Сохранение облика Московского проспекта не исключает возникновения новых доминант
В своем выступлении на слушаниях по проекту Правил землепользования и застройки (ПЗЗ) в Московском районе руководитель 1-й мастерской НИПЦ Генплана Борис Николащенко выразил намерение разработчиков документа сохранить сложившегося архитектурного облика Московского проспекта, который включен в документацию ЮНЕСКО и является предметом охраны КГИОП. Он также подчеркнул, что одной из «жемчужин» Московского проспекта является комплекс Новодевичьего монастыря, где будет восстановлена утраченная колокольня.
В том же контексте первый заместитель главы администрации района Владимир Ушаков подчеркнул, что с учетом протестов общественности два квартала Московского проспекта, оформляющих выход на площадь Победы, исключены из списка городской Адресной программы развития застроенных территорий, и строительство высотных строений в этих кварталов более не планируется, хотя Постановление N1731, устанавливающее высотные регламенты, предусматривало строительство высотного здания на нечетной стороне улицы Орджоникидзе.
Участники слушаний подвергли сомнению искренность как проектировщиков, так и районной администрации, потребовав объяснений по поводу предусмотренного тем же постановлением и проектом ПЗЗ строительства высотных зданий у станции метро «Электросила» и к западу от д. 151 на Московском проспекте. Борис Николащенко признал, что на свободном участке бывшей производственной территории «Электросилы» предусмотрено строительство 90-метрового делового объекта. Это решение, по его словам, мотивировалось недостатком ансамблевой застройки на этом участке проспекта.
Настоятельница Новодевичьего монастыря игуменья Серафима, в свою очередь, подняла вопрос о проектируемых высотных строениях на территории Измайловской перспективы. По ее мнению, хотя эти проектируемые здания запроектированы на улицах, параллельных проспекту, они будут визуально восприниматься как часть застройки проспекта. Особую тревогу настоятельницы вызывают планы использования одного из объектов на вновь застраиваемой территории под развлекательный комплекс.
Роль архитектора в сегодняшнем процессе строительства и девелопмента весьма трудна и неоднозначна, считают участники дискуссий о современной архитектуре, прошедших в ходе форуме PROEstate 2008. Так, по мнению главного редактора журнала «Проект Балтии» Владимира Фролова, архитекторы сегодня большей частью являются просто «упаковщиками» для тех функций, которые девелопер хочет вложить в свой проект. «Архитектура становится обложкой для того, что приносит выгоду, и на этой обложке крупными буквами написан брэнд. Посмотрите на торговые центры, появляющиеся в наших парках – о какой архитектуре там идет речь? Эти объекты не вписываются в среду, а заслоняют ее», - говорит эксперт. Вице-президент Гильдии управляющих и девелоперов (ГУД) Юрий Борисов считает, напротив, что архитекторы не понимают комплексности стоящих перед ними задач, в результате чего получается и морально, и функционально устаревший «продукт». «О функционале я даже не говорю – у нас никто не понимает ни требований ритейла, ни норм офисного пространства. Но и морально это никуда не годные объекты. Мы уродуем город на десятилетия», - сетует вице-президент ГУД. По его мнению, архитектура сегодня очень часто заканчивается рисунком фасада здания. «Архитекторы видят только одну задачу – нарисовать некий оригинальный портик, который зачастую безвкусен и превышает допустимые регламенты, и согласовать его», - считает Ю.Борисов.
Архитектурный обозреватель Юлия Хопта дает еще более негативные оценки, касающиеся загородной недвижимости: «Мы получили эстетическую катастрофу, кольцо дисгармоничной среды вокруг города. На архитекторов девелоперы предпочитают много не тратить, ландшафтный дизайн и вовсе является необязательным «гарниром», и в результате между редкими островками благоприятной среды – однообразие, архитектурная убогость и свалки. И получается, что в нашем просторном отечестве жить негде». По мнению журналиста, архитектор обычно находится в полном подчинении у заказчика. «Но ведь он может отказаться от работы в таких условиях?» - спрашивает вице—президент ГУД. «Мне неизвестны такие случаи. Обычно приводят традиционное оправдание: если не сделаю это я, то вместо меня сделают еще хуже, - считает Ю.Хопта. – Торг за эстетику происходит каждый день в тиши кабинетов архитектурных студий. Да, есть архитектурное сообщество, в котором формируются репутации, но все же обычно девелопер всегда бескомпромиссен, а архитектор почти всегда идет на компромисс. Результаты мы видим везде: профессионалы, взглянув на здание, сразу отметят, где выиграл заказчик со своими метрами и выгодой, а где архитектурная идея. Например, я вижу дом на Шпалерной, 60, и могу сказать что Юрий Земцов в этом проекте однозначно проиграл заказчику».
Иностранные мастера, как ни странно, оказались более снисходительны к современным российским архитектурным реалиям. По мнению Нила Уайтхеда, гендиректора Stuff International Design, искусство начинается там, где начинается излишество. Это значит, что на эстетику девелоперы обратят внимание тогда, когда будут заработаны первые капиталы – только тогда понадобится зарубежный опыт, качественные проекты, захочется создавать комфортную среду. А пока Россию ждет эпоха «краткосрочных проектов», считает Уайтхед. «Для того, чтобы создавать среду, и у архитекторов должны быть другие ориентиры. Один мой знакомый, который работает в мастерской Нормана Фостера, говорит, что у российских и английских архитекторов отличие одно – англичанин прежде всего работает на общество, а россиянин – на заказчика», - заметил Ю.Борисов.