например, мы начали строить монолитные конструкции подземных сооружений в рамках нулевого цикла. Но назвать это каким-то новым прорывным направлением нельзя. Просто мы расширили перечень услуг, которые готовы оказывать нашим клиентам в комплексе работ по нулевому циклу.
Та же история с региональной экспансией. Важнейшие факторы востребованности наших технологий, как я уже говорил, – проблемные грунты, а часто – необходимость работы щадящими методами в условиях уже сложившейся застройки. В Ленобласти, например, при строительстве жилых комплексов «в чистом поле» эти факторы, как правило, отсутствуют. Там сваи можно выполнить забивным методом – это и никому не помешает, и не нанесет вред соседним зданиям по причине отсутствия таковых.
Разумеется, это не какой-то «принципиальный» отказ от выхода в регионы. Просто надо понимать, что этот рынок для нас гораздо меньше городского. Однако мы имеем опыт работы в Москве. Кстати, несмотря на огромную разницу в размерах, рынок работ по погружению шпунта в столице, на мой взгляд, уступает по объемам петербургскому. Большинство сложных котлованов – именно в городе на Неве, а значит, здесь и центр нашей работы.
Так что, по большому счету, сейчас главная задача, которую я ставлю перед компанией, – это не завоевание новых рыночных ниш или регионов, а сохранение и укрепление лидерских позиций в своем сегменте. Для этого необходимо совершенствовать свою работу, повышать уровень качества, снижать сроки, предлагать клиентам более комфортные условия взаимодействия с нами. Кроме того, сейчас мы реализуем внутреннюю программу автоматизации многих производственных процессов, переводя их в цифровой формат. Это обеспечивает прозрачность и системность всего, что делается в компании, дает возможность серьезно экономить временные затраты, четко оценивать «проблемные места» и ликвидировать их. Таким образом, совершенствуя собственную деятельность, мы сможем по-прежнему наращивать объемы работ, ведь строительный рынок Петербурга достаточно насыщен и продолжает расти.
– Менее чем за десять лет стать одним из лидеров своего сегмента рынка – это очень серьезное достижение. В чем все-таки секрет успеха Вашей компании?
– Я всегда подходил к нашей работе с несколькими четкими правилами: каждый день нужно стремиться стать лучше, чем мы были вчера. Не мечтать и теоретизировать, а именно делать мелкие, порой незаметные шаги по улучшению самих себя. И еще один момент – это нужно решить любую поставленную заказчиком задачу, снять его головную боль. Именно это, по моему мнению, и дает результаты.
Бег на месте. Рынок отечественного металлопроката в 2018 году не показал существенного роста
Рынок отечественного металлопроката в 2018 году не показал существенного роста. Сдерживало его развитие снижение объемов строительства в стране.
По данным Росстата, по итогам десяти месяцев года объемы металлопроизводства в стране выросли на 2%, в сравнении с аналогичным периодом прошлого года. Потребление продукции, наоборот, снизилось. По оценке ассоциации «Русская сталь», объединяющей крупнейших производителей черных металлов и труб в России, по итогам года рост потребления составит 1%, что ниже июньского прогноза, который составлял 2,6%.
Промышленный эксперт Леонид Хазанов отмечает, что емкость отечественного рынка металлопроката составит по итогам года 43–44 млн т. Это выше прошлогодних показателей приблизительно на 2% и соответствует текущим данным Росстата. Стоимость продукции в этом году медленно росла вверх. В частности, горячекатаный плоский прокат подорожал на 5%, до 45 тыс. рублей за 1 т. При этом летом был скачок цены до 47 тыс. рублей. Холоднокатаный прокат и арматура выросли в цене на 7%, до 49,5 тыс. и 40 тыс. рублей соответственно. Их подорожание было обусловлено не столько расширением потребления, сколько стремлением металлургических компаний и трейдеров сохранить рентабельность.
О почти незаметном росте рынка металлопроката говорят и его отдельные игроки. По словам старшего менеджера компании «Металлоптима» Сергея Рыжова, если в начале текущего года наблюдалась небольшая активность в отрасли, то во втором полугодии она сошла на нет. «Существенно снизился спрос металлопродукции у строительных компаний на арматуру, швеллеры. В настоящее время переориентироваться на других покупателей сложно, так как строители забирали половину всей продукции. Если крупные производители и трейдеры работают сейчас на экспорт, то остальные, в том числе крупные регионалы, уходят с рынка», – отметил он.
Беспокоятся о ситуации в строительной отрасли и в компании «Северсталь». Несмотря на рост отдельных видов продукции, необходимой для нужд строителей, востребованность металла со стороны последних осталась почти нулевой. «Этот год стал первым, когда мы видим просадку. Для «Северстали» это и вызов, и большие опасения по следующему году, поскольку принятые изменения, например, по долевому строительству, уже негативно сказываются на темпах потребления. И здесь мы очень рассчитываем на программы, которые могут стимулировать спрос (к примеру, такие как реновация Москвы)», – подчеркивают в компании.
Также представители «Северстали» сообщили, что в этом году экспортные рынки стали эффективнее внутреннего по продажам – и для российских металлургов, и для потребителей, закупающих сырье в России и продающих готовую продукцию на экспорт. Здесь сыграли роль два фактора. Во-первых, девальвация рубля. Во-вторых, усиление протекционистских мер в Америке и ряде других стран, которые привели к тому, что уровень цен в России оказался ниже, чем за рубежом. Более того, ряд зарубежных предприятий, учитывая привлекательные цены на прокат в РФ, сейчас переносит свои заготовительные производства в Россию. Особенно активно это наблюдается в сегменте машиностроения. Например, этим системно занимаются международные ОЕМ (original equipment manufacturers – оригинальные производители оборудования).
По мнению Леонида Хазанова, в 2019 году не стоит ожидать сколь-либо существенного роста спроса на металлопрокат, поскольку экономическая ситуация в нашей стране явно ухудшается. Емкость рынка по итогам следующего года может снизиться на 2–4%, до 41–43 млн т. «К сожалению, трудности в строительном комплексе сохранятся: не будет реализовываться масштабных инфраструктурных проектов такого класса, как Керченский мост или «Сила Сибири», велика вероятность новых банкротств среди девелоперов. В условиях проседания рынка отечественные производители будут стремиться увеличивать продажи металлопроката за границу, несмотря на установленные против них торговые барьеры и жесткую конкуренцию с европейскими и китайскими игроками. И вот тут-то подспорьем им может стать новый виток девальвации российского рубля – он явно не за горами. К концу 2019 года, если никаких экономических катаклизмов не случится, внутренний рынок России будет себя чувствовать получше, закладывая тем самым основу для нового подъема», – считает эксперт.
Стремиться ввысь. Инновационные решения, используемые на высотных объектах
Высотное строительство в Петербурге по-прежнему остается законодательно существенно ограниченным. Тем не менее, считают специалисты, высотные доминанты вписываются в местный ландшафт и подчеркивают историческую уникальность нашего города.
В Петербурге в октябре текущего года разрешение на ввод в эксплуатацию получило самое высокое здание в Европе – общественно-деловой комплекс «Лахта Центр». Однако большим количеством высотных объектов наш город похвастаться не может. Действуют жесткие правила, ограничивающие стройку ввысь.
В настоящее время в Петербурге предельная высота новых жилых зданий составляет 40 м (12 этажей). Всё, что выше, – требует дополнительного согласования на уровне Смольного. Правда, на территориях комплексной застройки, точечно в уже сложившихся за последние десятилетия кварталах, повысить высоту новых объектов до 75 м (до 24 этажей) еще иногда удается. Как правило, за такое отклонение от нормы требуют от застройщика выполнения повышенных социальных обязательств.
Между тем уже на этапе завершения строительства «Лахта Центра» представители архитектурного сообщества Петербурга, а также часть градозащитников пришли к выводу, что высотная доминанта не портит панораму города. Этой позиции придерживаются и многие застройщики города. Они полагают, что в целом объекты высотой около 100 м, если это не исторический центр, вписываются в местный ландшафт и подчеркивают уникальность нашего города.
По мнению генерального директора проектно-конструкторского бюро «Строй-Проект» (входит в Группу ЦДС) Екатерины Кутевой, при строительстве высотных зданий в Петербурге нужно обращать особое внимание именно на их расположение. «В ПЗЗ этому должны быть посвящены целые главы. Строительство высотных зданий в нашем городе актуально, но оно должно вестись в отдалении от центра города», – считает она.
По мнению экспертов, за последние 5–7 лет проектирование и строительство высотных зданий значительно упростились и ускорились. Начали использоваться BIM-технологии, новые конструктивные и вспомогательные строительные материалы. Некоторые из них особо актуальны для слабых грунтов Петербурга.
Главный инженер «Лахта Центра» Сергей Никифоров отмечает, что обычно при строительстве небоскребов используется высокопрочный бетон классов B60, B80, а также сталь классов 355, 465. Без них элементы здания либо получатся очень громоздкими, либо их форма не подойдет под ту геометрию, которую придумал архитектор. При строительстве «Лахта Центра» применялись композитные конструкции из стали и бетона. За счет этого удалось сократить сроки работ.
«Среди инновационных решений, используемых на объекте, можно отметить интеллектуальный фасад, систему освещения с автоматическим изменением цвета и интенсивности в зависимости от уровня естественной освещенности, хладогенераторы, вакуумную пневматическую систему мусороудаления и др. Кроме того, новые технологии позволяют специалистам контролировать и управлять инженерными системами из любой точки здания. Данные мониторинга в случае возникновения нештатной ситуации автоматически поступают в МЧС (состояние конструкций здания, работа систем водо-, электро- и теплоснабжения)», – сообщил Сергей Никифоров.
Екатерина Кутева напоминает, что сегодня высотные здания считаются одними из самых энергоэффективных в мире. Во многом благодаря современным инженерным системам, которые позволяют объекту потреблять меньше энергии. «К ним относятся, например, погодозависимое регулирование системы отопления, регулирование температуры воздуха в помещениях по фасадному принципу в зависимости от положения солнца, автоматическое регулирование солнцезащитных жалюзи, использование автоматического регулирования уровня освещенности в помещениях, использование функций ночного охлаждения здания для летнего периода и т. д.», – отмечает Екатерина Кутева.
По мнению директора по развитию Компании Л1 Надежды Калашниковой, при строительстве «высоток» необходимо учитывать аэродинамику. «Поэтому на верхних этажах применяются окна со стеклами с увеличенной толщиной. У них могут быть ограничения по открыванию створок и витражей. Возможен вариант с дополнительным утеплением наружных стен. Кроме того, на высотных зданиях необходимо предусматривать конструкции для очистки фасадов, окон и т. п.», – рассказывает она.
Надежда Калашникова добавляет, что на данный момент отсутствуют нормативные документы для проектирования противопожарных мероприятий в высотных зданиях. Существующие нормативные акты разработаны только для жилых зданий высотой до 75 м и для общественных зданий высотой до 50 м. Соответственно, необходимо разрабатывать и согласовывать в Минстрое специальные Технические условия по пожарной безопасности.
Мнение
Екатерина Кутева, генеральный директор проектно-конструкторского бюро «Строй-Проект» (входит в Группу ЦДС):
– В России не хватает опыта проектирования высотных объектов, недостаточен уровень проработки нормативов. Как следствие, для каждого такого объекта приходится согласовывать специальные технические условия.
Кстати
Самыми высотными современными зданиями города, построенными за последнее десятилетие, считаются «Лахта Центр» (462 м), БЦ «Лидер Тауэр» (145,5 м), ЖК «Князь Александр Невский» (126 м), БЦ «Атлантик-Сити» (110 м), ЖК «Пётр Великий» (110 м), ЖК «Лондон Парк» (105,8 м).