Леонид Кваснюк: «Строительство — это преодоление и развитие»
Леонид Кваснюк уже 50 лет в строительстве, уже без малого 30 лет работает на северо-западе России, и уже двадцать лет его строительная корпорация «ЛенРусСтрой» реализует в Санкт-Петербурге и Ленобласти крупные проекты жилой застройки.
— Леонид Яковлевич, какие сегодня вы видите основные трудности у строительной отрасли?
— Строительство — это всегда преодоление и развитие. Невозможно строить и не встречаться с трудностями, препятствиями и проблемами. Это было всегда.
Меняется законодательство. Отрасль становится более зарегулированной. Определенные сложности возникают из-за ситуации с пандемией. Но для нас это все естественные процессы развития, повод решать возникающие вопросы каждый раз все эффективнее и строить еще лучше.
Государство помогает как может, мы становимся более собранными и профессиональными.
— А что вам помогает работать?
— Надо помнить, что можно спланировать любой процесс, нарисовать любую схему, предугадать будущее развитие, но успех любого предприятия зависит от людей, которые будут работать в твоей команде. Мне повезло, я смог найти уникальных талантливых людей, которые профессионально росли вместе со мной (порой — и быстрее меня) и вместе со мной развивали компанию.
Если меня спросить: «Что такое строительная корпорация "ЛенРусСтрой"?», я отвечу: это наша команда. Да, это земельный банк, парк строительной техники, домостроительный комбинат, агропромышленное предприятие, архитектурное бюро и т. д. Но все это функционирует и развивается только благодаря людям, которые руководят этими предприятиями и работают в них.
СК «ЛенРусСтрой» — это команда единомышленников, которая знает и ценит своих клиентов, уважает партнеров, умеет помогать, развиваться, внедрять новое, постоянно учиться.
— Помимо собственных проектов, вы достраивали дома для обманутых дольщиков. Сейчас вы работаете с чьими-либо проблемными объектами?
— СК «ЛенРусСтрой» на рынке двадцать лет, и все эти годы мы растем и двигаемся вперед. Естественно, что нас знают, нам доверяют, к нам обращаются в трудных ситуациях.
Например, сейчас мы строим 9-этажный объект в Республике Калмыкия. Дом в Элисте был разрушен в результате взрыва газа. Местный подрядчик не смог выполнить свои обязательства, только забил пару свай. Руководитель региона знает нас, знает, что мы умеем работать и держать слово. Нас попросили помочь — и мы помогаем. Вложили собственные средства, для того чтобы оперативно начать строительство. За пять месяцев мы возведем 9-этажный монолитный дом. Этот объект на особом контроле у Минстроя России. Мои ребята отчитываются о ходе работ каждый день, сегодня мы уже строим 9-й этаж и к декабрю закончим.
— А как на работу повлияла пандемия?
— Это просто еще одна помеха, которая заставляет нас оптимизировать процессы, решать неожиданные задачи и еще более тщательно следить за выполнением своих обязательств.
За почти два года пандемии мы все свои и чужие объекты построили в срок или даже с опережением. Не нарушили ни одного внутреннего графика.
Конечно, возникают сложности. Например, часть наших линейных работников — граждане других государств. Они все — классные специалисты, но трудоустроены у нас по временным трудовым договорам, как того требует российское законодательство. Так вот, мы стали их переоформлять каждые полгода, но в этот момент подорожали авиабилеты. Рабочие уезжали домой и не могли позволить себе вернуться — слишком дорогие перелеты. Пришлось частично оплатить их авиабилеты.
Много было других проблемных моментов, но мы справились и продолжаем справляться с суетой, связанной с пандемией.
— А какие у вас планы на ближайшее будущее? Новые проекты планируете?
— Ближайший проект, который выйдет на рынок уже в этом году, — жилой квартал в Новоселье. У нас каждый объект лучше предыдущего. Этот будет нашим первым по-настоящему «умным», современным кварталом. Внедряем там передовые цифровые технологии. Думаю, что сможем по-хорошему удивить наших клиентов.
Крупные инфраструктурные проекты — это и внушительное финансирование, и серьезные технологические задачи. Своим видением и опытом их реализации делится Валерий Кивлюк, исполнительный директор — руководитель дивизиона по строительству метро холдинга «Мосинжпроект».
— Валерий Петрович, как вы видите разрешение давнего противоречия между высокой потребностью крупных городов в метро и не менее высокой его стоимостью?
— Потребность в развитии внеуличного транспорта в мегаполисах очевидна, город не может стоять в пробках, которые по мере его разрастания будут только увеличиваться. Да и экологический фактор сбрасывать со счетов нельзя. Строительство и эксплуатация метро хоть и являются дорогостоящими, но удешевить их можно и нужно. Параллельно нужно решать и другой вопрос — обновлять нормативную базу под современные технологии и оборудование, которые мы применяем. Устаревшие нормы в строительной отрасли, коих множество, невероятно тормозят развитие строительной отрасли и требуют скорейшего пересмотра. Сейчас с нами, как с системообразующей компанией в области метростроения, Минстроем заключено соглашение на участие в переработке нормативной базы для нашей отрасли. В рамках этой работы мы закладываем фундамент современного подхода к строительству метро, который нужен не только Москве, он необходим всей стране.
— Насколько переход на ТИМ будет способствовать решению этой задачи?
— Никакой объект метрополитена не может быть построен в короткий срок. Процесс занимает несколько лет, за которые меняются технические требования и даже иногда законодательство, прямо по ходу строительства. Приходится менять проект, заново проходить экспертизу, и осуществлять это при наличии BIM-модели — и быстрее, и проще, и в итоге дешевле. Кроме того, нужно понимать, что количество инженерных систем в метрополитене выросло с 15–17 штук в 80-е годы до нынешних примерно 55. А уровень проектных организаций, к сожалению, не вырос, и увязать такое количество инженерных систем они не в состоянии. В результате коллизии на стройплощадке появляются постоянно и возникает гигантский объем затрат на перемонтаж. Если говорить об опыте «Мосинжпроекта», то мы внедрять BIM начали с того, что в 2019 году выполненные в Autodesk проекты уже строящихся объектов перевели в 3D-модели. Положительный эффект увидели сразу же, даже в отсутствие графиков и прочих элементов полноценной BIM-модели. С тех пор холдинг серьезно продвинулся. У наших специалистов перевод двухмерного проекта станции метро в трехмерный стал занимать 30 дней. Мы переходим к внедрению и применению полноценных информационных моделей. Отмечу, что шесть станций метрополитена, которые «Мосинжпроект» планирует сдать в следующем году, будут вводиться уже с BIM-моделями.
— Какие задачи в области информационного моделирования стоят перед «Мосинжпроектом» сейчас?
— Мы приступили к созданию библиотеки элементов информационных моделей объектов метрополитена. Необходимость поясню на примере тягово-понизительных подстанций, которые являются сердцем любой станции метро, они дают всю энергетику. ТПП состоит из нескольких залов — машинного, трансформаторного, распределительного. В каждом из них размещается большое количество электрического оборудования, в основном — очень специфического, в массовом строительстве не используемого, информационные модели которого в общедоступных BIM-библиотеках отсутствуют. Например, число отверстий, необходимых для подключения такого оборудования, доходит до полутора тысяч, и если точных сведений о требуемой точке подключения нет, приходится все переделывать и проделывать новые отверстия. Библиотека элементов должна эту проблему решить. С ее помощью наши поставщики смогут достоверно узнать, какое именно оборудование нам нужно. Помимо этого, в структуре нашего холдинга создан «Центр компетенций BIM», перед которым стоят системные, академические задачи — создание стандартов, которыми, кстати, сможем воспользоваться не только мы, но и другие наши коллеги.
— Внедрение ТИМ в транспортное строительство действительно более трудоемко по сравнению с гражданским?
— У объектов транспортной инфраструктуры само проектирование более трудоемкое, ведь у нас очень мало повторяющихся ключевых элементов. Встраивание в городскую инфраструктуру, размещение входов и выходов для каждой станции проектируются сугубо индивидуально. Поэтому у нас трудозатраты на единицу продукции выше, что косвенно отражается и на внедрении BIM.
— Получается, никаких трудностей с обязательным переходом на BIM вы не видите?
— Мы встречаемся с вами на полях форума «100+», в рамках которого проводится «Российский BIM-форум». Глядя на количество народа на этом мероприятии, невозможно не признать, что именно ТИМ сейчас является главной точкой притяжения. Да, эта технология затратна на этапе внедрения, но если говорить об обучении — сегодня оно занимает всего 3–4 месяца. Уверен, ситуация будет как с сотовыми телефонами, которые поначалу стоили дорого и были лишь у избранных, а теперь жизни без них не представляет себе никто. BIM в практику строительства и так уже входит прочно и стремительно, а законодательство — оно в данном случае выполняет лишь стимулирующую функцию. Хотя надо признать, что в России такое «подстегивание» со стороны государства пока необходимо.