Александр Тучков: «Современный проектировщик должен владеть серьезным набором инструментов САПР и СУИД»
Бюро ESG специализируется на автоматизации процессов проектно-конструкторской деятельности в промышленном и гражданском строительстве. Специалисты компании внедряют решения на основе Intergraph в нефтегазодобыче, металлургии, энергетике и других значимых для России отраслях экономики. Большой опыт работы позволил компании сформировать полный комплекс услуг в основных дисциплинах проектирования с целью сделать максимально эффективной деятельность заказчиков, наладить обучение сотрудников предприятий и обеспечить техническое сопровождение.
Об особенностях работы специалистов в области автоматизированного проектирования рассказывает технический директор Бюро ESG Александр Тучков.
— Александр Александрович, в чем состоит специфика деятельности вашей компании? Какие задачи выполняют ваши специалисты? Какие проекты последних лет хотелось бы отметить и почему?
— ГК «САПР-Петербург» (Бюро ESG, InterCAD и PlantLinker) специализируется на поставках и внедрении систем автоматизации проектирования (САПР) и систем управления инженерными данными (СУИД), включая PDM/PLM, а также создании электронных генпланов промышленных предприятий. Кроме того, Бюро ESG принимает активное участие в информационном моделировании самых разных промышленных объектов: установки нефтеперерабатывающих заводов, газоизмерительные станции, верфи, станции метро, поликлиники. Закончен ряд проектов по внедрению систем PDM/PLM на машиностроительных предприятиях.
— Как меняется профессия проектировщика за последнее время? Какими компетенциями должен обладать современный специалист в области проектирования зданий и сооружений?
— В современных условиях проектировщик должен владеть серьезным набором инструментов САПР и СУИД и уметь проектировать, начиная с трехмерной BIM-модели и переходя на поздних этапах проектирования к чертежам и табличным документам. При этом надо понимать, что инструменты промышленного проектирования (Smart->3D, AVEVA E3D и другие) существенно сложнее инструментов гражданского проектирования (Revit, Archicad и другие).
— Насколько важны для проектировщика технологии информационного моделирования? Какие программные комплексы вы используете в работе? По каким принципам они выбраны? Есть ли у вас собственные программы для решения узких или специфических задач?
— Технологии информационного моделирования сегодня выходят на первый план. При моделировании промышленных объектов мы в основном используем программные комплексы (ПК) Hexagon PPM (Smart->3D, Smart P&ID и другие), при моделировании гражданских объектов — ПК Autodesk (в первую очередь Revit), для моделирования генпланов — ПК Hexagon Geosystems, Autodesk (Civil 3D) и «Нанософт разработка» (nanoCAD GeoniCS). Мы активно разрабатываем и уже продвигаем на рынок ПК собственной разработки PlantLinker (САПР промышленных объектов) и PlantViewer (визуализация BIM-моделей больших промышленных объектов). САПР PlantLinker может в большой степени заменить Smart->3D, AVEVA E3D, Tekla Structures и при этом использовать архив наработанных в этих ПК проектов для их развития и модернизации. При необходимости проекты, созданные в PlantLinker, могут быть безболезненно перенесены обратно в вышеупомянутые САПР.
— Испытываете ли вы потребность в кадрах? Где вы находите нужных вам специалистов? Как ваша компания выбирает и привлекает выпускников вузов?
— Мы стараемся работать с выпускниками специализированных вузов [Санкт-Петербургский государственный технологический институт (технический университет), Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, Санкт-Петербургский государственный архитектурно-строительный университет], начиная с 4-го курса. Они приходят стажерами на полставки, и через полгода-год мы имеем сформировавшегося специалиста, готового к выполнению наших задач. Большинство из них остается у нас работать.
— В чем сегодня конкурируют проектные организации? Насколько персонифицированы проектные компании? Насколько важна роль руководителя?
— Если говорить о конкуренции, то в первую очередь идет борьба за заказы. Среди проектных организаций есть компании, работающие в рамках одной-двух дисциплин, и компании с полной линейкой комплексного проектирования. Первые из них, особенно архитектурные мастерские, имеют свой почерк, свою культуру, своих наработки, а значит, и персонифицированы. Если говорить о роли руководителя, то в любой компании роль руководителя высока. Он несет ответственность за результат работы в целом. Ему принимать решение о технологическом развитии компании. В компаниях, созданных самими руководителями, их роль является просто определяющей.
— В какой мере российская проектная отрасль вписана в общемировые тренды проектирования и архитектуры? Возможно ли в России реализовывать отечественные проекты, сравнимые, например, с аэропортом в Мехико Нормана Фостера (с точки зрения масштабности и сложности конструктивных и архитектурных решений)?
— В текущей ситуации, кажется, уже сложно вести речь об интеграции отрасли в мировые тренды. Но и говорить об отставании от них наших проектировщиков было бы несправедливым. Конечно, в России есть архитекторы, достойные мировой известности. Но доступность, а иногда и приоритетность признанных западных коллег на нашем рынке не позволяла им развернуться в полной мере. А реализация отечественных проектов масштаба работ Нормана Фостера связана не столько с недооценкой наших талантов, сколько с экономикой. Будут у заказчика финансы и желание привлечь своих соотечественников — будет и демонстрация наших возможностей.
— Как могут сказаться на российском проектировании последствия международных событий и связанных с ними санкций?
— К сожалению, санкции могут привести к полному исчезновению с российского рынка ведущих западных разработчиков САПР и СУИД. Часть ПК могут быть в той или иной степени заменены ПК российских разработчиков. Это и «Нанософт разработка» (Платформа nanoCAD), и Renga Software (ПК RENGA), и белорусская компания «ИНТЕРМЕХ» (СУИД/PDM/PLM IPS Search), и разработки компании PlantLinker (ПК PlantLinker). Но надо отдавать себе отчет в том, что по функциональности почти все эти разработки отстают от западных аналогов.
О секретах успеха в год 20-летия компании «Строительному Еженедельнику» рассказал генеральный директор Строительной корпорации «ЛенРусСтрой» Леонид Кваснюк.
— Леонид Яковлевич, уже год все мы живем в реальности пандемии. Как себя чувствует компания в этих условиях?
— Как это ни покажется странным, когда я думаю о прошедшем пандемическом годе, у меня больше положительных эмоций, чем отрицательных. Этот год был еще одним испытанием, еще одной проверкой на прочность всех наших компаний, и я в очередной раз убедился, что вся наша команда готова не просто работать, но и продолжать динамично развиваться в самых непростых условиях.
Было получено много полезных уроков. Во-первых, мы стали более дисциплинированными. И произошло это не из-за того, что мы должны были носить маски и пользоваться санитайзерами, хотя мы и выполняли все требования властей. Главное, что появление большого количество новых, на первый взгляд, лишних действий заставило всех нас более грамотно распределять время, лучше планировать процессы, много работать и делать все, что необходимо, и даже больше.
Во-вторых, пандемия помогла еще больше ценить нашу работу, понимать ее важность как для нас самих, так и для наших клиентов и партнеров. Мы это очень четко почувствовали весной прошлого года, в период первой волны пандемии. Несмотря на нашу репутацию застройщика, который всегда соблюдает сроки, люди боялись, что из-за пандемии они ключи вовремя не получат. Мы поняли, насколько психологически этот вопрос важен. Поэтому, невзирая на все сложности с организацией процедуры, мы заручились поддержкой властей и передали клиентам их жилье. И те эмоции, которые мы чувствовали в людях, несмотря ни на что, своевременно получивших ключи от своих квартир, подтвердили правильность нашего подхода.
В-третьих, пандемия простимулировала нас работать еще лучше. Мы оптимизировали многие процессы в компании, закончили цифровизацию по ряду направлений, внедрили BIM-проектирование, начали продавать квартиры дистанционно. Многие сотрудники просили помочь им с обучением. Примечательно, что их было гораздо больше, чем до пандемии. Мы никому не отказывали, и они учились и работали одновременно.
Нас даже проблема нехватки иностранных работников не коснулась, потому что у нас изначально была правильная политика в этом отношении. Они у нас все работают официально по многу лет, живут в квартирах, перевезли сюда семьи, многие члены которых тоже трудятся в компании.
Хочу сказать спасибо за мудрость властям Ленобласти, которые не запрещали нам работать. Стройку нельзя перевести на удаленку. Это убытки и срыв сроков. Благодаря нормальной работе мы под Новый год, как обещали, ввели в эксплуатацию школу на 540 мест, начали строить еще одну школу и детсад. Все, как планировали.
Ну и властям страны надо сказать спасибо за льготную ипотеку. Несмотря на трудности в экономике, много людей позволили себе купить квартиры. У нас объем продаж даже вырос. Финансовые результаты в компании не хуже, чем в год до пандемии, и стройка идет в соответствии с планом и графиками.
— «ЛенРусСтрою» — двадцать лет. Многие «одногодки» компании уже «сошли с дистанции». В чем секрет успеха?
— Наверное, основная причина успеха нашей компании — это то, что основным барометром для нас всегда были люди, которые живут в наших домах. Это было и двадцать лет назад, и сейчас. Мы у них спрашиваем, чего они хотят, какие двери, какие окна, какие входные группы, какие деревья на бульваре, какой магазин у дома. У нас каждый следующий дом — лучше предыдущего, каждый следующий квартал еще красивее, зеленее, благоустроеннее.
Лично для меня очень важны эмоции клиентов. Я до сих пор общаюсь со своей первой покупательницей. Она пришла, принесла наличные, заплатила всю сумму сразу. Мы построили дом, и я ей передавал квартиру сам. И вдруг она бросилась мне на шею, почти плачет от счастья. Я не понимаю, в чем дело, спрашиваю ее, а она говорит: «Я два года боялась, что вы не построите, обманете. Кругом всех обманывают, люди деньги теряют». Мы с ней до сих пор дружим.
Все у нас в компании понимают, какая ответственность на нас лежит, слушаем наших покупателей, и делаем это уже двадцать лет. Это и называется клиентоориентированностью. Это главная причина нашего успеха.
Еще одна важная причина — команда. Мы — единомышленники, мы верим друг другу и готовы вместе идти вперед, не боимся много работать, постоянно учиться и развиваться, мы хотим создавать новые красивые проекты. Мы начинали двадцать лет назад впятером. Приходят новые люди, нас уже больше 1500 человек, но они «заражаются» от других желанием работать и идти вперед. Нам удалось создать корпоративную культуру постоянного развития и созидания.
— В бизнесе нельзя стоять на месте. Какие планы по дальнейшему развитию корпорации вы строите на перспективу?
— Ну, стоять на месте мы точно не собираемся. У нас есть все ресурсы, для того чтобы развиваться — человеческие ресурсы, знания, опыт, земельный банк, надежные партнеры, в том числе банки.
Следующим проектом станет еще один проект комплексного освоения территории. Мы построим 120 тыс. кв. м жилья (территория пос. Новоселье). Есть еще несколько интересных проектов, разрабатываем концепции.