Эксперт: Градкодекс предусматривает отклонения от параметров лишь для «проблемных» участков
Как напомнил на круглом столе «Охта-Центр» - общественная экспертиза» директор Центра экспертиз ЭКОМ Александр Карпов, предоставление разрешений застройщикам на отклонение от предельных градостроительных параметров устанавливается ст. 40 Градостроительного кодекса РФ, а также ПЗЗ и другими региональными законодательными актами. Между тем ст. 40 Градкодекса ограничивает допустимые отклонения от предельных параметров разрешенного строительства случаями, когда размеры земельных участков меньше установленных регламентом минимальных, либо их конфигурация, инженерно-геологические или иные характеристики неблагоприятны для застройки.
Первый из предусмотренных случаев на территорию строительства «Охта-Центра» не распространяется, поскольку в территориальных зонах ТД1-1_1 минимальный размер земельных участков не установлен, отмечает эксперт. К неблагоприятным характеристикам земельного участка специалисты относят, в первую очередь, ярко выраженный рельеф (крутой склон), опасность развития эрозионных процессов, попадание части участка в санитарно-защитную зону, форму участка (чрезмерно вытянутый, звездчатый, неправильной геометрической формы).
«Проблемные» характеристики участка могут являться основанием для отклонения от таких предельных параметров, как, например, минимальная этажность застройки (если она устанавливается), минимальная площадь застройки, минимальный процент озелененности земельного участка и др. в тех случаях, когда физически невозможно произвести застройку с параметрами, установленными градостроительными регламентами, напоминает А.Карпов. В то же время представить себе неблагоприятные характеристики земельного участка, являющиеся основанием для превышения предельных параметров высотности зданий, по сути невозможно.
Как отмечает А.Карпов, в случае в «Охта-Центром» возникают затруднения также при предоставлении разрешения на строительство здания высотой от 48 до 100 м. В квартале, ограниченном р. Нева, р. Охта и Якорной ул., максимальная высота конька или плоской кровли зданий, строений, сооружений, расположенных в глубине квартала составляет 100 м, а значение локального увеличения предельного высотного параметра – также 100 м. При этом для строительства здания с максимальной высотой специальных разрешений не требуется, а для строительства здания на основании локального увеличения требуется уточнение местоположения такого здания в проекте планировки территории, а также, согласование в установленном порядке архитектурного решения. Между тем, этот порядок до настоящего времени не определен, напоминает эксперт.
Кроме того, значение предельной высотности внутриквартальной застройки в рассматриваемом квартале, установленное ПЗЗ, вступает в противоречие с положением о режиме ЗРЗ2 в законе «О границах зон охраны объектов культурного наследия», не допускающим визуального превышения уличного фронта над внутриквартальной застройкой, отмечает А.Карпов. По его мнению, именно в связи с противоречиями между федеральным и местным законодательством связано то, что правительством города до настоящего времени не принято постановление, устанавливающее порядок утверждения отклонений от параметров разрешенного строительства.
Сегодня в Мраморном дворце открылся после реставрации Зимний сад – зала на втором этаже здания, интерьеры которой были существенно изменены в советский период. Как рассказала корреспонденту АСН-инфо Ирина Тетерина, главный архитектор Государственного Русского музея, в состав которого входит Мраморный дворец, реставрация осуществлялась в рамках программы «Возрождение», реализуемой с 1994 г. Всемирным банком и музеем. Финансирование предоставлялось через Фонд инвестиционно-строительных проектов. Проект реставрации зала разработан архитектурной мастерской «Литейная часть-91», работы осуществило ООО «Артэксперт».
На месте Зимнего сада ранее находился Висячий сад под открытым небом, созданный Антонио Ринальди, по проекту которого для Екатерины II был построен Мраморный дворец (1768-1785). Архитектуру зала в 1846 г. полностью изменил Александр Брюллов, реконструировавший часть помещений дворца накануне свадьбы Великого князя Константина Николаевича и Великой княгини Александры Иосифовны. Зал был перекрыт кессонированным потолком, опирающимся на 2 чугунные колонны, а с южной стороны закрыт стеклянной стеной. Вместо яблонь и вишен в саду-оранжерее были посажены экзотические растения, среди зелени установлены мраморные скульптуры, а в центре оборудован фонтан. Сад был соединен с Цветником тремя открытыми арочными проемами.
В период, когда здание занимал Музей Ленина, зал перестал быть садом: фонтан и декоративная зелень были убраны, у стеклянных дверей помещался монумент Ильича, а на стенах развешаны картины революционного содержания. После закрытия экспозиции помещение не использовалось. Реставрация началась в 2005 г.
В ходе реставрационных работ был воссоздан фонтан, 4 торшера из уранового стекла с золоченой бронзой и большая трехстворчатая остекленная дверь, ведущая в Царскую комнату. Из коллекции Русского музея в зале установлены 2 скульптуры - «Неаполитанский рыбак, играющий на мандолине» (А.Бок, 1862) и «Амур, отпускающий мотылька» (М.Попов, 1872). Восстановление комнатной зелени придало саду исторический вид.
«У меня сегодня для вас сюрприз», - сообщил директор музея Владимир Гусев посетившим открытие Зимнего сада министру культуры РФ Александру Авдееву и губернатору Валентине Матвиенко. Сюрпризом было возвращение в экспозицию 4 живописных панно работы Якова Дадонова, выкупленных из частной коллекции Сергеем Боровским.
Как рассказал В.Гусев, при реконструкции зала в XIX в. был проведен конкурс на создание росписи, на условия которого Я.Дадонов не согласился. Однако победитель, немецкий художник Ф.Вундерлих, «понял, что он взял на себя слишком большой объем работы, и пригласил себе в помощь Дадонова. Тогда закона №94-ФЗ не было», - пояснил он.