Сила света и культуры
В России наблюдается тенденция увеличения использования светопрозрачных конструкций при строительстве современных объектов культуры и частично — при реставрации исторических. Стекло становится важным элементом визуального пространства здания и его уникальности.
Современные культурные учреждения, такие как театры, музеи и выставочные залы, все чаще проектируются с акцентом на светопрозрачные фасады. Это позволяет не только создать эффект открытости и доступности, но и максимально использовать естественное освещение, что положительно сказывается на восприятии пространства. Стекло в архитектуре новых объектов культуры становится не просто строительным материалом, а важным инструментом для создания уникальной атмосферы и взаимодействия между внутренним пространством и окружающей средой.
Расширяя пространство
По словам архитектора и генерального директора «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергея Цыцина, в целом доля стекла в архитектуре зданий увеличивается с середины XIX века. Однако если ориентироваться на нашу культурную идентичность, то, безусловно, основа здания остается в первую очередь в его стенах и архитектурных формах. На многих современных культурных объектах действительно наблюдается рост использования стеклянных и светопрозрачных конструкций. С развитием новейших технологий значительно повысилось качество витражей, стеклопакетов и самого стекла. Это, в свою очередь, открывает новые горизонты для возведения сложных архитектурных проектов.
«Стекло может сыграть решающую роль в создании связи между интерьером и экстерьером здания, расширяя пространство и наполняя его светом. Человек, находясь внутри здания, может наблюдать за окружающим миром, как будто за картиной, где красивые виды раскрываются перед ним через стеклянные стены. Таким образом, правильное использование стекла в архитектуре объектов культуры приносит не только эстетическое удовлетворение, но и функциональные преимущества. Ландшафт прилегающей территории к таким объектам также играет важную роль восприятия здания», — отмечает эксперт.
Есть сложности, добавляет Сергей Цыцин, с усилением доли стекла в проектах реставрации объектов культурного наследия. С одной стороны, это правильно, потому что мы не должны каким-то образом потерять то, что имеем в нашем историческом наследии, и они находятся под защитой государства. С другой стороны, конечно, в разумном виде приспособления объектов под современные нужды требуют определенных решений. И в данном случае стекло — большой помощник. Например, в качестве функциональных переходов между историческими зданиями может быть выполнен какой-то стеклянный вестибюль. Это решение очень освежает восприятие объекта и может выглядеть очень симпатично.
Проекты объектов культуры с обширным остеклением, рассказывает директор департамента продвижения продукта, маркетинга и экспорта АО «РСК» Алена Красюкова, создаются для визуальной открытости, естественного освещения и гармоничной интеграции в городской ландшафт. Стекло здесь выполняет не только эстетическую, но и функциональную роль: улучшает энергоэффективность и безопасность, а также может служить медиаповерхностью для трансляции информации или рекламы. Количество таких объектов растет: музеи, театры и выставочные пространства все чаще проектируются с панорамным остеклением или эксклюзивными решениями со стеклом. Например, в новом здании Третьяковской галереи применена цифровая печать керамическими чернилами, благодаря которой на стекле воссозданы изображения знаменитых картин. Используется триплекс: на первое прозрачное стекло наносится черное изображение, а на второе, более темное, — белое. Другой пример — Музей Мирового океана, где каждый стеклопакет — это уникальная деталь сложной фасадной композиции, требующей высокой точности изготовления и монтажа. Изображение нанесено атмосферостойкими красками, а второе стекло выполнено в виде эмалита с индивидуально подобранным оттенком.
«В реставрации исторических зданий изделия из стекла используются как для создания современных архитектурных элементов — надстроек, атриумов и зенитных фонарей, — так и для повышения энергоэффективности, сохраняя при этом исторический облик. Среди наших проектов — высокоселективные стеклопакеты для «Новой Голландии», обеспечивающие необходимый уровень светопропускания, улучшенные характеристики энергосбережения и придающие объекту современный вид. Общество, как правило, положительно воспринимает такие обновления, если удается соблюсти баланс между историческим наследием и инновациями. В таких проектах используются самые передовые технологии. Основные тренды — динамическое стекло, сенсорные стеклопакеты, экстраформатные стеклопакеты, медиафасады и инновационные решения в цифровой печати», — констатирует Алена Красюкова.
Универсальный материал
Главным драйвером при выборе остекления сегодня становится эстетика — особенно в проектах культурных сооружений, считает Александр Четвериков, коммерческий директор Larta Glass (один из ведущих производителей стекла). Архитекторы все чаще рассматривают стекло не просто как строительный материал, а как выразительный художественный инструмент. Оно формирует визуальные образы, оживляет здание, встраивает его в природную и культурную среды. Яркий пример — новый Театр им. Камала в Казани. Его стеклянный фасад, вдохновленный «ледяными цветами» озера Кабан, не просто отражает воду и небо, но буквально вплетается в ландшафт, создавая ощущение легкости и парения.
«Культурных объектов с высокой долей остекления становится заметно больше. Архитектура стремится к прозрачности — как в прямом, так и в метафорическом смысле. Например, новое здание Третьяковской галереи на Кадашевской набережной выглядит особенно выразительно благодаря стеклянным витражам с изображениями известных полотен. Здесь стекло стало носителем визуального и культурного кода. Растет и число отреставрированных зданий, где стекло помогает переосмыслить историческое наследие. Так, кинотеатр “Целинный” в Алматы получил вторую жизнь — сохраненный дух модернизма дополнен актуальными технологиями. Такие обновления общество воспринимает позитивно, особенно когда в основе — уважение к оригиналу. Важно и то, что культурные объекты — это всегда территория архитектурного творчества. Каждый проект требует индивидуального подхода к остеклению», — подчеркивает Александр Четвериков.
По словам архитектора и креативного директора Генпро Дмитрия Сухова, объекты культуры являются, как правило, не только зданиями со сложным функциональным наполнением, но должны быть узнаваемыми, яркими или акцентными. Стекло в таких объектах становится как частью ограждающей конструкции, так и важной частью концепции и философии проекта. Стекло универсально во многом: оно может пропускать солнечный свет, а может ограничивать, может позволять зрителю наблюдать, а может ограничивать просмотр и физический доступ. Эти особенности открывают почти безграничные возможности использования остекления в архитектуре зданий и сооружений культуры.
Из-за того, что основным заказчиком зданий такого типа, продолжает Дмитрий Сухов, является государство, ясно прочитывается тренд на уникальный внешний вид при сдержанном бюджете. В принципе, для архитекторов такие факторы не являются чем-то новым. Просто создается меньше таких зданий с контекстуальной архитектурой, больше «иконических». «Из технологических ограничений можно выделить те, что связаны прежде всего с противопожарной безопасностью: огнестойкость, противодымная защита. Также необходимо учитывать большой вес стекла, его высокую стоимость. В технологических особенностях, связанных с геометрией стекла, его размерами, химическим составом, сейчас производители шагнули вперед, предоставляя архитекторам и заказчикам возможности для творческой реализации».
Адаптировать замысел
Стоит отметить, что в множестве современных объектов культуры светопрозрачные материалы задействуются в сочетании с различными фасадными конструкциями, также играющими важную роль в восприятии здания. В последнее время, рассказывает коммерческий директор Группы компаний Doksal Артур Туктаров, все чаще и чаще при строительстве и реставрации объектов культуры на смену классическим конструкциям СФТК и лепнине приходят современные высокофункциональные конструкции навесного вентилируемого фасада. Яркими примерами таких архитектурных решений являются новый Театр им. Камала в Казани и музейные и театральные образовательные комплексы в Калининграде и Кемерове.
«Безусловно, к таким конструкциям применяются требования высокой надежности и безопасности. Так как речь идет в первую очередь о металле, важную роль играет коррозионная стойкость. В рамках реализации таких проектов очень важен диалог между архитектором и проектировщиком. Зачастую задумку архитектора приходится адаптировать под нагрузки и воздействия природного и техногенного характера и требования нормативных и законодательных актов, поэтому важно найти компромисс», — отмечает он.
Если говорить об особых требованиях к фасадным системам объектов культуры, продолжает тему еще один производитель вентилируемых навесных фасадов — председатель совета директоров ГК «ДИАТ» Евгений Цыкановский, по сути, они такие же, как и у всех заказчиков, которые по-настоящему заботятся о своих зданиях. Это безопасность, долговечность и максимальный безремонтный срок эксплуатации. Каких-то исключительных нет. Но все требования, которые предъявляются, мы выполняем на всех объектах без исключения: мы не разделяем их на культурные или какие-то другие. «Повторить исторические фасады точь-в-точь современными системами точно нельзя. А вот сделать что-то на тему — да, можно. Тут важно, чтобы архитектор понимал возможности технологий. А мы как раз специализируемся на нестандартных конструкциях — умеем их делать и правильно оформлять».
Эксперт направления продуктовых инноваций компании «Северсталь» Алексей Староверов отмечает, что при строительстве и реставрации объектов культуры используется широкий спектр фасадных конструкций, сочетающих в себе инновационные технологии, эстетическую привлекательность и функциональность. Параметрическая архитектура демонстрирует использование нетрадиционных материалов, таких как титановые панели, для достижения уникального визуального эффекта. «Одним из наиболее заметных трендов является применение атмосферостойкой стали, включая Forcera, разработанной компанией “Северсталь”. Этот материал привлекает архитекторов и строителей благодаря своей способности образовывать патину, которая защищает от коррозии и придает фасадам уникальный “живой вид”. Атмосферная сталь используется для изготовления различных архитектурных элементов, таких как фасадные панели, ламели, другие декоративные детали, в том числе при строительстве культурных объектов», — подчеркивает специалист.
В фазе роста. Итоги года в сфере производства цемента, бетона и ЖБИ
Производители цемента, бетона и ЖБИ заканчивают 2019 год в плюсе. Однако с неуверенностью смотрят в будущее из-за общей неопределенной экономической ситуации в стране и в строительной отрасли.
По данным объединения производителей цемента «Союзцемент», по итогам десяти месяцев 2019 года выпуск материала увеличился на 8,3% в сравнении с аналогичным периодом 2018-го и составил 50,7 млн т. Его потребление показало схожие результаты, поднявшись на 8,2% до 50,8 млн т.
Согласно исследованию, СЗФО стал единственным федеральным округом, продемонстрировавшим за этот период отрицательную динамику. Снижение производства цемента составило 3% и составило 2,7 млн т. Этот результат эксперты связывают с коррекцией после скачка производства по итогам прошлого года. СЗФО был лидером в выпуске цемента (+10,6%). Все остальные округа, кроме ДФО и ЮФО, демонстрировали в 2018 году снижение объемов выпуска.
Ожидается, что по итогам ноября и декабря этого года СЗФО преодолеет нулевой показатель и покажет рост на уровне 1–2%. В целом, полагают игроки рынка, по итогам 2019 года российская цементная отрасль впервые за пять лет будет в плюсе. Рост производства и потребления продукта составит 8% и достигнет 58 млн т.
Девелоперская активность
По итогам десяти месяцев положительную динамику показали и производители бетона и ЖБИ. По данным аналитиков СМ ПРО, выпуск бетона за данный период увеличился на 13,1% и достиг 27,7 млн куб. м. Производство ЖБИ выросло на 5,4%, до 14,7 млн куб. м.
Эксперты связывают увеличение производства и потребления цемента, бетона и ЖБИ с реформированием механизма финансирования жилищного строительства. Девелоперы активизировали в первом полугодии работы на своих объектах, чтобы достигнуть готовности на уровне 30% и тем самым обеспечить возможность привлечения денежных средств дольщиков по старой схеме.
Следующий год, полагают аналитики и игроки рынка, может быть более сложным. Переход на проектное финансирование, по оценке многих специалистов, грозит существенным замедлением темпов строительства. Также на отрасли негативно может отразиться общая неопределенная экономическая ситуация в стране.
В среднесрочной перспективе положительными факторами для производства цемента, бетона и ЖБИ должны стать выполнение национального проекта «Жилье и городская среда», а также реализация проектов реновации жилищного фонда, комплексного развития территории и увеличение объемов строительства дорог.
Константин Архипов, начальник отдела продаж Торгового Дома «АльфаЦем» говорит, что, несмотря на положительные показатели, в целом уходящий 2019 год был непростым для отрасли ЖБИ. Влияние оказывали падение платежеспособности покупателей, постоянное изменение нормативов, внедрение схемы эскроу-счетов. Также многие производства, не вписавшись в новые реалии, обанкротились. При резко наступивших изменениях стало невозможно обслуживать ранее взятые кредиты.
Тем не менее, для самой ГК «АльфаЦем» год был удачным. «Прирост выручки по железобетонным изделиям составил 50%. Это произошло прежде всего за счет поставок ЖБИ на инфраструктурные объекты промышленного сектора, оптимизации внутренних процессов, увеличения количества и номенклатуры выпускаемых изделий и, конечно, за счет ухода других игроков рынка ЖБИ. Мы стали более гибкими – и сейчас быстрее реагируем на запросы рынка», – отметил Константин Архипов.
Нормативная оптимизация
По словам специалистов, в этом году, как и ранее, зарегулированность старыми нормативами продолжала тормозить развитие цементной и бетонной отрасли. Некоторые из стандартов находятся в противоречии с другими необходимыми к исполнению требованиями. Это затрудняет работу игроков рынка.
В настоящее время, по словам Константина Архипова, избыточное количество отраслевых норм зашкаливает. Это и нормативы СССР, РФ, Таможенного Союза и т. д. Созрела необходимость упразднить те стандарты, которые уже утратили свое значение или имеют более современные аналоги, навести порядок в сфере сертификации продукции.
С этим согласен и руководитель НТЦ ООО «Полипласт Северо-Запад» Игорь Коваль. В частности, он считает, что в области добавок и бетонов очень много вопросов накопилось к критериям в ГОСТ 2421 и методам проверки в ГОСТ 30459, к неопределенному статусу еще действующих федеральных норм по расходу цементов от 1998 года. Также есть «хронические недостатки» положений ГОСТ 18105, который весьма громоздок, сложен в использовании, и отдельных разделов ГОСТ 26633, которые уже не поспевают за техническим прогрессом, и т. д.
«При этом требуемые базовые взаимосвязи ряда важных ГОСТ по изготовлению бетонов и строительных Сводов правил (СП) выглядят слабыми и порой противоречивыми, а иногда и не имеют четкого научно-инженерного обоснования. Например, новый ГОСТ на коррозионную стойкость бетона, где относительно базового СП 28.13.330-2012 просто сильно захотелось снизить классы бетона, обеспечивающие параметры долговечности. Все это уменьшает ценность нормативов в глазах потребителей и пользователей документации. Накопилось также много вопросов по цементным ГОСТ. В частности, о том, где и когда будет введено ограничение по максимальной допустимой температуре отгружаемого потребителям цемента и т. д. Сейчас в этом направлении наблюдается откровенный хаос: так, можно отгружать цемент с температурой 50 или 80, или 90 градусов. Так что работы по регулированию и коррекции стандартов более чем много», – резюмирует Игорь Коваль.
Мнение
Константин Архипов, начальник отдела продаж Торгового Дома «АльфаЦем»:
– В 2020 год мы смотрим без лишнего оптимизма. Надеемся на более четкие механизмы работы с застройщиками. Также крайне необходима стабильность ситуации во всей строительной отрасли. Это поможет росту рынка. При этом, если будут опять происходить какие-то излишне кардинальные изменения в строительной сфере, ни к чему хорошему это не приведет – и нас ожидает очередное укрупнение бизнеса.
Мусоропереработке прописан системный подход
По мнению экспертов, увеличить долю переработки мусора невозможно без комплексной программы и вовлечения в нее различных сегментов бизнеса и граждан.
Согласно национальному проекту «Экология», к 2024 году доля перерабатываемого мусора в стране должна достигнуть 36%, обрабатываемого – 60%. Сейчас эти показатели составляют всего лишь 7% и 12% соответственно. По мнению участников конференции, посвященной вопросам переработки отходов, прошедшей неделю назад в Петербурге, заданной планки достичь сложно. Причина – в трудностях реализации «мусорной реформы» на местах. Также экспертов смущает усиление на федеральном уровне позиции за мусоросжигание, а не переработку.
По словам председателя общественной организации «Экологическое сообщество» Сергея Санне, в настоящее время Петербург находится «на облаке» и не понимает, что стал одним из лидеров «мусорного» антирейтинга. «Нет никого в правительстве города, кто бы действительно серьезно занимался «мусорной реформой». Нет территориальной схемы обращения с отходами. Максимум, чего смогли добиться, – это налоговых льгот мусоропереработчикам. Но этого мало. О чем свидетельствует рост количества незаконных свалок. Нужен больший системный подход», – отметил он.
Напомним, в начале ноября стало известно, что Петербург на год отложил запуск работы единого оператора по обращению с отходами. Власти заявили, что сначала необходимо завершить подготовку к переходу на новую систему работы с ТКО. Также в ноябре власти соседней Ленобласти отчитались о полном вхождении региона в «мусорную реформу». Единый региональный оператор будет заниматься сбором, вывозом, обработкой и утилизацией отходов. Масштабная переработка пока только в планах.
Советник губернатора Ленобласти Михаил Василенко полагает, что мусоропереработка в стране находится пока на начальной стадии развития. Есть понимание, что ею нужно заниматься, но пока нет четкого алгоритма, как наиболее эффективно запустить проекты в данной сфере. Тем более, что сама «мусорная реформа» не может идти одинаково, как по кальке, во всех регионах. «Однозначно необходимо вести разъяснительную работу с населением, чтобы не появилась новая раздутая проблема Шиеса. Это сфера социальной ответственности органов власти. Также народу необходимо объяснить, за что он платит при вывозе мусора», – добавил он.
Эксперты считают, что государство должно стимулировать не только деятельность мусоропереработчиков, но и бизнес в других отраслях, вовлеченных в рециклинг отходов. В настоящее время количество таких предприятий невелико, но растет.
По мнению инженера по охране окружающей среды компании «Юнилевер Русь» Елены Пулиной, сейчас как в мире, так и в нашей стране остро стоит проблема переработки упаковочных материалов. Пока в рециклинг вовлечено только 10% данного полимерного продукта. «Необходима замкнутая циклическая работа с материалом. Мы поставили перед собой задачу к 2025 году сократить использование первичного пластика на 50%. Но для достижения данных показателей важно плотнее взаимодействовать с ритейлерами и гражданами», – подчеркивает специалист.
Участники конференции уверены в необходимости вовлекать граждан в раздельный сбор мусора, это ускорит процесс перехода на масштабную переработку отходов. Но, полагают эксперты, решения со стороны органов власти не должны относиться к методу кнута – лучше пряника.