КГХ ЗакС решила обозначить свою позицию по высотному регламенту застройки Петербурга
В ходе дискуссии на заседании Комиссии по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам (КГХ), ее глава Сергей Никешин предложил депутатам сформулировать общую позицию комиссии по высотному регламенту застройки в Санкт-Петербурге. По его мнению, несмотря на то, что КГХ представлена в городской Комиссии по землепользованию и застройки (КЗЗ), а также подала на рассмотрение КЗЗ ряд поправок в части высотного регламента, КГХ «еще не обозначила статусно свою позицию».
По итогам обсуждения КГХ утвердила текст обращения к председателю городской КЗЗ Александру Вахмистрову. Авторы отмечают, что проблема высотного строительства в зонах, примыкающих к исторической части города или объектам культурного наследия является «одним из самых болезненных вопросов для жителей города». По их сведениям, «сейчас рассматриваются две модели решения данного вопроса». Первая модель предполагает, что при установлении предельной высотности на конкретной территории высоты уже построенных объектов, выходящие за пределы «параметров, заложенных в основе высотной модели, разработанной НИПЦ Генплана», учитываться не должны, и что все подобные отклонения, в соответствии со ст. 40 Градкодекса РФ, КЗЗ необходимо рассматривать индивидуально. Вторая модель предполагает, что такое объекты следует фиксировать в качестве «отдельных высотных кластеров, не распространяя данные параметры на оставшуюся территорию зоны».
Авторы предпочитают первую из двух вышеназванных «моделей», предлагая при рассмотрении высотного регламента «не учитывать высоты построенных и запроектированных зданий, нарушающих силуэт исторического центра города и исторических пригородов», а также «отказаться от легализации высотным регламентом «градостроительных ошибок» как прошлого, так и настоящего времени, ибо это препятствует возможности их исправления в будущем».
Следует отметить, что до настоящего времени высотный регламент в Санкт-Петербурге регулируется (и таким образом «легализуется») постановлением правительства города №1731 от 24.04.08, картографическая часть которого существенно отличается от схемы предложений НИПЦ Генплана, разработанных позже и рассмотренных Градостроительным советом города 12.09.08. В то же время на схеме НИПЦ Генплана в варианте, представленном Градсовету, именно «в виде кластеров» обозначен ряд объектов, не предусмотренных постановлением №1731.
По словам главы петербургского отделения ВООПИК Александра Марголиса, в Ленобласти, несмотря на экономический рост региона, сложилась катастрофическая ситуация с сохранностью архитектурного наследия – уцелевших до наших дней дворянских усадеб. С ним согласен и Александр Семочкин, архитектор, реставратор, писатель, один из создателей музея «Дом станционного смотрителя» в Выре, директор и создатель музея-усадьбы В.В.Набокова в Рождествено. Своим мнением об этой проблеме эксперты поделились в ходе пресс-тура, организованного ИА Росбалт и посвященного сегодняшнему дню дворянских усадеб в Гатчинском районе. Журналистов познакомили с музеем-усадьбой В.В. Набокова в Рождествено (редчайшим образцом деревянного ампира), каменным дворцом в пос. Белогорка, католической часовней св. Стефаниды в пос. Дружноселье и усадьбой Сиворицы в пос. Никольское.
По словам А.Марголиса, несмотря на удручающее состояние большинства памятников Гатчинского района, в целом ситуация здесь гораздо лучше, чем в других районах области. Остатки дворянских усадеб исчезают на глазах. Если к 1917 г. их в регионе насчитывалось 2000, то сейчас специалисты едва смогли найти материал для книги «100 дворянских усадеб Ленобласти» (автор – Нонна Мурашова). Причем половина из них представляют собой или остатки фундаментов, или части парков, или вообще лишь память о месте. «Ленобласть – огромная зона бедствия в части охраны культурного наследия. И речь не только об усадьбах – уже руинируется даже Зеленый пояс Славы», - подчеркивает А.Марголис.
Он также отмечает, что, если основные крепости поддерживаются в удовлетворительном состоянии, а церкви и монастыри, переданные местной епархии, возвращаются к нормальной жизни, то усадьбы находятся в самом худшем положении. Даже известный музей – усадьба Олениных Приютино – недостаточно отреставрирована: сама усадьба в хорошем состоянии, а парки и парковые павильоны по-прежнему заброшены. Благодаря энтузиазму директора Александра Семочкина – известнейшего в области реставратора и музейщика – есть перспективы у музея Набокова в Рождествено, создан (но «едва держится») музей в Суйде. В усадьбе Апраксиных, а затем Демидовых – Сиворицы – находится Петербургская психиатрическая больница №1, силами которой здание усадьбы поддерживается в сносном состоянии. А такие шедевры, как католическая часовня в Дружноселье, построенная в 1834 г. по проекту Александра Брюллова, с фамильной усыпальницей князей Витгенштейнов (в том числе с могилой фельдмаршала Петра Витгенштейна, героя 1812 г.) – с 1917 г. стоят в запустении, будучи используемыми как склад картофеля. Без окон и кровли стоит один из лучших в России образцов стиля «северный модерн» - каменный особняк купцов Елисеевых, построенный инженером Владимиром Тавлиновым в 1898 г. Правда, этот дворец уже нашел инвестора – ООО «Дом отдыха «Белогорка», генеральный директор которого, Евгений Никовишин, со слов А.Семочкина, обещает отреставрировать фасады, а внутри перепланировать его под дом отдыха. Проект реставрации дворца уже согласован с областным КГИОП.
Тем не менее, по словам А.Семочкина, 90% сохранившихся в области усадеб вообще не считаются памятниками или входят в список памятников местного значения. Все они находятся в руинированном состоянии. «В регионе нет стратегии охраны памятников. В советское время, если ты был «вбит в план», то мог быть уверенным, что сколько-то получишь, то сейчас памятники брошены на произвол судьбы. Как мы будем жить дальше, никто не знает, этот вопрос не решается. Музей Рождествено в год получает лишь 500 тысяч рублей, что хватает лишь на 2,5 недели работы реставрационной бригады, - говорит А.Семочкин. – Необходима кадастровая оценка и определение значимости памятников. Часть из них можно продать, часть музеефицировать, часть законсервировать в том состоянии, которое есть. Этот план должен быть одобрен правительством. Тогда у нас будет хоть какая-то уверенность в будущем».