Александр Миронов: «Чаще выгоднее построить новое здание, чем заниматься реконструкцией»
Реконструкция и реставрация — сложные работы на строительном рынке, за которые берется далеко не каждая компания. Но к этим сложностям добавляются регулярные изменения законодательства — они далеко не всегда облегчают работу специалистам. О влиянии госрегулирования, новых технологиях и конкурсах для архитекторов рассказал руководитель мастерской «Миронов и партнеры» Александр Миронов.
— Сказались ли на рынке и на вашей работе изменения в 820-й закон, вступившие в силу в феврале?
— Как бы ни менялось нормативное регулирование, с новыми правилами приходится считаться и приспосабливаться к ним, поскольку изменения закона 820-7 влияют на градостроительные отношения и рынок в целом.
Новая редакция режима охранных зон в связи с изменением их границ, которая вступает в силу с 1 августа 2021 года, в ряде случаев ужесточает требования к ведению градостроительной деятельности. Так, например, если в новые редакции закона 820-7 тот или иной участок отнесен к охранной зоне либо к зоне регулирования застройки, то собственник такого участка не сможет осуществлять на нем новое строительство или реконструкцию.
При этом большую сложность вызывает тот факт, что закон 820-7 не в полной мере учитывает механизм, содержащийся в приказе Минкультуры России от 30.10.2020 № 1295 «Об утверждении предмета охраны, границ территории и требований к градостроительным регламентам в границах территории исторического поселения федерального значения город Санкт-Петербург», который вступил в силу 27.06.2021.
Согласно положениям приказа, изменение архитектурного решения лицевых фасадов объекта допускается после получения положительного заключения органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Согласно сложившейся позиции Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга, выдача разрешения на строительство или реконструкцию объекта допустима при условии положительного заключения КГИОП об изменении архитектурного решения фасадов объекта. Вместе с тем порядок выдачи заключений органа государственной власти субъекта РФ по вопросам изменения архитектурного решения лицевых фасадов в настоящее время не установлен, в том числе и законом 320-7.
Это обстоятельство препятствует выдаче разрешений на строительство (реконструкцию) ряда объектов и фактически не позволяет осуществлять градостроительную деятельность на той или иной территории.
— Но какие-то поправки в законодательство облегчают работу?
— За последние годы прошел целых ряд позитивных изменений в части снижения административных барьеров.
В плане глобальных изменений: выдача градостроительного плана стала безусловной. Это помогает, например, девелоперам заранее просчитать риски и принять решение о покупке земельного участка на данной территории.
Из локальных изменений: уменьшился срок получения разрешения на строительство с семи до пяти дней. Это увеличило нагрузку на Службу государственного строительного надзора и экспертизы: специалисты ГАСН вынуждены меньше чем за неделю проверить соответствие проекта, над которым больше года работала огромная команда архитекторов и проектировщиков. В остальном глобальных изменений на местном уровне не произошло.
Несмотря на позитивные изменения, на первый план выступает проблема отсутствия единой стратегии и комплексных решений в развитии всего города. Невзирая на то, что КГА налаживает сотрудничество между профильными комитетами, воплощение инициатив проходит медленно за счет сложной многоуровневой процедуры согласования, и в конечном счете итоговое архитектурное решение может потерять значительную часть от первоначальной концепции.
— Как правило, власти закладывают в бюджет траты на реконструкцию и реставрацию через госпрограммы. Участвуете ли вы в подобных программах?
— Сегодня компания отказалась от участия в государственных программах в связи с высокой загруженностью. Однако за годы работы по реставрации с такими проектами, как Центральный военно-морской музей им. Петра Великого, комплекс Константиновского военного училища (Суворовское училище), дворец Трубецких-Нарышкиных, к нам по-прежнему обращаются с проектами по реконструкции, но уже частные подрядчики. Из последних проектов — реконструкция фасадов на Итальянской улице и Моисеенко, 22. Для последнего мы устраивали внутренний архитектурный конкурс в рамках нашего проекта — социальный лифт для архитекторов.
Проводя закрытые внутренние конкурсы, мы привлекаем к созданию архитектурных концепций не только собственных сотрудников, но также молодых и перспективных архитекторов.
Наша цель — получить оптимальное и концептуальное решение. Мы увеличиваем количество независимых авторских архитектурных концепций и воплощаем лучшую из них.
— Сколько лет понадобится, чтобы привести город в порядок, если у нас почти 9 тыс. объектов культурного наследия, а за КГИОП закреплена, например, программа реставрации, где на текущий год — финансирование 60 объектов.
— Давать четкий прогноз довольно сложно, и 2020 год доказал всем нам, что есть вещи, способные внести серьезные коррективы в привычные рамки жизни. Я хотел бы обратить внимание на другое — важнее не время, а механизм коммуникации и кооперации государственных органов и инвесторов. Как показывает практика, многие инвесторы и мастерские готовы оказать помощь в сохранении культурного наследия. При этом система законодательства остается несовершенной, и зачастую реставрация просто невозможна — компании не успевают вносить изменения в проектирование в том же ритме, в каком вносятся новые поправки.
Государство в значительной мере пытается сохранить наследие, но зачастую слишком усердствует в его сохранности. Логично: чем больше здание разрушается, тем дороже обходится его реставрация. Инвестор теряет интерес к проекту, а памятник в итоге просто разрушается.
— Что предпочтительнее — государственные или частные заказы?
— Мы имели опыт участия в торгах и тендерах. Это интересный опыт, но требует больших трудозатрат в части занятости специалистов. Мы приняли решение и сейчас больше сосредоточены на частных заказах. А «для души» и повышения квалификации участвуем в международных архитектурных конкурсах. Так, за последние два года мы спроектировали три масштабных проекта: Музей исландского вулкана, Смотровую башню в Латвии и Водохранилище в Неаполе.
— Самостоятельно ли компания проводит научные изыскания, историко-культурную экспертизу?
— Да, в большинстве случаев все этапы мы выполняем самостоятельно. Изредка можем обратиться за консультацией к сторонним компаниям, но итоговое решение за нашими специалистами. Мы довольно долго и кропотливо собирали штат мастерской, поэтому сейчас она может выполнять работы в ключе «полного цикла».
— Появляются ли новые технологии, которые позволяют ускорить процесс реконструкции/реставрации?
— Наша мастерская активно развивает направление BIM, за последний год доля проектов существенно увеличилась. Сейчас процентов 50–70 проектов разрабатываются с помощью BIM-технологий. Внутренние стандарты проектирования развиваются и совершенствуются, позволяя нам решать больше задач быстрее и эффективнее. Мы считаем, что за BIM-технологиями будущее.
— Сейчас выросла себестоимость строительства. Это сказалось на работах по реконструкции/реставрации?
— Безусловно, увеличение себестоимости строительства повлияло на стоимость реконструкции. Если раньше при составлении сметы мы могли рассчитывать на использование европейских материалов (так, например, вся плитка в Центральный военно-морской музей привезена из Италии), то сейчас приходится искать аналоги.
Увеличение стоимости также напрямую влияет на желание инвестора участвовать в проекте. К сожалению, чаще выгоднее построить новое здание, чем заниматься реконструкцией памятника культуры.
— Над какими проектами сегодня работает мастерская?
— Большинство наших проектов находится под запретом о разглашении до публичного объявления об окончании работ. Но ряд проектов, работа над которыми ведется уже давно и которыми мы особенно гордимся, известны: реконструкция главного здания фабрики имени Бебеля на углу Новгородской улицы и улицы Моисеенко, внутренние работы для Кунсткамеры, проектирование для ОКН — ПАО завод «Красное знамя» и многие другие.
Справка о компании
Мастерская «Миронов и партнеры» основана в 2017 году в результате объединения формировавшейся годами команды профессионалов, работавших с Александром Мироновым на большинстве его предыдущих проектов. Штат сотрудников постоянно расширяется в связи с тем, что растет объем заказов. Кроме того, с 2019 года специалисты мастерской также работают над собственными проектами, инициированными внутри коллектива и направленными на поиск путей развития и ревитализации отдельных городских территорий.
Мастерская выполняет полный цикл работ — от разработки проекта до авторского надзора.
В Петербурге 8983 объекта культурного наследия: 3762 — федерального значения, 2509 — регионального значения, 2712 — вновь выявленных.
Апартаменты становятся сегодня на петербургском рынке недвижимости реальной альтернативой квартире – прежде всего, в качестве объекта инвестирования. Однако и в этом сегменте существуют свои риски, причем как для девелоперов, так и для потенциальных инвесторов.
О том, как будет развиваться сегмент апартаментов в Петербурге, почему не стоит инвестировать в «псевдожилье» и как отличить его от классических апарт-отелей, рассказывает Марина Сторожева, руководитель отдела продаж ООО «Лемминкяйнен Строй».
- Как за последний год изменилась ситуация на рынке апартаментов Петербурга?
- Значительно увеличилось количество предложений. Сегодня в стройке находятся 37 проектов, до конца года ожидается выход еще 15-ти. Это колоссальный прирост по сравнению с предыдущими годами. Однако далеко не все проекты, заявленные девелоперами как апарт-отели, являются таковыми – как минимум, половина их них не соответствуют предъявляемым к таким объектам требованиям. По сути, сейчас в предложении больше апарт-комплексов, которые специалисты называют «псевдожильем»: чтобы обойти градостроительные ограничения, девелоперы заявили их как апарт-комплексы, но в действительности это жилые дома.
Инвестируя в такую недвижимость, покупатель получает в собственность объект, в котором невозможна постоянная регистрация (гостиницы и апарт-отели, согласно российскому законодательству, предназначены только для временного размещения) и который нельзя сдавать в аренду легально. Подобный апарт-комплекс просто не пройдет обязательную сертификацию, поскольку при его проектировании не были заложены необходимые технологические зоны, не обеспечены более жесткие, чем это требуется для жилых домов, нормы противопожарной безопасности, не разработаны маршруты для персонала и т. д. К примеру, в нашем проекте – апарт-отеле VALO, который расположен во Фрунзенском районе Петербурга, – под технологические зоны отведено порядка 5 тыс. кв. м (около 7% от общей площади): для сотрудников комплекса предусмотрены столовая на техническом этаже, душевые, а также раздевалки, маршруты для персонала не пересекаются с маршрутами для жильцов. Строго говоря, отсутствие этого функционала в документах – первый «звоночек», что инвестор вкладывает свои деньги в псевдожилье. Эти изменения невозможно привнести в проект на этапе строительства.
- Получается, что многие апарт-отели, которые являются «псевдожильем», замалчивают этот факт? Как к этому относятся инвесторы – сразу ли понимают, с кем имеют дело?
- Львиная доля апарт-комплексов, представленных сегодня на рынке – не только нашего города, но и Москвы, перепозиционировались, ничего не изменив в проекте. Это и дезориентирует покупателей: если все вдруг стали апарт-отелями, в чем же разница между конкретными предложениями? Но могу сказать точно, что по сравнению с 2017 годом покупатели стали более информированными и задают предметные вопросы. Например, обращаясь к нам, они хотят понять, действительно ли в проекте есть гостиничный сервис (о котором все говорят), действительно ли мы продумали концепцию управляющей компании и действительно ли обеспечиваем заявленную доходность.
О том, что покупатель стал более грамотным, говорит и увеличение числа инвестиционных сделок. Сейчас в апартаменты «вкладываются» до 80% покупателей, тогда как раньше таких сделок было менее 70%. Клиенты, приобретающие апартаменты для собственного проживания (в нашем проекте таких покупателей около 20%), все равно рассматривают в будущем вариант их продажи как ликвидного объекта.
Таким образом, сегодняшний покупатель понимает, что апартамент – это практически готовый бизнес, который понятно развивается, который можно «отладить» под свои нужды с помощью, например, различных доходных программ. Это, с одной стороны, усложняет задачу некоторым застройщикам, а с другой – выделяет качественные проекты, отвечающие всем новым требованиям законодательства. Напомню, закон об обязательной сертификации гостиниц (16-ФЗ) вступит в силу уже с 1 июля 2019 года в отношении наиболее крупных объектов гостиничного сектора, а в последующие два года сертификация станет обязательной для всех гостиниц (и апарт-отелей соответственно).
В глазах клиентов сегодня преимущество имеют также проекты, в которых сделаны детальные расчеты инвестиционной привлекательности.
- А в чем разница между самим покупателями инвестиционных квартир и апартаментов?
- Покупатели инвестиционных квартир – игроки на повышение. Как правило, их бизнес строится на приобретении недвижимости на этапе котлована и продаже на поздней стадии. Но сейчас этот рынок – в кризисном состоянии: предложение огромно, и ликвидность таких активов невелика.
Те же, кто приобретает квартиры для последующей сдачи в аренду, принимают на себя все функции гостиничного бизнеса, но объективно не могут конкурировать с профессиональными управляющими компаниями, работающими на всех площадках бронирования и со всеми типами клиентов. Кроме того, доходность от сдачи в аренду квартиры составляет не более 3-4% в год, тогда как в сегменте апартаментов – это 7-17%.
Покупатели апартаментов – это практически рантье: инвестируя в гостиничный бизнес, эти люди далее просто получают доход. Все остальное делает за них управляющая компания.
- А что можно сказать о рынке управляющих компаний – сформировался ли он в сегменте апарт-отелей?
- Ниша управления апартаментами – абсолютно новый сектор рынка недвижимости. Фактически, внушительного опыта у нынешних игроков рынка нет: для управления мелкими проектами привлекаются сторонние операторы, крупные девелоперы создают собственные УК. Именно поэтому соответствующая компания – УК «Вало Сервис» – появилась в нашем проекте VALO – самом крупном апарт-комплексе в Петербурге. К слову, мы пригласили в проект специалистов с европейским опытом – отельеров, у которых, если можно так сказать, на подкорке заложена западная ментальность, когда то, что обещают, надо выполнить.
Если говорить о конкуренции, действительно серьезные игроки рынка апартаментов сегодня выступают, скорее, не как соперники, а как партнеры. Многие апарт-отели ориентированы только на долгосрочную аренду, тогда как мы предлагаем комплексный продукт: у нас есть как долгосрочная аренда, так и краткосрочная аренда.
- Давайте вернемся к инвестициям. Как увеличиваются минимальные вложения инвесторов в зависимости от этапа входа в проект апарт-отеля?
- Повышение порога входа, наверное, в среднем сопоставимо с аналогичным показателем в сегменте жилья. По нашему проекту VALO рост капитализации в настоящее время составляет 30% и вырастет еще примерно на 20%. Однако отмечу, что в сегмент апарт-отелей приходят две категории инвесторов. Есть те, кто хочет получить и капитализацию, и доход от сдачи в аренду. Но есть и другие инвесторы – они хотят уже сейчас получить готовый рабочий бизнес. Проекты классических апарт-отелей, соответствующие требованиям законодательства, привлекательны для разных линеек покупателей. Это, кстати, объясняет растущий интерес к данной нише со стороны девелоперов.
Если говорить о цифрах, минимальный объем капитала для вхождения в наш проект на сегодня составляет 2,54 млн рублей. Мы предлагаем также дополнительно приобрести меблировку (ее стоимость – порядка 500 тыс. рублей), если клиент планирует передать свою недвижимость в управление. Разработана и модель с вложениями для инвестора за счет ипотечного кредита.
- Расскажите подробнее об этой модели. Когда инвестор начнет получать доход?
Рассмотрим упрощенный пример, когда покупатель располагает только 1 млн рублей. Допустим, он решил купить апартамент за 2,5 млн рублей. Мы предлагаем ему взять ипотеку. Покупатель оплачивает первый взнос по ДДУ в 500 тыс. рублей (20% от суммы), а остальные деньги – 2 млн рублей – берет в кредит под 9% годовых на 20 лет. Еще 500 тыс. рублей он вкладывает в оснащение. Итого сумма инвестиций составит 3 млн. рублей. Для простоты расчета, в данном примере размер банковского процента по ипотеке будем считать с остатка по кредиту (в классической ипотеке используют аннуитетные платежи).
При чистом годовом доходе в 14% инвестор получает в год 420 тыс. рублей. Банку он должен ежегодно платить 9% с остатка по кредиту – в первый год с 2 млн рублей – 180 тыс. рублей. В период стройки приобретений, соответственно, нет, инвестор начинает получать доход со второго года. Первый год после запуска доходность ниже (10%), начиная со второго года после запуска – уже 14%. Доход инвестора за минусом процентов составит за 7 лет от даты приобретения 1,509 млн. рублей. То есть доходность инвестиций равняется 21,5% (ROI) (доход по отношению к собственным средствам). Чтобы рассчитать срок возврата инвестиций нужно учесть, что клиент должен ежегодно гасить 1/20 часть долга (100 тыс. рублей). Итого вложенные деньги вернутся инвестору через 7,5 лет, и уже будет идти чистый доход.
- Какие финансовые инструменты предлагаются сегодня инвесторам в сегменте апарт-отелей?
- Каждый девелопер предлагает собственные варианты доходных программ, но общий подход заключается в том, что с уменьшением рисков снижается и доходность. И наоборот. Помимо доходных программ, мы предлагаем также инвестиционные портфели: инвестор может выбрать для себя приемлемую доходность, приобретая несколько юнитов по разным программам. Сейчас мы отмечаем рост интереса к краткосрочной аренде, которая считается более доходной (по нашему проекту она составляет от 14%).
- Как вы думаете, будут ли рынки двух столиц идти «в ногу», или Москва и дальше продолжит обгонять Северную Столицу по предложению?
- Мы специально изучали московский рынок на этапе разработки концепции нашего проекта. И, как ни парадоксально, наш анализ показал, что в Москве реальных, качественных апарт-отелей с гостиничными технологиями и инвестиционными продуктами – единицы. В основном, в столице строят то самое псевдожилье, которое преподносится клиентам как апартаменты. Кроме того, в Москве до сих пор, в отличие от нашего города, доля инвестиционных продуктов сохраняется неизменной. В то же время петербургский рынок апартаментов развивается, во-первых, быстрыми темпами (с начала 2015 года его объем вырос почти втрое), а во-вторых, идет по пути повышения привлекательности этих активов для инвесторов.
- В таком случае, грозит ли рынку петербургскому апарт-отелей затоваривание?
- Однозначно – нет. Напомню: многие из представленных в этом сегменте сегодня проектов – псевдожилье. Соответственно, ликвидность таких активов будет зависеть от ситуации на рынке арендного жилья. Что же касается апарт-отелей, то часть из них ориентируется на гостиничный сектор и долго еще будет компенсировать дефицит недорогого и качественного размещения в Петербурге. В то же время часть проектов представляет собой сервисные апартаменты, ориентированные на долгосрочную аренду. Мы наблюдаем вытеснение с рынка «серой» аренды, поскольку востребован новый уровень комфорта и сервиса. Спрос на инвестирование также растет: на сегодня апартаменты – это наиболее востребованный (и ликвидный!) объект для вложения средств.
