Александр Вахмистров: «Смотрю в будущее с оптимизмом!»
Координатор Национального объединения строителей (НОСТРОЙ) по Санкт-Петербургу Александр Вахмистров подвел итоги уходящего года и рассказал «Строительному Еженедельнику» о том, что ждет строительную отрасль в ближайшем будущем.
— Александр Иванович, как вы оцениваете влияние событий 2022 года на строительный комплекс Санкт-Петербурга и его перспективы в следующем году?
— Прежде всего надо отметить, что, несмотря на ограничения, связанные с введением санкций, строительный рынок Санкт-Петербурга продолжил активно развиваться. В новых экономических условиях застройщики показывают высокие темпы жилищного и социального строительства. Кроме того, система эскроу-счетов себя полностью оправдала — застройщики стараются как можно быстрее и с меньшими издержками вводить в эксплуатацию новые дома. Поэтому уверен — в этом году все обязанности перед покупателями квартир строителями будут выполнены.
Не могу не отметить также высокие темпы бюджетного строительства: уже третий год на рынке идет активное выполнение и перевыполнение планов капитального строительства за счет средств, выделяемых городом. Мы видим, как много в городе строится детских садов, школ, поликлиник и других социальных объектов. Хочу вспомнить и тот вклад петербургских строителей в развитие системы здравоохранения, который позволил городу не только успешно бороться с пандемией, но и в кратчайшие сроки заняться перепрофилированием больниц, созданием многопрофильных и специализированных клиник. Строительные работы тогда велись на пике заболеваемости, на стройплощадках были организованы медицинские центры, налажено снабжение средствами индивидуальной защиты, а также система сдачи ПЦР-тестов, вакцинация. Строительная отрасль научилась работать в сложных условиях, поэтому нет сомнений, что она преодолеет и новые вызовы.
— Эти новые вызовы не заставили себя долго ждать. Насколько остро, по вашему мнению, в этом году встала для строительного рынка проблема импортозамещения стройматериалов и оборудования? Можно ли выделить наиболее уязвимые позиции?
— Конечно, вводимые на протяжении 2022 года санкции оказали влияние на стройиндустрию. В основном они отразились на поставках импортного оборудования: лифтов, вентиляционных систем, насосного и электромеханического оборудования, трансформаторов, слаботочных систем.
Пока еще трудно до конца оценить глубину проблемы, так как в первые месяцы застройщики успели закупить оборудование за рубежом и законтрактованные поставки шли в течение года, хотя и с большим трудом. В то же время в отрасли началось активное импортозамещение, поиск аналогов и разработка собственной продукции. Так, например, ООО «МЛМ Невский Лифт» на сегодняшний день имеет собственное сборочное производство лифтового оборудования на заводе в Санкт-Петербурге. Компания даже стала победителем номинации «Лидер импортозамещения» в конкурсе «Строитель года». А ведь на лифтовой отрасли ограничение импорта отразилось особенно тяжело, и проблемы с комплектацией возникли даже у крупных производителей, поставляющих лифтовое оборудование для строительства жилья эконом-класса. Хотя в этом году все в основном справились с проблемами. Трудно оказалось подобрать замену и слаботочному оборудованию, программному обеспечению, системам автоматизации и диспетчеризации. Но и здесь нашлись вполне качественные и работоспособные аналоги.
Надо отдать должное правительству страны, которое активно поддерживает предприятия, ищущие свое место в освободившейся нише. И хотя в короткие сроки проблему импортозамещения целиком не решить, какое-то время она еще будет негативно влиять на работу отрасли, но пока я не знаю случаев остановки строительства из-за нехватки импортных материалов или оборудования.
— Сможет ли помочь в решении данной проблемы формируемый НОСТРОЙ Каталог импортозамещения?
— Каталог НОСТРОЙ необходим при подборе аналогов импортной продукции и стройматериалов, чтобы дать возможность специалистам компаний увидеть этот набор и оперативно отреагировать. Это такая подсказка, способ установить горизонтальные связи между торговыми домами и производителями. Но сам по себе каталог не гарантирует, что подобную замену можно будет осуществить без проблем — все-таки мощности российских производств небезграничны.
— Программа льготной ипотеки завершается в конце года. Минфин выступает против ее продления. Какие последствия для строительной отрасли города это повлечет, по вашему мнению? НОСТРОЙ собрался обратиться в Правительство РФ, чтобы программа была продлена. Как вы оцениваете шансы на успех обращения?
— Объемы ввода жилья — важнейший показатель состояния отрасли, и льготная ипотека является мощным стимулом спроса и ускорения жилого строительства. Но надеяться на то, что льготная ипотека будет длиться вечно, не приходится — это временная, вынужденная мера, а не инструмент рыночной экономики. Поэтому, скорее всего, решение будет приниматься по первым итогам состояния рынка в 2023 году. Кроме того, программы льготного ипотечного кредитования сохраняются для поддержки разных групп населения: многодетных семей, военнослужащих, жителей села, Дальнего Востока.
— Прокомментируйте, пожалуйста, как сегодня развивается процесс саморегулирования в отрасли?
— Саморегулирование в строительстве — это состоявшийся и устоявшийся институт, который будет совершенствоваться и меняться в соответствии с требованием времени. Один из нынешних трендов его развития связан с сокращением требований членства в СРО для небольших предприятий отрасли. Таким образом, части компаний с незначительными объемами работ и отсутствием рисков, подлежащих возмещению из компенсационных фондов СРО, уже не нужно быть членами саморегулируемых организаций.
Другое направление развития связано с информационной открытостью. НОСТРОЙ намерен сделать максимально удобным и прозрачным поиск информации о каждой компании, чтобы заказчик мог легко и быстро получить все необходимые ему данные: по допускам, по выполненным ранее работам, по численности работников, наличию специалистов в реестре НРС и т. д. Строительным организациям нужно будет только своевременно предоставлять статистические данные в информационный ресурс НОСТРОЙ.
— Как решаются сегодня кадровые вопросы в отрасли и с какой целью организуются конкурсы профессионального мастерства?
— Кадровые вопросы всегда были в центре внимания НОСТРОЙ. Определенная нехватка квалифицированных кадров в строительстве существует до сих пор, и в ближайшее время от этого никуда не деться. Чтобы привлечь в отрасль молодежь и повысить квалификацию специалистов, предпринимается ряд мер. В регионах созданы Центры независимой оценки квалификации, в которых каждые пять лет можно сдать экзамены, в том числе дистанционно, и подтвердить свою квалификацию. Большое внимание НОСТРОЙ уделяет профессиональным конкурсам, направленным на популяризацию строительных профессий. Причем в соревнованиях могут участвовать и уже состоявшиеся специалисты, и учащиеся отраслевых колледжей. Отрадно, что в этом году на II Международном строительном чемпионате в ходе Всероссийского этапа конкурса «Строймастер» команда из Петербурга заняла первое место. В личных зачетах представители петербургских строительных организаций тоже вошли в тройку лучших в стране.
— И напоследок несколько слов о перспективах строительного рынка в Санкт-Петербурге.
— Ситуация в отрасли складывается не самая простая, и строить прогнозы — неблагодарное занятие. Мы не знаем, стоит ли ждать новых вспышек заболеваний ковидом, не можем в полной мере оценить проблемы с отсутствием импортных материалов и оборудования, нам трудно предугадать, какими будут объемы строительства.
Тем не менее я смотрю в будущее с оптимизмом. Рынок жилья продолжит расти, несмотря на возможную стагнацию продаж. Перспективы финансирования за счет федерального и регионального бюджетов на ближайшие три года указывают, что Правительство планирует направить крупные средства на строительство социальных объектов, метро, транспортной инфраструктуры. Поэтому строительный рынок будет развиваться, несмотря ни на что.
В преддверии наступающего 2023 года хочу пожелать всем представителям строительного комплекса нашего города крепкого здоровья, выгодных контрактов и новых интересных объектов.
В Санкт-Петербурге немало прекрасных архитекторов, достойно продолжающих дело старых мастеров, чьи шедевры украшают город, а вот системной градостроительной политики Северной столице не хватает. Впрочем, и в этом отношении ситуация постепенно изменяется к лучшему. Об этом «Строительному Еженедельнику» рассказал руководитель архитектурной мастерской «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергей Цыцин.
— Сергей Викторович, нередко можно встретить мнение, что хотя градостроительных ошибок, имевших место в 1990-х и нулевых годах, сейчас практически нет, но и по-настоящему интересных, ярких проектов в Петербурге не появляется. Согласны ли вы с такой оценкой?
— Я такого мнения не разделяю. Действительно, Петербург — это феноменальный город, в котором за очень краткий по историческим меркам период сложилась уникальная архитектурная среда. Именно она притягивает сюда людей со всего мира. Именно она формирует дух города. И соответствовать ей в самом деле очень непросто. В то же время эта среда и воспитывает, формирует вкус, задает планку в творчестве. И, на мой взгляд, у нас достаточно очень сильных архитекторов, уровень творчества которых вполне достоин традиций Северной столицы. Кстати, надо добавить, что лишь очень немногие работы специалистов из других городов и стран, пытавшихся что-то делать для Петербурга, можно признать успешными.
В то же время есть проблема, из-за которой даже успешные проекты архитекторов часто не производят того положительного впечатления, на которое вполне могли бы рассчитывать. Проблема эта со временем становится все более явной и требующей решения. Заключается она в нехватке цельной, долгосрочной политики градостроительного развития нашего мегаполиса.
Дело в том, что Петербург — «умышленный город», исторически он всегда развивался по плану, существовала доминантная линия развития города и его агломерации. Само начало строительства осуществлялось на основании согласованного генплана Леблона. Позже генплан Еропкина, градостроительная деятельность архитектора Фельтена и других известных зодчих вносили изменения в планы развития, не меняя его основы. Эти принципы сохранялись и в дальнейшем. Архитекторы в целом следовали заданной концепции городского развития. При формировании новых регулярных кварталов всегда появлялась доминанта (обычно это был храм), вокруг которой происходила организация общественного пространства — площадь, улицы, скверы. Таким образом и складывалось гармоническое единство петербургской архитектурной среды, включавшей в себя множество стилистически разнообразных элементов.
В советское время в определенной мере эти подходы сохранялись — отчасти из-за того, что сохранялась старая архитектурная школа, отчасти из-за планового принципа хозяйствования, предполагавшего предварительную теоретическую проработку направлений развития. Во всяком случае, мы имеем немало примеров реализации не только отдельных проектов, но и целых ансамблей с правильно организованным пространством.
Слом накатанной системы в 1990-е годы негативно отразился на ситуации. Идеология застройки кардинально поменялась. Каждый девелопер фактически был предоставлен сам себе и отвечал только за свой проект. Соответственно, и архитекторы, которые осуществляли их разработку, не занимались средой в целом. Градостроительные институты пришли в упадок, а сама градостроительная политика утратила опережающий характер и комплексность решения. Отмечу, что негативную роль играет, как мне кажется, не сам факт коммерческого освоения площадей, а сложившаяся тогда система приоритетов, исключившая из сферы своего внимания проектирование и развитие общественно значимых пространств. При правильной градостроительной политике освоение вполне может успешно происходить в рамках коммерческих схем, но оно следует за принятыми на городском уровне базовыми градостроительными основами, полноценно учитывая необходимость гармоничного градостроительного развития. У нас же получилось наоборот: организация среды вторична по отношению к отдельным девелоперским проектам. В итоге стратегия развития города в целом прорабатывалась недостаточно внятно.
— Какие пути выхода из сложившейся ситуации вы видите?
— Нужно возвращаться к системной градостроительной политике. Надо отметить, что та проблема, о которой я говорил, не является новостью ни для архитектурного сообщества города, ни для органов власти, которые ведают этими вопросами, ни лично для главы КГА Владимира Григорьева. И в принципе в последние годы многое для исправления сложившегося положения делается.
Но надо понимать, что градостроение очень инертно, это крайне медленный процесс, и те или иные усилия в правильном направлении получают отражение в реальной жизни лишь спустя многие годы. И, подобно тому, как отрицательный результат приоритета интересов застройщиков в сфере градостроения, который сформировался в 1990-х годах, стал очевиден только в «десятых», так и предпринимаемые сегодня усилия для изменения ситуации станут хорошо заметны только через несколько десятилетий. Однако позитивно само то, что уже наметилось движение в нужном направлении.
— Вы говорили о роли градостроительных доминант в деле формирования городской среды. Что может ими стать, раз уж общество изменилось, и такого числа храмов, как ранее, ему не нужно?
— Действительно, сейчас их востребованность существенно ниже. Но очевидно, что дело не в функциональном назначении объектов. Доминантами могут быть административные, офисные, торговые объекты, общественные пространства. Важно, чтобы они выделялись на фоне рядовой застройки и позволяли вместе с транспортным каркасом формировать пространство вокруг себя. Но, соответственно, к ним и архитектурные требования должны предъявляться не просто по функционалу, но и по их роли в градостроительном процессе. На Западе есть такой термин icons architecture — «иконическая архитектура» — то есть индивидуальная, оригинальная, запоминающаяся архитектура, которая определяет облик квартала, района, города. Именно к ней должны относиться доминанты.
Кстати, храмы и сегодня способны быть доминантами. Но для этого необходимо их правильное размещение в городской среде. Ими можно акцентировать площади, зеленые насаждения, общественные пространства. А сейчас они порой строятся «по остаточному принципу». Остается при проектировании жилого комплекса клочок земли, на котором просто невозможно разместить какую-то пригодную к продаже недвижимость, — туда «втыкают» маленький храмик. Конечно, сейчас, когда преобладает высотное домостроение, смотрятся они у подножья высоток просто жалко. Даже при комплексном освоении территории, когда застраивается большая территория и под храм отводится приличный по площади участок, находится он обычно где-нибудь на отшибе и, конечно, градостроительной функции доминанты не носит.
— По вашим словам, к доминантам должны предъявляться особые требования. Недавно губернатор поручил КГА подготовить требования к облику в том числе и нежилых объектов. Вы считаете это шагом в нужном направлении?
— На мой взгляд, вопрос слишком сложен, чтобы урегулировать его какой-то разовой мерой. К решению этой задачи может вести несколько путей, возможно, наиболее эффективна какая-то комбинация из них.
Мне представляется целесообразным наиболее важные, крупные объекты поручать проектировать архитекторам, которые своими прежними работами доказали свой талант, ответственность, уровень качества, способность соответствовать петербургским традициям. Такие люди по определению не будут делать халтуру, им лучше не мешать, не стеснять их творчество формальными требованиями.
— Это то, что было раньше, когда император поручал, условно, Монферрану или Стасову построить собор и фактически давал им карт-бланш. Работала система: талант зодчего плюс развитый эстетический вкус государя, итого — шедевр. Как сейчас определить, кто, кому и на каких условиях дает свободу творчества? Сразу же найдутся недовольные…
— Да, конечно, этот путь трудно формализуется. Он основан на высокой культуре и развитости вкуса, на нравственности и заказчика, и исполнителя, и в значительной мере - общества в целом. Тем не менее уже до революции получили распространение архитектурные конкурсы, в рамках которых представлялось несколько авторских проектов, и специалисты отбирали наиболее интересный из них. Этот путь, хотя и в несколько других условиях, возможно реализовать и сегодня. Кстати, конкурсы-то проводятся, и выигрывают их обычно действительно очень интересные проекты. Но нередко возникает вопрос с реализацией. Достаточно вспомнить историю с новым Музеем блокады. Поэтому, конечно, помимо проведения конкурса, нужна еще и политическая воля для воплощения проекта.
Второе направление — создание системы архитектурных кодов, архетипов застройки. Они очень помогают гармонизировать среду — вплоть до цветовых решений. Но формирование систем требований — это очень сложное дело, где важно, как говорится, не перегнуть палку и не стать заложником формальных требований. У нас архитектурная деятельность и без того предельно зарегулирована. У меня есть нормативы в этой сфере, действующие в Финляндии. По сравнению с Петербургом норм меньше, наверное, в 150 раз. Очень многое отдается на волю проектировщика и заказчика. Разве в Финляндии плохая архитектура?
У нас же введены требования по массе параметров — от плотности проживания и высоты зданий до инсоляции и числа машино-мест. С одной стороны, вроде все правильно: не должны в исторической части города появляться небоскребы, не надо строить человейники, нужна комфортная среда и зеленые зоны. Но с другой — задается некий средний стандарт, шаблон, под который подгоняются все проекты. Архитектор предельно ограничен в творчестве — на все есть норматив. Что же удивляться, что в городе появляется много «среднестатистических» проектов и мало ярких, запоминающихся, о чем вы говорили в начале беседы. Оригинальность замысла сплошь и рядом требует выхода за прокрустово ложе действующих требований. Творчество плохо поддается нормированию. Да, конечно, существует комиссия по получению разрешения на отклонение от предельно допустимых параметров. Но это требует немало времени, да и результат неизвестен, а большая часть девелоперов не готова «терять время», поэтому обычно требует от архитекторов строго уложиться во все нормы.
Так что, на мой взгляд, для того что бы появлялось больше интересных проектов, необходимо искать некий баланс между нормативами и архитектурным творчеством.