Денис Седов: «Дорожная стройка сегодня — это миллион согласований и только потом первый ковш земли»
О подготовке к сезону ремонтов, больших стройках, реализации национального проекта «Безопасные качественные дороги» и вопросах, которые дорожникам приходится решать каждый день, «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по дорожному хозяйству Ленобласти Денис Седов.
— Денис Станиславович, недавно была разработана Стратегия транспортного развития Ленобласти. Расскажите, пожалуйста, об основных ее положениях.
— Подготовке Стратегии было посвящено все второе полугодие прошлого года, а презентовали мы ее в январе этого. По сути, для нас это базовый программный документ в транспортной сфере на ближайшие пятнадцать лет. Он отвечает на ключевые вопросы: что строить, где строить, когда строить. Специалисты проанализировали тонну документов, включая генпланы, схемы территориального планирования, статистическую отчетность, провели опросы, посчитали транспортные потоки и создали большую математическую модель. Она показывает эффект от ввода каждого объекта.
Важно, что в первом горизонте планирования — до 2025 года — есть ряд объектов, которые мы уже сейчас строим либо проектируем. Я говорю, например, про идущую реконструкцию Колтушского шоссе и построенную развязку в западном Мурино. Буквально на днях мы получили положительное заключение экспертизы на проект другого важного объекта — развязки с Мурманским шоссе в Кудрово.
— Национальный проект «Безопасные качественные дороги» частично поменял формат. Что Ленобласть ждет от этих изменений?
— Область и Санкт-Петербург теперь входят в нацпроект как агломерация. Это логично, ведь значимость транспортных связей между Ленобластью и городом сегодня трудно переоценить. В этом году уделяем особое внимание ремонту так называемых вылетных магистралей, которые соединяют два субъекта РФ.
Я говорю прежде всего о таких объектах, как Гостилицкое шоссе, дороги Новый Петергоф — Низино — Сашино, Красное Село — Гатчина — Павловск и Петербург — Ручьи. Это не только те трассы, по которым ежедневно идет поток в несколько десятков тысяч машин, но и пути для развития внутреннего туризма. По Гостилицкому шоссе можно доехать до мемориалов «Атака» и «Непокоренная высота», из Нового Петергофа — до фонтанов в Петергофе, из Виллозей — до Демидовской усадьбы.
— Ленобласть в настоящее время ведет ряд больших дорожных строек — это и мосты через Свирь и Волхов, и путепровод во Всеволожске, и расширение Колтушского шоссе. Как вы оцениваете ход реализации проектов?
— Мосты однозначно радуют, мы идем со значительным опережением сроков. В Подпорожье сроки стройки сокращаются сейчас в два раза — пустим транспорт по переправе в начале 2023 года вместо 2026-го. В Киришах опоры нового моста уже вошли в Волхов. Кстати, в дальнейшем есть проект сохранения и ремонта старой переправы с тем, чтобы движение из города и в город шло по разным мостовым переходам.
По путепроводу во Всеволожске мы рассчитываем запустить движение машин в конце этого года. Избавим город от переезда на железной дороге, который сейчас за сутки в целом закрыт суммарно примерно в течение пяти часов.
Реконструкция Колтушского шоссе — это особый разговор. Чтобы убрать «бутылочное горлышко», в Янино надо решить два серьезных вопроса: изъятие участков, которых в зоне стройки больше 100 штук, и вынос инженерных сетей, включая самое сложное — переустройство газопровода. Дорожное строительство в период жилищного бума вообще очень сильно поменялось — сначала нужно получить миллион согласований с сетевыми компаниями и только потом можно начинать собственно работу, фигурально — первый ковш земли. Значимость этого объекта переоценить трудно, учитывая ежедневные заторы на дороге. Именно поэтому наш основной посыл к собственникам земельных участков, которые попадают под изъятие, состоит в том, что необходимо поставить интересы жителей Ленобласти в целом выше собственных. Потому что в данном случае речь идет о решении поистине государственной задачи.
— Про напряженные отношения дорожников и грузоперевозчиков известно давно. Какие нововведения Ленобласть готовит для любителей езды с перегрузом?
— Прежде всего — это установка автоматических постов весогабаритного контроля. Три уже поставили, сейчас вводим их в эксплуатацию. На очереди еще четыре. Основная идея — сделать «купол» с севера области, чтобы минимизировать ущерб дорогам от самосвалов из карьеров.
Кроме того, сейчас мы обсуждаем идею создания так называемого грузового каркаса: это список дорог, по которым разрешено движение большегрузов. Регулироваться это будет выдачей специальных разрешений, а ряд муниципалитетов будет закрыт для транзитного проезда фур и самосвалов знаками и камерами. Здесь должен работать револьверный принцип: заехал под знак — получил штраф, нагрузил машину — получил штраф.
При этом мы настаиваем на том, что ответственность за перегруз должна быть обоюдной: и грузоотправителей, и грузополучателей, и перевозчиков. Надо отучать от мысли, что перегруженные машины не несут ответственности за состояние дорожной сети, мол, я проехал, а дальше трава не расти. Только так мы сможем перебороть тенденцию использования региональных дорог как путей доставки нерудных материалов и повысить безопасность движения.
— Ленобласть в этом году переходит на новые ГОСТы по использованию асфальта. Это безусловный плюс или есть нюансы?
— Вообще, сам по себе переходный период на новые стандарты асфальтобетонной смеси растянут до 2023 года. Мы здесь идем с опережением в связи с тем, что нагрузка на региональные дороги растет постоянно.
В прошлом году мы опробовали метод «Суперпейв» при ремонте Дороге жизни. По этой технологии смесь подбирается исходя из климатических и нагрузочных параметров. С этого года опробуем «Евроасфальт». Таким образом, для обновления каждой магистрали подбирается уникальный состав асфальта и битума. За счет учета индивидуальных особенностей новый асфальт будет менее восприимчив к износу, в том числе и шипованными покрышками. Продолжим также использовать гофрированные трубы, они себя уже отлично зарекомендовали. Битумная лента для герметизации стыков также, что называется, в ходу.
— Расскажите, пожалуйста, о работе с федеральным центром. Как идет договорный процесс по поводу софинансирования из госказны областных объектов транспортной инфраструктуры?
— За два последних года мы наладили диалог с Минтрансом РФ и Росавтодором. Москва убедилась, что Ленобласть — надежный партнер, и поддерживает наши объекты: это и мосты через Свирь в Подорожье и Волхов в Киришах, и Колтушское шоссе, и уже построенная развязка в Мурино.
Однако наша позиция состоит в том, что поддержка строек должна идти параллельно с поддержкой ремонтов: Ленобласть сегодня является ведущим транзитным регионом России. Поэтому объем износа автодорог у нас очень большой. При этом мы видим, что существует практика поддержки региональных дорожных фондов федеральными целевыми трансфертами на ремонт, и рассчитываем, что она будет распространена также и на Ленобласть.
Справка
Напомним, в этом году в Ленобласти в рамках нацпроекта «Безопасные качественные дороги» планируется отремонтировать около 110 км региональных магистралей.
Речь идет о Гостилицком шоссе, дорогах Красное Село — Гатчина — Павловск (от Виллозей до Вайялово), Новый Петергоф — Низино — Сашино (полностью вся дорога от Князево до Сашино), Петербург — Ручьи (от КАДа до Лебяжьего) и Зеленогорск — Приморск — Выборг (от границы с Петербургом до коттеджного поселка «Финский бриз»), Волосово — Копорье на участках от райцентра до Гомонтово и от Лашковиц в сторону Копорья. Целиком обновится дорога Елизаветинка — Медный завод во Всеволожском районе. Там же сделается участок дороги Осиновая Роща — Магистральная от Петербурга до Вартемяг через Дранишники. В Тихвинском районе ремонт пройдет на дороге Лодейное Поле — Тихвин — Будогощь от Липной Горки почти до Ругуя.
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/5a039e14/f7fc00f2c54387067145365c.jpg)
Исполняющий обязанности главы Комитета по дорожному хозяйству Ленинградской области Денис Седов рассказал «Строительному Еженедельнику» о предварительных итогах ремонтного сезона этого года, ходе больших строек и работе дорожников с федеральным центром.
— Денис Станиславович, львиная доля работ у дорожников сезонная. Как в этом году удалось провести тендерную кампанию?
— На большую часть ремонтов мы заключили контракты еще в конце прошлого года. Итогом этого стал выход подрядчиков на работы уже в апреле, как только позволила погода. Результат — окончание работ в начале июля и место в рейтинге девяти ведущих регионов России по скорости и качеству ремонтов, идущих в рамках нацпроекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги», по данным Росавтодора. Благодаря дополнительному финансированию в конце августа был заключен еще ряд контрактов со сроками завершения работ в сентябре. В общей сложности в этом году мы ремонтируем почти 300 км региональных дорог.
— Если говорить конкретно об объектах, то что первым приходит на память?
— Ремонт Дороги жизни. Он был сделан меньше чем за месяц, так как на большее время ограничивать движение транспорта по магистрали было нецелесообразно. Здесь был уложен особо прочный асфальт ЩМА-19 по методу объемного проектирования. Работали днем и ночью, погода тоже преподносила сюрпризы.
Из строек особо отмечу старт возведения мостов через Волхов в Киришах и Свирь в Подпорожье. Это поистине завораживающие стройки, которых люди ждали не один десяток лет. На этих объектах работает такое количество современной техники, что не устаешь удивляться масштабам каждый раз, когда приезжаешь на стройки. Оба моста уже строятся с опережением календарного графика, что дает уверенность — завершим раньше контрактных сроков, здесь нам очень важна поддержка федерального центра.
Еще один важный объект — развязка в Мурино, где мы недавно запустили рабочее движение. Уже сейчас видно, что решена основная транспортная проблема — выезд из города. Мы начали долгожданную реконструкцию Колтушского шоссе: сейчас подрядчик выходит на объект, ставит городки и делает накопительные площадки. Это будет, пожалуй, одна из самых трудозатратных строек последнего времени: загруженность дороги и близость частных участков к полосе отвода требуют от нас и подрядчиков особого внимания.
— Область уже два года реализует дорожный нацпроект. Можете подвести предварительные итоги?
— Ценность нацпроекта как такового ― помимо проведения ремонтов, расшивки проблемных транспортных узлов и сокращения аварийности — в постоянном контакте с людьми. Каждый наш выезд на объект стройки или ремонта проходит с участием местных жителей, которые получают ответы на все свои вопросы непосредственно, что называется, на живых примерах. По сути, идет просвещение людей о том, чем живет дорожная отрасль, какие технологии применяет и с какими вопросами дорожникам приходится сталкиваться каждый день. Люди видят, что за каждым километром дороги стоит постоянный труд людей, которые ее обслуживают и ремонтируют. Все это — залог конструктивного диалога, который так важен при реализации нацпроекта.
— Главная тема года — коронавирус. Как он повлиял на дорожную отрасль Ленобласти в целом?
— В целом — мы научились работать в дистанционном режиме. Я говорю о совещаниях и встречах, конечно. Если серьезно, то наша отрасль относится к одной из системообразующих, поэтому работа не прекращалась ни на секунду. Наоборот, падение трафика во время нерабочей недели позволило нам быстрее выполнить часть ремонтов. Плюс надо понимать, что благодаря госконтрактам дорожная отрасль стала одним из локомотивов экономики Ленобласти в период коронавируса, так как есть известная формула о том, что одно рабочее место в стройке обеспечивает пять разных мест в других отраслях.
— Помимо трасс регионального значения в обновлении нуждаются и местные дороги. Что делается в этом году по этому направлению?
— Дорожный комитет в этом году выделил рекордное количество субсидий на ремонт и строительство муниципальных дорог — это 1,6 млрд рублей. Сумма беспрецедентная, поэтому мы рассчитываем, что люди ощутят качественные изменения местной улично-дорожной сети. Однако надо понимать, что со стороны области ведется жесткий контроль качества выполненных работ — на всех объектах отбираются пробы специализированной лабораторией «Ленавтодора».
— О цифрах. Какое финансирование дорожного фонда в этом году и какие предварительные планы на следующий?
— Почти 12 млрд рублей составляет объем дорожного фонда Ленинградской области в этом году. Большая часть средств идет на обслуживание, ремонт и строительство дорог. Мы рассчитываем, что в следующем году цифра будет больше с учетом принятия закона о социальных гарантиях области: там будет четко прописано, что в год мы должны ремонтировать не менее 500 км региональных дорог плюс предусматривать как минимум 1 млрд рублей в качестве дорожных субсидий для муниципалов.
— Есть ли уже понимание по объектам на следующий год?
— Мы сейчас заканчиваем формирование ремонтной программы 2021 года, которая создавалась на встречах с жителями. Точно понимаем, что продолжим ремонт Токсовского шоссе, дороги Красное Село — Гатчина — Павловск, Гостилицкого шоссе, трассы Волосово — Гомонтово — Копорье и многих других. Рассчитываем начать строительство обхода Мурино в створе Пискаревского проспекта, чтобы увести транзитный поток с вечно загруженного Токсовского шоссе. В планах еще — сделать ряд капремонтов в Приозерском и Выборгском районах, переведя существующие гравийные дороги в асфальт. Одним словом, работы много.
— Область сегодня, пожалуй, один из основных транзитных регионов нашей страны. Нагрузка на дорожную сеть региона растет ежегодно. Как дорожный комитет выстраивает работу с Минтрансом для получения федеральных субсидий на стройки и ремонты?
— Нам удалось договориться о федеральных траншах на стройку мостов через Свирь и Волхов, реконструкцию Колтушского шоссе, стройку путепровода во Всеволожске и обход Мурино в створе Пискаревского проспекта. Однако мы убеждаем коллег, что помимо новых строек надо субсидировать ремонты в рамках национального проекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги».
Справка
Всего в текущем году в рамках национального проекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги» в Ленинградской области отремонтированы следующие региональные объекты:
- Дорога жизни (трасса Петербург — Морье);
- Токсовское шоссе;
- подъезд к деревне Хиттолово и дороге Петербург — Запорожское — Приозерск;
- в Выборгском районе обновлен участок дороги Огоньки — Стрельцово — Толоконниково;
- в Волосовском районе завершен ремонт участка трассы Жабино — Губаницы — Волосово;
- в Тосненском районе — участок дороги Кемполово — Выра — Тосно; - в Гатчинском районе— участок трассы Гатчина — Ополье.
Кроме того, дорожники обновили:
- часть Выборгского шоссе от поворота на Медный Завод;
- участок трассы Петербург — завод им. Свердлова — Всеволожск от КАДа до поселка им. Свеврдлова;
- участки трасс Сиверская — Куровицы, Сосновый Бор — Глобицы, Мины — Новинка, Пески — Подгорье и Заручье — Шавково.
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/0333c2c5/88745e166234010895ff5004.jpg)
Гил Пеньялоса – учредитель и председатель совета директоров некоммерческой канадской компании 8 80 Cities, а также специальный представитель ассоциации World Urban Parks – международной представительной организации городских парков, общественных пространств и рекреационных зон.
В конце 1990-х Гил возглавил проект по созданию и развитию более чем 200 парков в столице Колумбии, а сейчас консультирует чиновников и организации по всему миру. На форуме 100+ эксперт поделится своим опытом, а пока в интервью рассказал, что значит название его компании «8 80», как мотивировать власть на развитие общественных пространств и почему пожилые люди – это ценный ресурс, в который обязательно нужно вкладываться.
– Вы консультируете руководителей и сообщества по всему миру, помогая им создавать успешные города. Есть ли такие ученики, которые смогли максимально воплотить ваши идеи? Расскажите о них.
– Скажу так: мне посчастливилось работать более чем с 350 городами по всему миру, на всех континентах. И в очень многих городах мои идеи использовали довольно хорошо. Не все, но те, которые были применимы к конкретному городу.
Моя некоммерческая организация называется «8 80». Что это вообще такое? Принцип построен на одном вопросе: что если всё, что мы делаем для города, было бы удобно и для восьмилетнего человека, и для восьмидесятилетнего? От тротуаров и парков до библиотек и всех других общественных мест. Я сейчас не говорю о том, чтобы город был удобен людям от 8 до 80 лет, а именно людям восьмилетнего возраста и восьмидесятилетнего. Если мы будем ориентироваться именно на эти две группы, то город будет удобен абсолютно всем – от нуля до ста лет. Я видел применение этого принципа уже во многих городах в Албании, в Мексике, в Танзании.
Сейчас я живу в Торонто, но какое-то время работал в Колумбии и был ответственным за парковые пространства. Мы реализовали идею с так называемым внезапно появляющимся парком. Идея была в том, чтобы взять улицы – в городе был 121 километр улиц и дорожного пространства – и превратить в один день недели все эти улицы в один взаимосвязанный парк. То есть люди гуляли, бегали, на скейтбордах катались, развлекались и отдыхали. Эту идею применили уже более чем в трехстах городах. И Россия может применить эту идею тоже. Она работает в городах от 50 тысяч до 10 миллионов населения. Где угодно. В Москве эту программу можно держать с мая по октябрь каждый год по воскресеньям. Внешние условия это позволяют.
Некоторые города берут какие-то мои идеи об эффективности движения, другие по созданию парков. Я провожу для этого воркшопы, мотивирую людей, обучаю. При этом я сам учусь. Из моих поездок в Россию я много узнал. Например, в Казани я видел парк, который сделан в лесу и построен только из дерева, никакого пластика. Круто! Увидел, как там дети играют, и очень многое от этого перенял в свою деятельность. И так по всему миру.
– Почему вы выбрали именно такие возрастные группы – 8 и 80 лет?
– Группы восьмилетних и восьмидесятилетних играют роль такого индикатора для определения того, что нужно всем.
Представим ситуацию. Есть у нас велосипеды и автомобили. Обычно в городах для велосипедов проводят какую-то линию и все. Здесь, чтобы применить этот принцип, нужно задать три вопроса. Первый: что если по велосипедной дорожке поедет ребенок? Второй: что будет, если дорожкой воспользуется восьмидесятилетний человек? Третий: если бы кому-то из них нужно было пойти в школу или магазин, были бы мы спокойны за них в ходе их путешествия от дома до нужного места? Если да, то все нормально. Если нет, то что-то нужно менять.
Если говорить о парках, то возьмем в пример детей от новорожденных до четырехлетних. Говорят, что это самый важный период для ребенка, потому что развивается мозг, мышцы. Но в парках на данный момент ничего не делается для них. Нет никаких инструментов для того, чтобы дети развивались наиболее естественным и эффективным для себя образом.
Также, если посмотреть на парки, мы увидим там людей всех возрастов, кроме стариков. Стариков там гораздо меньше, потому что им там нечего делать. Я говорю о людях, которым за шестьдесят. Если в среднем говорить, это треть населения нашего мира.
Если человеку исполнилось 60, у него еще есть много времени, чтобы быть счастливым. Он вышел на пенсию, у него должны быть возможности для деятельности, какой-то активности. В то же время эти люди могут много полезного дать обществу. У них много опыта, знаний, и они могут этим делиться. И все, что в них вложили, вернется с лихвой. В целом только в последние два года жизни у человека начинаются проблемы со здоровьем.
Нам нужно привыкнуть к той идее, что люди такого возраста еще могут что–то отдать обществу. Успешный парк в этом контексте – это не тот, который получает какие–то архитектурные награды, это парк, в который людям хочется возвращаться. А причиной для того, чтобы люди возвращались в парки, будут являться как раз-таки активности, которые там организованы. И еще нужно помнить, что парки – место для круглогодичного времяпровождения.
– Вы уже бывали в России, например, в Казани. Какое впечатление у вас осталось? Умеют ли у нас обустраивать парковые пространства и создавать точки притяжения?
– Впервые я попал в Россию 35 лет назад. Был в Санкт-Петербурге, Москве. За последние три года посетил еще Казань и могу сказать, что был очень впечатлен. Буквально за восемь лет Казань преобразилась: из города, в котором не было вообще качественных парков, она стала местом, в котором построили более сотни новых парков. Это правильный подход.
Для того чтобы пространство было качественным, в городе нужен не просто один хороший парк, а целая система парков. Допустим, в Москве есть парк Горького, он отличный, но для целого города этого недостаточно. Нужны парки поменьше, районные, где можно гулять, всегда видеть своих же соседей, то есть что-то более локальное. Это требуется для сбалансированного развития. Но в целом я хочу сказать, что в России хорошо. Я увидел изменения.
Но когда мы говорим об общественных пространствах, о точках притяжения, недостаточно упоминать одни только парки. Если посмотреть на любой город сверху, мы увидим, что от 25 до 30% занимают улицы. И улицы – это тоже общественные пространства. Улицы должны быть для всех. Например, в случае с Россией, да и, наверное, многими другими местами, еще 10 лет назад, 25 лет назад машины были везде. Всё было сделано для автомобилей. Их можно было даже ставить на тротуары. Сейчас ситуация улучшилась. Машины не стоят на тротуарах, тротуары только для пешеходов. И это тоже важно, поскольку тротуары – это место, где люди гуляют, а не просто идут из точки А в точку Б.
– Многие считают, что в Екатеринбурге недостаточно парков и в целом зелени. Как мотивировать власть на изменения?
– Я бы сказал так: не нужно фокусироваться на самих парках. Нужно фокусироваться на преимуществах, которые эти парки могут дать всем. Это психическое здоровье, климатические и экономические преимущества. Также преимущества в благосостоянии и более удобном передвижении по городу.
Если мы встречаем чиновника, который заинтересован в экономике, то ему нужно донести идею того, что люди хотят жить в городах, в которых есть парки, потому что это удобней и комфортней.
Если же мы разговариваем с ответственным за здравоохранение, то нужно донести идею о том, что людям полезно много гулять. Да даже немного, хотя бы 30–60 минут, но постоянно, как минимум пять дней в неделю. И единственное условие, при котором люди смогут это делать, – если будут подходящие пространства.
Особенно мы увидели важность этого в условиях COVID-19. Нам сейчас, например, нужно пространство для того, чтобы соблюдать социальную дистанцию. То есть нам нужны широкие тротуары, большие парки, чтобы была возможность выйти прогуляться.
– Тема форума 100+ в этом году – «Осознанное строительство». Что оно дает обычным горожанам?
– Первое, что может дать осознанное строительство простому горожанину – равенство. Если мы посмотрим на ситуацию, которая сложилась с коронавирусом, мы увидим, кто больше подвержен смертности – это люди в возрасте. Но кроме них умирают бедные люди. Богатые люди не так часто переносят коронавирус, потому что они могут работать из дома, а люди, которые работают на улице и живут в состоянии стресса, заражаются чаще.
Второе – это устойчивость. В мире есть проблема посерьезнее коронавируса. Это изменение климата. Сейчас как никогда важно работать всем вместе. Если мы не можем все вместе справиться с COVID, куда уж нам тягаться с глобальными проблемами вроде изменения климата. Если это не получится, то не получится ничего.
Поэтому простому горожанину нужны условия, в которых физическое и психологическое здоровье поддерживаются у всех. А это дают равенство и устойчивость.