Конкурс проектов реконструкции Пушкинского музея в столице начнется в ноябре 2008 г.
В ноябре
И.Антонова отметила, что макет проекта Нормана Фостера, представленный в Венеции, затем отправится в Германию, а потом – в Москву, где в ноябре примет участие в конкурсе. «Однако на сегодняшний день я конкурентов этому проекту не вижу. Архитектура XXI века гармонично входит в исторический центр города - так бы я характеризовала проект Н.Фостера», - отметила она.
Архитектурный макет проекта Н.Фостера представил руководитель бюро, представитель архитектора в России Антон Хмельницкий. «Общая площадь проекта составит около 130 тысяч кв. м, из них 100 тысяч – наземный проект и около 30 тысяч кВ. м - площадь подземных помещений", - отметил он. Проект оценивается в 1 млрд. долларов
«В ноябре мы примем участие в конкурсе, однако нам неизвестно, чтобы на сегодняшний день кто-то еще мог представить альтернативные проекты», - подчеркнул А.Хмельницкий.
Он рассказал, что реконструкция музея после соответствующего распоряжения правительства России разбита на три этапа. "I этап - с 2009 по 2012 гг. - предполагает возведение хранилища, реставрационного центра, библиотеки, административного здания, реставрацию усадьбы Вяземских-Долгоруких, а также реконструкцию выставочной галереи искусство XIX-XX вв., а также павильона частных коллекций. II этап рассчитан на 2012-2015 гг. За это время будет реконструировано основное здание музея, бывший доходный дом Стулова, а также реконструировано здание на Волхонке. III этап, рассчитанный на 2015-2018 гг., предполагает реконструкцию усадьбы Голицыных (здание Института философии Академии наук), создание нового выставочного центра и реконструкция нескольких небольших зданий по ул. Волхонке», - рассказал А.Хмельницкий. «Очень важно было суметь из существующих разрозненных зданий создать единый комплекс, единый музейный городок, - отметил он.
Дважды согласованный КГИОПом проект по приспособлению для апартамент-отеля дома № 2 по ул. Антоненко, разработанный ООО «Файв Старт» был подвергнут жесточайшей критике на последнем заседании Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга. Представивший проект сотрудник «Спецпроектреставрации» Андрей Масленников проделал огромную работу, превратив 7-метровую мансарду, явно диссонирующего с основными пропорциями здания и к тому же возвышающуюся по соседству с Мариинским дворцом на Исаакиевской площади, в разноуровневую кровлю с пентхаусами с четырехметровой высотой потолков и с асимметрично расположенными на крыше трубами от каминов в отдельных эксклюзивных номерах.
Однако в целях улучшения инсоляции и со ссылкой на эффект цветовой мимикрии на фоне серого петербургского неба, разработчик проекта предложил изготовить кровлю из светопрозрачного серого стекла. Здание, не являющееся памятником, хотя и расположенное в охранной зоне заказчик предложил дополнить флигелем посреди внутреннего двора, с периметром в 20м х 25 м, а также подземной парковкой под ним на 84 машиноместа (из расчета по одному на 2 апартамента). В настоящий момент высота здания по коньку составляет 23,5 м, а по карнизу – 17,27 м. Таким образом, угол кровли должен был составить порядка 32-40 градусов.
Рецензент проекта, архитектор Рафаэль Даянов высказал большие сомнения в целесообразности застройки двора, в который не смогут в результате попасть ни пожарные машины, ни машины «Скорой помощи», а также в проведении подземных работ в двух шагах от набережной р.Мойки. Слишком крутой угол кровли не понравился большинству выступивших с критикой проекта членов совета. Но апофеозом всего заседания стало выступление профессора Академии художеств, историка петербургской архитектуры ХIX века Андрея Пунина, который зачитал собравшимся отрывки из статьи о том, как более ста лет назад почетная гражданка Санкт-Петербурга, госпожа Якунчикова, будучи владелицей этого дома, надстроила его вопреки проекту, утвержденному Александром II и была показательно наказана за это. «Все было как у нас недавно, газеты пестрили сообщениями о «величайшей градостроительной ошибке», император был возмущен тем, что частное строение превысило высоту соседнего дома – дворца Великой княжны», - рассказал Пунин, чем несказанно порадовал главу КГИОПа.
«Первый проект был наглым, но честным. А второй проект попросту лукавый, поскольку создает иллюзию исторической скромности. Но это всего лишь иллюзия», - заявил, дождавшись своей очереди, сопредседатель регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр Марголис. Но, как сообщил докладчик, и первый проект от заказчика, и новый были согласованы КГИОП сначала в 2001 г., а после в 2005 г., но к настоящему моменту истек срок и последнего согласования. «Что-то я не помню, чтобы мы этот проект согласовывали. И вообще сегодня столько ходит по городу фальшивых документов», - засомневался в ответ на это замечание член совета, архитектор Никита Явейн.
«Дом со стеклянной крышей будет стоять во все сезоны и погоды. Как он заполыхает под солнцем – этого даже предсказать невозможно. Если бы мы допустили это беспрецедентное сверкание на Исаакиевской площади, резонанс был бы, пожалуй, даже больше, чем по Дому Лобанова-Ростовского», - заключила В.Дементьева, отправляя проект на переработку. Кроме того, глава КГИОП пообещала разобраться в истории со столь очевидным промахом по согласованию этого проекта.