Глеб Лукьянов: «Госрегулирование должно быть адекватным»
Задачи снижения административных барьеров и дебюрократизация не означают отказа от адекватного государственного регулирования. Об этом на конкретных примерах «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по строительству Петербургского отделения «Опоры России» Глеб Лукьянов.
— Одна из задач «Опоры России» как организации, поддерживающей малый и средний бизнес, — борьба за снижение административных барьеров. Что нового в этой сфере?
— Действительно, дебюрократизация — это задача, решение которой серьезно облегчит жизнь предпринимателям. Однако не надо думать, что, выступая против административных барьеров, мы являемся противниками госрегулирования как такового. Оно необходимо, но должно быть адекватным, задавать четкие, понятные «правила игры», а не мешать развитию. В то же время надо понимать, что хуже административных барьеров может быть только неурегулированность той или иной сферы деятельности.
Примечательно, что сейчас в своей работе нам приходится уделять внимание и той и другой проблеме.
— Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.
— Недавно совместно с петербургским бизнес-омбудсменом Александром Абросимовым на заседании Рабочей группы по вопросам совместного участия в противодействии коррупции бизнес-сообщества и органов государственной власти Санкт-Петербурга мы провели мероприятие, посвященное вопросу дебюрократизации предпринимательской деятельности в сфере перепланировок, перевода помещений в нежилой фонд, приспособления исторических объектов под современное использование и пр. Это не первая наша попытка решить проблемы в этой области, мы пытаемся привлечь к ним внимание властей уже несколько лет. Если коротко, суть вопроса состоит в том, что в соответствии со 112-м Постановлением Правительства Санкт-Петербурга «О создании межведомственных комиссий» от 4 февраля 2005 года и 39-м распоряжением Жилищного комитета от 22 января 2018 года, в Петербурге действуют Межведомственные районные комиссии (МВК), занимающиеся вопросами переустройства и перепланировки помещений. В силу своего статуса эти органы не подчинены ни районным администрациям, ни Жилищному комитету, то есть их деятельность фактически никем не контролируется. В результате создается пространство для бюрократического произвола и коррупциогенная среда.
По сути, каждая такая комиссия (а в городе их восемнадцать — по числу районов) совершенно автономна и при этом имеет возможность трактовать законодательство в сфере переустройства помещений исключительно в рамках своих представлений о том, «как надо». При этом могут произвольно игнорироваться или учитываться те или иные акты, что приводит к полному произволу. Причем, как говорится, «кто во что горазд». Специалисты, которые работают в этой сфере, знают, что, например, в Василеостровском или Адмиралтейском районе — требования комиссий вполне адекватные. В Центральном и Петроградском — неоправданно жесткие, а в Приморском или Кировском — просто странные, причем везде по-разному.
По нашему мнению, в вышеназванные документы необходимо внести ряд изменений, которые прекратили бы такое произвольное трактование норм. Для этого мы предлагаем создать Рабочую группу при Жилищном комитете, в которую вошли бы представители районов, заинтересованных ведомств (КГА, КГИОП, КИО и др.), аппарата бизнес-омбудсмена, общественных организаций («Опоры России», «Деловой России», Торгово-промышленной палаты и др.). Ее задачей станет подготовка поправок, которые позволили бы установить четкие «правила игры» в этой сфере, независящие от частных мнений. Соответствующую резолюцию мы направили на имя губернатора Александра Беглова.
— А какова вторая проблема?
— Очень большое внимание мы сейчас уделяем вопросу самостроев — главным образом строительству на землях ИЖС объектов иного назначения. Это могут быть жилые дома, торговые, офисные и медицинские центры, складские комплексы и пр. Проблема носит всероссийский характер. Только жилых самостроев, когда на земле ИЖС вместо частного дома появляется многоквартирный, в стране сейчас зафиксировано порядка 50 тысяч. Особенно остро проблема стоит в Краснодарском крае, в Крыму (там это в значительной мере украинское наследие, когда в этой сфере был полный беспредел), Подмосковье, в ряде иных регионов.
Для Петербурга это не самый больной вопрос — просто потому, что ИЖС для нас нехарактерно. Однако в периферийных районах — например, Красносельском или Петродворцовом — самостроев тоже немало. Примечательно, что по многим объектам вынесены решения суда о признании самовольными постройками и сносе. Но здания продолжают стоять. Если взять жилые самострои, то квартиры в них раскуплены, в них живут люди, их нельзя выставить на улицу.
А ведь каждый такой объект, причем любого назначения, — это проблема. При их создании не учитывалось влияние на окружающую застройку, необходимость социнфраструктуры, парковок, зеленых насаждений и пр. То есть вред и для людей, и для властей, и для коммерческих структур очевиден.
Сейчас оформление строительства на землях ИЖС упрощено до предела, а реакция властей на нарушения — замедленная. Пока выписываются предписания, выносятся предупреждения, идут иски в суды, принимаются решения — строительство вовсю идет. А когда капитальный объект уже готов и действует, добиться реального сноса уже очень сложно. И недобросовестные дельцы этим пользуются.
На наш взгляд, в этом вопросе нужно ужесточить практику оформления разрешительной документации. Иначе с проблемой не справиться. Для этого 28 апреля я 2021 года под эгидой Всероссийского центра национальной строительной политики была создана Экспертная рабочая группа по выработке механизмов возможной легализации и формированию Единого информационного реестра объектов самовольного строительства в Петербурге, которую я возглавил.
В 1996 году немецкий предприниматель Андреас Пертель и российский экономист Светлана Иванова основали компанию, которая занялась продажей эксклюзивного на тот момент товара – профилей для пластиковых окон.
Сегодня, спустя более чем два десятка лет безупречной работы, компания является лидером в СЗФО по производству ПВХ профилей для металлопластиковых окон. Генеральный директор компании Светлана Иванова рассказала о будущем IVAPER и всей оконной отрасли.
– Как Вы начали сотрудничать с Андреасом Пертелем?
– Еще в 1994 году Андреас Пертель, как и многие другие немецкие бизнесмены, приехал в Россию, решив, что здесь можно купить деревянные окна и двери. В итоге он ничего не купил, зато обнаружил, что в нашей стране есть огромные возможности для развития рынка современных пластиковых окон. В результате мы начали бизнес с продажи готовых ПВХ окон из Германии, а через два года сконцентрировались на поставках качественного профиля для появляющихся на российском рынке оконных компаний.
– Создавая компанию, вы знали, что когда-то начнете продвигать собственный бренд?
– Конечно, нет. Мы успешно продавали профили, просто в какой-то момент задумались, что продвигаем чужой бренд (тогда мы активно сотрудничали с концерном Gealan), захотелось идентифицировать себя на рынке. В результате в 2006 году появилась сервисная компания под маркой IVAPER, а в 2012 году мы начали выпускать профили под этим брендом. В том же году завершилось многолетнее сотрудничество с Gealan.
– Так или иначе, но вы на рынке более 20 лет, ваша компания пережила три кризиса, как они повлияли на рынок пластиковых окон?
– Кризис 1998 года мы практически не ощутили, компания была небольшой, а рынок пластиковых окон только зарождался. В объемах мы, конечно, «просели», но экономическая ситуация в стране довольно быстро нормализовалась.
Вот 2008 год был действительно обвальным для всей пластиковой отрасли. До этого рынок рос темпами, которые сейчас сложно себе представить – на 30–50% в год. Вопрос продаж не стоял в принципе, мы только и успевали отгружать профили клиентам прямо с завода. И так было у всех производителей. Но в 2008 году золотой век пластиковой индустрии закончился. В нашем случае ситуацию дополнительно усложняло то, что кризис сильно ударил по Уралу и Сибири, на которые приходилась существенная доля наших продаж.
– Вам удалось вернуться к докризисным показателям?
– Нет, но это не получилось у многих компаний. К 2008 году в отрасли были огромные мощности, которые до сих пор нечем загрузить. Мы спокойно можем увеличить объемы производства на 30%, однако вопрос в том, кто все это купит. Все ждали роста рынка, а он «просел» в два раза. В результате началась война за клиентов.
Впрочем, к 2014 году дела конкретно у нашей компании наладились – и тут произошло крушение рубля. Надо понимать, что стоимость сырья, из которого производится оконный профиль, привязана к курсам евро и доллара. Таким образом, из-за резкого удешевления рубля сырье подорожало в два раза, а пластиковые окна – всего на 15%. В результате часть производителей окон ушла с рынка, а остальные начали оптимизировать расходы. Мы тоже поменяли сбытовую концепцию и отказались от складов в ряде регионов в пользу прямых поставок из Петербурга.
По экспертным оценкам, за первую половину 2018 года оконная отрасль «просела» на 9%. Мы рады, что наши продажи не падают вместе с рынком, а растут. Во многом, надеюсь, благодаря надежной репутации оконного профиля IVAPER у строительных компаний.
– Как изменилось производство пластиковых окон?
– К счастью, огромная конкуренция и многочисленные кризисы вынуждают производителей окон перестраивать свое производство. Выигрывают те, кто внедряет новые технологии не только в производстве, но и в продаже, использует современные системы контроля качества, CRM-системы, оптимизирует свои производственные процессы, не забывая о качестве окон и монтажа.
Однако суровые реалии вынуждают производителей все же перераспределять производство в более дешевые сегменты. В результате можно с сожалением констатировать, что если в 90-е годы массовое окно в России было практически идентично аналогичному немецкому, то сейчас между ними есть существенные различия.
Европа пошла вперед, поэтому на данный момент 70-миллиметровые профили относятся у них к узким сериям. Все большее распространение получают широкие 80-миллиметровые серии. А для России же окно на основе 70-миллиметрового профиля считается великолепным. У нас массовый сегмент – это 58–60 мм, но мы предлагаем самый широкий профиль среди узких серий – 62 мм. Мы активно продвигаем серии 70+ и 80+. Их суммарная доля уверенно растет, и сегодня занимает около 40% в объеме продаж.
Стоит отметить, что Европе за качество окон ратуют власти, которые, как правило, пытаются сэкономить на энергоносителях. Чем шире профиль, тем дольше в помещении будет задерживаться тепло. В России вопрос энергоэффективности еще не встал во главу угла, однако к нам уже обращались жилищно-коммунальные компании, на личном опыте убедившиеся, что после установки хорошего окна средств на отопление подъезда тратится меньше.
Рядовые же потребители не всегда могут разобраться, чем одно окно отличается от другого, поэтому просто выбирают более дешевый вариант. Но фактически теряют именно они, а не отрасль, ведь плохое окно через несколько лет придется менять.
Однако девелоперские компании в этом плане радуют, особенно те, которые работают в Петербурге. Профессиональные строители выбирают не дешевые, а качественные оконные системы. Хотелось бы призвать стройкомплекс и дальше придерживаться такой политики.
– Отношение к пластиковым окнам значительно изменилось. В 90-е они были элитным продуктом, сейчас же это решение «дешево и сердито». Вытеснят ли когда-нибудь деревянные профили пластик?
– Репутацию пластиковым окнам испортили недобросовестные производители. Хорошее пластиковое окно по многим характеристикам превосходит деревянное.
Мы около года назад запустили производство деревянных окон, так как спрос на них есть. Во-первых, мы живем в историческом городе – и в ряде случаев закон просто обязывает выбирать именно деревянные окна. Во-вторых, дерево позволяет создавать большие конструкции, например, двенадцатиметровый стеклянный портал из пластика просто не сделать. В-третьих, дерево на эмоциональном уровне воспринимается как теплый и экологичный материал. И все это правда, но дерево очень капризный материал.
Так, деревянные окна желательно устанавливать только после того, как все влажные ремонтные работы будут завершены. Я знаю случаи, когда люди на время ремонта устанавливают пластиковые окна, а потом меняют их на деревянные. В помещениях с деревянными окнами необходимо поддерживать температурно-влажностный режим, поэтому устанавливать такое окно в доме, который не будет отапливаться всю зиму, тоже не стоит.
– Вы много лет являетесь лидером по производству профилей в Северо-Западном регионе. Что вам помогает держаться на плаву?
– У нас нет клонов, поэтому наши клиенты могут быть уверены в качестве продукции. Мы предлагаем широкую линейку продуктов, в том числе 70-миллиметровые профили, которые оптимальны для нашего климата. В производстве используются только качественные сырье и аддитивы, в итоге профили получаются прочные, не пористые. За годы работы окнами из IVAPER остеклено огромное количество исторических зданий, современных жилых комплексов, а также квартиры на вторичном рынке недвижимости, поэтому клиенты могут оценить результаты нашей работы воочию.
Мы планируем расширять сотрудничество с регионами, и даже с другими странами – например, с Киргизией. Однако наиболее сложно нам дается Москва. Дело в том, что большинство производств профилей сосредоточены именно вокруг столицы, поэтому там очень большая конкуренция. С другой стороны, удачные примеры интеграции в этот регион есть, поэтому мы работаем в этом направлении.
Справка
Основные теплопотери в окне идут через стеклопакет, а ширина стеклопакета напрямую зависит от ширины профиля. В оконные ПВХ профили шириной 58–62 мм можно устанавливать стеклопакеты толщиной 24–32 мм. В 70-е серии – до 40 мм, а в 82-ю – свыше 50 мм. Соответственно, теплоизоляция в широких сериях может быть выше в два раза. Звукоизоляция окна также зависит от ширины стеклопакета и возможности установки разнотолщинных стекол.
Окна из профилей IVAPER стоят в следующих проектах:
– ЖК «Царская столица»
– Трапезная Софийского собора
– Церковь Печерского подворья
– Фабрика «Гознак»
– ЖК «Я – Романтик»
– ЖК «Северная долина»
– ЖК Skandi Klubb
– ЖК «Австрийский квартал»
– ЖК «Балтийская жемчужина»
– ЖК «Юнтолово»