Николай Линченко: «До монополизации рынка Петербургу еще очень далеко»
Свой взгляд на актуальные проблемы развития строительного комплекса города, перспективы первичного рынка жилья, совершенствование медицинской инфраструктуры и на многие иные вопросы в интервью «Строительному Еженедельнику» высказал вице-губернатор Санкт-Петербурга Николай Линченко.
— Николай Викторович, прошел год после начала пандемии коронавируса. Сумела ли, по вашему мнению, строительная отрасль города ответить на этот вызов и справиться с возникшими новыми задачами?
— На мой взгляд, и Петербург в целом, и его строительный комплекс в частности достойно проходят период пандемийных ограничений. Коронавирус стал тем вызовом, который стал стимулом для того, чтобы вся отрасль сплотилась и действовала единым фронтом, что очень важно в таких кризисных ситуациях.
Как известно, Петербург был в числе регионов, где работа строительных компаний не прерывалась ни на неделю. Очень четко мы отработали с Росреестром, благодаря чему, несмотря на закрытия МФЦ, ведомство продолжило регистрацию договоров долевого участия. Пауза в этой работе была минимальной, и это позволило застройщикам продолжать продажи и тем самым — финансирование стройки. При этом девелоперами грамотно и системно были предприняты меры, необходимые для предотвращения распространения коронавируса на действующих стройплощадках. Слаженные и четкие действия как городских властей, так и компаний позволили минимизировать влияние пандемии на строительный сектор. Благодаря этому мы можем констатировать, что отрасль завершила прошлый год с хорошим результатом.
Помимо общеотраслевой ситуации, прекрасно, на мой взгляд, отработал Комитет по строительству. Это отразилось и в общих результатах его деятельности, и в реализации спецмер в рамках его компетенций, непосредственно направленных на борьбу с коронавирусом.
Так, при бюджете на 2020 год в объеме примерно 21 млрд рублей Комитетом суммарно было освоено более 26 млрд. В итоге вместо 31 объекта социальной инфраструктуры, которые планировалось ввести в эксплуатацию в прошлом году, по факту было сдано 35. Причем ведомство запросило, получило и освоило сверхплановое финансирование на дополнительные объекты. Комитет продемонстрировал высокое качество работы, что дало не только экономический, но и очень позитивный психологический эффект.
В числе важнейших экспресс-мер, принятых в самом начале еще первой волны пандемии, нельзя не назвать сверхбыстрое развертывание временного госпиталя на площадях «Ленэкспо». За неделю был создан стационар на тысячу коек. Для сравнения: в Китае, который славится организованностью действий и высокой скоростью работ, аналогичный по мощности медицинский объект из вагончиков строили две недели. При этом наш госпиталь в «Ленэкспо» был и более удобен с точки зрения работы медицинского персонала, и технологически более соответствовал противоэпидемическим требованиям (четкое выделение «красной» зоны, дезинфекция стоков и вытяжной вентиляции, грамотная маршрутизация, санпропускники и пр.).
Помимо этого, наши специалисты принимали непосредственное участие в противоэпидемическом приспособлении и переоборудовании 23 действующих стационаров. Кроме того, поликлиника № 20 в Московском районе была оперативно переделана под стационар. И все это при очень сильном не только физическом, но и эмоциональном напряжении.
— Пандемия в целом заставила обратить особое внимание на развитие медицинской инфраструктуры города. Что сделано в этом направлении и какие строятся планы на перспективу?
— Главное достижение — это, конечно, стремительное строительство нового корпуса Госпиталя ветеранов войн — так называемого трансформера. Отмечу, что Петербург стал и идеологом и новатором в создании таких объектов в целом в России.
Термин «трансформер» в названии объекта указывает на специфические конструктивные особенности здания. В обычном режиме работы это лечебно-диагностический корпус госпиталя. В случае же возникновения эпидемиологических проблем, как в настоящее время, корпус очень быстро трансформируется в автономный стационар для инфицированных больных. Кроме того, при необходимости возможно оперативное изменение функционала отдельных блоков. Все необходимые инженерно-технические решения для выполнения этих задач заложены еще на стадии проектирования.
Нельзя не отметить крайне сжатые сроки реализации проекта. В штатном режиме шестиэтажный корпус площадью почти 20 тысяч кв. м возводился бы около 3,5 года. На практике же этап проектирования занял всего четыре месяца (при нормативе на такие объекты в двенадцать месяцев). Заложено здание было 9 июля 2020 года и построено менее чем за шесть месяцев (обычный срок — 2,5 года).
Стационар был сдан в последних числах ушедшего года. Интересно, что это был не технический ввод, после чего еще длительный период идет установка и пусконаладка техники. В данном случае речь идет именно о начале работы. К моменту сдачи на объекте уже было смонтировано все необходимое медицинское и иное оборудование. 18 декабря было дано разрешение на ввод в эксплуатацию. 28 декабря корпус получил лицензию на предоставление медицинских услуг, а 29 декабря в него уже поступили первые пациенты.
Полученный опыт планируется тиражировать. Есть планы по созданию еще нескольких аналогичных объектов. Так, станционар-трансформер намечено построить в 2021 году для больницы св. Георгия на Северном пр. в Выборгском районе города. В феврале состоялась церемония закладки первого камня в основание объекта, в которой принял участие губернатор Петербурга Александр Беглов. Поскольку острота проблемы с койко-местами существенно снизилась, сверхскоростей на этом объекте показывать не планируется, работы будут вестись хоть и быстро, но в более спокойном темпе. Однако уже к ноябрю стационар будет сдан, и в декабре сможет принять первых пациентов.
Еще один подобный объект может появиться в Приморском районе, где планируется создание медицинского кластера. Для ускорения процесса там мы тоже планируем использовать опыт, полученный при строительстве нового корпуса Госпиталя ветеранов войн. Также продолжаются плановые работы в рамках АИП: возводятся новые корпуса в больнице св. Марии Магдалины, реконструируется городская больница № 40, строится новый корпус НИИ скорой помощи им. И. Джанелидзе и пр.
Прорабатываются и перспективные планы, в частности, по второй площадке Боткинской больницы. Уже ясно, что в той локации, которая планировалась ранее, ее возвести не получится: новые требования Свода градостроительных правил и СанПиНов не позволяют это сделать. Сейчас рассматриваются альтернативные варианты размещения больницы. После того, как этот вопрос будет окончательно решен, будем начинать проектирование.
— Как вы оцениваете ситуацию с переходом застройщиков на новую схему финансирования жилищного строительства через проектное кредитование и использование эскроу-счетов?
— Оценка доли объектов, строящихся с использованием проектного финансирования, в общем их объеме — вопрос достаточно сложный. Все зависит от того, как считать. Если оценивать тот объем, который находится в настоящий момент в продаже, то да, по новой системе возводится около половины. Если же считать по объектам, получившим разрешение на строительство и имеющим сроки ввода до 2023–2024 годов, то пока больше половины проектов в Петербурге реализуется еще по старой схеме.
Впрочем, на мой взгляд, переход на новую схему в городе в целом происходит хорошо. Надо отметить, что, хотя благодаря государственной программе субсидирования ставки по ипотеке особых проблем со спросом на новостройки во время короновируса и не возникло, проектное финансирование обеспечило психологическую уверенность, что объекты будут вводиться в срок — как для строителей, так и для граждан. Очень важно, что, если бы объемы продаж резко упали, новая схема создала бы необходимую подушку безопасности для всех проектов.
Кроме того, все профессиональные игроки рынка понимают, что госпрограмма льготной ипотеки так или иначе — мера временная, которая будет свернута. Даже если она не будет ликвидирована полностью, скорее всего, произойдет переориентация господдержки на определенные категории граждан. Поэтому уже сейчас застройщики прорабатывают стратегию своих действий в возможной ситуации существенного снижения спроса. И здесь снова свой позитивный эффект даст новая схема финансирования отрасли, играющая мощнейшую стабилизирующую роль. Так что в любом случае проведение этой реформы, безусловно, оправданно.
— Многие отмечают, что она привела к росту монополизации в отрасли. Как вы оцениваете положение в этой сфере и не вызывает ли оно беспокойства у властей Петербурга?
— Рассматривая существующее положение, нужно взглянуть на вопрос в комплексе. Во-первых, действительно в конце 1990-х — начале «нулевых» годов, когда строительные процессы в рамках новых схем активизировались, на рынке появилось огромное число игроков. И далеко не все они были профессиональными строителями и обладали необходимым уровнем компетенций. Многим работа на рынке жилья казалась простой: собирай деньги с граждан, нанимай генподрядчика и клади прибыль в карман. Эти иллюзии рынок быстро развеял, особенно в кризис 2008–2009 годов, когда множество застройщиков разорились, оставив в наследство городу долгострои. Так что априори считать обилие компаний на рынке позитивным фактором не стоит.
С тех пор число игроков рынка неуклонно сокращается — как до реформы, так и после нее. При наличии желания этот процесс, конечно, можно назвать «монополизацией». Но в реальности это уход слабых, малопрофессиональных компаний, не имеющих необходимых ресурсов для стабильной работы на рынке, который, увы, но это данность, подвержен влиянию экономических кризисов.
По большому счету, определенное укрупнение игроков рынка и обеспечение работы на нем только надежных и эффективных девелоперских структур было одной из целей реформы и вполне ожидаемым ее результатом. Постоянное решение проблем пострадавших дольщиков — слишком дорогая для государства цена, чтобы искусственно поддерживать существование слабых застройщиков. Они могут перейти работать на генподряд, освоить другие ниши. Лучше пусть девелоперов станет меньше, но в их надежности не будет сомнений.
Что же касается реальной монополизации рынка, то до нее Петербургу еще очень далеко. По данным Комитета по строительству, в городе работает 66 компаний-застройщиков. Для того чтобы злоупотреблять положением на рынке, нужны определенные согласованные действия игроков. Даже двум-трем компаниям сложно о чем-то договориться. Что уж говорить о нескольких десятках? Конечно, в городе есть девелоперы-лидеры, но и между ними, и в целом по рынку существует достаточно жесткая конкуренция. Так что говорить о возможности каких-то злоупотреблений не приходится. И наоборот: мы видим постоянное улучшение качества проектов, появление в них новых опций комфорта, объектов инфраструктуры и различных интересных «фишек», что говорит о борьбе за покупателя между компаниями. И эта конкуренция идет на пользу всем.
— Реформа и особенно введение госпрограммы льготной ипотеки привели к стремительному росту цен на новостройки (почти 30% по итогам прошлого года). Что представляет собой этот тренд, на ваш взгляд: проблему (ведь доступность жилья для граждан снижается) или достижение (ведь финансовая стабильность компаний укрепляется)?
— Я не стал бы ограничивать этими двумя факторами причины роста цен на жилье в новостройках. Это очень сложный вопрос, и здесь действует целый конгломерат причин.
Помимо уже названных, к ним следует отнести и объективные обстоятельства, вызывающие рост себестоимости строительства. В частности, существенно подорожали стройматериалы. В первую очередь это касается металла. На мировом рынке сложилась ситуация, которая вызвала значительный рост цен на металлопрокат, что потянуло за собой и внутренние цены на эту продукцию. Еще один фактор — рост оплаты труда, связанный с нехваткой трудовых мигрантов. Чтобы привлечь рабочих-строителей, компании заметно увеличили заработки. Наконец, есть и чисто рыночные стимулы роста цен. В целом заявляется меньше новых проектов, чем ранее, снизились объемы предложения, что в сочетании с ростом спроса, обеспеченным льготной ипотекой, конечно, толкает цену «квадрата» вверх.
Учитывая общеэкономическую ситуацию и проблемы, вызванные пандемией, я считаю текущее положение на рынке в целом нормальным. Конечно, сейчас на него влияет множество разнонаправленных факторов, поэтому он находится в состоянии некоторого дисбаланса, но, думаю, постепенно будет найдена новая «точка равновесия», и наступит очередной период относительной стабильности, во время которого каких-то резких скачков уже не будет.
— В прошлых наших беседах вы говорили, что Петербург приложил много усилий, чтобы отстоять свою позицию о невозможности роста объемов вводимого жилья. Более того, вы отмечали, что город планирует снижать темпы стройки. Не взвинтит ли это цены на новостройки на совершенно недостижимые для граждан высоты?
— Действительно, Петербург не мог брать на себя невыполнимых обязательств. Напомню, Минстрой РФ настаивал на росте к 2024 году объемов ввода до 5,35 млн кв. м жилья ежегодно. Эта цифра и по оценке экспертов, и по мнению городских властей совершенно нереалистична. Ни с точки зрения рыночного спроса на жилье, ни по возможностям Петербурга не обеспечить такие объемы необходимой инфраструктурой. Радикальный рост жилищного строительства требует столь же масштабного увеличения финансирования модернизации головных источников и сетей тепло-, электро- и водоснабжения, а также водоотведения. То же касается и пробивки новых улиц, строительства развязок, виадуков и пр. По нашим примерным подсчетам, при вводе порядка 5 млн кв. м жилья в год на развитие всей необходимой инфраструктуры потребуется свыше 750 млрд рублей. Очевидно, что такое наращивание финансирования из бюджета Петербурга — невозможно.
После того, как в прошлом году Президент России Владимир Путин отдал распоряжение скорректировать цели нацпроекта в связи с негативным влиянием пандемии, мы очень быстро сумели согласовать с Минстроем РФ планы по объемам ввода жилья, основываясь на документах стратегического перспективного развития города. Поэтому в ближайшее время Петербург даже ожидает плавное снижение темпов строительства. Если на 2021 год намечена сдача 3,19 млн кв. м, а на 2022-й — 3,41 млн, то в 2023 году этот показатель составит 2,77 млн, а в 2024-м — 2,65 млн кв. м. По нашим оценкам, 2,5–3 млн кв. м — это оптимальный объем ввода, поддерживающий равновесие рынка, позволяющий замещать выбывающий аварийный жилой фонд, планомерно осваивать новые территории. Работать же «пылесосом», вводя избыточные «квадраты» для граждан, переезжающих из других регионов, нашей задачей никогда не было. Мы стремимся к равновесному рынку, обеспечивающему качество проживания, а не «рекорды ввода».
Не думаю, что это вызовет серьезный дефицит жилья и, как следствие, рост цен. Напомню, что до запуска госпрограммы льготной ипотеки, которая вызвала мощный всплеск спроса, в Петербурге в течение нескольких лет, рекордных по объемам ввода, накапливался некоторый избыток предложения. Безусловно, его нельзя было назвать критичным, тем не менее жилья строилось больше, чем покупалось. Отмечу, что девелоперы это тоже видели, и в значительной степени именно поэтому на 2020 год многими застройщиками было намечено снижение объемов вывода нового предложения. Понятно, что взрывного роста спроса из-за льготной ипотеки прогнозировать не мог никто.
Как я уже говорил, госпрограмма, по крайней мере в прежнем виде, скорее всего, будет свернута. Как следствие, спрос существенно снизится. Этот тренд будет тем более заметен, что за время субсидирования ставки практически все, кто нуждался в жилье и имел возможность претендовать на льготную ипотеку, уже взяли кредиты. Собственно, эксперты уже сейчас фиксируют некоторое снижение интереса к программе. Так что думаю, что некоторое снижение объемов строительства будет вполне оправданно и с точки зрения снижения спроса.
— И напоследок традиционный вопрос о долгостроях. Власти города планировали эту проблему в целом решить в прошлом году. Но изменились схемы «инвентаризации» таких объектов, некоторые застройщики стали проблемными. Что сейчас делается в этой сфере и когда понятие «долгострой» уйдет в прошлое?
— Действительно, в связи с изменением системы учета таких объектов на федеральном уровне к проблемным комплексам, признанным таковыми ранее, добавились «объекты со значительным нарушением заявленных сроков по вводу». Отмечу при этом, что, несмотря на данное изменение, Петербург остается одним из субъектов РФ, где проблема долгостроев стоит наименее остро.
Впрочем, сделано в прошлом году было немало. Так, был завершен крупнейший долгострой ГК «СУ-155» — ЖК «Новая Каменка» в Приморском районе. Уже в этом году были ликвидированы последние вопросы — по паркингам, заявленным к строительству этим холдингом. Там не было продано ни одного машино-места, тем не менее они значились в федеральном Едином реестре проблемных объектов. Таким образом, печальное наследие этой компании теперь полностью ушло в прошлое.
Также в 2020 году сданы ЖК «Водолей» в Сестрорецке и старейший долгострой ЖК «Светлана» компании «Невский Луч», который начали строить в далеком 2003 году. Помимо этого, были введены в эксплуатацию пять домов СК «Дальпитерстрой» в Парголово и Шушарах, построенных как раз «со значительным нарушением заявленных сроков». Суммарно в этих домах расположено более 2,4 тыс. квартир
Кроме того, в прошлом году были найдены принципиальные решения по достройке ключевых проблемных объектов на общую сумму 5 млрд рублей (более 7 тыс. квартир). В частности, завершением возведения долгостроев компании «Норманн» — ЖК «На Заречной» и ЖК «Три апельсина» — займется холдинг РСТИ. Два корпуса, находящихся на достаточно высокой стадии строительной готовности, будут сданы до конца этого года. А третий, где был устроен только фундамент, введут в 2023 году — причем там придется даже менять проект. Кроме того, последний корпус еще одного из старейших проблемных комплексов — «Новая Скандинавия» — возведет «БФА-Девелопмент».
Кое-какие объекты из тех, что планировалось сдать в 2020 году, передвинулись на 2021. Так, семь зданий ЖК «Ареал» в Шушарах должны быть сданы до конца первого полугодия. В первом квартале этого года уже введено в эксплуатацию два проблемных дома в ЖК «Славянский-2». В целом в 2021 году на территории Петербурга запланировано завершить строительство двадцати долгостроев общей жилой площадью более 218 тыс. кв. м на 5314 квартир.
Проблема сохранности компенсационных фондов СРО вызывает немало кривотолков и даже нездорового ажиотажа. Вряд ли стоит этому сильно удивляться, ведь речь идет о больших деньгах. Поэтому мы решили узнать их судьбу, что называется из первых рук. За разъяснениями мы обратились к Заместителю Исполнительного директора НОСТРОЙ Александру Князеву.
- На последнем съезде СРО, который состоялся в мае, остро встал вопрос о компенсационных фондах. Почему он вызвал у делегатов столь бурную реакцию?
- Вопросы денег всегда вызывают бурную реакцию. К тому же после тех изменений, которые случились после вступления в силу 372-ФЗ, мы были вынуждены дать заключение о возможности исключения более 60 СРО, и Ростехнадзор исключил их из реестра. В итоге члены этих организаций остались без свидетельств о членстве в СРО. А ведь это реальные строители, которые не могут работать без таких документов. Разумеется, они вступают в другие саморегулируемые организации, а их руководители заинтересованы в том, чтобы не было затяжек с поступлением к ним долей компенсационного фонда новых своих членов.
Деньги, которые перечислены в НОСТРОЙ, это всего лишь 4 % от всех поступлений в компенсационные фонды исключенных СРО. И на всех этих средств не хватает, что вызывает озабоченность, разного рода инсинуации и слухи о том, что происходит с этими суммами. Каждый руководитель СРО, в которое вступают новые члены из ранее упраздненных СРО, заинтересован в том, чтобы НОСТРОЙ вел претензионную работу, в рамках правового поля добивался получения этих денег и тем самым удовлетворял бы потребности строителей.
– Из денег компфондов, которые исключенные СРО перечислили на спецсчет Нацобъединения, НОСТРОЙ перечислил по заявлениям строителей около 800 миллионов. Что мешает вам перечислить остальную часть строителям?
– Перед непосредственным ответом на Ваш вопрос хотел бы отметить, что на конец прошлого месяца размер компфонда всех исключенных СРО, который должен был к нам поступить – более 47 млрд рублей. Однако в НОСТРОЙ поступило лишь 2 млрд. В начале июля поступило еще около 250 млн рублей. К сожалению, это капля в море. И давайте разберемся: ведь средства компенсационных фондов, зачисленные на спецсчет НОСТРОЙ, продолжают оставаться средствами компфондов, то есть продолжают выполнять свое основное предназначение – обеспечивают ответственность бывших членов СРО, которая может наступить при причинении вреда, связанного с их строительной деятельностью.
На сегодняшний день мы выплатили более 1 млрд рублей. На первый взгляд может показаться, что этого мало, но есть факторы, которые пока не позволяют нам выплатить больше.
Часть денег мы не можем перечислить в принципе, так как за ними не обращаются. По двум СРО нам было перечислено намного больше средств, чем в настоящее время требуют строители. Например, исключенная СРО Ассоциация «Нефтегазстрой» перечислила 1 марта 2018 года более 344 млн рублей, а к нам поступило за всё время только 8 заявлений. Однако нужно понимать, что у каждой исключенной СРО свой компенсационный фонд, который обеспечивает ответственность ее бывших членов. Перечислить компфонд одной СРО членам другой мы просто не имеем права. В той же СРО Ассоциация «Нефтегазстрой» состояло более 500 членов. Пока средства ее компфондов на спецсчете НОСТРОЙ, нацобъединение несет ответственность за вред, который может быть причинен.
Остальную часть денег мы выплачиваем не так быстро, как хотелось бы. На оперативность рассмотрения претензий существенно влияет устаревший порядок перечисления средств компфондов, установленный приказом Минстроя 643/пр. Это основной документ, которым мы руководствуемся в вопросах перечисления средств компфонда исключенных СРО. К сожалению, он не учитывает прошедших за последние годы изменений в законодательстве. По каждому сложному случаю нам приходится обращаться к авторам порядка – Минстрою России и просить разъяснений. Это порой останавливает процесс перечисления на весьма продолжительное время.
Другая серьезная проблема – ненадлежаще оформленный пакет документов. Чем внимательней строители изучат требования к заявлению, указанные на нашем сайте в разделе «Исключенные СРО», тем быстрее мы сможем перевести средства.
– Вы сказали о плохо оформленных документах. Что Вы имели ввиду, в чем основные проблемы с ними?
– На самом деле требований к документам не так много. Первый камень преткновения – это проблемы с выпиской из протокола о приеме в члены действующей СРО. Часть заявителей путают ее с выпиской из реестра членов, часть предоставляют вместо оригинала заверенные копии.
Следующая проблема связана с тем, что заявители не предоставляют сведения о размере взноса, уплачиваемого в действующую СРО. Кстати, это серьезный вопрос. Многие строители либо не знают, либо забывают о том, что в соответствии с требованиями законодательства мы можем перечислить средства в размере не более суммы взноса, уплачиваемого в компфонд действующей СРО. При этом от строителей не требуется фактически уплатить сумму, достаточно выразить намерение в действующую СРО и предоставить нам подтверждение этого волеизъявления.
– А вообще на что еще могут расходоваться средства компфондов, зачисленные на счет НОСТРОЙ, помимо выплат строителям по заявлениям?
– Мы производим выплаты по прямому назначению компфонда – возмещаем вред, причиненный строителями – членами СРО, а с 1 июля 2017 года и ущерб, причиненный ненадлежащим исполнением заключаемых государственных и муниципальных контрактов. Ключевым моментом является то, что эти денежные средства никуда не уходят из строительной отрасли. Находясь на счетах НОСТРОЙ, они продолжают выполнять свою обеспечительную функцию.
– Распределение средств компфондов исключенной СРО для широкой общественности скрыто. Поговаривают, что, когда деньги поступают в НОСТРОЙ, они уже автоматически распределяются среди отдельных членов Нацобъединения. Ситуация выглядит так: НОСТРОЙ, перечисляет нескольким «своим» СРО деньги за перешедших в эти СРО членов исключенной саморегулируемой организации, а всем остальным говорит, что, мол, деньги закончились. А как происходит на самом деле?
– На самом деле происходит все иначе. Первой информацию о том, что нам должны поступить средства компфондов, узнает сама исключенная СРО. Мы же узнаем о поступивших деньгах в момент зачисления и публикуем информацию на официальном сайте в двух разделах: «Новости» и «Исключенные СРО».
Кстати, применительно к Вашему вопросу хотелось бы упомянуть следующую серьезную проблему, с которой могут столкнуться строители. Сейчас на рынке многие недобросовестные организации, не имеющие к нам никакого отношения, прикрываясь нашим именем, предлагают строителям услуги по оформлению и подаче документов в НОСТРОЙ. В итоге это обычно заканчивается тем, что к нам поступают однотипно плохо оформленные пакеты документов в момент, когда средства компфонда уже исчерпаны. Поэтому самый надежный способ для строителя получить деньги – это самостоятельно отслеживать информацию о зачислении средств на нашем сайте и незамедлительно после поступления средств передать пакет документов нам.
Были даже случаи, когда «горе-консультанты», о которых я рассказал, вообще не подавали документы или существенно опаздывали с подачей, а потом для отчета перед клиентами подделывали наши штампы о приеме. Подобное очень быстро выявляется, но строитель в итоге оказывается ни с чем. Средства компфондов – это порой немалые деньги и доверять этот вопрос кому попало явно не стоит.
– Как известно, теперь существуют 2 компфонда: так называемые ВВ и ОДО Если средства компфонда ВВ уже выплачены, а деньги компфонда ОДО еще остались, то почему не удовлетворить заявления строителей из этих средств?
– Нужно понимать, что НОСТРОЙ заинтересован в том, чтобы как можно быстрее перечислить средства. После волны исключений СРО 80% работы наших юристов сосредоточено на перечислениях, нагрузка Правового департамента просто сумасшедшая – все сотрудники, от директора до специалистов, работают до ночи. Однако мы не можем самостоятельно определить правила перечисления, мы действуем в жестких рамках, которые нам ставит законодатель и Минстрой России.
Вы поймите, что правовой режим компфондов ВВ и ОДО совершенно разный. Если строитель не участвовал в торгах, не платил взносы в КФ ОДО исключенной СРО, то на каком основании мы можем перечислить средства КФ ОДО исключенной СРО в КФ ОДО действующей СРО? Взносы в компенсационные фонды обеспечивают ответственность строителя, с перечислением средств к действующей СРО переходит и ответственность. А в Вашем случае какая ответственность перейдет?
Мы не имеем права перераспределять денежные средства компфонда ВВ и компфонда ОДО – средства одного фонда перечислять в другой фонд. Правовой режим компфондов ВВ и ОДО совершенно разный, и в них аккумулируются средства, предназначенные для выплат на разные цели. На эту тему есть четкое разъяснение Минстроя России.
– По каким критериям принимается решение, какая часть компфонда и кому из членов СРО достанется? Пока можно предположить, что расчет идет исключительно во время подачи заявки – подал первым заявку и забрал всё, либо средства распределяются пропорционально на всех подавших заявление?
– В соответствии с Порядком, о котором я говорил, а также разъяснениями Минстроя по его применению мы удовлетворяем требования по поступившим заявлениям, исходя из даты и времени их поступления. Никакого перечня лиц, имеющих преимущественное право на удовлетворение таких заявлений, нет и быть не может.
Кроме того, зачастую происходит так, что часть заявлений поступает к нам до перечисления средств, однако у НОСТРОЙ есть срок для их рассмотрения. Поэтому к моменту перечисления денежных средств мы уже не можем отказать по таким заявлениям в связи с непоступлением средств и должны платить по ним. И если средства компфонда исключенной СРО в НОСТРОЙ поступили в неприлично малом объеме, то их может не хватить даже на удовлетворение заявлений, поступивших первыми после зачисления средств.
– Как ведется учет средств компфондов, которые перечислены в НОСТРОЙ? Могут у вас в ходе поступлений и выплат деньги «потеряться»?
– Однозначно нет. Никакие деньги в ходе поступления и выплат потеряться не могут. Эти средства зачисляются на специальный банковский счет НОСТРОЙ с конкретным назначением платежа (либо КФ ВВ, либо КФ ОДО, либо КФ СРО), они обособлены от иных денежных средств нацобъединения.
На спецсчете лежат только средства компфондов исключенных СРО. Режим использования спецсчета предполагает наличие строгого контроля за операциями с соответствующими денежными средствами как со стороны кредитных организаций, так и с нашей стороны, и со стороны проверяющих органов.
Важно понимать, что расходование средств компфондов исключенных СРО осуществляется только на цели, предусмотренные Градкодексом, а именно на перечисление по заявлениям в действующие СРО либо возмещение вреда или ущерба, и ни на какие другие.
– Все ли заявления членов исключенных СРО удовлетворяются, или по каким-либо причинам вы можете отказать заявителям?
– Порядком установлены основания для отказа в перечислении средств. Это, во-первых, непоступление на счет НОСТРОЙ средств компфонда исключенной СРО. Важно понимать, что НОСТРОЙ не отвечает и не должен отвечать по обязательствам исключенных СРО своим имуществом. Более того, мы не можем перечислять средства компфонда одной исключенной СРО, которые размещены на нашем спецсчете, по заявлениям бывших членов другой исключенной СРО, средства которой, поступившие не в полном объеме, были исчерпаны.
Во-вторых, основанием для отказа является отсутствие сведений о строительной организации в реестре членов СРО или Едином реестре членов СРО, ведение которого осуществляет НОСТРОЙ. Здесь тоже есть серьезная проблема – строителям стоит периодически проверять сведения о себе в реестрах, которые находятся в открытом доступе. Недобросовестные СРО могли исключать своих членов по надуманным основаниям, однако строители не оспаривали эти решения. В итоге получается, что до признания недействительным решения об их исключении они не могут претендовать на перечисление от нас средств.
Кроме того, член исключенной СРО должен подтвердить факт принятия в отношении него решения о приеме в члены действующей СРО. То есть мы не можем перечислить деньги самому строителю, в Градостроительном кодексе четко прописано, что перечисление происходит на счет саморегулируемой организации.
– А если НОСТРОЙ отказал строительной компании в перечислении денег, то всё, оставь надежду навсегда? Или можно еще раз подать заявление и ждать чуда – вдруг исключенная СРО перечислит еще деньги в НОСТРОЙ?
– Конечно можно, но важно понимать, что заявления стоит подавать в период, когда средства компфондов уже поступили, но еще не исчерпаны. В противном случае строители будут впустую тратить время на сбор пакета документов. Лучше постоянно следить за обновлениями информации о поступлении средства на нашем сайте и оперативно реагировать.
– На последнем Съезде СРО Президент НОСТРОЙ сказал, что в 2017 году на поступившие на спецсчет НОСТРОЙ средства компфондов начислены проценты – почти 8 миллионов рублей. Что с этими деньгами происходит? НОСТРОЙ живет на эти деньги? Или эти проценты вы тоже можете отдать (или уже отдаете) строителям?
– Как я уже говорил, средства компфондов, в том числе исключенных СРО, могут быть использованы только на установленные законом цели. НОСТРОЙ не вправе использовать их для своих нужд.
Проценты, начисленные на средства компфондов исключенной саморегулируемой организации, являются частью таких фондов. Соответственно НОСТРОЙ перечисляет по заявлениям и проценты от их размещения.
– Как быть строителям до того, как НОСТРОЙ взыщет деньги с исключенной СРО и перечислит их по заявлениям? Ведь СРО исключена и ее члены лишены права осуществлять строительную деятельность?
– Строители могут в это время самостоятельно уплатить взнос в новую саморегулируемую организацию. Законодательство о градостроительной деятельности предоставляет им право вернуть эти деньги как ошибочно уплаченные после того, как НОСТРОЙ переведет средства в действующую СРО.
– Почему НОСТРОЙ лишает СРО их статуса?
– Это очень распространенное заблуждение. НОСТРОЙ – это негосударственная организация, не наделенная публичной властью. Мы не обладаем полномочиями по лишению СРО статуса, в отличие от Ростехнадзора, который собственно наделен такими полномочиями и реализует их.
Однако у Совета НОСТРОЙ с 2014 года есть полномочия по утверждению заключений о возможности исключения СРО из госреестра. Заключения мы направляем в Ростехнадзор, который на их основании принимает окончательное решение.
– Каким образом средства пропадают из компенсационных фондов СРО?
– Руководство СРО осуществляется общим собранием ее членов, а также избираемым на нем коллегиальным органом управления СРО. Потери средств компфондов произошли, в основном, из-за неудачно принятых решений об инвестировании указанных средств, в том числе в неблагонадежные активы. Я не говорю уже об откровенных мошеннических действиях руководства СРО.
В любом случае строителю необходимо помнить, что СРО состоят из строителей и от того, как каждый член будет распоряжаться своими корпоративными правами, зависит судьба и самой СРО, и строителей, и вносимых ими средств.
Многие строители не хотят тратить время на участие в деятельности СРО, выдают доверенности на право распоряжения своим голосом третьим лицам. В итоге расплачиваются потерей своих средств.
Вмешиваться в экономическую деятельность СРО мы не имеем права, об этом прямо говорит законодатель. Но при этом, когда Ростехнадзор исключает сведения о СРО из госреестра за несоответствие фактического размера компфонда должному, НОСТРОЙ делает все возможное, чтобы обеспечить поступление и сохранение оставшихся средств компфондов недобросовестных СРО. Мы взаимодействуем с банками для незамедлительного перечисления средств в НОСТРОЙ, а также с органами прокуратуры и правоохранительными органами.
Хочу отметить, что в 2016 году законодатель предусмотрел, что компфонды СРО могут размещаться исключительно на специальных банковских счетах, круг операций по которым существенно ограничен. Однако со временем на любой механизм находится противодействие, поэтому, как я уже сказал, не следует пренебрегать своими правами на управление своей СРО через ее органы и принятие ответственных решений.
– Предпринимает ли НОСТРОЙ какие-либо меры для того, чтобы исключенные СРО перечисляли средства компфондов в полном объеме?
– После исключения сведений о СРО из госреестра НОСТРОЙ направляет в адрес СРО требование о перечислении средств компенсационных фондов. Требования о перечислении средств также направляются в адрес всех кредитных организаций, в которых возможно размещение средств компенсационных фондов. В случае неисполнения требований НОСТРОЙ обращается в территориальные органы прокуратуры и в Генеральную прокуратуру.
Это меры, которые предусмотрены законодательством. Однако помимо этого НОСТРОЙ по своей инициативе обращается с исковыми заявлениями о взыскании средств компфондов к СРО, уплачивая при этом госпошлину из своего бюджета. Признаться честно, это существенные затраты для НОСТРОЙ, однако мы используем все возможности для возврата средств компфонда строителям.