Александр Миронов: «Чаще выгоднее построить новое здание, чем заниматься реконструкцией»
Реконструкция и реставрация — сложные работы на строительном рынке, за которые берется далеко не каждая компания. Но к этим сложностям добавляются регулярные изменения законодательства — они далеко не всегда облегчают работу специалистам. О влиянии госрегулирования, новых технологиях и конкурсах для архитекторов рассказал руководитель мастерской «Миронов и партнеры» Александр Миронов.
— Сказались ли на рынке и на вашей работе изменения в 820-й закон, вступившие в силу в феврале?
— Как бы ни менялось нормативное регулирование, с новыми правилами приходится считаться и приспосабливаться к ним, поскольку изменения закона 820-7 влияют на градостроительные отношения и рынок в целом.
Новая редакция режима охранных зон в связи с изменением их границ, которая вступает в силу с 1 августа 2021 года, в ряде случаев ужесточает требования к ведению градостроительной деятельности. Так, например, если в новые редакции закона 820-7 тот или иной участок отнесен к охранной зоне либо к зоне регулирования застройки, то собственник такого участка не сможет осуществлять на нем новое строительство или реконструкцию.
При этом большую сложность вызывает тот факт, что закон 820-7 не в полной мере учитывает механизм, содержащийся в приказе Минкультуры России от 30.10.2020 № 1295 «Об утверждении предмета охраны, границ территории и требований к градостроительным регламентам в границах территории исторического поселения федерального значения город Санкт-Петербург», который вступил в силу 27.06.2021.
Согласно положениям приказа, изменение архитектурного решения лицевых фасадов объекта допускается после получения положительного заключения органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Согласно сложившейся позиции Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга, выдача разрешения на строительство или реконструкцию объекта допустима при условии положительного заключения КГИОП об изменении архитектурного решения фасадов объекта. Вместе с тем порядок выдачи заключений органа государственной власти субъекта РФ по вопросам изменения архитектурного решения лицевых фасадов в настоящее время не установлен, в том числе и законом 320-7.
Это обстоятельство препятствует выдаче разрешений на строительство (реконструкцию) ряда объектов и фактически не позволяет осуществлять градостроительную деятельность на той или иной территории.
— Но какие-то поправки в законодательство облегчают работу?
— За последние годы прошел целых ряд позитивных изменений в части снижения административных барьеров.
В плане глобальных изменений: выдача градостроительного плана стала безусловной. Это помогает, например, девелоперам заранее просчитать риски и принять решение о покупке земельного участка на данной территории.
Из локальных изменений: уменьшился срок получения разрешения на строительство с семи до пяти дней. Это увеличило нагрузку на Службу государственного строительного надзора и экспертизы: специалисты ГАСН вынуждены меньше чем за неделю проверить соответствие проекта, над которым больше года работала огромная команда архитекторов и проектировщиков. В остальном глобальных изменений на местном уровне не произошло.
Несмотря на позитивные изменения, на первый план выступает проблема отсутствия единой стратегии и комплексных решений в развитии всего города. Невзирая на то, что КГА налаживает сотрудничество между профильными комитетами, воплощение инициатив проходит медленно за счет сложной многоуровневой процедуры согласования, и в конечном счете итоговое архитектурное решение может потерять значительную часть от первоначальной концепции.
— Как правило, власти закладывают в бюджет траты на реконструкцию и реставрацию через госпрограммы. Участвуете ли вы в подобных программах?
— Сегодня компания отказалась от участия в государственных программах в связи с высокой загруженностью. Однако за годы работы по реставрации с такими проектами, как Центральный военно-морской музей им. Петра Великого, комплекс Константиновского военного училища (Суворовское училище), дворец Трубецких-Нарышкиных, к нам по-прежнему обращаются с проектами по реконструкции, но уже частные подрядчики. Из последних проектов — реконструкция фасадов на Итальянской улице и Моисеенко, 22. Для последнего мы устраивали внутренний архитектурный конкурс в рамках нашего проекта — социальный лифт для архитекторов.
Проводя закрытые внутренние конкурсы, мы привлекаем к созданию архитектурных концепций не только собственных сотрудников, но также молодых и перспективных архитекторов.
Наша цель — получить оптимальное и концептуальное решение. Мы увеличиваем количество независимых авторских архитектурных концепций и воплощаем лучшую из них.
— Сколько лет понадобится, чтобы привести город в порядок, если у нас почти 9 тыс. объектов культурного наследия, а за КГИОП закреплена, например, программа реставрации, где на текущий год — финансирование 60 объектов.
— Давать четкий прогноз довольно сложно, и 2020 год доказал всем нам, что есть вещи, способные внести серьезные коррективы в привычные рамки жизни. Я хотел бы обратить внимание на другое — важнее не время, а механизм коммуникации и кооперации государственных органов и инвесторов. Как показывает практика, многие инвесторы и мастерские готовы оказать помощь в сохранении культурного наследия. При этом система законодательства остается несовершенной, и зачастую реставрация просто невозможна — компании не успевают вносить изменения в проектирование в том же ритме, в каком вносятся новые поправки.
Государство в значительной мере пытается сохранить наследие, но зачастую слишком усердствует в его сохранности. Логично: чем больше здание разрушается, тем дороже обходится его реставрация. Инвестор теряет интерес к проекту, а памятник в итоге просто разрушается.
— Что предпочтительнее — государственные или частные заказы?
— Мы имели опыт участия в торгах и тендерах. Это интересный опыт, но требует больших трудозатрат в части занятости специалистов. Мы приняли решение и сейчас больше сосредоточены на частных заказах. А «для души» и повышения квалификации участвуем в международных архитектурных конкурсах. Так, за последние два года мы спроектировали три масштабных проекта: Музей исландского вулкана, Смотровую башню в Латвии и Водохранилище в Неаполе.
— Самостоятельно ли компания проводит научные изыскания, историко-культурную экспертизу?
— Да, в большинстве случаев все этапы мы выполняем самостоятельно. Изредка можем обратиться за консультацией к сторонним компаниям, но итоговое решение за нашими специалистами. Мы довольно долго и кропотливо собирали штат мастерской, поэтому сейчас она может выполнять работы в ключе «полного цикла».
— Появляются ли новые технологии, которые позволяют ускорить процесс реконструкции/реставрации?
— Наша мастерская активно развивает направление BIM, за последний год доля проектов существенно увеличилась. Сейчас процентов 50–70 проектов разрабатываются с помощью BIM-технологий. Внутренние стандарты проектирования развиваются и совершенствуются, позволяя нам решать больше задач быстрее и эффективнее. Мы считаем, что за BIM-технологиями будущее.
— Сейчас выросла себестоимость строительства. Это сказалось на работах по реконструкции/реставрации?
— Безусловно, увеличение себестоимости строительства повлияло на стоимость реконструкции. Если раньше при составлении сметы мы могли рассчитывать на использование европейских материалов (так, например, вся плитка в Центральный военно-морской музей привезена из Италии), то сейчас приходится искать аналоги.
Увеличение стоимости также напрямую влияет на желание инвестора участвовать в проекте. К сожалению, чаще выгоднее построить новое здание, чем заниматься реконструкцией памятника культуры.
— Над какими проектами сегодня работает мастерская?
— Большинство наших проектов находится под запретом о разглашении до публичного объявления об окончании работ. Но ряд проектов, работа над которыми ведется уже давно и которыми мы особенно гордимся, известны: реконструкция главного здания фабрики имени Бебеля на углу Новгородской улицы и улицы Моисеенко, внутренние работы для Кунсткамеры, проектирование для ОКН — ПАО завод «Красное знамя» и многие другие.
Справка о компании
Мастерская «Миронов и партнеры» основана в 2017 году в результате объединения формировавшейся годами команды профессионалов, работавших с Александром Мироновым на большинстве его предыдущих проектов. Штат сотрудников постоянно расширяется в связи с тем, что растет объем заказов. Кроме того, с 2019 года специалисты мастерской также работают над собственными проектами, инициированными внутри коллектива и направленными на поиск путей развития и ревитализации отдельных городских территорий.
Мастерская выполняет полный цикл работ — от разработки проекта до авторского надзора.
В Петербурге 8983 объекта культурного наследия: 3762 — федерального значения, 2509 — регионального значения, 2712 — вновь выявленных.
Заслуженный ветеран строительной отрасли, директор Ассоциации «Строительный комплекс Ленинградской области» Владимир Чмырёв 1 мая отмечает 75-летие. О том, как состояться в профессии, он рассказал «Строительному Еженедельнику».
– Владимир Анатольевич, Вы – известный специалист, много лет проработавший в строительной отрасли, завоевавший уважение коллег и партнеров. На Ваш взгляд, какими качествами надо обладать человеку, чтобы состояться в строительстве как профессионалу?
– За свою многолетнюю работу в отрасли – а это несколько десятилетий, причем в разных условиях, с разной спецификой и конкретикой деятельности – я убедился, что для того, чтобы стать высококлассным профессионалом, необходимо, прежде всего, любить строительство. Причем любить не абстрактно и отвлеченно, а деятельно и совершенно конкретно. И в первую очередь это означает – знать отрасль.
Я убежден, что для того, чтобы не просто работать в строительстве, но и понимать его, необходима живая практика работы на объекте. Нужно знание всего, что происходит на стройплощадке, умение самостоятельно адекватно оценить возникающие проблемы и грамотно и оперативно на них реагировать.
Из основного принципа напрямую проистекает следствие: профессиональный строитель никогда не прекращает учиться, повышать свою квалификацию. Особенно важно это в современном мире, когда каждый день появляются новые технологии и стройматериалы. Для эффективной работы их необходимо знать и уметь ими пользоваться.
– С системой профессионального образования сейчас ситуация не самая лучшая…
– Совершенно верно! И в этом – одна из причин того, что качество работ иногда оставляет желать лучшего. Ведь качество при строительстве зависит не только от того, какое проектное решение выбрано, но и от того, как оно реализовано на стройплощадке (потому и важно, чтобы руководство понимало, что на ней делается!). Но в последние годы сложилась пагубная практика привлечения к работе гастарбайтеров с самым низким уровнем квалификации.
Отсюда проистекает важнейшая практическая задача, которая стоит перед строительным комплексом: подготовка строительных кадров. Раньше в городе было около тридцати профессионально-технических училищ, готовивших рабочих строительных специальностей. Сейчас осталось всего три. И молодежь, особенно несколько лет назад, совсем не рвалась туда учиться.
Впрочем, в последнее время произошли некоторые сдвиги к лучшему. С одной стороны, оплата труда квалифицированных рабочих сейчас достигла вполне достойных размеров, интерес к ним вырос. С другой – немало усилий предпринимает строительное сообщество. Это и профориентация в старших классах школ, и проведение конкурсов строймастерства, которые привлекают внимание к строительным профессиям и повышают их престижность.
– Чего бы Вы хотели пожелать молодым людям, которые решили связать жизнь со стройкой?
– Строитель – это прекрасная, созидательная профессия, которая востребована в любые времена. Сложно передать чувство, которое охватывает при взгляде на объект, в возведении которого принимал участие. Но надо помнить, что это еще тяжелый труд, требующий постоянных усилий, серьезной самоотдачи, работы по повышению квалификации. Если вы готовы к этому – добро пожаловать в строительную отрасль!
Справка
Чмырёв Владимир Анатольевич родился 1 мая 1943 года. Генерал-лейтенант в отставке, к. и. н., доцент, заслуженный работник высшей школы. В 1967 году окончил Камышинское военное строительно-техническое училище, в 1977 году – Ленинградское высшее военное инженерное строительное училище. В 1977–1987 гг. служил в командно-инженерных должностях в Военно-морском строительном управлении «Северовоенморстроя» Северного Флота; в 1987–2002 гг. – на руководящих постах в военных строительных вузах.
В 2009 году занял пост президента Ассоциации СРО «Балтийский строительный комплекс».
В 2017 году возглавил Ассоциацию «Строительный комплекс Ленинградской области», которая была создана по инициативе крупнейших застройщиков 47-го региона.