Легко ли быть девелопером?
Известный градостроительный юрист и управленец Мария Владимировна Золотая рассказала, как удается справиться с потоком проектов на удаленке, как повлияла пандемия на цифровые технологии в управлении проектами и насколько выросла дистанция между специалистами поколения Z и мэтрами строительства.
— Мария, здравствуйте! В прошлый раз мы с вами так подробно общались два года назад, и вот снова у нас появилась такая возможность.
— Да, это был период вынужденных оперативных перемен в методах работы с учетом пандемии. Приятно видеть, что и мы, и любимые СМИ адаптировались к новым реалиям.
— Да, это так! Какие изменения, связанные непосредственно с вашей сферой деятельности, вы могли бы отметить за это время?
— Мне, как фанату системного подхода в архитектурно-строительной деятельности, хочется особенно выделить формирование новой законодательной базы в части комплексного освоения территорий — это важнейший шаг в развитии урбанистики, системного подхода к проектированию объектов. То, что раньше ответственные разработчики выполняли интуитивно, теперь обрело законодательные формулировки. Тем более что пик популярности отдельных точечных проектов на небольшие земельные участки давно прошел, и снова востребованы проекты, охватывающие полные планировочные единицы — кварталы и территории, при разработке которых большое внимание уделяется социальной составляющей и улично-дорожной сети. Это касается и городских, и пригородных территорий. Это логично и интересно, каждый проект — как мини-город, законченная модель, которую при правильном исполнении легко вставить как деталь в общий пазл.
Теперь именно на законодательном уровне появились новые термины и механизмы: комплексное освоение, комплексное устойчивое развитие, оценка архитектурно-градостроительного потенциала территории, согласительные комиссии. Конечно, регламенты все еще естественным образом совершенствуются в процессе, но, повторюсь, случившееся не просто шаг — это качественный скачок, произошедший за последние годы.
Добавлю также, что медленно, но настойчиво распространяется и внедряется система работы с проектной и исполнительной документацией внутри цифровой информационной модели — BIM-технологии.
Как в любую другую, в архитектурно-строительную сферу и девелопмент приходят молодые люди с абсолютно новым мышлением и современным подходом к делу, прекрасно и быстро обучающиеся актуальным технологиям и продуктам, нацеленные на максимальные систематизацию и автоматизацию процессов любого этапа реализации проектных задач.
— Мэтрам старой школы иногда непривычно работать с такими новыми специалистами.
— Сейчас есть две устойчивые тенденции: усугубление монопрофессий субъективных высоких специалистов, с одной стороны, и развитие нового типа мультипрофессионалов, эффективная работа которых возможна при соединении минимум двух-трех областей, создающих своего рода кроссплатформинг. Например, для моей сферы деятельности необходимо и архитектурно-строительное, и юридическое образование, не говоря уже о постоянном повышении квалификации в области управления проектами и финансами.
Кроме того, часть специалистов нового типа успешно занимаются раскруткой собственного имени и функционала даже на начальном этапе. Такая самореклама сосуществует и в то же время контрастирует с предшествующим пиар-упором на репутацию исключительно компании и топ-специалистов с многолетними заслугами.
— В этот раз мы впервые не указываем какую-либо одну компанию, с которой вы связаны профессионально или выступаете партнером.
— Такова тенденция: сейчас неважно, работаешь ли с государственным или коммерческим заказом, потому что если работаешь успешно, то с годами узнают и ценят тебя лично. Когда ты сам становишься неким брендом в профессиональной сфере, то форма сотрудничества уже не так важна. Я продолжаю использовать как классические формы сотрудничества с заказчиками, так и новые инструменты. Тот факт, что сотрудничать по некоторым вопросам хотят со мной лично, для меня очень важен, но и обязывает к повышенной ответственности.
— Какие еще проблемы остаются актуальными в 2022 году?
— Несмотря на развитие системного подхода в строительстве, проблемами, а лучше сказать, прикладными задачами, по-прежнему остаются вопросы планирования и управления реализацией проектов. Разумеется, ситуация улучшается и развивается, но продвигается вперед путем проб и ошибок. Зачастую отсутствует систематизирующее звено или управляющим назначают специалиста, в большей степени являющегося классическим руководителем строительного проекта. Нередко не хватает внешнего аудитора или сопровождающего эксперта, который находился бы скорее вне корпорации. Также нужен специалист, оперативно отслеживающий актуальную практику применения норм, которую быстро можно было бы использовать в текущей работе над проектом.
При этом отдельные этапы и процедуры реализации проектов становятся более совершенными благодаря развитию вспомогательных программных инструментов и грамотным СЕО. Ведь компании часто недооценивают баланс между ярким публичным позиционированием и строгой юридической педантичностью в работе, в результате получается крен в одну или в другую сторону.
— А каково ваше актуальное мнение об административных барьерах? Ведь правительство постоянно декларирует работу над их снижением.
— Как человек, поработавший по несколько лет и на той, и на другой стороне, я всегда категорически возражаю, когда коммерческий бизнес и органы исполнительной власти стараются выставить противниками друг другу. В сфере девелопмента, градостроительства, архитектурно-строительной деятельности это категорически не так. Да, можно встретить субъективное несогласие конкретных физических лиц, представляющих как власть, так и бизнес, с каким-либо решением, но все эти конфликты снимаются, как только доходят до правового поля. Все мы работаем в едином правовом пространстве нормативов и регламентов и должны обеспечить их исполнение, взаимно делясь друг с другом практиками использования документов, инструментов, технологий и решений.
Все это, как и уже упомянутый внешний аудит, защищает проекты от риска быть отмененными или измененными на той стадии, когда это может нанести реальный финансовый урон и причинить фактические убытки.
— А банки в данном случае на чьей стороне?
— Банки — это третья сторона, но если мы говорим о проектном финансировании, то отделам оценки рисков и кредитным комитетам также не хватает специалистов при рассмотрении документов. Это видно по тому, насколько топорными могут быть критерии оценки и как часто они не успевают за изменениями в законодательство. Например, осенью прошлого года поменялся порядок выдачи разрешений на строительство и согласования архитектурно-градостроительного облика в Санкт-Петербурге, а в критериях оценки рисков некоторых известных финансовых структур это до сих пор не учтено — я столкнулась с этим буквально только что.
— Как сейчас устроена ваша ежедневная работа? Удаленно?
— Очень многое и правда делается удаленно, тем более что многие общественные обсуждения, советы и комиссии проходят в онлайн-режиме. Так же, как и многие совещания проводить по ВКС стало обычным делом. Но в ряде случаев и задач все равно остается необходимость личного выезда на строительный объект или производство, личного общения по острым вопросам с первыми лицами заказчиков, судебные прения, конечно же, все еще чаще требуют личного присутствия.
— Продолжается ли в новых реалиях ваше участие в социальных проектах?
— Разумеется, социальные проекты продолжаются, это такая же часть моей жизни, как и профессиональная деятельность, тем более что я все-таки женщина, и реализация в области милосердия мне необходима так же, как и профессиональная — в работе.
2018 год стал для строительного рынка РФ годом перемен. 1 января вступил в силу первый пакет поправок в законодательство о долевом строительстве, а 1 июля – вступит и второй. Председатель Комитета государственного строительного надзора и государственной экспертизы Ленинградской области Денис Горбунов уверен, что все перемены – к лучшему, а компаниям, твердо стоящим на ногах, бояться нечего.
– В этом году вступил в силу целый пакет поправок в строительное законодательство. Рынок освоился к работе в новых условиях?
– Я бы разделил все изменения, касающиеся Госстройнадзора, на две составляющие. Первая касается непосредственно проектирования и прохождения экспертиз: речь идет о новых требованиях к оформлению проектной документации и порядку прохождения экспертизы. Вторая касается изменений в 214-ФЗ. Требования к застройщикам существенно выросли, а с 1 июля – возрастут еще сильнее.
Новое законодательство упорядочивает работу рынка, строительство становится более прозрачным и понятным. Это делается для того, чтобы выдавить с рынка откровенных мошенников и просто слабых игроков, которые не в состоянии выполнить обязательства перед дольщиками. Строительство – серьезная деятельность, от качества возведенных объектов зависят жизнь и здоровье людей, а также благополучие окружающей среды, а уж если речь идет о привлечении средств граждан, то на девелоперов ложится огромная ответственность. Так что заниматься строительством должны только те компании, которые твердо стоят на ногах и располагают всеми необходимыми ресурсами для своевременной реализации проектов. У таких проблем как не было, так и не будет.
Что касается каких-то технических моментов приведения документации в требуемый законодательством вид, то мы всегда готовы помочь застройщикам: проводим обучающие семинары и всегда готовы дать консультацию по любому вопросу.
– Приспособилось ли Ваше ведомство к работе в новых условиях?
– Да. Поправки в законодательство – это требования не только к застройщикам, но и к нам. Ведь благодаря электронному документообороту можно проследить, когда документ загрузился, когда его взяли в работу, когда вернули. Полная прозрачность. Но я бы не сказал, что работать стало сложнее, просто пришлось перераспределить силы и обязанности. Поскольку теперь выдача разрешения на строительство и ввод объектов в эксплуатацию осуществляется только в электронном виде, у нас освободились руки для более детального изучения документов, которые предоставляют застройщики.
– Сегодня одна из самых больших проблем рынка недвижимости в стране – долгострои и обманутые дольщики. Как Ваше ведомство участвует в решении этой проблемы?
– Это одна из самых важных задач, которая стоит перед Госстройнадзором. Мы подготовили две законодательные инициативы, которые уже обсуждаются на заседаниях рабочих групп областного Законодательного собрания, а затем они будут направлены в Государственную Думу РФ.
Мы предлагаем внести изменения в 214-ФЗ, которые облегчат передачу долгостроев новому инвестору до банкротства компании, которая не справилась со своими обязанностями. Ведь банкротство застройщика отдаляет время завершения объекта на годы. И мы никогда не хотим никого банкротить. Если вкратце, то мы хотим обязать застройщиков в течение пяти дней после годовой просрочки первоначальных сроков сдачи объекта обратиться к своим дольщикам с призывом организовать ЖСК и передать объект этому кооперативу. Если же застройщик этого не сделает, то у контролирующих органов должно быть право ликвидировать эту компанию.
Кроме того, мы поддерживаем введение уголовной и административной ответственности за нецелевое использование застройщиком денежных средств граждан. Поправки в УК предусматривают также и норму о том, что нарушитель должен быть приговорен к обязательным работам на срок до 360 часов, либо к году исправительных работ, либо к двум – принудительных работ, или же лишению свободы до двух лет. При этом с нарушителя должна сниматься уголовная ответственность, если он возместил ущерб или достроил объект.
– В Ленобласти разрешения на строительство и ввод в эксплуатацию выдает не только Госстройнадзор, но и муниципальные власти. На рынке бытует мнение, что из-за непрофессионализма вторых происходит множество нарушений. На Ваш взгляд, мог бы Госстройнадзор самостоятельно решать судьбу всех строящихся объектов области?
– Я бы не стал утверждать, что у небольших проектов, которые находятся в ведении муниципалитетов, все очень плохо, но проблемы, безусловно, бывают. Так, иногда приходится отменять выданные разрешения на строительство. Я думаю, если расширить штат, то Госстройнадзор справится с выдачей разрешительной документации на все объекты недвижимости региона. Подобная инициатива уже озвучивалась в правительстве региона, но поддержки не получила.
Пока же Госстройнадзор по мере сил помогает муниципальным властям: мы проводим обучающие семинары, контролируем и проверяем документацию.
– Законодательное собрание Ленобласти в очередной раз обсуждает поправки в закон № 38 «Об установлении случаев, при которых не требуется получение разрешения на строительство». На Ваш взгляд, стоит ли расширять перечень объектов, строительство которых не надо согласовывать?
– Мы поддерживаем поправки в 38-й закон, и я лично когда-то участвовал в разработке этого акта. Как показывает опыт ведомства, на рынке множество ситуаций, когда наше участие только усложняет жизнь строителям. Например, если собственник предприятия на своей земле решает построить какой-нибудь склад или ангар, то зачем ему разрешение при наличии государственной экспертизы? Или к чему Госстройнадзору согласовывать установку трансформаторных подстанций? Их, как правило, привозят в разобранном виде, собирают на месте, и потом Ростехнадзор дает допуск на эксплуатацию. Зачем заставлять бизнес получать дополнительные документы?
Подчеркну, что список объектов, которым не нужны разрешения Госстройнадзора, формируется исходя из опыта работы ведомства и общероссийской практики.
– Не все районы Ленобласти обеспечены инфраструктурой. При этом были зафиксированы случаи, когда застройщик изначально строил амбулаторию или детский центр, но в итоге продавал помещения под коммерческую инфраструктуру. Какие меры принимает Госстройнадзор?
– К сожалению, несколько подобных случаев действительно было, но мы вовремя среагировали, провели «воспитательную беседу» с застройщиками и нашли способ борьбы: теперь мы обязываем компании указывать назначение объекта в техническом плане помещений, что не дает возможность ввести дом с изменением назначения этих площадей.
– Президентский указ о необходимости строить 120 млн кв. м жилья в год многие игроки строительного рынка считают невыполнимым. Вы согласны с этим?
– В Ленобласти живут около 1,8 млн человек, при этом в прошлом году в нашем регионе было сдано более 2,5 млн кв. м жилья. Так что наш регион выполняет указ президента по вводу одного квадратного метра жилья на одного жителя. Если так будет поступать каждый регион, то эта цифра не за горами.
– Вам не кажется, что столь выдающиеся цифры объясняются тем, что это, по сути, заготовки «жирных времен»? Ведь львиную долю введенных квадратных метров обеспечивают гигантские проекты, запущенные много лет назад.
– Конечно, сегодняшняя ситуация на рынке недвижимости не сравнима с той, что была в 2012–2014 годах, однако строительство жилья не прекратилось, и при правильном распределении усилий и расстановке приоритетов цифра в 120 млн кв. м вполне реалистична.
– И многочисленные изменения в законодательство не повлияют на объемы ввода жилья?
– Если застройщик не может работать в новых законодательных условиях, то он должен уйти с рынка. У крупных компаний, которые твердо стоят на ногах, проблем нет и не предвидится. Я в этом не сомневаюсь. Небольшое «проседание» в объемах строительства, возможно, и будет из-за поправок в 214-ФЗ, которые вступят в силу 1 июля этого года, однако коллапса мы не ожидаем