Ленобласть расселяет аварийное жилье
Правительство Ленинградской области начинает подготовку к новому этапу программы расселения аварийного жилья — к строительству новых домов в Луге, Винницах, Пустомерже, Вознесенье и в Рощино.
Комитет по строительству Ленинградской области и «ЛеноблАИЖК» доложили о работе по подготовке к новому этапу зампреду Правительства Ленинградской области Евгению Барановскому и региональной Прокуратуре.
«Планомерно выполняем текущий этап программы и продолжаем реализацию жилищного проекта в Луге и в Сясьстрое. Вместе с тем готовимся к строительству многоквартирных домов последнего этапа и к реформе по созданию единого оператора КРТ, который должен начать работу с января 2025 года. В перспективе новый механизм позволит ускорить реализацию программы как с точки зрения оформления документов, так и с точки зрения сроков строительства», — рассказал Евгений Барановский.
Всего в 2025 году планируется строительство шести многоквартирных домов на 811 квартир. После вручения ключей новоселам будет завершена программа расселения аварийного жилья, рассчитанная на 2019-2025 годы. Напомним, что с ее помощью за весь срок планируется обеспечить новым комфортным жильем около 15 тысяч человек.
Санкт-Петербургский городской суд признал законность распоряжения КГИОП об отказе во включении здания по Большой Пушкарской, 7 (т.н. «дом Басевича») в перечень выявленных памятников.
Выводы историко-культурной судебной экспертизы подтвердили отсутствие у здания достаточной историко-культурной ценности.
В 2009 году дом был признан аварийным и расселен.
30.09.2020 года КГИОП выдал заключение о соответствии эскизного проекта реконструкции дома Басевича требованиям режимов зон охраны.
До этого КГИОП несколько раз на рабочей группе рассматривал эскизный проект в итоге добившись сохранения практически всей лицевой фасадной стены. Также должна быть восстановлена конфигурация дворовых корпусов, что позволит сохранить исторический облик всего комплекса зданий.
Однако в связи с оспариванием группой лиц законности заключения и разрешения на строительство работы на объекте не проводились, что крайне негативно продолжало сказываться на состоянии оставшихся исторических конструкций.