Глеб Лукьянов: «Нужна ли нам халтура?»
Большая часть возводимого в России нового жилья приходится на малоэтажное строительство, в котором трудится малый и средний бизнес. В «Опоре России» полагают, что деятельность МСП в сфере проектирования, изысканий, строительства и ремонта следует урегулировать, чтобы сделать его легальным и тем самым повысить безопасность и качество работ, как того требуют ГОСТы и СНиПы.
О будущих законодательных инициативах рассказывает председатель Комиссии по строительству Петербургского отделения «Опоры России» Глеб Лукьянов. Как эксперт рабочей группы при Минстрое РФ, он хорошо знаком со спецификой отрасли.
— Глеб Борисович, с чем связана необходимость ввести в строгое законодательное поле деятельность строительных МСП?
— Сегодня примерно 95% всех проектных, строительных и ремонтных работ в этой сфере выполняют организации и бригады, у которых нет ни лицензий, ни допусков СРО на выполнение этих работ. Расчет с ними идет наличными средствами. Это огромный теневой сектор, который находится вне правового и налогового поля, вне санитарных, экологических, противопожарных норм и правил. При этом законопослушные предприниматели находятся в заведомо проигрышной ситуации, а вся отрасль деградирует. В интернете есть много объявлений от организаций, которые предлагают выполнить работы по электрике, сантехнике или перепланировке «под ключ», демпингуя на оплате своих услуг. Однако проверить квалификацию этих работников нельзя, они работают без заключения договора, зачастую некачественно, без соблюдения нормативов, а то и просто исчезают, получив аванс. Получается, что никакой защиты от недобросовестных подрядчиков у потребителей и легальных строительных фирм нет.
Деятельность этих нелегальных организаций оборачивается серьезными последствиями и может подвести заказчиков под огромные штрафы. Неправильная установка септика означает заболачивание участка и нарушение экологической среды. Остекление балконов, замена окон, установка наружных блоков кондиционеров, видеокамер или роллет на фасадах подлежат согласованию, но это требование игнорируется. Заливка стяжки, алмазная резка проемов, демонтаж перегородок — все эти работы в МКД без согласованного проекта и надзора грозят авариями. Фантастическое количество жалоб в органы эксплуатации поступает из-за нарушения звуко- и гидроизоляции перекрытий в ходе ремонта, работы систем теплоснабжения, водоснабжения и канализации после установки дополнительных насосов и многих других проблем, которых можно было бы избежать.
Аналогичная ситуация складывается не только с ремонтом или перепланировками квартир, но также и с загородным строительством. Все жалуются на отсутствие ипотеки на индивидуальные дома постоянного проживания, но банки не могут быть уверенными в том, что построенный без проекта и сметы случайными подрядчиками дом не нарушит правил землепользования и застройки, что его можно будет эксплуатировать, что он не превратится в очередной недострой и не пойдет под снос.
Необходимо всю эту вседозволенность прекращать.
— Какой выход из ситуации вы предлагаете?
— Необходимо, чтобы деятельность, связанная с ремонтом квартир и частным домостроением, регламентировалась допусками и лицензиями, чтобы в штате предприятий работали специалисты с соответствующей квалификацией, профильным образованием и стажем. Положительный пример — частные трубочистные фирмы, которые имеют лицензии МЧС, проходят обучение и регулярно повышают квалификацию. Или «ПетербургГаз» — структура, в которой исключены нарушения в строительстве и эксплуатации газовых сетей.
Следует привлечь к работе в МСП квалифицированные кадры, поэтому есть предложение по возрождению системы профтехобразования, чтобы ни один отделочник, сантехник или электрик не смог выйти на рынок занятости без диплома.
Возьмите зарубежный опыт: там нельзя доверить проводку в частном доме электрику без образования и допуска. Даже самозанятым стать нельзя, не имея соответствующего диплома.
— А как же отслеживать соблюдение малым бизнесом требований нормативно-законодательных документов? Через саморегулирование?
— Есть мнение, что надо вернуться к государственному лицензированию, но, на мой взгляд, СРО — это хорошо зарекомендовавший себя механизм, однако эту структуру следует развивать и наделить дополнительными полномочиями и функциями.
В то же время вряд ли стоит требовать от компании МСП в десять человек наличие такого же количества сотрудников с высшим образованием, стажем и внесенных в Национальный реестр специалистов, как у крупного застройщика. Но будет намного лучше, если малые компании вернутся на строительство ответственных объектов как субподрядчики, чем их окончательно вытеснят случайные бригады трудовых мигрантов. Кроме того, в строительстве постоянно меняется законодательство, разрабатываются новые нормативы, появляются новые технологии. И малый бизнес должен быть вовлечен в эти изменения, в то числе через СРО. Поэтому я выступаю за расширение полномочий СРО и за то, чтобы все специалисты малых компаний проходили соответствующее обучение, тестирование и повышение квалификации, а иначе они не должны иметь допуска к работам.
Теневой рынок надо закрывать, а работать в строительстве должны только легальные организации и лицензированные специалисты.
Программа реновации в Санкт-Петербурге была принята в далеком уже 2008 году и предполагалась к завершению в 2019 году, но по-настоящему массовым процесс так и не стал. В прошлом году в программу были внесены изменения, призванные ускорить процесс, а действие ее было продлено до 2029 года. Однако пока быстрыми темпы ее реализации назвать сложно. В чем основные проблемы реновации в Северной столице и какие имеются пути их решения, ASNinfo рассказал вице-президент ГК Springald Виталий Никифоровский.
— Недавнее изменение закона о реновации в Петербурге сняло остроту некоторых проблем, которые ранее препятствовали реализации соответствующей программы. По вашей оценке, позволит ли это существенно ускорить процесс?
— К величайшему сожалению, все концепции закона о реновации, которые в данный момент разрабатываются и обсуждаются, очень спорны и половинчаты.
Считаю, что это должен быть закон федерального уровня, вносящий изменения в основополагающие для строительной отрасли законы, в том числе в Градостроительный кодекс РФ. И самая главная задача нового закона о реновации — в нем должны быть четко определены правила игры, введено само понятие реновации как комплексного освоения территорий.
В идеальном варианте закон должен работать так, чтобы к моменту проведения конкурсов на реновацию территории уже был сформирован пакет градостроительной, проектной и разрешительной документации. Должны были быть приняты механизмы расселения существующих жилых домов, сформированы требования к социальной инфраструктуре, улично-дорожной сети, обеспеченности жилого квартала парковочными местами.
Главный бич реновации в Петербурге, да и в России в целом, — даже не пресловутый дефицит стартовых «пятен», а отсутствие целостной правовой концепции самой программы реновации. Это позволяет, с одной стороны, собственникам жилья заниматься открытым потребительским экстремизмом (известны примеры, когда отдельные собственники квартир в домах, включенных в программу реновации, требовали у инвесторов выкупа квартир по ценам от 1 млн рублей за квадратный метр). А с другой стороны, дает возможность разного рода общественным организациям устраивать «набеги» в судебные инстанции и, пользуясь пробелами в законодательстве, приостанавливать процессы проектирования и строительства.
Единственный субъект РФ, в котором инвестирующие в реновацию территорий чувствуют себя уверенно, — это Москва. И вопрос даже не в количестве денег, а в качестве правовой среды, сформированной необходимыми правовыми документами, регулирующими процессы реновации.
— Новый срок окончания петербургской программы реновации — 2029 год. Насколько он реалистичен по вашему мнению?
— Если не будет принят адекватный закон о реновации — этот срок абсолютно фантастичен, потому что в данный момент не решены основополагающие вопросы — прежде всего восприятия реновации как комплексного развития территории. Невозможно вытащить как морковку один дом, а вместо него воткнуть другой. Собственно, главная цель реновации должна заключаться в том, чтобы улучшить качество жизни горожан. И вопрос не только и не столько в количестве квадратных метров на человека, сколько в качестве самой среды обитания — построек, инженерных систем, социальной инфраструктуры.
Без комплексного восприятия площадок реновации как единой территории, ничего толкового не выйдет. Сейчас один сносимый и перестраиваемый дом — это одно разрешение на строительство. Должно быть не так. Необходим охват кварталами как минимум. Единое разрешение на строительство, в котором уже прописаны новые конфигурации дорог, детские сады, школы, поликлиники. И ввод в эксплуатацию тоже должен быть комплексным.
— Недавний снос хрущевки в Сосновой Поляне — это начало прорыва в деле петербургской реновации или разовая PR-акция?
— Я бы скорее назвал это отчаянным жестом инвестора, у которого идут сроки — я бы даже сказал, что сроки летят, а все застыло в одной позиции. Причина проста — один из собственников сносимого дома решил продать свои квадратные метры по цене недвижимости в Гонконге. И никто не мог привести его в чувство. Как инвестор решил проблему, могу только догадываться, но такой ситуации в принципе не должно возникать в программах реновации.
— Какие проблемы по-прежнему мешают активной реализации программы? Что в ней надо изменить, чтобы реновация пошла с большей интенсивностью?
— Очевидно, что надо создать понятную для инвесторов и застройщиков правовую среду для программ реновации. С мораторием на изменение правил игры на несколько лет.
Если к этому добавить софинансирование государством строительства части инфраструктуры, реновация не пойдет, а побежит.
— Очевидно, что прямое калькирование столичного опыта в Петербурге невозможно. По вашему мнению, какие элементы московской практики могут быть эффективны в Северной столице?
— Московский опыт весьма неплох, даже несмотря на некоторые шероховатости в его реализации. Но не надо забывать, что Москва занимается в той или иной степени реновацией своих территорий уже не первый десяток лет.
Да, у нас другие финансовые возможности, но уверен, что, если будет внятная политика в области реновации территорий, а также четкие и неизменные правила игры, инвесторы обязательно появятся.
Петербургу и регионам очень не хватает ясности и в вопросах землепользования при реновации, и в вопросах определения порядка стоимости жилья в домах, попадающих в программу реновации.
— Насколько, в свою очередь, возможно перенесение петербургских наработок в регионы? Какие города могли бы работать с их использованием?
— На мой взгляд, у Петербурга нет внедренных в практику эффективных наработок в вопросах реновации. Другой вопрос в том, что сейчас появился шанс создать с нуля модель реновации, обвязанную полным комплектом алгоритмов по работе с жителями, подразумевающую создание новой инфраструктуры и, в конечном итоге, улучшающую качество жизни горожан.
— Насколько вообще реалистична идея запуска активной реновации в российских регионах? Что для этого необходимо?
— У каждого региона есть свои потребности в реновации. Где-то больше, где-то меньше. Основная задача сейчас — создать универсальную и масштабируемую модель реновации как комплексного освоения территорий. И вот тогда и инвесторы придут, и все у нас получится.