Чудеса технического регулирования. Шаг вперед, пять шагов назад
Федеральный закон № 184 ФЗ «О техническом регулировании» от 2002 года должен был коренным образом изменить всю систему технического регулирования в стране с целью снижения административного и экономического давления на предпринимателей. Свое мнение о влиянии его на строительную отрасль с учетом вступления в силу Постановления Правительства РФ № 985, заменившего Постановление № 1521, «Строительному Еженедельнику» высказал генеральный директор ООО «Эксперт-Проект» Максим Яковлев.
Чтобы разобраться в ситуации с техническим регулированием строительной отрасли и оценить последствия вступления в силу Постановления Правительства РФ № 985, заменившего Постановление № 1521, устанавливающее перечень обязательных к применению нормативов, необходимо напомнить историю вопроса.
Она начинается с Закона «О техническом регулировании» № 184-ФЗ от 27 декабря 2002 года. Его принятие почти на десять лет затормозило технический прогресс, запретив разработку норм при отсутствии утвержденного технического регламента.
Техрегламент о безопасности зданий и сооружений рождался в долгих творческих муках на протяжении семи лет. В декабре 2009 года он все-таки был принят и вступил в действие с 30 июня 2010 года. Появление Техрегламента № 384-ФЗ наконец открыло дорогу техническому нормотворчеству.
Для того чтобы регламент заработал, Правительству РФ в течении шести месяцев необходимо было сформировать соответствующий перечень и включить в него Национальные стандарты (ГОСТ Р) и Своды правил (СП). Первый такой перечень утвержден Правительством Распоряжением № 1047-р от 21 июня 2010 года.
Сколько же ГОСТов и СП вошли в этот перечень? Ответ: ГОСТ Р — 4 (четыре), СП — 0 (ноль) документов. Вместо этого в него включены другие документы, не предусмотренные Техрегламентом. Тем самым Правительство РФ нарушило Закон № 384-ФЗ.
Однако высшее руководство страны продолжало настаивать на срочной разработке СП и Национальных стандартов. Чтобы амортизировать этот напор, чиновники из Минрегионразвития делают новый ход. Они вводят в оборот новый термин: не «переработка» норм, а их «актуализация». Что это такое — никому не известно, официальное определение этого термина отсутствует.
Результаты первой «актуализации» наглядно демонстрируют, что она не имела в виду приведение норм в соответствие с современным научным и техническим уровнем, зато позволила отчитаться перед руководством страны об исполнении данных поручений. На деле процесс в основном свелся к смене обложек норм 30-летней давности.
Это прекрасно видно на примерах вновь созданных Сводов правил, анализ которых проведен специалистами строительной отрасли. Так, нетрудно убедиться, что из 156 пунктов, содержащихся в тексте «нового» СП 79.13330.2012 «Мосты и трубы. Правила обследований и испытаний», — 152 полностью дублируют пункты из СНиП 3.06.07-86 с аналогичным названием. Новых — всего 4 (четыре) пункта, состоящие из 204 слов. И над этим трудился авторский коллектив из одиннадцати человек, в т. ч. три доктора и два кандидата наук. Вклад каждого из исполнителей составляет восемнадцати слов, и эти слова поистине являются золотыми!
Вряд ли эти четыре пункта отражают все новации, произошедшие за последние 30 лет в сфере диагностики мостов. «Новый» СП отражает технический уровень середины 1980-х годов, не учитывает кардинальных изменений, произошедших за прошедшие годы в этой сфере, связанные с внедрением в РФ автоматизированного банка данных технического состояния мостов и адаптированной к нему системы обследования.
При рассмотрении СП 42.13330.2011 невооруженным глазом видно, что текст раздела «Транспорт и улично-дорожная сеть» на 90% повторяет текст соответствующего раздела СНиП 2.07.01- 89*.
В СП 34.13330.2012 из 313 значений нормируемых показателей в разделах 5 и 6 — 313 заимствованы из норм 30–40-летней давности, в том числе 160 из СНиП 2.05.02-85* 1985 года и 153 из СНиП II-Д.5-72 1972 года.
Результатом смены обложек СНиПов и 5-летней работы над перечнем явилось освоение нескольких миллиардов рублей и рождение нового «инновационного» перечня, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 26 декабря 2014 года № 1521.
Однако, как только закончилась работа над перечнем-1521, сразу началась разработка нового. Над его работой Минстрой потрудился на славу. Как неоднократно сообщало новое руководство ведомства, в новом перечне значительно уменьшаются обязательные строительные требования. Это означает, что «30% всех нормативов — ГОСТов и СП — будут носить рекомендательный характер», сообщил вице-премьер РФ Марат Хуснуллин.
И вот, наконец, новый перечень был утвержден Постановлением Правительства № 985 от 4 июля 2020 года.
Несмотря на то, что чернила на подписи премьера под перечнем-985 еще не успели высохнуть, Минстрой РФ уже в ноябре 2020 года в нарушение Технического регламента о безопасности зданий и сооружений № 384-ФЗ размещает на федеральном портале проектов нормативных правовых актов проект Постановления Правительства, которое вносит изменения в свежепринятый документ.
Что же заставило чиновников это сделать? Как указывается в обосновании Минстроя, четырехмесячная практика применения перечня-985 показала наличие в нем технических ошибок и дублирований, исключение которых в новой редакции документа разрешит возникающие вопросы и обеспечит единообразное толкование и применение требований субъектами права.
Сколько же этих ошибок? Одна, две, больше? Оказалось, что обнаружено семь листов технических ошибок. Таким образом, измененный перечень должен быть сокращен на 153 пункта (включающих в себя 254 требования безопасности).
Но главная причина внесения изменений — это включение туда обновленного СП 14.13330.2018 (строительство в сейсмических районах). Анализ этого СП, проведенный Национальным объединением строителей, привел к скандалу, который грозит репутационными потерями и серьезными расходами для Правительства и автора документа — Минстроя.
В СП по сейсмике была изменена балльность, это обязывает строителей немедленно остановить все стройки в сейсмических регионах и провести дополнительные работы по перепроектированию зданий для усиления в них конструкций и обеспечения безопасности. Более того, поскольку этот СП утвержден Правительством РФ, оно теперь обязано провести на всех существующих зданиях и сооружениях в этих пятнадцати регионах работы, повышающие их сейсмостойкость, — а это дополнительные сотни триллионов рублей.
Особую «гордость» за специалистов Минстроя испытываешь, когда узнаешь, что основанием для повышения сейсмики, например, в Красноярском крае явились два фактора: дальнейшее изучение Саянского разлома и упоминание в 1806 году в красноярской газете «Городские вести» (или) новости о сильных землетрясениях, произошедших в регионе в XVI веке. В других субъектах РФ примерно такой же перечень оснований.
Давайте теперь посмотрим, какие же новации авторские коллективы внесли в актуализированные СП, включенные в перечень-985.
Для примера возьмем СП 118.13330.2012* «Общественные здания и сооружения». Первую версию от 29 декабря 2011 года разрабатывал ОАО «Институт общественных зданий». Последующие редакции с 2014 года разрабатывало ООО «НИПИ учебных, общественных и жилых зданий». По данным из открытых источников, дата создания этой организации — 2012 год. Не успела она начать работу, как практически сразу получила заказ от Минстроя на актуализацию СП, и, по всей видимости, не одного. При этом это ООО является микропредприятием с девятью работниками. Найти данные о его кадровом составе невозможно ввиду отсутствия у организации сайта!
Даже из поверхностного анализа СП 118.13330.2012* видно, что во многих пунктах документа единые количественные или качественные показатели или отсутствуют вообще, или настолько размыты, что допускают их разную трактовку и не обеспечивают единообразного толкования применения этих требований. В ООО «НИПИ учебных, общественных и жилых зданий», наверное, забыли, что норма — это требование, устанавливающее единые количественные или качественные показатели по вопросам проектирования.
Что касается других СП перечня-985, там дело обстоит еще хуже. Фактически новые СП (особенно по вопросам пожарной безопасности) превратились из технического документа в юридический, и вся строительная отрасль занимается их толкованием и выяснением, что этим хотели сказать разработчики.
К сожалению, здесь описано только около 5% той «профессиональной импотенции», которая наблюдается в строительной отрасти в течении не одного десятка лет.
Какие же перспективы технического регулирования? Что же изменится связи с введением перечня-985?
На этот вопрос, кажется, ответило Правительство РФ. В настоящее время им проводится административная реформа, подразумевающая оптимизацию аппарата и сокращение численности госслужащих. В соответствии с ней в структуре аппарата Правительства сокращено 5 (пять), а появились 7 семь(!) новых департаментов. Руководителем нового департамента строительства назначен 31-летний «опытнейший профессионал» юрист Максим Степанов.
Ну, и пару слов в качестве постскриптума. Пока готовилась к выходу эта статья, на федеральном портале проектов нормативных правовых актов Минстрой разместил вторую редакцию проекта Постановления Правительства РФ, которая опять вносит поправки в перечень-985. В нем, в том числе, предлагается исключить из перечня двенадцать документов целиком.
По мнению Минстроя (пояснительная записка к проекту), одной из причин для этого является то, что, согласно Градкодексу РФ, Государственный строительный надзор осуществляется на предмет соответствия выполнения работ требованиям Технических регламентов, а не Сводов правил.
Однако в Техрегламенте вообще не содержится конкретных параметров и значений, которые обеспечивают безопасность в том или ином вопросе. Он содержит лишь общие принципы. Параметров, на соответствие которым должны осуществлять проверку органы Госстройнадзора, в документе просто нет. Потому надзорные органы уже минимум 67 лет на практике работают со СНиП, а сейчас — с СП.
Вне зависимости от вида и формы организации необходимо четко выстроить в ней работу всего коллектива. В этом уверен генеральный директор АО «ПО «Баррикада» Феликс Плескачевский. Он поделился со «Строительным Еженедельником» некоторыми фактами из своей биографии, а также рассказал о том, как за два года удалось возродить предприятие и сделать его ведущим игроком рынка ЖБИ.
– Феликс Феликсович, много лет Вы отдали службе в Вооруженных силах. На Ваш взгляд, что общего между руководством военной структурой и строительным производственным предприятием? В чем различия?
– Схожего значительно больше. Как у любой военной структуры, так и у производственной организации есть жесткая внутренняя структуризация. В Военно-морском флоте, где я служил, это деление на боевые части, тут – на производственную, энергетическую службы, планово-экономический отдел, коммерческую дирекцию, юридический департамент и пр. Каждое из подразделений выполняет свою функцию, благодаря чему осуществляется деятельность всего предприятия. Кстати, если обратили внимание, на нашем заводе все носят спецформу. Во-первых, это не выделяет тех, кто старше или младше по должности, имеет б´ольшую или меньшую зарплату. Во-вторых – форма дисциплинирует.
Различия между военной структурой и предприятием, конечно, тоже есть. Тут у сотрудников больше различных прав, качественная социальная защищенность, активно работает профсоюзный комитет, много очаровательных женщин, которых не было в военных частях, когда я служил.
– А почему решили стать военным?
– Это династия, в нашей семье поколениями служили все. До революции – государю-императору, затем советской власти. Один мой дед воевал в советско-финской войне, затем во Второй Мировой, другой служил на Ленинградском и Волховском фронтах. Отец имел звание капитана 1-го ранга, посвятил 30 лет Военно-морскому флоту, был доктором наук. Так что альтернативы у меня особо не было. Изначально был выбор между высшим общевойсковым и военно-морским училищем. Предпочел второе. Военную службу проходил, в частности, на Тихоокеанском флоте во 2-й флотилии АПЛ. Годы учебы и службы были интересным временем.
– Наверное, именно такие качества помогли Вам в дальнейшей деятельности – в частности, когда возглавили «Баррикаду»?
– Пожалуй, это действительно так. Отмечу, что первое мое высшее образование – Военно-морской институт радиоэлектроники им. А. С. Попова, специальность – инженер электронной техники. После этого окончил Высшие специальные офицерские классы ВМФ. Второе высшее образование я получил в Северо-Западной академии государственной службы при Президенте РФ по специальности «Государственное и муниципальное управление». Мой опыт работы в ГК «Ростех» позволил перенести все стандарты госкорпорации и в деятельность АО «ПО «Баррикада».
Полагаю, что вне зависимости от вида и формы организации руководителю необходимо четко выстроить в ней работу всего коллектива. Это имеет особое значение при возникновении сложных ситуаций, которые требуют незамедлительного решения. При правильном подходе все обязательно разрешится и получится.
– Как сейчас живет «Баррикада»? Какие производственные достижения можете отметить?
– Сегодня производственное объединение «Баррикада» крепко стоит на ногах. Однако чуть менее двух лет назад оно было на грани закрытия. В марте 2018 года московский девелопер «ТОРОС» выкупил у АО «Группа ЛСР» 100% акций АО «ПО «Баррикада». Новыми собственниками были поставлены новые цели и задачи, для достижения которых было инвестировано в производство и инфраструктуру более 120 млн рублей. В течение трех месяцев мы приводили завод в порядок, затем начали процесс модернизации производственной базы – как следствие, получили рост объема выпускаемой продукции. Это в кратчайшие сроки позволило АО «ПО «Баррикада» занять лидирующие позиции среди производителей ЖБИ Северо-Запада России. Бесспорно, без поддержки коллектива АО «ПО «Баррикада» у нас бы ничего не получилось.
20 ноября 2018 года было подписано постановление Правительства РФ, в соответствии с которым АО «ПО «Баррикада» признано единственным поставщиком (производителем) плит аэродромных гладких (ПАГ) в интересах Минобороны РФ. Совместно с 20-м Центральным проектным институтом Минобороны ведем работы по формированию коммерческого предложения на изготовление и поставку арочных укрытий в интересах Минобороны до 2027 года. АО «ПО «Баррикада» готово участвовать в федеральной программе предоставления жилья военнослужащим и членам их семей в соответствии с положениями Постановления Правительства РФ от 29 июня 2011 года № 512 и предложить качественную, конкурентоспособную железобетонную продукцию, необходимую при строительстве военных городков и иных типовых сооружений Минобороны.
– Получается, что в большей степени предприятие работает с гособоронзаказом?
– Безусловно, контракты с МО РФ нас сильно выручают. Но доля гособоронзаказа у нас составляет 35% от всего производства. Остальное все – гражданский госзаказ и работа с коммерческими заказчиками.
Интересным опытом мы считаем участие в проекте строительства скоростной трассы М-11 «Москва – Санкт-Петербург». В 2019 году совместно с Росавтодором мы приняли активное участие в завершении 8-го этапа строительства этой магистрали, изготовив и отгрузив 3,2 тыс. дорожных плит (ПШ и ПШД) для строительства участка в Тосненском районе Ленобласти и в Санкт-Петербурге. Cовместно с австрийской компанией DELTA BLOC начали выпуск дорожных разделителей, соответствующих европейским стандартам.
Безусловно, мы активно работаем и с застройщиками. Нашими партнерами являются «Сэтл Строй», «ЮИТ», «Евромонолит», Группа ЦДС и другие известные девелоперы. Мы поставляем им широкую номенклатуру ЖБИ.
– Как оцениваете ситуацию на рынке производства ЖБИ?
– Со введением недавних существенных изменений в 214-ФЗ на рынке наблюдается некоторая стагнация. Тем не менее я поддерживаю данные новшества, ведь они проводятся государством в интересах дольщиков. Полагаю, что в ближайшие два-три года ситуация на рынке нормализуется. Более того, думаю, сегмент ЖБИ (как один из наиболее экономичных) в жилищном строительстве будет наращивать долю – соответственно, наша продукция будет востребована.
– Сколько человек сейчас работает на предприятии? Кто они?
– В настоящее время на ПО «Баррикада» трудятся более 700 человек. Мы наблюдаем омоложение коллектива, многим сотрудникам 30–35 лет. Продолжают работать и люди, отдавшие предприятию почти всю свою жизнь. Многие из них носят звание «Почетный баррикадовец».
Компания осуществляет материальные и нематериальные виды поощрений работников к юбилейным датам, по случаю рождения и смерти ближайших родственников, награждение грамотами и благодарностями к памятным датам с выплатой разовых премий и занесением на Доску почета АО «ПО «Баррикада». Мы вдохнули новую жизнь в предприятие, это не могло не обрадовать наших сотрудников. За прошлый год зарплата рабочих в организации выросла на 36% и составляет сейчас в среднем 55 тыс. рублей в месяц.
Отмечу, что на ПО «Баррикада» организована хорошая соцподдержка работников. Сравнимая с той, которая была на многих предприятиях в годы СССР. На территории предприятия работает бесплатная столовая, функционирует лицензированный медицинский здравпункт, оснащенный современным оборудованием, есть собственный физкультурно-оздоровительный центр с бассейном. Проводятся различные мероприятия для наших сотрудников и их детей. Казалось бы, это мелочи, но они мотивируют работать на заводе и качественно выполнять свои обязательства.
– Участвуете ли в каких-то социальных проектах вне завода?
– Конечно, да. Мы – одно из градообразующих предприятий Гатчины, нам важно, чтобы она также развивалась. Наш коллектив принимает участие в городских субботниках, параде Победы и в других мероприятиях. Мы планируем взять шефство над детской футбольной командой, оказать поддержку юным спортсменам. Также намерены реализовать и другие проекты, о которых обязательно еще расскажем.