Демонтаж в плюсе
На фоне активизации строительных работ по госконтрактам, федеральным и региональным инфраструктурным проектам растут и объемы рынка демонтажных работ. При этом отраслевые компании все чаще в своей деятельности задействуют новые технологии и технику.
Рынок демонтажных работ, несмотря на внешние факторы, остается в плюсе. Объемы работ, производимых отраслевыми участниками, растут, крупные компании принимают участие в федеральных и региональных инфраструктурных проектах, связанных с редевелопментом промышленных территорий, реновацией жилых районов. Трендом текущего времени также стало участие представителей рынка в госпрограммах развития территорий новых регионов России. Специалисты сносят поврежденные здания и сооружения, не подлежащих восстановлению.
В целом участники рынка смогли избежать негативных последствий периода пандемии, когда реализация относительно небольшой части проектов была приостановлена. Также многие из них смогли перестроить логистику закупок определенной спецтехники и оборудования в условиях ужесточения антироссийских санкций.
Со сдержанным оптимизмом
Собственник ГК АРАСАР Александр Штарёв отмечает, что рынок демонтажа специфичный. Компетенции формируются десятилетиями. «Основные игроки всем известны. Они растут вместе с рынком. Периодически появляются новые компании, но, как правило, они быстро перепрофилируются. В настоящее время ситуация на рынке достаточно стабильная. На ближайшее будущее тоже смотрим со сдержанным оптимизмом. Конечно же, есть влияние внешних факторов, как политических, так и экономических, в том числе рост курса валют, но рынок продолжит развиваться».
Схожие выводы делает и ведущий специалист по координации и развитию ООО «ЖБС инжиниринг» Лейсан Асхарова. «Однозначно объемы демонтажных работ увеличились, в том числе за счет освоения новых территорий, но позиции на рынке среди демонтажных компаний остались неизменны. Будем честны, первые введенные санкции показали проблему и дали почву для размышлений, но это не выбило нас из колеи, т. к. логистические проблемы и дефицит оборудования появились уже во времена пандемии, так что у нас было время модифицировать свой подход к работе и не тормозить свою деятельность», – констатирует представитель рынка.
Импортозамещение и закупка оборудования у дружественных стран, считает Лейсан Асхарова, открывают новые возможности для роста и развития компаний. Предвзятое отношение к азиатским аналогам – это явное заблуждение. Можем сказать, что ввозимая спецтехника и оборудование со стороны Дальнего Востока, в том числе Китая, зарекомендовали себя как хороший конкурент европейскому рынку техники. В Китае достаточно высокотехнологичные производства, качество продукции которых не уступает зарубежным аналогам. Также стоит отметить, что стоимость товара китайских производителей ниже, чем в Европе.
Повысить эффективность
Из-за высокой конкуренции на рынке демонтажа компании все активнее задействуют в работе новые технологии, которые повышают эффективность работы. Кроме того, заказчики также все чаще предъявляют более высокие требования к качеству проведения всего цикла демонтажных работ.
Первое, отмечает генеральный директор Группы компаний «КрашМаш» Виктор Казаков, на что стоит обратить внимание в сфере развития демонтажных работ в 2023 году, – это высокая скорость внедрение новых технологий и техники. «Например, выделю усиленный интерес демонтажных компаний к автоматизации и роботизации процессов. Роботы и специализированное оборудование, которое мы используем на наших проектах, выполняют трудные и опасные задачи, минимизируя риск для человеческой жизни. Также неотъемлемой частью инструментария ГК «КрашМаш» стали уличные камеры видеонаблюдения высокого разрешения, которые мы устанавливаем по периметру наших объектов. Они объединены в едином программном обеспечении, что дает возможность детально контролировать весь процесс демонтажа в формате 24/7. Такие инновации в целом позволяют нам проводить демонтаж на порядок безопаснее и качественнее», – подчеркивает участник рынка.
Второе, продолжает Виктор Казаков, что важно отметить в развитии сферы демонтажных работ, – это экологическая ответственность заказчиков, которые ориентируются на утилизацию и переработку материалов, избегая загрязнения окружающей среды. Раздельный сбор строительных отходов и их дальнейшая переработка сегодня становятся стандартом нашей отрасли. К слову скажу, «зеленые» стандарты в своей работе ГК «КрашМаш» начала применять еще 17 лет назад, с момента основания.
«Умный снос»
Говоря о «зеленых» стандартах, следует отметить, что реновация жилых территорий в Москве проходит с применением экологической технологии «умный снос». Она доказала свою эффективность, на вооружение ее готовы взять другие регионы.
По словам Виктора Казакова, «умный снос», внедренный по инициативе правительства Москвы, повторяет мировые «зеленые» стандарты и подразумевает поэлементную разборку здания, сортировку строительных отходов по типам материалов и их вывоз на специализированные полигоны. Москва строго контролирует не только демонтаж, но и оборот строительных отходов, который образуется в процессе сноса. В столице утвержден регламент работы в информационной системе, где собраны все данные: объект, виды отходов, их планируемый объем, перевозчики, полигон, куда строительный мусор будет вывезен.
«К слову, каждый грузовик в городе передает свою геолокацию каждые 2 минуты. Ни один самосвал в столице не может без штрафа покинуть пределы строительной площадки, если у него нет электронного талона на вывоз, открытого в рамках действующего разрешения на перемещение отходов от демонтажа. Итоговым результатом данных изменений и строгого соблюдения регламента является подъем рынка демонтажных услуг на качественно новый уровень. Компании сталкиваются с необходимостью постоянного развития и внедрения инноваций, чтобы удерживать свои позиции на рынке. Это ведет к созданию более качественных и эффективных решений при демонтажных работах», – уверен Виктор Казаков.
Положительно оценивают «умный снос» и другие участники рынка. «Это очень хорошая программа. Вкратце она подразумевает безопасность, экологичность, минимум неудобств для жителей, а весь строительный мусор от демонтажа идет на повторное использование. Конечно, этот опыт необходимо задействовать в других регионах. Другой вопрос, что за это необходимо доплачивать, а региональные заказчики не всегда готовы это делать», – считает Александр Штарёв.
По словам Лейсан Асхаровой, суть данного метода – при минимальных неудобствах для жителей столицы сократить объемы отходов и уменьшить негативное влияние на окружающую среду. Данный метод является бережным по отношению к жителям соседних домов (за счет шумо- и пылеподавления) и окружающей среде, позволяя сохранить озеленение. «В реалиях современного мира при плотной застройке Москвы и ухудшающейся экологической обстановке, «умный снос» – это просто необходимость. В других регионах пока не возникло острой потребности в нем, т. к. объемы застройки отстают от столичных. Но, думаю, пройдет 2–3 года, и данный способ станет вполне актуальным и в других регионах страны», – резюмирует специалист.
Игроки рынка демонтажа рассчитывают на рост
По мнению экспертов, активизировать рынок демонтажных работ можно только с помощью крупных проектов редевелопмента и реновации застроенных территорий.
Рынок демонтажных услуг, «просевший» после 2014 года вслед за всей строительной сферой, пока не восстановил свои позиции. Так считает ряд его игроков, хотя другие его представители говорят о небольшом подъеме отрасли. Также специалисты считают, что рынок сейчас «задемпингован» из-за высокой конкуренции и присутствия на нем непрофессионалов.
Определяя показатели
По словам исполнительного директора ФГИК «Размах» Руслана Семенова, рынок демонтажа в Петербурге и Ленинградской области в последние три года показывает небольшой, но неуклонный спад как по количеству контрактов, так и по их цене. В частности, по сравнению с 2018 в 2019 году он потерял в количестве тендеров около 3%. При этом суммарная емкость рынка Петербургской агломерации по итогам текущего года составит около 2,3 млрд рублей против 2,7 млрд в прошлом.
«В дальнейшем мы не прогнозируем положительную динамику, учитывая стремительное сокращение строительного рынка и числа застройщиков как таковых. Ведь в Петербурге и Ленобласти 70% заказов приходятся на гражданский, а не промышленный демонтаж. Количество демонтажных компаний также неизбежно сократится. В последние годы мы уже наблюдаем процесс ухода с рынка многих компаний, которые на пике рынка в 2011–2012 годах могли считаться лидерами», – добавляет Руслан Семенов.
Стоит добавить, что ранее аналитический центр ГК «Размах» отмечал, что по итогам первого полугодия 2019 года емкость демонтажного рынка РФ оценивалась в 118,5 млрд рублей. При этом прирост проектов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 4%. Лидерами среди федеральных округов РФ по емкости рынка по убыванию являются ЦФО, СЗФО и ЮФО.
Между тем генеральный директор ГК «КрашМаш» Виктор Казаков охарактеризует текущее состояние рынка демонтажных услуг как позитивное. По его мнению, после кризиса 2014 года и стагнации в 2015–2016 годах спрос на данный сегмент строительной отрасли постепенно пошел вверх и в настоящий момент показывает хорошую динамику роста.
«Все это отражается как в количестве, так и в качестве заказов. Причем под качеством я подразумеваю не только объемы, но и комплексность. В числе последних таких объектов, где был проведен полный или частичный демонтаж, – Ховринская больница, гостиница «Спутник» и «Люблинский ЛМЗ» в Москве, нефтехимический комбинат «Сибур» в Тобольске, «Выксунский металлургический завод» в Выксе Нижегородской области, химпредприятие «НАК АЗОТ» в Новомосковске и многие другие объекты», – перечислил он.
С перспективой на будущее
Эксперты предполагают, что именно крупные и комплексные проекты редевелопмента и реновация застроенных территорий помогут существенно активизировать демонтажный рынок в стране. Также на руку игрокам отрасли может сыграть реализация регионами национальных проектов, связанных с жилищным строительством.
Как отмечает генеральный директор ООО «ЕвроТрансСтрой» Сергей Ракчеев, рынок демонтажа в России – очень перспективное направление. С одной стороны, в стране растет доля изношенности основных фондов промышленных предприятий, с другой – требуются площадки для возведения новых строительных объектов. Поэтому основным драйвером роста рынка в ближайшие годы будет потребность в модернизации индустриальных объектов и сносе аварийного жилья. Сейчас много аварийных объектов находится в Центральном, Приволжском, Северо-Западном, Сибирском и Дальневосточном федеральных округах.
«Также имеет перспективы связанный с демонтажом рециклинг строительных отходов. Сейчас доля строительных отходов, использованных в качестве вторсырья, в РФ составляет не более 30%. При этом в Германии, Нидерландах, Франции такие отходы практически полностью востребованы при строительстве новых объектов», – рассказывает эксперт.
Стоит отметить, что рециклингом некоторые ведущие российские демонтажные компании занимаются давно. Однако для них это был почти всегда вторичный бизнес, не приносящий серьезных доходов. Сейчас переработка строительных отходов для ряда игроков рынка стала одним из основных видов деятельности. Они работают не только с остаточным материалом с площадок, где провели демонтаж, но принимают его и от сторонних организаций. В частности, востребована услуга по преобразованию бетона, железобетона, кирпича во вторичный щебень. Он активно задействуется в дорожном строительстве.
К сожалению, подчеркивают специалисты, в настоящее время на демонтажном рынке остаются откровенно слабые, а иногда и непрофессиональные игроки. Как правило, они занимаются небольшими проектами, но иногда претендуют и на крупные заказы – с помощью демпинга. Не имея в своем штате необходимого числа специалистов и техники, они могут сорвать заказ, не справиться с ним по срокам или провести работы некачественно.
По словам Виктора Казакова, за последние несколько лет серьезные игроки рынка стали еще более крупными, опытными и технически оснащенными. А вот мелкие «однодневки» таковыми и остались. В любом случае, резюмирует он, выбор всегда остается за заказчиком, а его предпочтения между качеством и ценой в последнее время все больше склоняются к первому.
Мнение
Виктор Казаков, генеральный директор ГК «КрашМаш»:
– Очень важно, что за последние годы возросла техническая грамотность и самих заказчиков. Это отображается и в качестве проработки технических заданий по демонтажу объекта, и в объективном понимании сложности процесса и реальных сроков реализации, и в самом подходе к выбору подрядчика: высокие требования к уровню охраны труда и безопасности производства работ.
Сохранить и воссоздать. Реставрация петербургских зданий-памятников нуждается в ускорении
Ускорить реставрацию уникальных исторических объектов может только плотная совместная работа отраслевых участников рынка, органов власти и бизнеса.
В Петербурге около 9 тыс. объектов культурного наследия. Большинство из них находится в неудовлетворительном состоянии и нуждается в реставрации. Также есть исторические объекты, от которых практически ничего не осталось. Воссоздать их – еще более кропотливый труд, чем реставрация. Причем такая работа имеет множество ограничений.
Реставрация и воссоздание исторических объектов не только технически сложны, но и требуют больших финансовых вложений. У Смольного на эти цели бюджет невелик. Министерство культуры также не может обеспечить одновременную реставрацию всех подведомственных ему ОКН. По мнению экспертов, к восстановлению памятников важно привлекать бизнес на определенных инвестиционных условиях. Главное, чтобы от этого был нужный эффект для обеих сторон.
На прошлой неделе СПб ГКУ «Имущество Санкт-Петербурга» с третьей попытки удалось найти арендатора по программе «Памятник за рубль» на объект культурного наследия регионального значения «Александровские ворота Охтинских пороховых заводов». По условиям программы, объект культурного наследия по результатам торгов предоставляется в аренду на 49 лет, арендатор в течение семи лет проводит ремонтные и реставрационные работы, после чего получает право арендовать объект по ставке 1 рубль за 1 кв. м в год.
Удачным примером реставрации исторического объекта за счет средств бизнеса чиновники Смольного считают Никольские ряды. Правда, она продолжалась восемь лет и завершилась в прошлом году. В реализации проекта принимал участие пул инвесторов, в том числе международные гостиничные операторы, которые открыли в историческом комплексе в центре Петербурга свои отели. Объем вложенных средств составил 3,3 млрд рублей.
Также некоторые объекты бизнесмены помогают восстановить как меценаты. В частности, таким видом благотворительности занимаются некоторые строительные компании города и их первые лица.
Нестандартный подход
По словам представителя Фонда содействия строительству культовых сооружений РПЦ в Санкт-Петербурге Филиппа Грибанова, каждый реставрационный объект уникален, поэтому единых подходов к реставрации нет и быть не может, как и одинаковых обстоятельств, в которых она проходит. «После проведения всех необходимых предварительных работ, уже в процессе реставрации, часто наталкиваешься на что-то необычное. Например, обнаруживаются замурованные проходы или неизвестные части живописи. В общем, вариантов тут миллион. С воссозданием объектов ситуация примерно такая же. На одном объекте мы имеем только фотографию фасада и по ней достраиваем модели, на другом – в архиве есть подробные чертежи, на третьем, например, только фотографии интерьеров. Здесь нужно масштабировать, додумывать и искать решения, чтобы создать полную картину», – поясняет он.
Генеральный директор ООО «БЭСКИТ» Сергей Пичугин считает, что исторические здания, в том числе и объекты культурного наследия (ОКН), не отличаются от современных – может быть, были построены добротнее, так как «не было таких горе-проектировщиков и строителей, как сегодня». «Здания возводились по принципу «как у соседей»: если здание стоит и не разрушается, делаем также или лучше и стены потолще. Мы только что закончили обследовать здание храма XIV века. На наш взгляд, оно простоит еще четырнадцать столетий – строилось на совесть. Самая главная проблема воссоздания исторических зданий заключается в том, что они строились не по современным нормам. А при реконструкции зданий сегодня мы должны соблюдать обязательные к применению нормы и правила», – отмечает Сергей Пичугин.
Антикризисный PR
Заместитель генерального директора по проектированию Архитектурной мастерской «Миронов и партнёры» Иван Сюганов вспоминает, как он работал в одном государственном музее-заповеднике в должности заместителя директора по капремонту и реставрации. По его словам, бюджет был такой, что еле хватало на текущий ремонт. О масштабной реставрации можно было только мечтать, так как Комитет по культуре выделял совсем небольшие деньги. Соответственно, все работы растягивались на длительное время. А именно: год на обследования, второй – на проектно-сметную документацию, третий – на реставрацию. Причем это в самом лучшем случае.
Поэтому, считает эксперт, необходим более радикальный подход к запросу на финансирование своего объекта. «Поднимаешь историю объекта, находишь самое интересное. Зовешь телевизионную съемочную группу. И вот уже в СМИ сюжеты – например, о привидениях первых обитателей этих владений. Через месяц музею предлагают неосвоенные коллегами по цеху миллионы. Правда, их все равно мало, и ты решаешься на отчаянную авантюру. Сначала любыми способами завлекаешь к себе публичных персон, широко освещая их визиты. Чем их больше, тем пристальнее внимание выделяющих денежные средства функционеров. После модельеров, артистов и венценосных особ у тебя появляется федеральный министр, проводя которого по экспозиции абсолютно опустевшего от посетителей музея, ты невзначай демонстрируешь макет великолепного музейного ансамбля, большая часть которого хоть и безвозвратно утрачена, но все же слишком прекрасна, чтобы не вызвать желание стать причастным к возрождению легенды. Конечно, речь уже о миллиардах. Дальше все зависит от ваших дипломатических способностей», – рассказывает Иван Сюганов.
В диалоге с чиновниками
По мнению специалистов, иногда проект реставрации того или иного исторического объекта тормозится не отсутствием финансовых средств, а законодательной зарегулированностью. Сергей Пичугин отмечает: все работы по сохранению зданий ОКН должны идти в соответствии с заданием (разрешением) КГИОП. Данный документ решает главный вопрос сохранения предметов охраны, при этом в стороне иногда остаются другие требования – например, связанные с противопожарной безопасностью. «В нашей практике были случаи, когда невозможно было соблюсти все требования задания КГИОП, так как часть их противоречила 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». Получается, что сегодня можно воссоздать историческое здание, каким оно было, повесить на фасаде здания вывеску и потом запретить допуск туда людям, так как безопасность людей – это самое главное», – иронизирует эксперт.
Тем не менее, по мнению Филиппа Грибанова, с КГИОП и ГАСН нужно стараться не просто наладить диалог, который необходим с точки зрения практики и законодательства, но постараться взять у них лучшее: «В этих ведомствах работают специалисты, которые и при проектировании, и в процессе работ могут и помочь, и подсказать очень важные вещи. Таким образом, они вносят свой вклад в проект. Какой бы ни был гениальный архитектор или реставратор, он не может знать всего, тогда как перед специалистами этих надзорных структур проходит огромное количество объектов, они понимают, где могут возникнуть ошибки».
Мнение
Сергей Пичугин, генеральный директор ООО «БЭСКИТ»:
– При восстановлении исторических зданий необходимо придерживаться правила: не навреди. Главное, по возможности применять щадящие методы, которые бы свели к минимуму негативное воздействие ремонтно-строительных работ. Иногда это невозможно, так как многое зависит от состояния здания, наличия значительных повреждений строительных конструкций, кренов стен или осадок. В последнее время появились новые щадящие методы восстановления, например, целостности стен и перекрытий с помощью наклейки углеволокна. Но эти методы тяжело внедряются из-за высокой стоимости, поэтому сейчас многие проектируют усиление металлическими тяжами и двутаврами, тем самым уродуя фасады исторических зданий.