Антон Мороз: «На повестке дня – окончательный переход на электронное взаимодействие»
На съезде Национального объединения строителей ведущие эксперты отрасли традиционно затронули самые актуальные для строительного комплекса вопросы и проблемы. О некоторых из них ASNinfo рассказал вице-президент НОСТРОЙ Антон Мороз.
– Одним из пунктов принятой на Съезде резолюции стало введение ГИС «Строительство». Каким НОСТРОЙ видит назначение этой системы?
– Сегодня электронный документооборот (ЭДО) введен практически во всех сферах экономики. Поэтому на повестке дня стоит окончательный переход на электронное взаимодействие всех участников строительной отрасли.
Система «Строительство» предусматривает ведение саморегулируемыми организациями личных кабинетов (или, как их называют, цифровых профилей) подрядных и субподрядных организаций. Эти профили должны содержать результаты контроля Госстройнадзора, результаты исполнения контрактов, информацию о деловой репутации участника закупки, что может быть полезно, в том числе, для заказчиков при выборе подрядчика.
В первую очередь Система «Строительство» направлена на сокращение сроков административных и согласительных процедур, повышение уровня взаимодействия бизнеса и власти. Результаты перехода на ЭДО уже позволили существенно сократить сроки строительства и, соответственно, снизить его стоимость. Поэтому переход необходимо сделать повсеместным и бесповоротным.
– НОСТРОЙ предлагает создать систему хранения некой информации об объектах капитального строительства и высказал готовность стать ее оператором. Какого рода сведения должны попадать в эту систему? Какие насущные проблемы и задачи строительной отрасли предполагается решить с помощью данной меры?
– Как я уже сказал, дальнейшее углубление интеграции потребует более глубокого взаимодействия со всеми участниками строительного процесса, а также включения СРО и национальных объединений, подрядных организаций и инженерно-технических специалистов в государственные информационные системы и в единое цифровое пространство строительной отрасли по ряду направлений.
По первому направлению предусмотрено формирование Единого федерального реестра членов СРО и их обязательств (ЕФРОЧ СРО).
Вторым крупным блоком будущей информационной системы НОСТРОЙ предполагается сделать Единую платформу для ведения и хранения исполнительной и технологической документации по объектам строительства (ЕИП ИТД). В ней будет собрана информация об объемах и качестве выполненных строительных работ.
В частности, инструменты платформы позволят своевременно вносить записи в общий и специальный журналы учета выполнения работ, формировать в автоматическом режиме как акты освидетельствования работ и строительных конструкций, так и акты освидетельствования участков сетей инженерно-технического обеспечения, что сократит время и трудозатраты специалистов.
Третий блок системы будет сформирован из двух сервисов: специализированного кадрового ресурса в области строительства (СКР), который планируется создать на базе Национального реестра специалистов, и информационной системы независимой оценки квалификации в строительстве (ИС НОК). Этот блок системы позволит вести учет и контроль реальных знаний, навыков и умений инженерных и рабочих кадров, которые выполняют на стройплощадках ответственные работы, влияющие на качество и безопасность объектов.
Для реализации этих предложений национальные объединения СРО будут включены в состав участников Системы межведомственного электронного взаимодействия органов госвласти, получат доступ в ЕПГУ, а также к закрытой части ЕИС в сфере закупок.
– Участники съезда предлагают законодательно закрепить обязанности заказчика по авансированию контрактов в объеме не менее 20%. Чем обоснована данная цифра? Расскажите поподробнее о предлагаемом механизме авансирования. Как, по Вашим данным, сейчас выглядит ситуация с авансированием госконтрактов, какова доля реализуемых без аванса?
– На данный момент размер авансирования может быть не более 30%. Но нижней границы не установлено, поэтому заказчики пользуется тем, что аванс – это их право, что он может быть равен 0%, и не устанавливают его. В такой ситуации подрядчики вынуждены брать кредиты в банке для выполнения первых этапов работ, неся дополнительные расходы уже на старте реализации контракта.
Экономическая выгода от реализации проектов в рамках госзаказа для исполнителя часто минимальна, а при необходимости выплаты процентов по займам выходить на госторги становится абсолютно невыгодно. По результатам проведенного Нацобъединением анализа, среднее количество участников торгов в сфере строительства составляет 1,2 участника на процедуру. Поэтому, в том числе для повышения конкурентности, для снижения финансовых рисков и барьеров для подрядчика Съезд вынес такое предложение.
НОСТРОЙ уже разработал законопроект, которым планируется внести изменения в 44-ФЗ, а именно закрепить обязанность заказчика включать положение об авансировании в размере от 20 до 50% от цены контракта.
Расчет такой минимальной границы был произведен следующим образом. Четыре основных элемента затрат в себестоимости СМР – это основные материалы, заработная плата рабочих основного производства, эксплуатация машин и механизмов и накладные расходы. В процентах были рассчитаны диапазоны величины этих элементов в общем объеме себестоимости, потребность в них в горизонте одного года производства строительно-монтажных работ, и отсюда выведен минимальный размер аванса.
Анализ проводился на основе расчета при строительстве общественных зданий и сооружений (досуговые центры, учебные корпуса, здания общежитий для Минобороны) и муниципальных объектов. При этом эксперты сделали примечание, что при необходимости поставки технологического оборудования аванс нужно увеличивать на сумму стоимости оборудования.
Механизм авансирования, предлагаемый НОСТРОЙ, выглядит следующим образом. Подрядчик до начала работ получает аванс, затем предоставляет выполнение части работ и получает оплату. За каждый последующий этап исполнения он получает оплату в соответствии с предоставленными КС, как это сейчас происходит, а сумма аванса будет являться оплатой последней части работ. Таким образом, подрядчику не придется использовать заемные средства, потому что если зачесть аванс в оплату первого предоставленного исполнения, то на последующее исполнение ему все равно придется использовать кредитование, что нивелирует смысл аванса.
– В резолюции изложено также требование скорректировать критерии уровня кредитоспособности застройщиков, предусмотренные в Положении Банка России от 28.06.2017 № 590-П. Какие именно коррективы и по каким причинам предлагается внести? Какое влияние принятие этой инициативы окажет на рынок?
– Несмотря на наличие у банков денежных средств в необходимых для финансирования отрасли объемах, динамика роста проектного финансирования недостаточна для прорывных темпов роста объемов жилищного строительства. Начиная с 1 августа 2019 года помесячная динамика портфеля проектов, реализация которых осуществляется с использованием счетов эскроу, не превышает 1-3%.
Это связано, в первую очередь, со сложными процедурами согласования выдачи кредитов застройщику, которые создают трудности не только застройщикам, но и самим банкам. По оценке экспертного сообщества, требования к застройщикам являются завышенными, не отвечают экономической ситуации на рынке жилищного строительства, препятствуют выходу на рынок новых проектов.
В условиях сложной экономической ситуации, снижения оборотных средств застройщиков в связи с закрытием доступа к средствам участников долевого строительства показатель собственного участия застройщика в проекте от 10 до 15% является завышенным. На практике банки предъявляют еще более высокие требования – не менее 30% собственного участия. Это является основной причиной невозможности для многих региональных застройщиков участвовать в реализации проектов с применением проектного финансирования. Мы предлагаем снизить размер собственного участия застройщика для установления высокого уровня кредитоспособности в размере от 5% до 10% от инвестиционной стоимости.
Далее, для установления высокого уровня кредитоспособности предельный размер авансов по договорам между застройщиками, генподрядчиками и техническими заказчиками не должен превышать 20%, тогда как уровень 30% является нормальной практикой рынка. Соответственно, мы выступаем за повышение предельного размера авансовых платежей для высокого уровня кредитоспособности до 30%.
Для открытия кредитной линии необходимо, чтобы стоимость строительства была подтверждена строительным экспертом или независимой инжиниринговой компанией. При этом строительные эксперты есть только в штате Сбербанка и Банка ДОМ.РФ. Во многих регионах нет компаний, осуществляющих строительный аудит. Для региональных застройщиков необходимость строительного аудита накладывает дополнительные расходы, связанные с услугами инжиниринговой компании, а также с командировочными расходами их сотрудников. В этой связи мы считаем необходимым установить обязательное требование для банков, предоставляющих проектное финансирование, о наличии в штате строительных экспертов.
И последнее в этой части. Необходимо скорректировать виды залогов по обеспечению целевых кредитов в рамках проектного финансирования: включить дополнительные виды обеспечения, например, поручительство конечного бенефициара, и исключить такие виды обеспечения, как залог долей застройщика и генерального подрядчика, а также ограничить залог площадей застройщика размером, необходимым для погашения задолженности по кредиту и процентам по нему.
– Какие еще предложения резолюции, на Ваш взгляд, являются самыми ключевыми и «наболевшими»? В каких направлениях НОСТРОЙ в ближайшее время намерен работать наиболее активно?
– Безусловно, важны решения Съезда о дальнейшем развитии и повышении роли саморегулирования в строительстве, в том числе, совершенствование подходов при формировании Нацреестра специалистов.
В частности, необходимо определить категории должностей, которые должны занимать специалисты, включенные в НРС в области строительства, как руководители и инженерно-технические работники. Важно установить требование о наличии у специалистов, включенных в НРС, должностных обязанностей, указанных в Градкодексе РФ, в отношении особо опасных, технически сложных и уникальных объектов. Формулировку об установлении требований к стажу специалистов привести в соответствие с положениями Градкодекса РФ, закрепив стаж работы не менее чем пять лет в строительных организациях на инженерных должностях.
И, конечно, Съезд поддержал продление срока действия механизма выдачи займов членам СРО. Это востребованная и нужная мера на протяжении всего периода преодоления последствий кризисных явлений в экономике страны.
Сегодня предложенный нами и одобренный на высшем уровне инструмент обеспечен правовым и организационным механизмом реализации: дополнено федеральное законодательство, принято соответствующее постановление Правительства, разработаны методические рекомендации для СРО, а также организовано проведение процедур андеррайтинга. За четыре месяца выдано более 1 млрд рублей в качестве займов членам СРО. Напомню, что всего на эти цели может быть направлено до 30 млрд рублей.
Какова судьба проекта расширения Музея Достоевского, куда ведут городские велодорожки и возможно ли появление проектов качественной архитектуры в сегменте доступного жилья? «Строительный Еженедельник» расспросил главу архитектурной мастерской «Евгений Герасимов и партнеры».
– Евгений Львович, к 75-летию снятия блокады Ленинграда в Русском музее открылась выставка «Блокадная графика Соломона Юдовина». Часть представленных произведений художника – из Вашего собрания. Идея организации выставки принадлежала Вам?
– Да. Вместе с одним из кураторов выставки, известным московским галеристом Ильдаром Галеевым, специалистом по ленинградскому искусству 1920–30-х годов, мы предложили Русскому музею сделать совместную выставку к этой знаменательной дате. Музей с энтузиазмом откликнулся на это предложение. Подготовка к выставке в плотном сотрудничестве с отделом гравюры Русского музея заняла год. Я придумал дизайн экспозиции. Ее воплощение и связанные с этим расходы взяла на себя компания «Интерформ-Дизайн» – за что им отдельное спасибо. Много неравнодушных людей участвовало в этом благородном деле. Совместными усилиями родилась выставка, создан ее каталог, и я доволен тем, что у нас получилось.
– Город никак не может принять решение – быть ли новому Музею блокады на Смольной набережной или надо реставрировать уже существующий в Соляном переулке. Какой сценарий, на Ваш взгляд, правильный?
– Музей блокады был, есть и должен быть в Соляном переулке. Прежде всего, из-за памяти места. Он был создан ленинградцами, туда свозили все свидетельства о блокаде. В 1952 году в ходе так называемого «Ленинградского дела» музей был разгромлен. Наш долг – восстановить историческую справедливость. В этом преемственность и ответственность нынешнего поколения.
– Вы – один из соучредителей Фонда «Петербург Достоевского». В рамках биеннале «Архитектура Петербурга», которая состоится в середине февраля, анонсирован Ваш рассказ о проекте нового здания Музея Достоевского. Почему возник этот проект? Надо вдохнуть новую жизнь в старый литературный музей?
– Жизнь существующего Музея Достоевского, в отличие, например, от Музея блокады, настолько современна и разнообразна, что ей банально не хватает места. Пропускная способность исчерпана. Задача соучредителей Фонда «Петербург Достоевского» – не работать за Музей, а предоставить ему возможность реализовывать свои программы. Требуется модернизация входной части, необходимо создать современный многофункциональный театральный зал, нужно современное лекционно-библиотечное помещение. Традиционное представление о библиотеках, «окошко – формуляр – бабушка», уходит в прошлое. Пример тому – библиотека Oodi в Хельсинки, которая представляет собой многофункциональную платформу для различных видов деятельности.
Мы, конечно, не стремимся к финским масштабам, но в любом современном музее должны быть гардероб, туалет, кафе, магазин. Например, в Музее Достоевского сейчас кафе вовсе отсутствует, магазин – просто лавочка на лестничной площадке между этажами, а вход в музей – это девять ступенек вниз, которые маломобильные граждане преодолеть не могут в принципе.
– И тем не менее, Ваш проект подвергся жесткой критике. Будете менять концепцию?
– Я не против критики, а против того, что вместо нее ничего не предлагают. Фонд «Петербург Достоевского» – группа энтузиастов, за свои деньги хочет реализовать проект расширения Музея. И наталкивается на полное нежелание городской администрации что-либо делать. Но мы руки не опускаем. Для серьезных изменений нужны воля и воображение. Есть соглашение между городом и Фондом о реализации этого проекта, подписанное на ПМЭФ-2018. Мы надеемся, что о нем не забудут. На деньги Фонда мы уже расселили одну квартиру из трех, оставшихся на общей лестнице, – и передаем ее в пользование Музея. Но, к сожалению, даже расселение всех квартир не решит задачу глобально, поскольку главная проблема Музея – это входная зона. Для расширения Музея мы просим у города всего лишь пять соток земли. Более того, если город не может этот участок предоставить целевым образом, Фонд готов его приобрести.
– Общественные пространства, выражаясь современным языком, – абсолютный must have для комфортной городской среды. Из тех, что были созданы в последнее время, можете отметить наиболее удачные? Поход к их формированию не кажется Вам формальным?
– Например, зона отдыха на Южной дороге Крестовского острова, если не говорить о вкусовых нюансах, выглядит неплохо. Но есть и странные начинания. Яркий пример формального подхода к повышению комфортности городской среды – это велодорожки в центре города. В Петербурге с октября по апрель – зима, как-то не до велосипедов, но парковка по-прежнему запрещена. Тысячи людей лишили парковочных мест, город мог бы собирать деньги за эту парковку – но увы. Я не против «велосипедизации» города, но это лучше делать в более подходящих для этого местах. В парках, например. Такой же пример формального подхода – прокат велосипедов. Прокат – это замечательно, но почему без шлема? А как же соображения безопасности? Я сам видел, как это организовано, например, в Копенгагене и Стокгольме. Все ездят в шлемах, это – другая культура. А в Риме я вообще не заметил развитой системы велодорожек. И ничего, живут.
– Судьба «серого» пояса – тема, часто обсуждаемая на дискуссионных площадках и весьма актуальная для Петербурга. Старые промышленные территории все чаще превращаются в новые жилые кварталы. Вам не кажется, что монофункциональность таких зон преодолеть в итоге не получается?
– То, что на месте заброшенных заводов и сараев, заросших мусором и бурьяном, появляются новые кварталы – замечательно. Печально, если там вообще ничего не происходит. Тогда это просто нерациональное использование земельных ресурсов. Особенно в центре города. Посмотрите, что делается в нескольких минутах ходьбы от Невского проспекта – на улицах Глиняной, Мельничной… Это прекрасная декорация для кинофильма «Сталкер».
Но любая крайность плоха. Залог эффективности, конкурентоспособности, выживаемости территории – ее многофункциональность. Только спальный район или только деловой сити – ущербны. В развитии таких территорий как, например, «Красный треугольник», в концепции редевелопмента, которую мы предложили, важны и офисы, и жилье, и социальная инфраструктура, и спорт, и невредная промышленность. Все виды деятельности.
– В прошлом году Вы приобрели с торгов здание бывшей насосной станции на Кожевенной линии. Планируете ее превратить в оазис?
– Да, планирую, но пока не решил, во что. Более полугода нам понадобилось, чтобы осознать, что именно мы приобрели, привести в порядок документы, расчистить территорию и вывезти мусор, которого было очень много. Необходимо было провести гидроизоляционные работы. Была сделана топосъемка здания и участка. Сейчас мы завершаем обследование конструкций. Поймем возможности – и будем принимать решение. Но вряд ли это будет коммерческий проект, скорее культурная институция.
– По-моему, больше всего элитного жилья в Петербурге построено именно в сотрудничестве с мастерской «Евгений Герасимов и партнеры». В своих новых проектах Вы стараетесь избегать столь полюбившегося «элитным» девелоперам историзма в архитектуре?
– Я не согласен, что элитное жилье – это обязательно историзм. Хотя понятно, почему такое мнение сложилось. В сознании людей все хорошее традиционно. Те, кто могут позволить себе приобрести квартиру в элитном доме, обычно консервативны. Но ситуация меняется. И я уверен, что и модернистская архитектура, наравне с традиционной, востребована. У нас хватает и тех, и других проектов. Например, клубный дом Art View House, строительство которого компания «Охта Групп» завершает в историческом центре Петербурга, сочетает в своем облике современность и историзм. Другой пример – жилой комплекс «Группы ЛСР» на Петровском острове, NEVA HAUS – модернизм, уникальная палитра фасадов, своеобразная манифестация последних достижений кирпичного домостроения.
– «Институтский, 16», элитный дом в районе станции метро «Площадь Мужества», который Вы проектировали для компании LEGENDA, – тоже вызов традиционным представлениям об элите?
– А чем не элита? Множество людей не представляет своей жизни без этого района – улицы Тореза, Муринского и Институтского проспектов и др. Академическая публика, которая поколениями живет и работает в расположенных там университетах и институтах, формирует вполне устойчивый спрос на жилье высокого качества в этом районе. Архитектурный облик проекта продиктован местом. Отдельно стоящий дом, высокий, с видом на Серебряный пруд, рядом с парком… Аналогии возникли достаточно быстро. Это знаменитые небоскребы эпохи ар-деко рядом с Центральным парком Нью-Йорка. Эстетика недооцененная, но востребованная. В нашей стране она, едва родившись в 1930-е годы, была быстро идеологией свернута. Хотя первоклассные примеры есть – дом на Карповке Евгения Левинсона и Игоря Фомина, ДК им. Кирова на Большом проспекте В. О., созданный Ноем Троцким, и др.
– Ранее Вы не участвовали в проектах массового сегмента в Петербурге, а с 2015 года активно сотрудничаете с компанией LEGENDA, уже создали несколько совместных проектов. Какой должна быть качественная передовая архитектура в сегменте доступного жилья?
– Нельзя говорить о том, что доступное жилье – это некачественное жилье. Просто его качество соответствует цене. Архитектура – точнейший срез современного общества. Например, если писатель или художник в своем творчестве может опередить время или отстать от него, то с архитектурой этот номер не пройдет. Особенно в массовом сегменте. Да и в элитном хватает характерных персонажей. Здесь видны наши вкусы, эстетические воззрения, финансовые возможности, уровень социализации, культура быта. Глядя на сегодняшние новостройки, можно точно сказать, какие мы.
– Для «Группы ЛСР» Вы спроектировали один из лотов первой очереди жилого комплекса «ЗИЛАРТ» в Москве. Для проектирования «ЗИЛАРТа» было приглашено несколько архбюро. Вы выполняли свой проект в соответствии с общей концепцией? Насколько интересным для Вас было участие в этом коллективном проекте?
– Это не было коллективной работой в ее привычном понимании. Был разработан каркас планировочной структуры. К сожалению, он был создан со значительными огрехами – и при ближайшем рассмотрении архитектура каждого комплекса претерпела изменения. Но общая планировка улиц и проездов осталась. Архитекторам была предоставлена полная свобода самовыражения, ориентироваться необходимо было лишь на создание решений из кирпича. Проект еще не завершен, и трудно судить об успешности этого ансамбля. Но я особенно не переживаю, потому что все участники проекта – весьма достойные команды, а как мы видим по тысячелетнему опыту того же Рима, хорошего много не бывает.
Кстати
VII биеннале «Архитектура Петербурга» состоится с 12 по 18 февраля 2019 года. Место проведения: Мраморный зал Российского этнографического музея (Инженерная ул., д. 4/1). Организаторы биеннале: НП «Объединение архитектурных мастерских», Санкт-Петербургский союз архитекторов России. Партнер деловой программы: НП «Российская гильдия управляющих и девелоперов». Официальный сайт: https://www.biennale2019.ru/