Четыре ДОТа рубежа «Ижора» обрели статус региональных памятников в Петербурге
Распоряжением КГИОП «Доты рубежа „Ижора“ (Ленинский пр., 136 — ДОТ № 103; пр. Юрия Гагарина, 27, сооружение 2, лит. А — ДОТ № 76; Пулковское шоссе, 2, сооружение 2, лит. А — ДОТ № 58; Пулковское шоссе, 2, сооружение 1, лит. А — ДОТ № 59) включены в единый государственный реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения.
История появления в 1943 году на южных рубежах обороны города пояса долговременных оборонительных сооружений упомянута во многих изданиях, посвящённых блокаде Ленинграда, однако детально её рассмотреть исследователи смогли лишь посте того, как в 2013 году Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации снял с некоторых документов, относящихся к блокадному периоду, гриф „Секретно“.
В мае 1943 года Военный совет Ленинградского фронта принял решение в кратчайший срок возвести новый железобетонный оборонительный рубеж на второй линии обороны 42-й и 54-й Армий по южному обводу города протяженностью до 25 километров.
Связано это было с тем, что, как оказалось, на складах лежали орудийные и пулемётные установки для бетонных ДОТов в комплекте с броневыми заслонками. Это были неиспользованные в 1941 году остатки довоенных запасов. По мнению руководства инженерной службы 42 Армии и Ленинградского фронта, создание такой линии долговременных укреплений на второй полосе обороны с переводом туда артиллерийско-пулеметных батальонов, могла дать возможность высвободить дивизии из состава обороняющихся частей для будущего наступления.
Вот как позднее вспоминали про это непосредственные участники событий:
„В апреле сорок третьего, после напряженных боев под Красным Бором, Бычевский побывал в 42-й Армии. Вместе с начинжем армии Н. Ф. Кирчевским он познакомился с состоянием оборонительных работ на переднем крае. Широко разветвлённая сеть ходов сообщения позволяла почти всюду в полный рост пройти до первой траншеи. Особенно порадовали Бориса Владимировича прочные, добротные укрытия“.
Предложение начинжа 42-й Армии „заняться строительством долговременных укреплений“ заинтересовало Бычевского.
„Уточнив некоторые детали, командующий утвердил предложение Инженерного управления. Военные инженеры с энтузиазмом взялись за работу. Среди них были Городецкий, Петухов, Петров.
Иван Иванович Петров в короткий срок развернул в районе Средней Рогатки полевой бетонный завод. Работали под огнем противника. К лету один за другим стали появляться орудийные и пулеметные ДОТы, которые немедленно занимали артиллерийско-пулеметные батальоны укреплённого района.
Вскоре командующий 42-й Армии принял решение вывести с переднего края стрелковую дивизию. Это был огромный тактический выигрыш“.
Был оперативно найден и металл для арматуры, а обнаруженные на Кировском заводе башни танков КВ использовались при сооружении танковых огневых точек, получивших наименование АДОТ-КВ. Они представляли собой железобетонную основу с укрытиями для гарнизона и хранения боеприпасов, на которую при помощи металлического погона крепилась башня от танка КВ-1.
По специальному запросу, лично доставленному в Москву начальником инженерной службы фронта, было выделено 10 000 тонн дефицитного цемента.
24 мая 1943 года выходит приказ начальника штаба инженерных войск Ленинградского фронта, адресованный начальнику 29 Управления оборонительного строительства (УОС-29), начальнику инженерных войск 42-й Армии, командиру 52 отдельной инженерно-строительной (ОИС) бригады и начальнику инженерной службы 79 УР. В приказе говорилось: „В целях сохранения секретности строительства железобетонных сооружений по 42-й армии, начальник инженерных войск Лен. Фронта приказал:
1. Присвоить строительству железобетонных сооружений по 42 Армии условный Код 'Ижора“.
2. Прекратить всякие разговоры о строительстве железобетонных сооружений в Штабах между командирами и сотрудниками. Пользоваться установленным Кодом „Ижора“.
В кратчайший срок нужно было построить 119 фортификационных сооружений на расстоянии от 800 метров до 5 километров от переднего края противника. К будущим огневым точкам требовалось провести около 40 километров подъездных дорог. Все работы предстояло вести на лишённой растительности равнине, которая отлично просматривалась. Единственным укрытием здесь могли служить отдельные развалины зданий, остатки железнодорожных насыпей.
Почти все земляные работы велись вручную. Около половины сооружений было построено женщинами — бойцами военно-строительных отрядов, сформированных ещё в июне 1942 года.
Некоторые объекты „Ижоры“ строились непосредственно в существовавших зданиях, которые в таких случаях служили постоянной маскировкой объекта. Работа не прекращалась круглые сутки. В среднем ежесуточно бетонировалось 3–4 объекта.
Строительство рубежа было закончено 1 октября 1943 года.
После отхода фронта от Ленинграда части 132 отдельного пулемётно-артиллерийского батальона несли охрану объектов рубежа „Ижора“, всего в ведении батальона находилось 122 объекта.
Летом 1944 года зафиксированы проседания утрамбовки внешней обваловки стен некоторых ДОТов рубежа „Ижора“, одновременно проводились работы по поддержанию сооружений в действующем состоянии. 28 декабря 1944 года оборонительные сооружения рубежа „Ижора“ были разоружены.
В июне 1945 года бывшие огневые точки рубежа „Ижора“ были переданы под охрану комендатурам тылового оборонительного района. После 1945 года рубеж был снят с вооружения. По одной из версий демонтированное оборудование ОГ было перевезено и установлено на Карельский укреплённый район (далее — КаУР). КаУР был законсервирован в 1960-х годах, в 1966 году снят с вооружения.
Демонтаж сооружений происходил и в поздние советские годы, при развитии и застройке Ленинграда. Большинство строений разобраны в 1960−1970-е годы, а также в начале XXI века. Некоторые использовались как склады, погреба, сараи-бытовки при ЖЭК.
В 1970-х годах у ДОТа № 103 были установлены флагштоки и бетонная стела (архитектор В. Э. Шевеленко) с текстом: „Вечная слава ленинградцам, которые под артиллерийскими обстрелами и бомбардировками противника в Великую Отечественную войну создали оборонительные рубежи, построили долговременные огневые точки и вместе с частями Советской армии отразили штурм немецко-фашистских войск, не допустили вторжения врага в город Ленина“.
В 2015 году большая часть сооружений рубежа „Ижора“ была включена в перечень объектов культурного в составе объекта культурного наследия регионального значения „Комплекс фортификационных и оборонительных сооружений Ленинграда 1920-х — 1940-х годов“.
***
Использованы материалы государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия „Доты рубежа 'Ижора“ в составе: Дот № 103; Дот № 76; Дот № 59; Дот № 58» (государственный эксперт — Филипович М. И.), выполненной по заказу СПб ГКУ «Дирекция заказчика по ремонтно-реставрационным работам на памятниках истории и культуры».
Губернатор Петербурга Александр Беглов передал Генеральному прокурору Российской Федерации Александру Гуцану Дом Кочубея. После завершения реставрации памятник архитектуры федерального значения передан Генеральной прокуратуре РФ. В торжественной церемонии открытия и передачи здания приняли участие полномочный представитель Президента России в СЗФО Игорь Руденя и председатель Законодательного Собрания Санкт‑Петербурга Александр Бельский.
При реставрации особняка, построенного в середине XIX века на Конногвардейском бульваре, была полностью сохранена его конфигурация. Дому М.В. Кочубея во многом вернули первоначальный вид.
«Теперь у Генеральной прокуратуры есть достойная резиденция на берегах Невы. Мы создали и продолжаем создавать в нашем городе все условия для работы федеральных структур – для Конституционного и Верховного Судов, для Генеральной прокуратуры. Все эти органы когда-то начинали свою деятельность именно здесь – в Северной столице», – сказал Александр Беглов.
Губернатор подчеркнул, что работы, проведенные в рамках Адресной инвестиционной программы Петербурга, выполнены на высоком уровне. Он поблагодарил строителей и реставраторов за воссоздание уникального объекта. В особняке сохранены исторические фасады и планировка, отреставрированы помещения, лестницы, росписи, лепнина, уникальные скульптуры. Заменены все инженерные коммуникации.
«Дом не случайно носит имя Кочубея. Видные представители этого рода прославились преданным служением закону и другими свершениями на благо нашего Отечества. Мне кажется символичным, что это замечательное историческое здание перешло в ведение Генеральной прокуратуры», – сказал Александр Гуцан.
Он поблагодарил губернатора Санкт‑Петербурга и правительство города за воссоздание облика Дома Кочубея.
Александр Беглов напомнил, что в уходящем году в Петербурге проводилась реставрация многих уникальных памятников архитектуры. Завершена масштабная реставрация Санкт‑Петербургской консерватории, проводившаяся по поручению Президента России. Отреставрировано здание на Английской набережной, где в начале 2026 года откроется новое культурное пространство – Концертный зал Музыкального театра имени Шаляпина.
Полностью закончена реставрация фасадов Владимирского собора в Кронштадте и Казанской церкви в Зеленогорске. Выполнена первая очередь работ по дому Пашкова на Литейном проспекте, где разместится Дом реставратора.
Всего в 2025 году велись работы на 47 сложных объектах Петербурга. Продолжается программа обновления фасадов Невского проспекта. В 2026 году продолжится реставрация собора Петра и Павла в Петергофе, Князь-Владимирского собора, Большой Хоральной Синагоги. Завершится реставрация Большой столовой Аничкова дворца, фасадов Гатчинского дворца и гранитных фасадов Петропавловской крепости.
Совет по сохранению культурного наследия при правительстве Петербурга одобрил концепцию приспособления для современного использования комплекса бывшей тюрьмы «Кресты».
***
Дом Кочубея («Дом с маврами») построен в 1853-1855 годах архитектором Г.Э. Боссе по заказу тайного советника Михаила Викторовича Кочубея. В 1867 году особняк приобрёл итальянский купец Ф.П. Родоконаки. В советский период там размещались жилые квартиры, военный трибунал, с 1959 до 1988 года - косметическая поликлиника. В 1993-1996 годы была проведена реставрация и частичная реконструкция. В 2014 году здание было передано Администрации Губернатора Санкт‑Петербурга.