Российские инвесторы уже потеряли на европейской недвижимости до 40%
По данным аналитического отдела Бюро недвижимости «Агент 002» в настоящее время снижение цен на жилую недвижимость затронуло 22 страны Евросоюза (всего их 27).
Больше остальных потеряли инвесторы латвийского и эстонского рынка. Цены на жилье в этих странах упали на 20-40%. В столь полюбившейся российскому инвестору Великобритании
Однако, по мнению директора по продажам БН «Агент 002» Валерия Барнинца, средние данные по стоимости
Но падение цен происходит не во всех странах. Нужно признать: «островов стабильности» в Европе немного, но они есть. Например, цены продолжают ползти вверх в Словакии (+25%), Болгарии (+18%), на Кипре (+8%), в Швейцарии и Италии (в пределах 2%). В Нидерландах цены пока замерли в ожидании развития событий на финансовых рынках.
На фоне падения стоимости недвижимости в Европе взгляды многих инвесторов и собственников элитной западной недвижимости обращены именно на Россию. Так, специалисты АН «Агент 002» с начала сентября фиксируют увеличение обращений со стороны иностранных компаний-застройщиков и частных инвесторов, которые торопятся сбыть свои активы русским. Эти активы представляют из себя «предложения квартир и домов массового сегмента, а также совершенно эксклюзивные объекты».
Так, одно из последних предложений о продаже касается эксклюзивного дома в Нидерландах, который значится среди 5 лучших домов мира. Помимо этого на продажу выставляется множество старинных замков, уникальные виллы и дома на побережье Италии и Франции. Стоимость объектов, как правило, превышает 20 млн. евро. Среди необычных предложений есть и участок пляжа в Египте размером в
Обычно обращения западных девелоперов содержат такие строки: «Мы прекрасно понимаем, что ситуация изменилась, и в мире разрастается ипотечный кризис. Мы видим, что положение дел на рынке недвижимости уже не то, каким оно было в
По словам Александра Семочкина, директора и создателя музея-усадьбы В.В. Набокова в пос. Рождествено, потомки владельцев дворянских усадеб не намерены помогать в их восстановлении. Так, Дмитрий Набоков, сын писателя, в 1990-е гг. обещал помочь с реставрацией, но до дела эти обещания так и не дошли. Так же поступил и барон Фальцфейн. «Это уже полностью европейцы: все это наследие – уже не их, а наше, их оно мало волнует. Вдова и сын Набокова отмежевались от нашего музея, - говорит А.Семочкин. - И на самом деле это правильно: ведь это они пострадали, это у них отобрали имения, это их выгнали из страны, они не обязаны после этого нам помогать».
Сейчас музею только для общестроительных работ требуется около 20 млн. рублей в год, не считая средств на инженерные сети, охрану, зарплаты, создание экспозиции. Из областного бюджета этот памятник (федерального значения) получает лишь 500 тысяч рублей в год, а от федерального центра не получает ничего. Все региональные деньги идут на восстановление фасадов здания. Часть средств музейщики получают от различных меценатов – после пожара 1995 г. музей, исключенный тогда из всех списков памятников, существовал только на эти средства и небольшие деньги из бюджета района. Сейчас средства меценатов составляют примерно половину от финансирования. Еще часть средств музей получает от благотворительных концертов камерной музыки, от экскурсионных групп, одиночных посетителей и от продажи сувениров.
При этом А.Семочкин сетует на систему госзаказа, под которую сейчас попали все музеи страны. «Тендеры выигрывают те, кто меньше запросил денег, соответственно, качество работ ниже всякой критики, работают гастарбайтеры, - жалуется он. - А ведь по уникальности памятника мы должны бы состоять на учете в ЮНЕСКО. Больше в России нет подобных образцов деревянного ампира – было в Осиновой роще имение князей Вяземских, но погибло». Директор музея отметил, что памятник, несмотря на пожар, не является «новоделом»: 70% конструкций дома сохранились. «Это великолепная красная боровая сосна, которой уже не бывает в природе, ей нет замены», - говорит он.
Рассказывая о местных достопримечательностях, А.Семочкин пояснил, что нынешний музей Набокова не является родовой усадьбой писателя – это дом, который ему завещал дядя по материнской линии, представитель купеческого рода Василий Рукавишников. Будущий писатель формально владел этим домом лишь год – с 1916 по 1917 г., однако в юности много раз бывал здесь и описал усадьбу в романе «Другие берега». Само же фамильное имение Набоковых в Выре сгорело в 1944 г. Но место, на котором оно стояло, по сию пору не застраивается. Директор музея мечтает когда-нибудь создать на этом месте макет усадьбы под открытым небом.