М.Петрович: Город – это не просто совокупность земельных участков
.jpg)
В настоящее время в Комитете по градостроительству и архитектуре правительства Петербурга идет работа над законопроектом «О региональных нормативах градостроительного проектирования». Именно на основании РГНП, как говорится в общей части Правил землепользования и застройки, с 1 января - Михаил Любомирович, недавно на депутатских слушаниях Вы подняли вопрос о системном дефекте городского градостроительного законодательства, который касается правового статуса улично-дорожной сети и в целом территорий, на которые не распространяются градостроительные регламенты. На чем базируется Ваш взгляд на эту проблему?
- Я возглавляю в НИПИГраде бюро территориально-информационных систем и градостроительного моделирования. Наш институт традиционно занимается разработкой градостроительной документации для нашего Санкт-Петербурга, а в условиях рыночной экономики – и для других городов. Мы привыкли рассматривать город как единое целое. Наше преимущество в том, что мы изучаем его и вне административных границ. Нас интересует не только сам город, но и агломерация (это понятие известно всем специалистам мира, хотя в нашем законодательстве и отсутствует) с точки зрения ряда факторов, вклюсчая разделения труда, которое в том числе определяет и расчет транспортных потоков, а соответственно, и инфраструктуры. Отсюда наша методическая позиция.
- У нас приняты три закона, которые считают тремя градостроительными китами, - Генплан, ПЗЗ и Закон о границах зон охраны. Казалось бы, все вопросы о том, что и где можно размещать в городском пространстве, расписаны до мельчайших деталей. И все же оказывается, что этого недостаточно?
- Это зависит от того, что в базовых законах прописано, и насколько в них развитие Санкт-Петербурга соотнесено с частными и общественными интересами.
- Почему в городском градостроительном законодательстве возникают проблемы со статусом улично-дорожной сети?
- Это часть более широкой проблемы, касающейся вообще общественных территорий. Жизнь течет волнообразно. В советский период уделялось больше внимания общественным институтам, все ресурсы уходили туда, а жизнь индивида оказалась бедной. Потом наступило другое время: общественные институты обезлюдели в любом смысле слова, и вся инициатива перешла к индивидуальному обустройству человека: какие дома хотите, такие и стройте, вопрос только в вашей платежеспособности. Но потом оказалось, что в большом городе, где такие возможности есть у многих, свобода одного сталкивается со свободой другого. И вот начинают возникать проблемы, связанные с новой застройкой, ростом автомобилизации, появлением промышленных, складских и иных объектов и т.д. Вы жили на тихой улице – и не заметили, как она стала оживленной магистралью.
Органы власти в этот период также действовали исходя из преобладающего запроса. Землеустроители научились отлично межевать отдельные земельные участки, ГБР стало работать как фабрика. Но общественные пространства владельцев квартир и земельных участков интересовали меньше всего. Потребность в них была осознана только тогда, когда их стало остро не хватать. При корректировке Генплана была значительно расширена площадь зоны проектируемых автодорог, но на практике решения проблем с собственниками участков земли теперь представляет большую сложность.
- Как производится зонирование территорий общего пользования в других городах России?
- Совершенно по-разному. Как правило, парки, сады и скверы включаются в рекреационные зоны. А улично-дорожная сеть где-то включена в зоны основной застройки, где-то, как у нас, выделена в отдельную территориальную зону. Эта зона оказалась самой непроработанной, что и как в ней можно размещать, как формировать ее границы – осталось неясным.
- Разве зоны ТУ не отграничены красными линиями?
- Отграничены. Но что такое красная линия? Это понятие стало применяться для регулирования застройки более 200 лет назад, с целью упорядочения пространства. Именно с помощью красных линий Санкт-Петербург стал удивительным «умышленным городом», где размещение жилых домов определялось композицией пространства, а не наоборот.
Почему город, расположенный в извилистой невской дельте, приобрел «строгий, стройный вид»? Потому что вначале перспективная застройка упорядочивалась красными линиями, а затем уже вынуждена была им подчиняться. Санкт-Петербург возводился не из домов, а из улиц. Домовладения были «выстроены» вдоль красных линий. Кроме задачи создания привлекательного внешнего вида решалась и сугубо прагматическая задача сбора налогов, управления недвижимостью. Красные линии улиц и площадей, то есть общественных пространств, формировали тот самый силуэт города, который мы сейчас пытаемся охранять. Но сейчас изначальные принципы построения плана Санкт-Петербурга ушли из реального проектирования. Если вы сегодня скажете, что ось улицы должна быть ориентирована на храм, а ее улицы должна быть прямолинейной, то в лучшем случае над вами снисходительно посмеются.
В Градкодексе красная линия – не более чем граница между частной территорией и территорией общего пользования. Для нашего города мы не уточнили этот термин, хотя это и не возбранялось. Что мы получили? Посмотрите на карты ПЗЗ, где очертания зон ТУ имеют вид щупальцев спрута. Где строгий, стройный вид? На картах закона о границах зон охраны – наоборот, ширина улиц никак не обозначена. А между тем ул. Зодчего Росси тем и знаменита, что ее ширина равна высоте двух окаймляющих зданий и одной десятой длины улицы. Памятник не исчерпывается зонами охраны. Да, в законе есть понятия охраняемых городских пространств и направлений. Только где они на карте?
- У «щупальцев» на картах ПЗЗ иногда бывают такие зазубринки по краям, наподобие чешуи ихтиозавра.
- Это границы участков для индивидуального жилищного строительства, по «задам» которых прокладывается новая дорога. Как интерпретировали понятие красных линий, такая карта и получилась. Зона ТУ – это как бы остаток от того, что поделено. Она ничего не упорядочивает: ее формируют по остаточному принципу. То, что так создается, не может быть красиво.
- КГХ ЗакСа предлагала включить специальную статью о красных линиях в общую часть ПЗЗ. В итоге было решено интегрировать ее в РНГП. Однако их проект до сих пор не подготовлен. В то же время, по словам замглавы управления градостроительных обоснований КГА А.Березкина, готовится специальный закон о составе и содержании проектов планировки территорий, куда, очевидно, и войдут положения о красных линиях...
- Печально, если мы так и будем двигаться от фрагментов к целому. Когда составляется очередной проект планировки на квартал, расположение красных линий в соседнем квартале заказчика и приглашенного им проектировщика не интересует. Считается, что если сложить все разработанные проекты планировки, как мозаику, получится план города. На самом деле получится не город, а совокупность земельных участков. А улицы получатся по остаточному принципу, где-то сузятся, где-то расширятся. Могут и вовсе исчезнуть. Вот недавний выпускник ГАСУ приносил мне план, на котором отсутствует ул. Аккуратова в Коломягах. Ну не захотелось заказчику, чтобы мимо его здания проходила трасса из одного района в другой.
- Но тогда из Приморского района станет еще тяжелее выбраться, чем сейчас. Придется не только расширять путепровод на Поклонногорской, но и сносить часть застройки...
- Очень может быть. Только заказчика это не интересует. Его интересует свой квартал, а соседний безразличен. Когда же создаются проекты развязок, места для размещения их элементов оказывается недостаточно. И когда на разворотах под малым углом происходит одно за другим ДТП, частные интересы сталкивается с вопросами безопасности людей.
- А.Березкин упоминал о том что автомагистрали тоже могут быть частными.
- Да. Конка в России была в концессии, такой же статус предполагался для ЗСД и Надземного экспресса. Но это касается крупных новых проектов транспортной инфраструктуры, а все улицы находятся на городской земле.
С большими магистралями правовые вопросы как раз относительно урегулированы. Действует федеральный закон об автомобильных дорогах, который делит их на категории. Другое дело, что к крупным населенным пунктам и, особенно, к мегаполисам его понятийный аппарат неприменим. В городах живут не «у дороги», а «на улице», а она имеет сложную организацию. В ее состав входит проезжая часть, защитные полосы, «карманы» для подъезда к домам, тротуары. Улица – это сложное техническое устройство, которое имеет также подземное пространство, где коммуникации подконтрольны разным ведомствам. Строго говоря, в понятие «улица» следует включать и фасадную линию зданий.
Вся эта сложность должна быть отражена в федеральном законодательстве. Но, к сожалению, в Градкодексе нет терминов «улица», «улично-дорожная сеть», и вообще понятие территорий общего пользования прописано фрагментарно и расплывчато.
- Градкодекс разрабатывал московский Институт развития города, работающий по заказам серьезных западных фондов. Почему же разработчики не поинтересовались, как общественные пространства функционируют, например, в странах ЕС?
- Разработчики выполняли тот заказ, который был в ту пору востребован. Ведь работа над Градкодексом началась еще в середине 1990-х гг. Конечно, коллеги напоминали авторам о том, что общественная инфраструктура должна быть лучше прописана. Но основные споры вокруг Градкодекса сосредоточились на других предметах, больше связанных с разграничением полномочий, с межрегиональными отношениями, с противоречиями с земельным, лесным законодательством и так далее. А те проблемы, которые касались общественного пространства городов, так и остались на втором или третьем плане.
С частным пространством мы разобрались, а с общественным – нет. И это стало бросаться в глаза. Мы отремонтировали свою квартиру, приглашаем к себе зарубежного гостя. А проезд остался грязным, неубранным, потому что он нам не принадлежит. И это производит странное впечатление. Жилище требует пространства вокруг себя, а пространство не организовано и часто имеет бесхозный вид.
Для мегаполисов необходимо отдельное законодательство в части общественных пространств, но оно не разработано. Поэтому каждый планировщик понимает по-своему, как эти пространства обозначить и как с ними работать. А городские ведомства не всегда могут разобраться, кто за что отвечает в этой области.
- В Санкт-Петербурге на уровне местного законодательства детально отрегулированы зоны охраны памятников, есть специальные законы о зеленых насаждениях. Получается, что только улично-дорожная сеть у нас осталась не разработанной?
- Да, эта тема заброшена. Несмотря на то, что неупорядоченность наших общественных институтов не позволяет городу развиваться.
- Сейчас ставится вопрос о проведении общественных слушаний при реализации дорожных проектов...
- Естественно: они часто затрагивают более широкий круг лиц, чем проектируемые жилые и деловые объекты. Но механизм учета общественных интересов при проектировании улично-дорожной сети не создан. Когда разрабатываются проекты транспортных развязок, о пешеходах вовсе забывают, как и о том, что развязка на пл. Мужества не может строиться так же, как на Кольцевой дороге.
При разработке проектов планировки отдельных кварталов нас интересует максимальное использование земли. Но вот спроектированы четыре квартала, а между ними перекресток. Он нас до сих пор не интересовал. Между тем при разработке планов новых районов на перекрестках раньше было принято формировать так называемые треугольники обзора. Подъезжая к перекрестку, вы должны видеть поперечный поток движения на достаточном расстоянии. Но когда квартал застроен до самого угла, вы ничего не увидите вплоть до поворота. Неудивительно, что представители УГИБДД хотят принимать участие в согласовании проектов планировки.
На картах Генплана улично-дорожная сеть имеет одинаково белый цвет, дороги на ней не дифференцированы, хотя они имеют разный статус. Вот КАД – дорога федерального значения, Невский пр. – городская трасса. Приморское шоссе – магистраль непрерывного движения. А что такое, к примеру, Пулковское шоссе? Это была дорога в царскую резиденцию, она имела соответствующую инфраструктуру, была оборудована заставами. Потом шоссе стало просто въездной магистралью, а по СНИП осталась улицей городского значения. Сегодня мы видим, что на эту улицу пришли развязки с КАД, и она по составу и объему потока стала магистралью непрерывного движения. Но этот статус никак не закреплен.
- Что это означает на практике?
- Это значит, что любой супермаркет имеет право оборудовать въезд на эту магистраль и выезд с нее, и никаких юридических оснований для отказа в этом не существует.
- Когда СНИП для городских улиц обновлялись в последний раз?
- В 1989 г.
- И с 2002 г. они имеют рекомендательный характер?
- ГИБДД руководствуется ими, так как ничего другого просто нет. Хотя за 20 лет город стал совершенно другим, и новые требования должны быть учтены в нормативах.
- С чего бы вы начали доработку городского законодательства в части регулирования транспортной инфраструктуры?
- Я бы начал с инвентаризации улично-дорожной сети. Последний раз ее базисный план был составлен нами в 1991 г. и передан в Земельный комитет. Там его использовали частями по мере надобности. С тех пор возникло много новых проездов, статус которых не уточнен.
Необходимо составить новый план в масштабе 1:2000. Кстати, генеральные планы европейских городов составляются именно в этом масштабе, с нанесением всех кадастровых участков. Вторая задача состоит в детальном дифференцировании улично-дорожной сети, которое должно быть отражено в технических нормативах. То же касается дорожных сооружений, где требуется учитывать и расчет пешеходного потока, и нормативы по шумозащитным устройствам. Наконец, должен быть разработан порядок утверждения дорожных проектов, согласующий приоритеты развития города с частными и общественными интересами. Это сложнее всего, но пока эта проблема не решится, мы не может считать свой город цивилизованным.
Беседовал Константин Черемных
Еще недавно Виталий Вотолевский возглавлял совместную российско-шведскую строительную компанию «Петербург-Сканска» и служил советником губернатора Валентины Матвиенко.
Но два года назад по приглашению руководителя ОАО «Российские железные дороги» Владимира Якунина он перебрался в Москву. И теперь отвечает за жилищную политику этой частной структуры.
С весны Виталий Вотолевский стал чаще наведываться в родной город. Гость нашей редакции – генеральный директор ЗАО «Желдорипотека» Виталий Вотолевский.
– Виталий Леонидович, год назад Вы перешли на работу в Москву. Какую должность Вам предложили?
– Летом 2005 года президент ОАО «Российские железные дороги» Владимир Якунин предложил мне возглавить дочернюю структуру компании, которая была создана в 2001 году для реализации жилищной программы ОАО «РЖД». Я должен был не только развивать уже имеющееся направление, но и заняться новым – реализацией девелоперских проектов. Мне это предложение показалось интересным, поскольку на сегодня ОАО «РЖД» – это одна из ведущих государственных акционерных компаний, крупнейшая по численности работников и охватывающая своей деятельностью территорию всей страны. Я согласился, и в конце 2005 года стал генеральным директором ЗАО «Желдорипотека» и советником президента ОАО «РЖД» по жилищной политике и проектам в сфере недвижимости.
– Насколько изменился режим работы: больше или меньше времени приходится проводить на работе?
– Я всегда большую часть времени проводил на работе. С переездом в Москву работы стало больше, но она интересна, а потому стоит потраченного времени и сил.
– Что входит в круг Ваших обязанностей?
– Сегодня компания, которую я возглавляю, работает сразу по нескольким направлениям. Первое – это реализация Программы ипотечного жилищного кредитования сотрудников ОАО «РЖД». На сегодня аналогов данной программы в России нет. Являясь частью социальной политики ОАО «РЖД», она уникальна по своим условиям. Главное – работники ОАО «РЖД», состоящие на учете на улучшение жилищных условий, могут рассчитывать на безвозмездное получение ипотечной субсидии, необходимой для выплаты части процентов по ипотечному кредиту. Также уникальны и масштабы: ни одна частная или государственная компания сегодня не строит 4–5 тысяч квартир в год для своих сотрудников на всей территории страны, причем без прямого бюджетного финансирования.
Второе – это вовлечение в оборот непрофильных активов ОАО «РЖД». Это направление для нас относительно новое: распоряжение президента ОАО «РЖД», согласно которому наша компания стала головной управляющей компанией, занимающейся реализацией инвестиционных проектов строительства с вовлечением непрофильных активов ОАО «РЖД», было подписано в декабре 2006 года. А 17 мая 2007 года был утвержден «Регламент подготовки и экспертизы предложений по участию ОАО «РЖД» в инвестиционных проектах строительства объектов жилого и коммерческого назначения». Подписание этого документа – важнейший этап: он означает переход к конкретным действиям. Одним из первых крупных проектов в этом направлении станет освоение территории Варшавского транспортного узла в Санкт-Петербурге.
Третье направление деятельности – это реализация специальных проектов. Например, размещение Федеральной пассажирской дирекции, которое мы осуществили без использования бюджетных средств ОАО «РЖД». В рамках реализации этого проекта мы привлекли средства Пенсионного фонда, приобрели помещение, отремонтировали его и, являясь собственником, сдаем Федеральной пассажирской дирекции. Еще один пример: наша компания управляет проектом строительства офисного центра в Москве по адресу: ул. Басманная, 29. Планируется, что арендаторами площадей в этом здании в основном будут подразделения и дочерние компании ОАО «РЖД». Схема здесь более сложная, но бюджетные средства ОАО «РЖД» также не используются.
– В мае на совещании в Смольном речь зашла о том, что Ваша компания в одиночку или совместно с одной из петербургских компаний будет осваивать территорию, прилегающую к Варшавскому вокзалу. А территорию Московской – товарной тоже будете осваивать Вы? Если да, что предполагаете там построить?
– Территорией Московской товарной станции занимается другая компания, «Желдорипотека» к этому проекту отношения не имеет.
Что касается территории, прилегающей к Варшавскому вокзалу, действительно, ЗАО «Желдорипотека» приступила к реализации этого проекта. На данном этапе мы выступаем в качестве консультанта, впоследствии планируем быть инвестором.
Если говорить о самом проекте, то сегодня территория, прилегающая к Варшавскому вокзалу, – это грузовой двор. Соответственно, в первую очередь, речь идет о закрытии этой деятельности и переносе объектов железнодорожной инфраструктуры таким образом, чтобы основная производственная деятельность ОАО «РЖД» не пострадала. После выноса мы при взаимодействии с городом предполагаем реализовать на данной территории проект комплексной застройки. Сегодня мы занимаемся сбором информации, которая в основном касается имущественно-правового статуса земельных участков и имеющихся обременений. Одновременно, совместно с причастными департаментами ОАО «РЖД», мы приступили к анализу вариантов выноса объектов железнодорожной инфраструктуры. Кроме того, вместе с Комитетом по градостроительству и архитектуре Санкт-Петербурга мы начали анализировать проект застройки данной территории, который сегодня разрабатывается НИИ Генплана. Изучив всю собранную информацию, мы выскажем свою позицию по отношению к данному проекту и озвучим свои пожелания правительству Санкт-Петербурга летом текущего года.
– Какие еще проекты в Петербурге или России реализует Ваша компания?
– В данный момент компания участвует в реализации 140 объектов как жилой, так и коммерческой недвижимости в 89 населенных пунктах Российской Федерации от Калининграда до Южно-Сахалинска. Благодаря беспрецедентной географии – наши филиалы расположены в 16 крупнейших городах Российской Федерации – сегодня мы представлены на всех значимых рынках недвижимости страны. Крупнейшие наши проекты – бизнес-центр в Ростове-на-Дону, коттеджный поселок премиум-класса под Санкт-Петербургом. Выходим мы и на столичный рынок. В начале нынешнего года в компании было создано новое подразделение – управление по Москве и Московской области. В настоящий момент на различных стадиях реализации находится уже целый ряд проектов. Кроме того, в рамках координационного совета ОАО «РЖД» с мэрией г. Москва мы участвуем в работе по вовлечению в хозяйственный оборот более 3 000 гектаров земли в полосах отвода в Москве. Я являюсь членом этого координационного совета. Освоение этих земель позволит компании занять достойное место среди московских девелоперов.
– В сентябре в Петербурге состоится первый международный инвестиционный форум, PROEstate, в котором «Желдорипотека» примет участие. Что Вы собираетесь представить?
– Мы планируем представить на форуме наши самые крупные и самые яркие проекты в области как жилой, так и коммерческой недвижимости. Среди них, несомненно, будут коттеджный поселок в Репино – Ленинском, бизнес-центр и проект квартальной застройки в Ростове-на-Дону, возможно, и другие наши проекты.
– Как прошла адаптация в столице?
– Так быстро ничего не происходит. Скажем так, адаптация в процессе.
– Ощущаете ли Вы себя в Москве «своим»? По Петербургу не скучаете?
– Конечно, я скучаю по Петербургу. Но моя семья переехала вместе со мной, а где семья – там и дом.
Лилиана Глазова