Валентин Кан: «Proster®21 делает монолитное строительство дешевле, быстрее и качественнее»
Сегодня в производство опалубочного оборудования внедряются новые технологии. На российский рынок вышла инновационная система стальной несъемной опалубки Proster®21. Задействовать ее можно как при возведении фундаментов, любых вертикальных и горизонтальных конструкций, тоннелей, бассейнов, различных сложных и специфических объектов. Предполагается, что в среднесрочной перспективе она заменит собой более традиционные и устаревшие виды опалубочных систем. Об особенностях Proster®21 и преимуществах ее использования в монолитном строительстве рассказал порталу ASNinfo.ru генеральный директор ГК «Техника Современного Строительства» Валентин Кан.
Валентин Владимирович, система несъёмной опалубки Proster®21 появилась на рынке строительных работ совсем недавно. Расскажите, в чем ее уникальность?
Действительно данная система новая. Технологически она инновационна и способна заменить собой привычные сборно-разборные опалубочные системы. Опалубка Proster®21 представляет собой ячеистую панель с ребрами жесткости из стального оцинкованного листа. Изготавливается методом смещенной резки тонколистового проката с последующей вытяжкой. Благодаря особенной структуре данная ячеистая панель идеально подходит для монолитных работ в качестве несъемной опалубки. Задействовать ее можно как при возведении фундаментов, вертикальных конструкций, тоннелей, бассейнов, различных сложных и специфических объектов.
Материал палубы Proster®21 – сетка из оцинкованной стали, что может показаться на первый взгляд крайне сомнительным решением. Однако успешный опыт зарубежного и, самое главное, российского применения технологии позволяет утверждать, что подобный технический прием отлично работает. Так, самой высокой конструкцией, выполненной на сегодня в России, является пожарный резервуар подстанции ПС 220 кВ Абашево (республика Чувашия). При проведении монолитных работ была задействована опалубка Proster®21. Бетонирование велось за один прием, высота 4200 мм, при толщине стенок резервуара 300 мм и было завершено за 2 часа 40 минут. Скорость подъема бетонной смеси по высоте конструкции составила 1,5 м/час. Подрядчиком была полностью соблюдена технология монтажа, вследствие чего бетонирование прошло без нештатных ситуаций и нарушения геометрии опалубки.
Наверное, многие задают вам вопрос о цементном молочке, которое вроде как должно полностью выходить сквозь ячейки?
Это первый вопрос, который задают люди после первого знакомства с Proster®21. На самом деле, через ячейки опалубки может пройти небольшое количество цементного молока. Заполнители щебень (гравий) и песок «затыкают» отверстия и не позволяют жидкой составляющей смеси протекать. Этот эффект известен строителям и применяется при устройстве отсечек и рабочих швов бетонирования. Второй вопрос обычно уже задается некоторыми людьми после первого применения Proster®21 и он уже звучит так: «А что так можно было!?».
Каковы технологические преимущества Proster®21 по сравнению с другими видами опалубочного оборудования?
Их достаточно много. Связаны они с транспортировкой, особенностями монтажа опалубки Proster®21, в том числе в зимний период, другими ее характеристиками. В целом, система опалубки Proster®21 облегчает работу монолитчиков.
Например, 1 кв.м. несъемной опалубки Proster®21 весит всего 3,5 кг, что бьет показатели даже самых легких пластиковых систем в разы. Стандартная панель 0,6*2,5 м весит всего 5,25 кг и монтируется вручную. Затраты машиночасов на монтаж щитовой опалубки исключаются. Достаточно поднять упаковку Proster®21 на монтажный горизонт и кран освобождается для других работ. Низкая масса и малый грузовой объем позволяют доставлять большие по площади партии на большие расстояния с минимальными транспортными затратами. Кроме этого Proster®21 позволяет бетонировать не только вертикальные конструкции, но и наклонные и горизонтальные, в том числе радиусные и криволинейные, не прибегая к приобретению обычно дорогостоящей специальной опалубки.
Могут ли быть какие-то претензии к качеству бетонной поверхности?
Решение Proster®21 – предполагает другой подход к качеству поверхности. При использовании инвентарной опалубки строитель думает «у меня получится гладкая поверхность и я всё сдам заказчику без проблем», поэтому затраты на приобретение алмазного инструмента и зарплату рабочим за доводку поверхностей до проектных требований проходят чаще всего мимо сметы и финансируются, если повезет, из прибыли подрядчика.
При использовании Proster®21 так себя не обманешь. При одном взгляде становится понятно поверхность шероховатая и требует отделки или гладкая и не требует затрат на подготовку к штукатурке. Причём слой штукатурки потребуется минимальный, а гарантией от усадочных трещин станет густое армирование конструкции сеткой опалубки. Т.к. отделочные работы требуются монолитным поверхностям в большинстве случаев (за исключением дизайнерских лофтов и других объектов с лицевым бетоном), то на общую стоимость строительства затраты на доводку поверхности никак не повлияют.
Какова экономическая эффективность использования Proster®21?
Технология Proster®21 позволяет более гибко подходить к финансированию строительства как со стороны подрядчиков, так и застройщиков, за счет возможности работать «с колёс», без крупных единовременных вложений на приобретение комплекта опалубки и без залоговых сумм в случае с вариантом аренды. Кроме того, Proster®21 списывается на строительство как материал и не зависает на основных средствах, сокращая налогооблагаемую базу предприятия.
Различные технологии несъемной опалубки долгое время считались уделом либо малоэтажного загородного строительства, где хозяин хотел сэкономить, либо эпохальных строек, типа АЭС, где экономика приносилась в жертву требованиям безопасности. Proster®21 является полностью высокоиндустриальным решением, отвечающим всем требованиям современного строительства. Оно может применяться как на гражданских, так и промышленных объектах, в частном домостроении.
Таким образом, технология Proster®21 делает монолитное строительство дешевле и качественнее, значительно сокращая срок строительства. Для всех участников строительного процесса на объекте начиная от девелопера заканчивая подрядной организации данный фактор очень важен.
Означает ли это, что система Proster®21 будет в ближайшее время все более востребована? В целом, можно ли ожидать какого-то обновления самой отрасли производства опалубки?
Рынок не стоит на месте и велика вероятность, что альтернативы в среднесрочной перспективе начнут вытеснять традиционные инвентарные опалубочные системы с рынка. Стабильность спроса на данное оборудование обусловлено в основном инерцией мышления некоторых подрядчиков, но в тех интересных условиях, в которых мы проводим 2020-й год, выживать будут только самые гибкие умом.
Собственно, технология Proster®21 и есть это обновление. Сегодня Proster®21 позиционируется как дополнение к традиционным системам, но работа с клиентами строится по эджайл-стратегии и двигается ко все более системным решениям. Кстати, эджайл в переводе с английского значит «гибкий», а это является одним из неотъемлемых качеств опалубки Proster®21. Формируется устойчивый спрос, те клиенты, которые уже приобрели опалубку Proster®21, положительно оценивают ее качество, сервис и готовы продолжать сотрудничать.
Какова в настоящее время стоимость 1 м2 опалубки Proster®21?
Сейчас 1 м2 такой опалубки стоит 650 рублей с учетом НДС, но без учета стоимости доставки на объект. При заказе в комплекте с двутавровой балкой TURBO GT предоставляются дополнительные скидки. Находясь в Северо-Западном регионе РФ опалубку можно заказать и рассчитать ее стоимость с поставкой на объект у нас. Контактные телефоны: +7 (812) 740-77-50, 740-77-51 или по e-mail: proster21@tss-com.ru. Также более подробно об опалубке Proster®21 можно узнать на сайтах https://tss-com.ru и https://proster21.ru.
Финансирование реставрации, изменения законодательства в сфере охраны памятников, обязательства России перед ЮНЕСКО, взаимоотношения с градозащитниками. Об этом и о многом другом рассказал «Строительному Еженедельнику» председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Санкт-Петербурга Сергей Макаров в преддверии Дня реставратора.
- Раньше из-за нехватки финансирования скорость обветшания объектов наследия превышала скорость их ремонта. Затем ситуация изменилась к лучшему. По Вашей оценке, сегодняшнего финансирования отрасли достаточно, чтобы постепенно привести в порядок все памятники города?
- В прошлом году поставлен рекорд по выделению средств на финансирование реставрации объектов в Петербурге из разных источников – городского и федерального бюджетов, а также от частных инвесторов. Суммарно на эти цели было направлено почти 15 млрд рублей. Для сравнения: в 2016 году этот показатель составлял 11 млрд.
Надо отметить, что рост произошел главным образом за счет увеличения вложений со стороны инвесторов (в реставрацию зданий, находящихся в их пользовании или собственности) и от федерального центра (эти средства идут на реставрацию объектов общенационального значения, главным образом, на государственные музеи-заповедники в пригородах – «Петергоф», «Царское Село»). Доля города в финансировании отрасли сохраняется примерно на прежнем уровне. Годовая емкость программы КГИОП составляет 2,8-2,9 млрд. рублей. Помимо этого, выделяются средства по линиям других городских структур, в пользовании которых находятся объекты наследия. Суммарные годовые вложения бюджета Петербурга достигают порядка 6 млрд. Таких объемов финансирования, на мой взгляд, достаточно для того, чтобы постепенно привести в порядок все объекты наследия в Северной столице.
К сожалению, до середины 2000-х годов выделяемых на реставрацию средств, действительно, было недостаточно, чтобы обгонять процессы ветшания. Плюс надо учитывать наследие советского периода – особенно в отношении жилых домов-памятников. По ним реставрационные работы либо вообще не проводились, либо проводились так, что лучше бы этого не делалось - не специалистами, без грамотного проекта, с использованием «подручных» материалов и т.д. Сейчас же, повторю, денег выделяется достаточно, и мы постепенно выправляем ситуацию с объемами «недореставрации», накопившимися за прежние годы.
Мы вышли на хороший, последовательный уровень выполнения работ, комфортный для отрасли, и его нужно поддерживать. Необходимый потенциал – и финансовый, и технологический, и кадровый для этого есть, требуется только время. Ведь в нашем городе свыше 9 тысяч объектов культурного наследия – больше, чем в любом другом городе России. Более того, доля петербургских памятников достигает примерно 10% от их общего числа в России – кстати, примерно таков и процент, выделяемый городу по линии федерального финансирования реставрации. Разумеется, не все объекты требуют серьезного вмешательства. По нашей оценке, памятников, находящихся в неудовлетворительном состоянии, не более 6%, и с каждым годом эта цифра постепенно снижается.
- Много говорится о необходимости привлечения инвесторов в эту сферу.
- Да, и в этом смысле многое городом уже сделано. В начале года был принят закон о т.н. программе «рубль за квадратный метр», которая позволяет предоставлять инвесторам объекты культурного наследия, находящиеся в неудовлетворительном состоянии, в долгосрочную аренду за символическую плату при условии проведения ими качественных реставрационных работ в ходе приспособления для современного использования и дальнейшего поддержания памятника в должном состоянии.
Из примерно 30 объектов, которые изначально предлагалось включить в эту программу, мы с Комитетом имущественных отношений Санкт-Петербурга отобрали 8 первоочередных. В их число вошли деревянный дом Змигродского в Сестрорецке, павильон «Царский вокзал» в Пушкине, Александровские ворота Охтинских пороховых заводов и др. По ним в настоящее время идет подготовка пакетов необходимых документов, чтобы провести торги и передать в аренду с соответствующими обременениями.
Это, конечно, не дворцы, и состояние их далеко от идеального, но, на наш взгляд, они потенциально интересны для инвесторов. Например, дом Змигродского или дача Кочкина в Сестрорецке - это очень привлекательные объекты именно для использования с исторической функцией – под дачу.
- В деле охраны объектов наследия постоянно вводятся законодательные новации. По Вашему мнению, насколько они эффективны? Что, на Ваш взгляд, нужно еще сделать в этой сфере?
- Необходимо соблюдать баланс интересов – государства, общества, бизнеса. В результате сначала законодательство основывалось на очень лёгких требованиях к пользователям памятников, а затем, наоборот, началось их ужесточение. Сейчас же идет поиск разумного компромисса.
Так, законодательные новации 2015 года привели к тому, что на территории объектов наследия было полностью запрещено любое строительство. В итоге получилось, например, что на значительной территории здания-памятника нельзя построить даже небольшую подстанцию для отопления памятника. И подобные ситуации не единичны.
Могу сказать, что мы находились в дискуссии с Минкультуры по этому вопросу, и постарались убедить, что такие запреты должны быть разумными. В итоге на съезде органов охраны памятников осенью прошлого года федеральное ведомство представило законопроект, смягчающий ряд требований и упрощающий процедуры согласования, в частности, в отношении объектов инженерной инфраструктуры. То же касается, например, локальных ремонтных работ, которые предлагается осуществлять по уведомительной схеме.
Важнейшей, на мой взгляд, проблемой в законодательной сфере остается порядок выполнения международных обязательств. Напомню, наша страна в 1972 году подписала, а в 1988 году ратифицировала Конвенцию об охране всемирного культурного и природного наследия. При этом вопрос исполнения обязательств на уровне национального законодательства не урегулирован до сих пор. Не определено, например, что такое крупномасштабные строительные или ремонтные работы, о которых необходимо сообщать в Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО; или как проводить оценку воздействия таких работ на выдающуюся универсальную ценность.
Отсутствие регулирования приводит к тому, что зачастую в этой сфере происходят спекуляции вокруг Петербурга как объекта ЮНЕСКО. Городские власти получают разного рода обвинения в «невыполнении обязательств», в то время как законом никаких обязательств у нас не предусмотрено. Люди, которые подобные претензии выдвигают, как минимум, не разбираются в юридическом механизме обеспечения реализации международных соглашений.
КГИОП, со своей стороны, давно и регулярно поднимал этот вопрос перед федеральными ведомствами. В итоге на прошедшем недавно заседании Координационного совета по управлению объектом ЮНЕСКО, куда входят Минкультуры и органы государственной власти Петербурга и Ленобласти, было принято решение о подготовке законопроекта, устанавливающего правила исполнения конвенции 1972 года. Мы надеемся, что такой закон будет принят в самое ближайшее время. Неурегулированность вопроса ставит в неудобное положение буквально всех – и нас как органа защиты наследия, и девелоперов, и общественность, которую недобросовестные люди часто вводят в заблуждение.
- Кстати, об общественности. Не секрет, что у КГИОП сложные отношения с градозащитниками. В то же время, звучат призывы к совместной работе. Удалось ли наладить такое сотрудничество?
- На самом деле, у нас нет сложных взаимоотношений с градозащитниками. Мы открыты к диалогу, готовы выслушивать и учитывать любые конструктивные предложения. У нас прекрасные взаимоотношения с Всероссийским обществом охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) – как с центральным офисом, так и с петербургским отделением. Конечно, есть разногласия и дискуссии по каким-то вопросам, но при этом мы в диалоге, сотрудничаем и реализуем совместные проекты.
Санкт-Петербург был первым субъектом Российской Федерации, в котором был создан Совет по сохранению наследия при городском правительстве с участием общественных организаций, обсуждающий самые острые вопросы в этой сфере. Между прочим, московские градозащитники ставили наш город в пример на Совете по культуре при Президенте, в результате чего по его поручению с 2016 года подобные советы стали создаваться в других регионах.
Конечно, сохранение памятников – сфера очень сложная, весьма дискуссионная, но мы за открытое обсуждение, и люди, желающие донести свою позицию, всегда могут это сделать. Важно, чтобы и они были готовы слышать аргументацию других сторон. Встречи с градозащитниками регулярно проходят у вице-губернатора Игоря Николаевича Албина. В январе состоялась ежегодная встреча губернатора Георгия Сергеевича Полтавченко с «группой Сокурова», на которой мы в итоге нашли общее решение по всем вопросам, которые обсуждались. Это и сохранение объектов деревянного зодчества, и проблема сохранения расселенных объектов, и многое другое.
- Вообще, какую роль общественные организации должны играть в деле охраны наследия?
- В свое время общественники, стоявшие у истоков ВООПИиК, так сформулировали основную задачу организации: помощь государству в деле защиты наследия. И это абсолютно правильный подход.
Действительно, КГИОП, в котором всего 180 сотрудников, не может оперативно отслеживать все нарушения. У общественных объединений, в которые входят тысячи инициативных граждан, совсем другие возможности.
Надо не противопоставлять себя друг другу, а вместе делать общее дело. Мне кажется абсурдной постановка вопроса: кто больше любит город? Иной вопрос, что сотрудники КГИОП, естественно, более компетентны, юридически грамотны и способны более объективно и менее эмоционально оценивать происходящее.
С ВООПИиК мы реализуем совместную программу «Открытый город», предполагающую периодическое обеспечение доступа к тем памятникам, посещение которых в обычном режиме затруднено. С ними же мы сейчас запускаем проект по волонтерской работе. Уже выбраны несколько объектов, на которых мы будем обучать активистов элементарным навыкам консервации объектов, ухода за территорией исторических кладбищ и пр.
От общественников мы часто получаем информацию о происходящих либо планируемых нарушениях требований законодательства об охране наследия, за что им очень благодарны, и стараемся оперативно принимать меры реагирования. В духе такой вот совместной работы, а не конфронтации, на мой взгляд, и должны строиться наши взаимоотношения.
- В ноябре этого года исполняется 100 лет КГИОП. Как будет отмечаться эта дата?
- Юбилей ведомства по времени совпадает с проведением Международного культурного форума в Петербурге, поэтому мы решили объединить эти события. В рамках форума будет проведено несколько круглых столов по актуальным вопросам сохранения наследия и научно-практическая конференция, посвященная 100-летию государственной охраны памятников в России.
Также мы возобновили активную издательскую деятельность КГИОП. Издали книгу «Код Петербурга», в которой простым языком рассказывается о наследии, в чем состоит роль ЮНЕСКО и т.д. С журналом «Зодчий» мы подготовили спецвыпуск «Юный Зодчий», в которой то же самое рассказывается для юношества. А к юбилею готовим издание «Сто страниц из истории охраны памятников Ленинграда – Санкт-Петербурга», в котором будут представлены отдельные явления и эпизоды в сфере сохранения наследия за последнее столетие.
Перечень основных объектов, включенных в план мероприятий КГИОП по сохранению, государственной охране и популяризации объектов культурного наследия на 2018 год:
«Дворец Юсуповых» - Наб. р. Мойки, д. 94, Декабристов ул., д. 21;
Дворцово-парковый ансамбль «Собственная дача» и парк - г. Петергоф, Собственный пр., д. 84; г. Петергоф, между ул. Беляева и берегом Финского залива;
«Дом Пашкова И.В. (дом Департамента уделов)» - Литейный пр., д. 37, 39;
«Дворец Аничков и Кабинет Его Императорского Величества» - Невский пр., д. 39, Островского пл., наб. р. Фонтанки, д. 31, 33;
«Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы» - 8-я линия В.О., д. 67, 71, 7-я линия В.О., д. 68, Малый пр. В.О., между домами 18 и 20;
«Церковь Воскресения Христова» - наб. Обводного кан., д. 116, лит. А;
«Собор. Здесь похоронен полководец Кутузов М.И. (1745-1813)» (Казанский собор) - Казанская пл., д. 2, Казанская ул., д. 3;
«Храм римско-католический Святой Екатерины» - Невский пр., д. 22-24, Итальянская ул., д. 5;
«Деревянное здание оранжереи у дачи В.Ф. Громова с садом и оградой» - ул. Академика Павлова, д. 13;
«Здание церкви Богоявления» - Двинская ул., д. 2;
«Церковь Владимирская» - Владимирский пр., д. 20;
«Церковь Казанская» - Нарвский пр., д. 1, Старо-Петергофский пр., д. 29;
«Собор Спасо-Преображенский» - Преображенская пл., д. 1;
«Церковь Святой Великомученицы Екатерины» - Съездовская линия, между домами 27 и 29, Тучков пер., между домами 22 и 24;
«Церковь Апостола Петра» - Лахтинский пр., д 94;
«Собор Петра и Павла» - Г. Петродворец, Красный пр., д. 32;
«Здание мечети» - Кронверкский пр., д. 7;
«Церковь римско-католическая Нотр-Дам де Франс» - Ковенский пер., д. 7;
«Собор Воскресения Христова («Спас на крови»)» и «Ограда» - наб. кан. Грибоедова, д. 2-а;
«Митрополичий сад» - наб. р. Монастырки, д. 1
«Усадьба Шуваловых (Воронцовой-Дашковой Е.А.) «Парголово» и «Церковь апостолов Петра и Павла» - пос. Парголово, Шуваловский парк, д. 41, лит. А;
«Церковь Святой Марии Магдалины с госпиталем и богадельней» - г. Павловск, ул. Революции, д. 17;
«Дворец Безбородко А.А.» - Почтамтская ул., д. 7, Почтамтский пер., д. 4, Якубовича ул., д. 6;
«Церковь Святителя Петра Митрополита Киевского и Пресвятой Троицы» - Роменская ул., д. 12, Днепропетровская ул., д. 19;
«Съезжий дом 3-й Адмиралтейской части» - Садовая ул., д. 58, Большая Подьяческая ул., д. 26;
«Дом, где в 1892-1918 гг. жил и работал физиолог Павлов Иван Петрович (б. кв.2)» - Большая Пушкарская ул., д. 18, лит. А;
«Церковь Воскресения Христова» - Камская ул., д. 11;
«Больница Ольгинского приюта для детей и женщин В.Б. Перовской с садом» - 2-й Муринский пр., д. 12;
«Храм евангелическо-лютеранский Апостола Петра» - Невский пр., между домами 22 и 24;
«Ансамбль Гатчинского дворца и парка» - г. Гатчина, Дворцовый парк;
«Церковь Покрова Пресвятой Богородицы» - Боровая ул., д. 52;
«Павловский институт с территорией, садом и оградой» - Восстания ул., д. 8;
«Больница евангелическая женская» - Лиговский пр., д. 2-4.