Сила света и культуры
В России наблюдается тенденция увеличения использования светопрозрачных конструкций при строительстве современных объектов культуры и частично — при реставрации исторических. Стекло становится важным элементом визуального пространства здания и его уникальности.
Современные культурные учреждения, такие как театры, музеи и выставочные залы, все чаще проектируются с акцентом на светопрозрачные фасады. Это позволяет не только создать эффект открытости и доступности, но и максимально использовать естественное освещение, что положительно сказывается на восприятии пространства. Стекло в архитектуре новых объектов культуры становится не просто строительным материалом, а важным инструментом для создания уникальной атмосферы и взаимодействия между внутренним пространством и окружающей средой.
Расширяя пространство
По словам архитектора и генерального директора «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергея Цыцина, в целом доля стекла в архитектуре зданий увеличивается с середины XIX века. Однако если ориентироваться на нашу культурную идентичность, то, безусловно, основа здания остается в первую очередь в его стенах и архитектурных формах. На многих современных культурных объектах действительно наблюдается рост использования стеклянных и светопрозрачных конструкций. С развитием новейших технологий значительно повысилось качество витражей, стеклопакетов и самого стекла. Это, в свою очередь, открывает новые горизонты для возведения сложных архитектурных проектов.
«Стекло может сыграть решающую роль в создании связи между интерьером и экстерьером здания, расширяя пространство и наполняя его светом. Человек, находясь внутри здания, может наблюдать за окружающим миром, как будто за картиной, где красивые виды раскрываются перед ним через стеклянные стены. Таким образом, правильное использование стекла в архитектуре объектов культуры приносит не только эстетическое удовлетворение, но и функциональные преимущества. Ландшафт прилегающей территории к таким объектам также играет важную роль восприятия здания», — отмечает эксперт.
Есть сложности, добавляет Сергей Цыцин, с усилением доли стекла в проектах реставрации объектов культурного наследия. С одной стороны, это правильно, потому что мы не должны каким-то образом потерять то, что имеем в нашем историческом наследии, и они находятся под защитой государства. С другой стороны, конечно, в разумном виде приспособления объектов под современные нужды требуют определенных решений. И в данном случае стекло — большой помощник. Например, в качестве функциональных переходов между историческими зданиями может быть выполнен какой-то стеклянный вестибюль. Это решение очень освежает восприятие объекта и может выглядеть очень симпатично.
Проекты объектов культуры с обширным остеклением, рассказывает директор департамента продвижения продукта, маркетинга и экспорта АО «РСК» Алена Красюкова, создаются для визуальной открытости, естественного освещения и гармоничной интеграции в городской ландшафт. Стекло здесь выполняет не только эстетическую, но и функциональную роль: улучшает энергоэффективность и безопасность, а также может служить медиаповерхностью для трансляции информации или рекламы. Количество таких объектов растет: музеи, театры и выставочные пространства все чаще проектируются с панорамным остеклением или эксклюзивными решениями со стеклом. Например, в новом здании Третьяковской галереи применена цифровая печать керамическими чернилами, благодаря которой на стекле воссозданы изображения знаменитых картин. Используется триплекс: на первое прозрачное стекло наносится черное изображение, а на второе, более темное, — белое. Другой пример — Музей Мирового океана, где каждый стеклопакет — это уникальная деталь сложной фасадной композиции, требующей высокой точности изготовления и монтажа. Изображение нанесено атмосферостойкими красками, а второе стекло выполнено в виде эмалита с индивидуально подобранным оттенком.
«В реставрации исторических зданий изделия из стекла используются как для создания современных архитектурных элементов — надстроек, атриумов и зенитных фонарей, — так и для повышения энергоэффективности, сохраняя при этом исторический облик. Среди наших проектов — высокоселективные стеклопакеты для «Новой Голландии», обеспечивающие необходимый уровень светопропускания, улучшенные характеристики энергосбережения и придающие объекту современный вид. Общество, как правило, положительно воспринимает такие обновления, если удается соблюсти баланс между историческим наследием и инновациями. В таких проектах используются самые передовые технологии. Основные тренды — динамическое стекло, сенсорные стеклопакеты, экстраформатные стеклопакеты, медиафасады и инновационные решения в цифровой печати», — констатирует Алена Красюкова.
Универсальный материал
Главным драйвером при выборе остекления сегодня становится эстетика — особенно в проектах культурных сооружений, считает Александр Четвериков, коммерческий директор Larta Glass (один из ведущих производителей стекла). Архитекторы все чаще рассматривают стекло не просто как строительный материал, а как выразительный художественный инструмент. Оно формирует визуальные образы, оживляет здание, встраивает его в природную и культурную среды. Яркий пример — новый Театр им. Камала в Казани. Его стеклянный фасад, вдохновленный «ледяными цветами» озера Кабан, не просто отражает воду и небо, но буквально вплетается в ландшафт, создавая ощущение легкости и парения.
«Культурных объектов с высокой долей остекления становится заметно больше. Архитектура стремится к прозрачности — как в прямом, так и в метафорическом смысле. Например, новое здание Третьяковской галереи на Кадашевской набережной выглядит особенно выразительно благодаря стеклянным витражам с изображениями известных полотен. Здесь стекло стало носителем визуального и культурного кода. Растет и число отреставрированных зданий, где стекло помогает переосмыслить историческое наследие. Так, кинотеатр “Целинный” в Алматы получил вторую жизнь — сохраненный дух модернизма дополнен актуальными технологиями. Такие обновления общество воспринимает позитивно, особенно когда в основе — уважение к оригиналу. Важно и то, что культурные объекты — это всегда территория архитектурного творчества. Каждый проект требует индивидуального подхода к остеклению», — подчеркивает Александр Четвериков.
По словам архитектора и креативного директора Генпро Дмитрия Сухова, объекты культуры являются, как правило, не только зданиями со сложным функциональным наполнением, но должны быть узнаваемыми, яркими или акцентными. Стекло в таких объектах становится как частью ограждающей конструкции, так и важной частью концепции и философии проекта. Стекло универсально во многом: оно может пропускать солнечный свет, а может ограничивать, может позволять зрителю наблюдать, а может ограничивать просмотр и физический доступ. Эти особенности открывают почти безграничные возможности использования остекления в архитектуре зданий и сооружений культуры.
Из-за того, что основным заказчиком зданий такого типа, продолжает Дмитрий Сухов, является государство, ясно прочитывается тренд на уникальный внешний вид при сдержанном бюджете. В принципе, для архитекторов такие факторы не являются чем-то новым. Просто создается меньше таких зданий с контекстуальной архитектурой, больше «иконических». «Из технологических ограничений можно выделить те, что связаны прежде всего с противопожарной безопасностью: огнестойкость, противодымная защита. Также необходимо учитывать большой вес стекла, его высокую стоимость. В технологических особенностях, связанных с геометрией стекла, его размерами, химическим составом, сейчас производители шагнули вперед, предоставляя архитекторам и заказчикам возможности для творческой реализации».
Адаптировать замысел
Стоит отметить, что в множестве современных объектов культуры светопрозрачные материалы задействуются в сочетании с различными фасадными конструкциями, также играющими важную роль в восприятии здания. В последнее время, рассказывает коммерческий директор Группы компаний Doksal Артур Туктаров, все чаще и чаще при строительстве и реставрации объектов культуры на смену классическим конструкциям СФТК и лепнине приходят современные высокофункциональные конструкции навесного вентилируемого фасада. Яркими примерами таких архитектурных решений являются новый Театр им. Камала в Казани и музейные и театральные образовательные комплексы в Калининграде и Кемерове.
«Безусловно, к таким конструкциям применяются требования высокой надежности и безопасности. Так как речь идет в первую очередь о металле, важную роль играет коррозионная стойкость. В рамках реализации таких проектов очень важен диалог между архитектором и проектировщиком. Зачастую задумку архитектора приходится адаптировать под нагрузки и воздействия природного и техногенного характера и требования нормативных и законодательных актов, поэтому важно найти компромисс», — отмечает он.
Если говорить об особых требованиях к фасадным системам объектов культуры, продолжает тему еще один производитель вентилируемых навесных фасадов — председатель совета директоров ГК «ДИАТ» Евгений Цыкановский, по сути, они такие же, как и у всех заказчиков, которые по-настоящему заботятся о своих зданиях. Это безопасность, долговечность и максимальный безремонтный срок эксплуатации. Каких-то исключительных нет. Но все требования, которые предъявляются, мы выполняем на всех объектах без исключения: мы не разделяем их на культурные или какие-то другие. «Повторить исторические фасады точь-в-точь современными системами точно нельзя. А вот сделать что-то на тему — да, можно. Тут важно, чтобы архитектор понимал возможности технологий. А мы как раз специализируемся на нестандартных конструкциях — умеем их делать и правильно оформлять».
Эксперт направления продуктовых инноваций компании «Северсталь» Алексей Староверов отмечает, что при строительстве и реставрации объектов культуры используется широкий спектр фасадных конструкций, сочетающих в себе инновационные технологии, эстетическую привлекательность и функциональность. Параметрическая архитектура демонстрирует использование нетрадиционных материалов, таких как титановые панели, для достижения уникального визуального эффекта. «Одним из наиболее заметных трендов является применение атмосферостойкой стали, включая Forcera, разработанной компанией “Северсталь”. Этот материал привлекает архитекторов и строителей благодаря своей способности образовывать патину, которая защищает от коррозии и придает фасадам уникальный “живой вид”. Атмосферная сталь используется для изготовления различных архитектурных элементов, таких как фасадные панели, ламели, другие декоративные детали, в том числе при строительстве культурных объектов», — подчеркивает специалист.
Качественно и быстро
Спрос на быстровозводимые здания активно растет благодаря современным технологиям производства, расширению области их назначения и экономическим интересам заказчиков.
По мнению специалистов, быстровозводимые здания (БВЗ) становятся все более востребованы рынком. Спрос на них растет как в России, так и во всем мире. Существует множество различных видов БВЗ, которые могут отличаться друг от друга конструктивом, целям использования, однако все они обладают общими характеристиками: быстрота возведения, практичность и экономичность.
За счет внедрения новых технологий в строительство быстровозводимых зданий и производства их составляющих, а также сопутствующих элементов значительно повысилась энергоэффективность, функциональность таких объектов. Специалисты считают БВЗ удобным и оптимальным решением удовлетворения различных потребностей заказчиков.
Технологические особенности
Илона Полевая, заместитель генерального директора ООО «Андромета» по развитию, отмечает, что по назначению БВЗ подразделяют на промышленные (ангарного типа) и здания жилого и социального назначения (детские, медицинские учреждения, офисы). Эти два класса сооружений отличаются конструктивом: в первом случае это каркасы рамного типа с шагом колонн шесть метров и более, во втором — трехмерные связевые структуры, состоящие из панелей с шагом несущих стоек 0,6 метра и перекрытий. Материалы для утепления и обшивки каркасов тоже отличаются: в промышленных зданиях используют профлист и сэндвич-панели, в жилых домах — обшивки из листовых материалов (ГКЛ, ЦСП) и заполнение из базальтовых плит («сухой» способ) либо сверхлегкого пенобетона.
«С точки зрения спроса, быстровозводимые ангары давно стали продуктом масс-маркет и имеют широкую сферу применений: промышленность, логистика, сельское хозяйство и т. д. А вот быстровозводимое металлокаркасное жилье на российском рынке пока что нишевой продукт, но интерес к нему растет, причем не только у девелоперов, но и со стороны государственных заказчиков. Это обусловлено экономическими факторами: сокращение сроков ввода в эксплуатацию дает ощутимый финансовый выигрыш», — отмечает она.
БВЗ — достаточно широкое понятие, продолжает тему Юрий Румянцев, генеральный директор компании «Завод модульных зданий». Выпускается их множество видов. «Мы производим только контейнерные здания и сборно-разборные здания по ГОСТ 58760-2019. Для экономии транспортных расходов возможна их перевозка в разобранном виде. В настоящее время востребованы технические быстровозводимые здания под технологическое оборудование».
По словам Владимира Родионова, технического директора ГК ТЕХНОСТИЛЬ, в настоящее время наблюдается высокий спрос на быстровозводимые здания производственного и складского назначения. В их строительстве обычно применяются классические металлоконструкции, сборный железобетон, ЛСТК (легкие стальные конструкции) в качестве каркаса. «Основное технологическое преимущество БВЗ заключается в том, что возведение таких зданий может происходить в любые погодные условия. Сборки идет по принципу конструктора. Срок эксплуатации зданий — не менее 25 лет и больше, что удовлетворяет требованиям действующих стандартов на территории РФ. Для обеспечения уникальности внешнего вида здания применяются инновационные декоративные покрытия на ограждающих конструкциях (фасады, кровля), а также применяется принцип модульного возведения, который обеспечивает быстрый монтаж функционально связанными элементами полной заводской готовности».
Факторы роста спроса
Другие участники рынка также обращают внимание на экономические и политические факторы роста спроса на БВЗ. В частности, рассказывает Михаил Пучканев, генеральный директор АО «РОССПЕЦХОЛОД», быстровозводимые склады стали пользоваться максимальным спросом после подписания властями нескольких соглашений об ускоренном вводе в эксплуатацию производственных помещений. «Конечно, желание властей «толкнуть» нашу промышленность вперед благоприятно сыграло для всех производителей. Часто заказчик приходит с запросом, и ему нужно уже «вчера». Быстровозводимые здания спасут ситуацию и позволят сократить сроки строительства в три раза. Это в целом и является преимуществом таких зданий. Открою вам секрет, — добавляет он, — за последние полвека в строительстве не было придумано чего-то кардинально нового. Мы используем те же технологии, по которым возводили здания еще в СССР. Это прочно, надежно и качественно».
Конкурентоспособность российской современной экономики во многом зависит от эффективности функционирования строительного комплекса, отмечает Алексей Патютько, руководитель направления по работе с партнерами и дилерами группы компаний «Северсталь Стальные Решения». Без новых зданий и производственных сооружений невозможно дальнейшее развитие как промышленной или сельскохозяйственной, так и торговой отрасли. И чем меньше времени будет занимать строительство, тем быстрее будет получен экономический эффект.
«Ответом на запрос рынка стали быстровозводимые здания из металлоконструкций, которые сегодня постепенно заменяют капитальные сооружения в самых разных сферах. У нас их часто заказывают под склады, производственные, сельскохозяйственные и подсобные помещения. И это еще не весь спектр применения. С развитием производства металлоконструкций технология стала использоваться для строительства магазинов, офисов, автомобильных салонов и даже спортивных объектов. Возможности производителей сегодня позволяют строить здания, которые по теплоизоляции не уступают капитальным объектам, часто превосходят их по надежности и сложности архитектурных решений», — подчеркивает Алексей Патютько.
Преимущества есть и в особенностях согласования БВЗ. По словам Игоря Иванова, генерального директора ООО «СК Сфера», важнейшим позитивным моментом является то, что для зданий площадью до 1500 кв. м не требуется прохождение госэкспертизы. Достаточно получения разрешения на строительство. Именно поэтому БВЗ площадью до 1500 «квадратов» пользуются у заказчиков повышенным спросом.
Также, добавляет он, в условиях высокой конкуренции некоторые компании стараются задействовать комплексный подход ко всей производственной цепочке строительства БВЗ: «Мы предлагаем клиенту строительство гражданских и промышленных сооружений “под ключ” — от проектирования до ввода в эксплуатацию. Возводятся здания в течение нескольких недель на любом типе грунта. Здание может быть легко переоборудовано и расширено на любом сроке эксплуатации. А срок эксплуатации зданий из металлоконструкций может превышать 50 лет».
Решить «мусорный» вопрос
Регионам могут передать полномочия по регулированию обращения отходов III–V классов опасности. Участники рынка утилизации строительных отходов относятся к возможному нововведению неоднозначно и считают, что успех этой инициативы напрямую зависит от того, насколько гармонично региональное законодательство в этой области будет сочетаться с федеральным.
В ноябре 2023 года комитет по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Госдумы РФ объявил о создании рабочей группы и начале разработки законопроекта по совершенствованию обращения с отходами III-V классов опасности. Подготавливаемым правовым документам предполагается передать большую часть управленческих решений с отходами данных классов (куда входят и строительные отходы) региональным властям.
Данная законодательная инициатива была предложена правительством Москвы и Российским экологическим оператором (РЭО). В московской агломерации в сравнении с большинством регионов страны достаточно хорошо отработан механизм утилизации мусора, но столичные чиновники в определенных моментах «спотыкаются» о федеральную регуляцию. В РЭО считают, что возможное нововведение позволит не только сделать отрасль утилизации прозрачнее, но на примере хороших региональных практик ускорит построение экономики замкнутого цикла. Между тем уже известно, что Росприроднадзор выступил против передачи значительной части полномочий по обращению с отходами III-V классов опасности регионам. В ведомстве считают, что далеко не все субъекты федерации способны самостоятельно эффективно решить «мусорный» вопрос.
Регион региону рознь
Участники рынка утилизации строительных отходов также относятся к данной инициативе неоднозначно и надеются, что если она и воплотиться в жизнь, то будет существенно доработана.
Виктор Казаков, генеральный директор ГК «КрашМаш», отмечает, что пока законопроект не был официально представлен и находится в разработке, говорить об отношении к нему рано. «Я думаю, успех этой инициативы напрямую зависит от того, насколько гармонично региональное законодательство в этой области будет сочетаться с федеральным», — добавил он.
Логика законодателей нам понятна, продолжает тему Виктория Гурьянова, директор по внешним и внутренним коммуникациям ГК «СносСтройИнвест». Каждый отдельно взятый регион, понимая свои возможности и ограничения, сможет более компетентно оценить, каким образом двигаться в сторону минимизации объемов отходов, отправляемых на захоронение, и параллельно с этим наращивать мощности и глубину переработки и утилизации. С этой точки зрения, идея оптимизации порядка обращения с отходами представляется перспективной. «Однако настороженность вызывает то, как эта законодательная инициатива будет реализовываться на практике. Исходя из текущей ситуации в данном направлении, возможность ее реализации в большинстве регионов страны вызывает сомнение. Если в крупных городах, таких как Москва, Санкт-Петербург и Екатеринбург, уровень переработки и утилизации можно назвать удовлетворительным, то, отдаляясь от столиц в глубь страны, мы можем наблюдать иную картину.
Основной проблемой региональных специализированных компаний-приемщиков отходов в подавляющем большинстве является отсутствие технической возможности для утилизации. Более того, объекты размещения отходов зачастую не имеют лицензий для приема отходов IV класса даже на захоронение, не говоря уже об утилизации. Кроме того, специализированных площадок по сортировке и переработке строительного мусора критически мало, мы можем смело это утверждать, основываясь на собственном опыте работы по демонтажу по всей территории России», — констатирует представитель рынка.
По мнению Татьяны Шевченко, главного эколога «ГЕОИЗОЛ», нет смысла передавать региональному оператору полномочия по регулированию обращения с отходами IV и V классов опасности, так как на данный момент они не справляются даже с вывозом бытовых отходов: «Неважно, кто вывозит строительные отходы, а важно, чтобы они попадали на утилизацию. В настоящее время ситуация с утилизацией строительных отходов в РФ очень острая. Лишь небольшое количество предприятий принимает строительные отходы на утилизацию, и те, кто принимают, не справляются с тем объемом, который необходим для строительной индустрии. В ряде регионов РФ проще вывезти отходы на размещение и заплатить плату за негативное воздействие, чем на утилизацию, так как стоимость за утилизацию на порядок выше».
В целом принятие данного законопроекта, отмечает Александр Штарев, основатель ГК «АРАСАР», должно сказаться положительно в области обращения с отходами, так как на местах виднее, как лучше поступить с отходами и какое решение нужно принять по ним. «Хотя, с другой стороны, регионы могут принять неправильное решение, и в этом тоже есть свои риски. Также нужно, чтобы это было реализовано корректно, и система работала. Возможно, в каких-то регионах будет хорошо получаться, в каких-то — хуже. Добавлю, что вариант размещения отходов на полигонах, если комплексно и глубоко проанализировать проект, в котором есть выход строительных отходов, будет в большинстве случаев экономически невыгодным и окажется дорогим по сравнению с вариантом переработки отходов», — подчеркнул он.
Поддержать переработку
Опрошенные участники рынка именно переработку строительных отходов считают одним из решений проблемы с их переизбытком. Однако, добавляют они, и тут важно правильно и эффективно нормативно отрегулировать переработку и простимулировать бизнес.
В настоящий момент, отмечает Виктор Казаков, по данным статистики, на вторичное использование отправляется четверть отходов строительства и сноса. А вместе с тем отходы строительства и сноса имеют огромный потенциал для вторичного использования. Тем не менее для того, чтобы их использование стало повсеместным, нужна как законодательная работа, так и во многом просветительская — демонстрация успешных кейсов, рассказы о возможностях применения вторичных материалов. Работу по совершенствованию законодательства в области применения строительных отходов мы будем вести в составе рабочей группы, собранной при Министерстве строительства.
«Мы всегда следуем принципу, что любое развитие нужно начинать с себя. Поэтому мы непрерывно наращиваем количество оборудования для переработки, сортировки и вывоза строительных отходов и увеличиваем процент использования вторичных материалов в подготовке временной инфраструктуры на площадках компании и земляных работах. В 2024 году начал работу и собственный полигон компании в Подольске, на котором мы также будем перерабатывать строительные отходы с помощью новейшего оборудования», — рассказал генеральный директор ГК «КрашМаш».
По мнению Виктории Гурьяновой, необходима государственная поддержка и стимулирование производителей оборудования и предприятий, занимающихся переработкой и утилизацией отходов, а также компаний-производителей строительных материалов с применением вторичного сырья: «На примере работы нашей отрасли могу сказать, что зачастую структура государственного заказа в сфере демонтажных работ до сих пор исходит из логики захоронения отходов сноса и демонтажа. В подавляющем большинстве проектно-сметная документация заказчика, в том числе в лице государственных органов, не подразумевает и даже не учитывает возможность переработки и утилизации строительного мусора. Эту практику необходимо менять».
Чтобы повысить долю переработки строительных отходов, считает Татьяна Шевченко, нужно разработать методы переработки для каждого вида отхода, а также виды продукции, получаемые из них. «Продукция, получаемая из отходов, должна иметь прогнозируемый спрос, в противном случае целесообразности в утилизации нет. К сожалению, доля перерабатываемых сегодня отходов крайне мала. На мой взгляд, в данной сфере необходимо ужесточение требований. Надо в лицензии четко проверять перечень заявленных к утилизации отходов, и если компания в течение года не подтвердила документально переработку данных видов отходов, исключать их из лицензии», — отмечает она.
По словам Александра Штарева, к сожалению, проблема утилизации/переработки строительных отходов в России стоит остро. Мы значительно отстаем от показателей мировой практики в данной области. Российская Федерация обладает огромным потенциалом невовлеченных во вторичный оборот отходов, в том числе отходов от строительных материалов, обломки конструкций, непригодные к эксплуатации здания и сооружения, металлолом и бетонный лом. Немногие знают, что рециклинг строительных отходов можно осуществлять прямо на площадке в комплексе с демонтажно-строительными работами, тем самым снижая издержки на закупку материалов, а также уменьшая вред, наносимый экологической составляющей. Отсутствие сформированной нормативно-правовой базы, механизма реализации, четкого круга ответственных и заинтересованных лиц, а также технологических мощностей и экономической привлекательности в текущих условиях создает барьер для перехода к более эффективному управлению в отрасли обращения со строительными отходами.
«Для нашей страны рециклинг — явление относительно молодое. Десять лет назад заниматься этой высокотехнологичной сферой деятельности начинали единицы компаний. Сегодня количество предложений на рынке рециклинга растет. Молодую отрасль с уверенностью можно назвать перспективной для России», — резюмирует основатель ГК «АРАСАР».