Как реставрируют усадьбу Покровское-Стрешнево
Москва скоро вновь обретет почти утраченную жемчужину — на Волоколамском шоссе близится к завершению реставрация исторической усадьбы Покровское-Стрешнево.
Специалисты выполняют колоссальную работу. В усадьбе за столетия несколько раз менялись хозяева, и каждый делал там что-то свое, оставляя от первичного авторского замысла лишь очертания, а в советский период здания практически разрушились. Чтобы вернуть прежний облик господскому дому, оранжерее и регулярному саду, архитекторы проводят научную реставрацию: они подняли старые чертежи, нашли архивные фотографии и записи из дневника княгини Евгении Шаховской-Глебовой-Стрешневой.
О том, как создать заново потолочную лепнину, что будет нарисовано на стенах Голубой гостиной и чем выложат дорожки сада, — в репортаже mos.ru.
Главный дом усадьбы Покровское-Стрешнево кремово-желтого цвета с двумя краснокирпичными «пряничными» пристройками сегодня выглядит свежим и при этом с мягким налетом прошлого. Трудно поверить, что этот дом, когда-то жилой, еще недавно был практически разрушен.
«Мы приступили к реставрации в начале 2022 года, и на тот момент усадьба находилась в достаточно разрушенном состоянии. Была повреждена кладка, многие кирпичи рассыпались, окна оказались разбитыми, отливы водостоков — забитыми хвоей и листьями», — вспоминает руководитель проекта по реставрации усадьбы Ольга Джавадова.
Первым делом реставраторы взялись за изучение исторических документов. Когда-то эту местность занимала деревня Подъелки, которой владел дьяк Михаил Данилов. С появлением в XVII веке храма Покрова Пресвятой Богородицы поселение переименовали в Покровское. Затем имение перешло к боярину Родиону Стрешневу, одному из дядек Петра I и родственнику Романовых. Последующие 250 лет земля находилась в собственности Стрешневых и получила название Покровское-Стрешнево, но усадьбы тогда не существовало.
Трехэтажный особняк в стиле эклектики с круглым балконом-верандой, колоннами и лестницами по краям построила последняя из рода Стрешневых — Елизавета Петровна. При ней же появились шесть оранжерей и ванный домик на реке Химка — подарок от супруга Федора Глебова, названный «Елизаветино».
После смерти Елизаветы Глебовой-Стрешневой усадьба перешла ее сыну, а затем — его племяннице Евгении, жене князя Михаила Шаховского. Та, мечтавшая о замке, пристроила к дому справа и слева краснокирпичные помещения и остроконечные башни с черепичными крышами, разбила регулярный парк, обставила его античными статуями, окружила имение оградой с бойницами. Проект доверила именитым архитекторам XIX века — Александру Резанову, Константину Терскому, Федору Кольбе, Александру Попову. Княгиня считала усадьбу памятником русского модерна и пускала гостей на свою территорию по платным билетам.
В первые годы советской власти в Покровском-Стрешневе открыли музей «упаднического дворянского быта», но экспозиция просуществовала не более десятка лет. Сюда по очереди въезжали НИИ и санатории. В годы Великой Отечественной войны усадьбу бомбили, тогда был утрачен и домик «Елизаветино». Несколько раз она подвергалась пожарам, а затем — попыткам реставрации.
«Усадьба находилась в неудовлетворительном состоянии. Из-за эклектичности господского дома мы привлекли специалистов по разным архитектурным стилям. Была проделана огромная работа: в особняке пришлось частично заменить перекрытия, убрать фальшпол, перебрать кирпичи в стенах, заново залить шовный раствор, восстановить стропила, обрешетку и кровлю. Еще предстоит проложить инженерные коммуникации: водопровод, электричество, теплоснабжение, установить в здании комфортный температурный режим», — говорит Максим Гордиенко, начальник управления по реализации объектов благоустройства Департамента капитального ремонта Москвы.
Российским ученым удалось вернуть исторический вид барельефу на фасаде здания Академии художеств имени Ильи Репина в Санкт-Петербурге.
Для этого специалисты разработали собственный оригинальный метод реставрации с помощью лазера. В итоге гипсовое изваяние получило уникальный розовый оттенок, который был у него в XVIII веке. Сейчас разработчики используют технологию для восстановления нескольких предметов искусства в Академии имени А.Л. Штиглица. По словам профессиональных реставраторов, метод может быть эффективным, однако важно понять, как он влияет на памятники в долгосрочной перспективе.
Слой за слоем
Ученые Санкт-Петербургского государственного электротехнического университета имени В.И. Ленина «ЛЭТИ» вместе с коллегами из Академии художеств имени Ильи Репина провели реставрацию одного из барельефов XVIII века, ранее украшавшего фасад на здании художественного вуза. Им удалось вернуть этому архитектурному элементу исторический розоватый оттенок, который был утрачен из-за многолетнего разрушительного воздействия городской среды и множественных ремонтов в ХХ веке, когда поверхность покрывалась простой масляной краской.
— Во время фасадных работ на здании шла простая закраска. Никто не старался сохранить историческую роспись. Красили фасады, а заодно и барельеф. В итоге получился «сэндвич» из многих слоев краски. Перед нами стояла задача вскрыть его и расчистить то, что было в XVIII веке, — сказал профессор кафедры фотоники СПбГЭТУ «ЛЭТИ» Вадим Парфенов.
Чтобы удалить краску более поздних периодов, реставраторы начали с традиционных методов химической и механической расчистки. Однако сделать это, не повредив оригинальный красочный слой, оказалось практически невозможно. Попытка использовать лазерную технологию, которая уже давно применяется в реставрации во многих странах мира, также оказалась неудачной. Луч удалял краску целиком до самой гипсовой основы, поэтому ученые стали искать другое решение, основанное на комбинации лазера и традиционных методов очистки.
Сначала они брали небольшие фрагменты поперечного среза (глубиной 3–5 мм) покрытия и с помощью методов рентгенфлуоресцентной спектроскопии и электронной сканирующей микроскопии изучали химический состав красок разных лет, а также определили оригинальный цвет барельефов. Это позволило понять, какие химические реагенты нужно использовать, а также какие характеристики лазерного излучения требуется подобрать для точного удаления каждого слоя.
В итоге процедура реставрации включала предварительную обработку барельефа лазером, который избирательно размягчал участки старого красящего вещества, после чего их обрабатывали химическими реагентами и механически убирали с помощью скальпеля. Такая операция повторялась отдельно с каждым слоем краски. Для этого использовался малогабаритный источник лазерного излучения, с которым за счет длинного волоконно-оптического кабеля удобно работать прямо на месте реставрации. Луч диаметром 1,5 мм позволяет оказывать точечное воздействие на материал.
— Методика успешно отработана на конкретном гипсовом барельефе. Теперь мы можем ее рекомендовать для восстановительных работ на различных архитектурных памятниках в Санкт-Петербурге и в других городах. И не только для очистки гипса, но и для других материалов. Наша научная группа готова выступить в качестве консультантов для реставраторов, которые захотят воспользоваться нашим подходом, — рассказал Вадим Парфенов.
Выделить главное
Российским ученым удалось вернуть исторический вид барельефу на фасаде здания Академии художеств имени Ильи Репина в Санкт-Петербурге. Для этого специалисты разработали собственный оригинальный метод реставрации с помощью лазера. В итоге гипсовое изваяние получило уникальный розовый оттенок, который был у него в XVIII веке. Сейчас разработчики используют технологию для восстановления нескольких предметов искусства в Академии имени А.Л. Штиглица. По словам профессиональных реставраторов, метод может быть эффективным, однако важно понять, как он влияет на памятники в долгосрочной перспективе.
Десятилетия спустя
Сейчас специалисты ЛЭТИ проводят аналогичную работу с несколькими объектами в Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии имени А.Л. Штиглица. Один из них — деревянная скульптура с разноцветной росписью. Это произведение неоднократно подновлялось, и на его поверхность было нанесено множество слоев краски. Теперь необходимо их удалить, чтобы вернуть произведению изначальный оригинальный внешний вид.
Также ученые совместно с реставраторами Академии имени Штиглица работают с фресками разных видов. Это и классические настенные рисунки, которые наносили на сырую штукатурку, и клеевая живопись ХIX века, для создания которой использовали масляные краски. На них образовались разные виды загрязнений: копоть от свечей и лампад, закраски советского времени и известковая побелка, которые были сделаны, чтобы скрыть религиозные сюжеты. В данный момент ученые подбирают наиболее подходящие режимы воздействия лазером, чтобы их удалить.
— Мы пытались работать со скульптурой классическим способом размягчения и удаление слоев скальпелем, но у нас не получалось. Она была покрыта очень жесткой закраской. Лазер показал себя очень хорошо на этом фрагменте. Он щадяще удалил несколько прослоек с объемной фигуры, что очень сложно. Сейчас мы пытаемся использовать его для удаления загрязнений с фресок, в которые практически впиталась копоть. Лазер позволяет делать это послойно, после чего можно работать руками, — сказал заведующий кафедрой живописи и реставрации Академии имени Штиглица Михаил Погодный.
Метод реставрации, предложенный учеными ЛЭТИ, может оказаться полезным для специалистов, которые занимаются восстановлением предметов старины, однако важно учитывать и долгосрочные последствия использования лазера. А они станут понятны через десятилетия, считает заведующая отделом по научно-методической работе и выставочной деятельности Всероссийского художественного научно-реставрационного центра имени И.Э. Грабаря Елена Проханова.
— Существуют принципы научной реставрации, которые сформулированы в Венецианской хартии (международный документ, закрепляющий профессиональные стандарты в области охраны и реставрации материального наследия. — «Известия»). Главное, чтобы любое вмешательство было обратимым. Когда руки реставратора убирают наслоения, человек всегда может остановиться. А насколько это сможет делать лазер, непонятно, — сказала Елена Проханова.
Сейчас сложно сказать, какое именно влияние оказывает лазер на краску. Понятно, что он разрушает структуру материала. Однако как памятник после этого поведет себя в долгосрочной перспективе, пока неизвестно, добавила специалист.
Исследования проводилась специалистами лаборатории лазерных технологий «ЛЭТИ — ЛазЛаб», которую запустили в рамках программы развития СПбГЭТУ «ЛЭТИ» «Приоритет 2030».