Александр Вахмистров: «Не могу представить себя вне стройки»
В канун профессионального праздника один из самых уважаемых представителей строительной отрасли Северной столицы, координатор Ассоциации «Национальное объединение строителей» по Санкт-Петербургу, президент СРО А «Объединение строителей СПб» поделился со «Строительным Еженедельником» своими мыслями об особенностях своей работы, о проблематике профильного образования, о любви и служении своему делу.
— Александр Иванович, в преддверии Дня строителя хотелось бы поговорить о том, что означает для профессионалов отрасли само понятие «строительство». Это ведь очень богатый по смыслу термин, не всегда связанный непосредственно с возведением зданий. Что для вас лично означает это слово?
— Первое, что необходимо выделить, — созидательный характер труда строителя. Об этом часто говорят, но и на самом деле это очень важный аспект нашей работы, во многом отражающий жизненную позицию людей, отдавших жизнь этой профессии. Я не воспринимаю строительство как технологический процесс, несмотря на то, что он состоит в том числе из заливки бетона, укладки кирпича, оштукатуривания и прочего. Строительство — это даже не сумма этих процессов, а созидание, рождение чего-то нового.
Второй очень важный, на мой взгляд, фактор: плоды труда строителя остаются на родной земле. Это одна из немногих отраслей, конечный продукт которой не предназначен для экспорта. В этом смысле очень характерен сам термин «недвижимость». Все здания и строения остаются там, где построены, и используются теми, кто живет в этом месте.
Третий момент — долговечность результатов работы строителя. Преимущественно все они рассчитаны на многолетнее — иногда на протяжении веков — использование. Таким образом, «прочность» и «качество» — ключевые для строителя понятия. Даже через многие годы он имеет возможность видеть результат своего труда, оценить, насколько то или иное построенное им здание вписалось в конкретное место и долго ли прослужит людям. Для строителя его объект навсегда остается чем-то родным и близким. Во всяком случае, лично для меня это так.
Даже несмотря на то, что сейчас я гораздо реже бываю на стройке, в багажнике машины у меня всегда лежат резиновые сапоги: если надо — я готов зайти на стройплощадку. Я люблю пройти по объекту, увидеть своими глазами, как идут работы. И, вопреки витающей вокруг цементной пыли, каждый такой визит для меня — как глоток свежего воздуха.
Со стройкой связана вся моя жизнь, мои заботы и радости, мои успехи и неудачи. Я не могу представить себя вне стройки. Поэтому меня радует, что за последние годы престиж строительных профессий стал расти, что в профильные вузы сегодня большой конкурс, а молодежь охотно осваивает в том числе и рабочие специальности. В отрасль приходит много талантливых, увлеченных молодых людей, а значит, у нее есть будущее.
— Что бы вам, исходя из вашего богатого опыта, хотелось сказать молодым представителям отрасли — не в смысле профессионального мастерства, а о жизненной позиции строителя?
— Главное, на мой взгляд, — любить свою профессию. Вообще в любом деле и, более того, в жизни в целом главное — любовь. Это касается и профессионального аспекта. Труд, который приносит радость, эмоциональную отдачу и удовольствие, придаст полноту всей жизни.
Когда ты любишь свое дело, ты начинаешь ему служить. А служение — это высшая форма труда, искреннее стремление нести пользу, сделать все как можно лучше, как раньше говорили «не за страх, а за совесть». Может быть, именно поэтому слово «служить» сохранилось сейчас в употреблении применительно лишь к военным, священникам и театральным актерам.
— Какие события или результаты вашей деятельности являются предметом вашей личной профессиональной гордости?
— С одной стороны, не могу сказать о каком-то объекте «без меня его бы не было». А с другой, как я уже говорил, каждый объект, на котором я работал, оставил о себе память. И, когда видишь его, всегда ощущаешь тепло.
Например, когда-то я участвовал в строительстве первого в нашем городе крупного производственного объекта, принадлежавшего зарубежному собственнику, — лифтового завода известного концерна OTIS. Сегодня таким уже никого не удивишь: в Санкт-Петербурге работают предприятия иностранных брендов автомобильного кластера, фармацевтического, пищевой промышленности. А тогда это было событие: мы осваивали новые технологии, получали знания об устройстве современных промышленных зданий: все было в новинку.
Ну и, конечно, много нового я узнал и понял в самый, пожалуй, напряженный и плодотворный период своей деятельности, когда занимал пост вице-губернатора в городском правительстве Валентины Матвиенко. Тогда мы только осваивались с рыночными механизмами в сфере строительства, и приходилось искать новые формы работы. Это коснулось очень многих направлений: первый в новых условиях Генплан Санкт-Петербурга, земельные аукционы, программа санации хрущевок и многое другое. Конечно, бывало, мы ошибались, но в целом нащупывали верные пути. Многие из идей, появившихся в те годы, продолжают работать и сейчас. Как иллюстрацию приведу только две цифры. В 1996 году, когда я только начал работу в городской администрации, годовой объем ввода жилья в Петербурге составлял всего 700 тыс. кв. м, а в 2010-м, когда я уходил с госслужбы, — 2,65 млн кв. м. А значит, то, что мы делали, тот тренд на развитие, который был нами тогда задан, пошел на пользу и городу, и отрасли в целом.
— Вы работали со многими известными людьми. Общение с кем из них показалось вам наиболее интересным?
— Действительно, по долгу службы мне доводилось общаться со многими известными людьми, включая президентов, глав правительств страны, министров и губернаторов. Были выдающиеся современные архитекторы, замечательные ученые, крупные бизнесмены и яркие общественники — но я бы не хотел сейчас заниматься перечислениями. Очень интересных людей было много, и не хочется никого упустить.
Но все же одного человека выделю — первый президент Татарстана, а ныне государственный советник этой страны Минтимер Шаймиев. Петербург активно помогал региону в подготовке к празднованию 1000-летия Казани, включая и строительство метро. В тот период мы неоднократно встречались и общались. Этот крупный политический деятель произвел на меня неизгладимое впечатление своими целеустремленностью, здравомыслием, терпением и какой-то глубочайшей человеческой мудростью. На мой взгляд, то, что Татарстан является одним из наиболее динамично развивающих регионов, заслуга главным образом именно Минтимера Шаймиева и его команды — ведь и нынешний вице-премьер Марат Хуснуллин, и глава Минстроя России Ирек Файзуллин — это яркие члены команды Минтимера Шаймиева.
— Вы активно участвуете в жизни отрасли. Если говорить стратегически, какие сегодняшние процессы в строительном комплексе вы считаете наиболее важными, определяющими ситуацию на перспективу?
— Российская строительная отрасль, без преувеличения, прошла за последние десятилетия длинный и сложный путь. Если вспомнить 1990-е годы, не хватало очень многого — современных качественных материалов, инновационной техники и технологий, другого. Сегодня проблемы эти ушли в прошлое: в России появились собственные высокотехнологичные производства, выпускающие практически все виды строительных материалов. Импортируется только что-то редкое — натуральный камень, плитка ручной работы и подобное, ориентированное больше на объекты элитного жилья. То же касается и технологий производства работ, и современной специализированной строительной техники.
В целом у нас очень неплохой уровень профильного образования. Хотя, безусловно, существующая сегодня болонская система для подготовки инженеров и технических специалистов, на мой взгляд, недостаточно эффективна. Надеюсь, что когда-нибудь, со временем, вернется старая, проверенная практикой схема строительного образования.
В то же время под влиянием требований федерального центра и особенностей современного спроса застройщики переходят от строительства квадратных метров как таковых к созданию комфортной для проживания среды.
Все это очень важные изменения, дающие основу для дальнейшего поступательного развития отрасли и обеспечивающие ее конкурентоспособность, в том числе и на международном уровне.
Из направлений, по которым нам еще необходимо серьезно поработать, я бы выделил два. Первое — это цифровизация, максимально широкое внедрение информационных технологий. Второе, это, как говорят, печально известные «СНиПы-хрипы». На мой взгляд, нам остро необходима гармонизация наших стандартов с европейскими. Это достаточно эффективный механизм, который, с одной стороны, позволяет быстро внедрять инновационные разработки, а с другой — отличается достаточной гибкостью, позволяя менять нормативы в зависимости от традиций и климатических условий разных стран. Отмечу, что по обоим направлениям сейчас идет огромная работа, инициированная в том числе и федеральным центром. Так что есть все перспективы, чтобы и в этих вопросах перейти из дня вчерашнего в день завтрашний.
— Что бы вы хотели пожелать коллегам в день профессионального праздника?
— И прошлый, и этот год оказались сложными с точки зрения эпидемиологической обстановки. Но они же показали, что, несмотря ни на что, стройка не просто выживает, но и является драйвером экономики. Я уже не говорю о тех подвигах, которые совершили строители, создавая ускоренными темпами новые медицинские объекты. В этот день я хотел бы пожелать всем крепкого здоровья (сегодня это особенно актуально), семейного благополучия, интересных крупных объектов, новых контрактов и вообще всяческих успехов в нашем деле! Помните, пока город строится — он живет!
Участие в таких знаковых проектах, как «Невская ратуша», стимулирует подрядные организации к профессиональному росту и здоровой конкуренции, считает генеральный директор ГК «Сардис» Степан Рощупкин. Руководитель одного из крупнейших камнеобрабатывающих предприятий Северо-Запада рассказал «Строительному Еженедельнику» о реализованном потенциале и о компетенциях, приобретенных при выполнении проекта.
– Степан Юрьевич, на какие работы была привлечена компания «Сардис» при строительстве «Невской ратуши»?
– Наша компания выполнила облицовку фасада, изготовление и установку внешней колоннады административного здания, состоящей из 38 колонн высотой 30 м, радиусом примерно 1 м. Также произвели изготовление аналогичных внутренних колонн, покрытие пола. Общая площадь каменной облицовки в проекте – свыше 3,5 тыс. кв. м. Общий расход камня составил порядка 1,5 тыс. куб. м.
– О каком камне идет речь?
– Автор проекта Сергей Энверович Чобан выбрал для наружной отделки «Невской ратуши» итальянский травертин, Travertino Romano. Это пористая горная порода, относящаяся к роду известняковых туфов. Из этого камня построены многие прекрасные здания Рима, а с нашей подачи – теперь еще и футбольный стадион в Краснодаре, отделка зрительного зала в Академии танца Бориса Эйфмана в Санкт-Петербурге.
Нами было закуплено сырье в виде блоков, а весь цикл обработки производился на заводе ГК «Сардис».
– Какие технологии вы применяли при выполнении монтажа колонн в «Невской ратуше»?
– Прежде всего нам пришлось стать проектировщиками подсистемы, так как ни один из стандартных вариантов для данных условий не оказался пригодным. Мы с этой задачей справились.
Далее из привезенных из Италии блоков на собственном заводе при помощи высокотехнологичного итальянского оборудования с числовым программным управлением мы изготовили детали криволинейной формы, которые монтировались на стальные колонны-основания.
Изготовление специальных деталей крепежа оказалось не единственной сложностью. Особенность технологии заключалась в том, что элементы каменной облицовки не опирались друг на друга и даже не соприкасались между собой, а крепились к металлическим колоннам индивидуально. Необходимо было следить, чтобы отклонение по вертикали колонны не превышало строго заданного лимита – не более 2 см, в то время как отклонение самих колонн-оснований достигало 13 см. На монтаже постоянно присутствовал геодезист, который замерял величину отклонений после выполнения каждого яруса облицовки, а таких рядов на одной 30-метровой колонне было 24. Понятно, что при такой ювелирной точности монтажа мы не могли осуществлять работы очень быстро.
– Сколько времени ушло на выполнение заказа?
– Примерно полтора года. Поскольку особенности технологии не позволяли придерживаться высокого темпа, непосредственно на объекте трудилась одна бригада из 15 человек. Но 90% всего объема работ осуществлялось у нас на производстве, поэтому можно с уверенностью сказать, что выполнение данного заказа – результат работы всего коллектива компании «Сардис», специалистов высокой квалификации и различных направлений, сумевших в полной мере реализовать такой интересный и сложный замысел.
– Принципиальным подходом вашей компании является то, что вы привозите сырье со всего мира, но обработку и все необходимые производственные работы выполняете сами, на месте. Оправдывает ли себя данный подход при реализации крупных, знаковых проектов?
– Я бы сказал, что такой подход не просто оправдывает себя, а является одним из главных конкурентных преимуществ нашей компании. Честно, я не могу назвать другие предприятия в Петербурге, обладающие достаточными ресурсами и опытом для выполнения таких задач – уникальных по инженерным решениям и уровню организации процесса.
Когда мы начинали в 1992 году, рынок коммерческой камнеобработки в России только зарождался. Мы создавали этот рынок и развивались вместе с ним. В 1994 году я впервые посетил выставку камня в Вероне и поразился, насколько далека была наша страна от мирового уровня. В тот момент я осознал миссию своего предприятия: привезти в Россию новые виды камня, технологии, оборудование. И уже в 1994–1995 годах мы начали ввозить импортный камень и значительно расширили цветовую гамму предлагаемого ассортимента. Первыми стали завозить ониксы. Были новаторами в части внедрения технологий. Так, например, первыми привезли технологию изготовления флорентийской мозаики и пятиосную машину для изготовления объемных изделий, в том числе скульптуры.
Проект «Невская ратуша» одновременно стал для нас и вызовом, и логичным результатом многолетней деятельности, направленной на постоянное развитие наших компетенций.
– Над какими проектами, позволяющими в полной мере реализовать потенциал и накопленный опыт компании, работаете сегодня?
– Завершаем работу в общественно-деловом комплексе «Лахта Центр». Там рукотворными методами выполняем «водную стену». Воссоздаем карельские скалы парка «Монрепо». Общая площадь поверхности составляет 700 кв. м.
Помимо этого, мы выполняем работы в яхт-клубе на Крестовском острове, поставляем камень на Новую Голландию, участвуем в проекте строительства жилого комплекса в Москве.
– Как изменились предпочтения клиентов за последние годы? Есть ли модные тренды в мире камня?
– После 2014 года из-за общей ситуации в мировой экономике, курсовых изменений в стране, упор в нашей сфере деятельности переместился на российские материалы. Но в силу объективных причин они подходят далеко не для всех объектов. Отечественный камень имеет достаточно узкую цветовую гамму. Кроме того, в России исторически мало мрамора, гранитов. Поэтому, несмотря на то, что мы проводим в жизнь политику импортозамещения и не закупаем готовый, переработанный материал в Китае или Италии, в вопросах выбора сырья мы абсолютно космополитичны. Закупаем сырье, исходя из потребностей. Ближайшие поставки ожидаем из Италии, Испании, Турции, Индии и Греции. Нужен камень из Бразилии – покупаем в Бразилии. Когда в элитном ЖК «Привилегия» заказчик решил использовать дорогой и достаточно редкий камень лабрадорит, добываемый на Мадагаскаре, мы закупили его в объеме строго под работу. И результат получился превосходным. Помимо пола из этого камня с потрясающими декоративными свойствами, удалось выполнить винтовую лестницу чрезвычайно сложной пространственной формы, состоящую из массивных элементов. Здесь опять была важна филигранная точность распила камня и монтажа конструкции.
На этом же объекте, кстати, мы выполнили пол сигарной комнаты из, пожалуй, самого дорогого в мире мрамора – Nero Portoro. Остается пожелать, чтобы таких интересных проектов было больше, потому что они стимулируют участников рынка, поднимают уровень компаний до мировых стандартов.
