Жилищно-офисный комплекс на Пискаревском пр., 3 одобрен Градсоветом с условием доработки
Согласно опубликованному тексту решения Градостроительного совета, проект жилищно-офисного центра на Пискаревском пр. 3 (бывшая территория фабрики «Возрождение») одобрен. Разработчику, ООО «Григорьев и партнеры», при этом рекомендовано доработать архитектурно-пластическое решение фасадов и торцов здания, в частности с целью оптимизации его восприятия со стороны выхода из Орловского тоннеля. Кроме того, предложено предусмотреть создание дополнительного подземного этажа для паркинга для увеличения количества машиномест в 2 раза.
Проект, заказчиком которого является ООО «Денген» (холдинг RBI), предусматривает создание в составе комплекса 59040 кв. м офисной недвижимости и 45850 кв.м жилой недвижимости.
Рецензент проекта Никита Явейн отмечает, что после предшествующей доработки проект ООО «Григорьев и партнеры» существенно улучшился, в частности, в связи с созданием симметрии с архитектурным решением застройки бывшего завода «Россия» на противоположной стороне Пискаревского пр. Было отмечено также корректное отношение проектировщиков к объекту культурного наследия – бывшей водонапорной башне.
Как сообщало АСН-инфо, при рассмотрении проекта некоторые архитекторы высказали замечания эстетического характера – в частности, в связи с возникающей композиционной несогласованностью со строящимся жилым комплексом «Платинум». Однако эта несогласованность фактически возникает в связи с установленным Генпланом высотным регламентом, допускающим возникновение высотного акцента лишь на углу Свердловской наб. и Пискаревского пр., в то время как высота застройки вдоль набережной здесь ограничена 42 м.
По словам Александра Семочкина, директора и создателя музея-усадьбы В.В. Набокова в пос. Рождествено, потомки владельцев дворянских усадеб не намерены помогать в их восстановлении. Так, Дмитрий Набоков, сын писателя, в 1990-е гг. обещал помочь с реставрацией, но до дела эти обещания так и не дошли. Так же поступил и барон Фальцфейн. «Это уже полностью европейцы: все это наследие – уже не их, а наше, их оно мало волнует. Вдова и сын Набокова отмежевались от нашего музея, - говорит А.Семочкин. - И на самом деле это правильно: ведь это они пострадали, это у них отобрали имения, это их выгнали из страны, они не обязаны после этого нам помогать».
Сейчас музею только для общестроительных работ требуется около 20 млн. рублей в год, не считая средств на инженерные сети, охрану, зарплаты, создание экспозиции. Из областного бюджета этот памятник (федерального значения) получает лишь 500 тысяч рублей в год, а от федерального центра не получает ничего. Все региональные деньги идут на восстановление фасадов здания. Часть средств музейщики получают от различных меценатов – после пожара 1995 г. музей, исключенный тогда из всех списков памятников, существовал только на эти средства и небольшие деньги из бюджета района. Сейчас средства меценатов составляют примерно половину от финансирования. Еще часть средств музей получает от благотворительных концертов камерной музыки, от экскурсионных групп, одиночных посетителей и от продажи сувениров.
При этом А.Семочкин сетует на систему госзаказа, под которую сейчас попали все музеи страны. «Тендеры выигрывают те, кто меньше запросил денег, соответственно, качество работ ниже всякой критики, работают гастарбайтеры, - жалуется он. - А ведь по уникальности памятника мы должны бы состоять на учете в ЮНЕСКО. Больше в России нет подобных образцов деревянного ампира – было в Осиновой роще имение князей Вяземских, но погибло». Директор музея отметил, что памятник, несмотря на пожар, не является «новоделом»: 70% конструкций дома сохранились. «Это великолепная красная боровая сосна, которой уже не бывает в природе, ей нет замены», - говорит он.
Рассказывая о местных достопримечательностях, А.Семочкин пояснил, что нынешний музей Набокова не является родовой усадьбой писателя – это дом, который ему завещал дядя по материнской линии, представитель купеческого рода Василий Рукавишников. Будущий писатель формально владел этим домом лишь год – с 1916 по 1917 г., однако в юности много раз бывал здесь и описал усадьбу в романе «Другие берега». Само же фамильное имение Набоковых в Выре сгорело в 1944 г. Но место, на котором оно стояло, по сию пору не застраивается. Директор музея мечтает когда-нибудь создать на этом месте макет усадьбы под открытым небом.