Главный итог кризисного года – возвращение в Москву эконом-класса
Для московского рынка новостроек главным событием уходящего года стало возвращение в столицу проектов эконом-класса.
Как отмечает Елена Балабанова, генеральный директор компании Veritas: «В последние годы неоднократно говорилось о том, что эконом-класс фактически вытесняется за пределы города. Последним крупным проектом этого класса, реализованным в сложившихся районах Москвы был микрорайон «Волжский», который строился еще в середине 2000-х гг. на юго-востоке города. Все остальные аналогичные проекты реализовывались на окраинах – хоть и в границах столицы, но за пределами МКАД. Новой тенденцией рынка новостроек стало появление на внутренних территориях города не только отдельных домов, но и новых микрорайонов эконом-класса. Первым из них стал микрорайон «Марфино», возводящийся на северо-востоке города».
«Кризисный
Московский рынок новостроек пока еще далек от восстановления. Можно предполагать, что именно проекты эконом-класса в немалой степени способны содействовать данному процессу. Надо полагать четырьмя проектами, вышедшими в продажу или заявленными на протяжении
Смольнинский суд Петербурга фактически демонстрирует, что Комиссия по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга не нужна. Назначив проведение двух экспертиз по спорным вопросам, связанным с предоставлением «Охта-центру» разрешения на «отклонение», судья Татьяна Матусяк, по сути, запускает процесс содержательного исследования обоснований заявки застройщика, которого не было ни на публичных слушаниях 1 сентября, ни на заседании городской КЗЗ, ни, тем более, на заседании Смольного.
Директор Центра экспертиз ЭКОМ Александр Карпов отмечает: «Мы наблюдаем начало процесса, который должен закономерно завершиться либо ликвидацией Комиссий по землепользованию и застройке, либо преобразованием их в совершенно иные структуры, кардинально отличающиеся от «декорации», которая создана сегодня».
«КЗЗ не могут разрешить ни одной сложной ситуации, когда имеется конфликт между застройщиком и общественностью или окружающими землепользователями, - считает он. – Решения КЗЗ не авторитетны, они принимаются закрыто, без опоры на профессиональную экспертизу и взвешивания аргументов «за» и «против». Публичные слушания, как основа для решений КЗЗ, абсолютно неработоспособны, потому что слушают одни люди («районная комиссия»), а решения принимают другие («городская комиссия»). Но даже если устранить этот недостаток, формат слушаний не позволяет детально рассмотреть аргументы сторон. Поэтому и застройщики, и противники любого проекта пытаются решить вопрос «массой» – количеством людей, присутствующих в зале, а то и просто – числом неизвестно где и по какому поводу собранных подписей».
В противовес этому, судебный процесс обладает всеми качествами, необходимыми для принятия обоснованного решения: соревновательность сторон, изучение доказательств, процессуальные права и обязанности участников дела, достаточное время для рассмотрения вопросов, возможность сторонам действовать через представителя и пр., считает А.Карпов.
«Таким образом, принятие градостроительных решений перемещается из кабинетов исполнительной власти в залы судебных заседаний, и это, наверное, правильная тенденция, - отмечает он. – Градостроительные решения не должны быть произволом исполнительной власти, замаскированным в виде хитроумных картосхем и томов трудночитаемых текстов. Решения должны быть обоснованными и справедливыми, способствовать предупреждению правонарушений и защите прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, РФ, субъектов РФ, МО, т.е., это в не меньшей степени правосудие, чем любой гражданский процесс».
Если органы градостроительства и архитектуры хотят в будущем играть значимую роль в планировании городского развития, а не только роль ответчика в судах, необходимо разработать и утвердить законом Санкт-Петербурга «градостроительный процессуальный кодекс», который будет охватывать все стадии и аспекты подготовки решения – от информирования заинтересованных лиц до вынесения «приговора» рассматриваемому документу, считает А.Карпов.