Законодательная путаница создает неопределенность правового статуса всех портовых объектов
Реализация уникальных преимуществ, которыми располагает Россия с ее километровой береговой линией в 60 тысяч км, сегодня тормозится хаосом в правовом регулировании. Лишь в последние годы принято несколько законов в сфере морского права, однако фактически портовые территории являются центрами множества правовых противоречий, считает президент «КЕ-Ассоциация» (Санкт-Петербург) Антон Щукин. Об этом он заявил, выступая на конференции «Проблемы и пути развития портов. Взаимодействие с судовладельцами».
По мнению специалиста, принятые в последние годы Водный, Земельный и Градостроительный кодексы вступают в противоречия между собой в сфере регулирования портовой деятельности. Так, некоторые положения Земельного кодекса устанавливают, что портовые сооружения относятся к федеральной собственности. В свою очередь, Водный кодекс не позволяет создания земельных участков на намывных территориях, а также делегитимизирует права собственности на гидротехнические сооружения в акваториях. В Водном кодексе и ФЗ «О внутренних водах, территориальном море и внутренних водах РФ» имеется противоречие в способе определения границы территории по береговой линии, что создает дополнительный правовой вакуум.
Закон «О морских портах», по мнению А.Щукина, фактически делегирует морским администрациям портов функции органов местного самоуправления. В то же время полномочия морских администраций в портовых городах никак не отражены в Градостроительном кодексе. «При установлении градостроительных регламентов в портовых зонах мнение главы морской администрации может быть принято к сведению, но не имеет никакого решающего значения», - подчеркивает эксперт.
Положения Закона «О морских портах», устанавливающие независимость морских администраций от региональных властей, по мнению специалиста, могут быть легко оспорены в Конституционном суде РФ. Неопределенность статуса береговой зоны предрасполагает к произвольной трактовке имущественных вопросов арбитражными судами, подчеркивает А.Щукин.
Несовершенство закона «О морских портах» отметил также советник губернатора Санкт-Петербурга Борис Усанов. Он указал на противоречие между ст. 35 закона с Кодексом торгового мореплавания. Как отмечает Б.Усанов, закон вводит произвольно суженное определение порта, фактически ограничивающее это понятие перегрузочным комплексом и оставляя за его рамками как складскую и промышленную инфраструктуру портовых комплексов, так и множество других структур, являющихся интегральными частями портов - от стоянок малых судов, в том числе судов портового флота, до помещений для пребывания и отдыха персонала.
Кроме того, в законе вообще не представлен механизм взаимодействия портов с городами, в которых они находятся, несмотря на очевидное влияние, которое оказывают порт на внутреннюю структуру приморских городов. Как напоминает Б.Усанов, в дореволюционном российском законодательстве порты делились на военные, торговые и смешанные, однако при этом администрация портов входила в состав городского управления. Более того, наличие порта в уездном городе повышало его статус, приравнивая город к губернскому. В европейской практике, напоминает Б.Усанов, управление городом и портом также не разделено.
Отрыв порта от региона, в котором он находится, невыгоден как региону, так и порту, считает советник губернатора. Мало того, искусственное выделение управления портом также создает правовые препятствия для взаимодействия морских перевозок с другими видами транспорта, включая внутренний водный транспорт. Этот разрыв противоречит насущной задаче развития интермодальных транспортных коридоров, отмечает Б.Усанов.
Министерство экономического развития выступило с предложением упростить для банков процесс выпуска ипотечных ценных бумаг в целях оживления рынка ипотеки в России, сообщает газета «Коммерсант», в распоряжении которой оказался новый вариант предложений Минэкономразвития по развитию ипотеки.
Летом министерство уже направляло документ в правительство, которое потребовало доработать и согласовать его с заинтересованными ведомствами. По сравнению с предыдущим вариантом в документе появилось согласованное с Банком РФ предложение отменить нормативы Н17 и Н19, препятствующие проведению секьюритизации ипотечных кредитов. Согласно этим нормативам банку разрешается выпускать ценные бумаги, обеспеченные ипотечными кредитами (секьюритизировать ипотеку), если сумма таких кредитов составляет не менее 10% от капитала банка (норматив Н17), а сумма вкладов физлиц – не более 50% (норматив Н19).
Вводя для банков первое требование, Банк России исходил из того, что право на рефинансирование ипотеки должны иметь банки, специализирующиеся на выдаче кредитов на покупку жилья. Ограничения по суммам вкладов минимизировали риски тех граждан, которые держат депозиты в банках, секьюритизирующих ипотечные кредиты. По мысли ЦБ, чем меньше у банка частных вкладчиков, тем меньше будет пострадавших в случае банкротства банка в результате высокорисковых операций с ипотечными облигациями.
Но из-за несоответствия указанным нормативам ЦБ крупные банки оказались лишены возможности секьюритизировать ипотечные кредиты. В частности, в Сбербанке соотношение ипотеки к объему его собственных средств составляет 53%, в Банке Москвы - 28%, что соответствует нормативу Н17, но при этом объем вкладов в крупнейшем банке страны превышает капитал в 3,9 раза, в Банке Москвы – в 2,5 раза.