Константин Панкратьев: «Ждем открытого диалога с застройщиками»
В преддверии XII съезда строителей Ленобласти председатель Комитета по строительству региона Константин Панкратьев рассказал «Строительному Еженедельнику» об итогах развития отрасли в прошлом году и планах областных властей на год наступивший.
– Константин Юрьевич, каковы основные итоги работы строительной отрасли Ленобласти в 2019 году и планы на 2020-й?
– Прошлый год мы закончили с хорошими показателями. В полном объеме реализован годовой целевой показатель по программе переселения граждан из аварийного жилья. Одновременно с этим мы начали проводить подготовительную работу с муниципальными образованиями по исполнению следующих этапов программы. Речь идет, например, о заключении муниципальных контрактов на приобретение жилых помещений на следующий год. Это очень большая и тяжелая работа, так как часто на местах не хватает специалистов – и нам приходится «в ручном режиме» координировать все действия администраций.
Как известно, программа переселения реализуется поэтапно. Участниками первого этапа (2019–2020 годов) стали 43 муниципальных образования. Работа может проходить в виде предоставления благоустроенных жилых помещений гражданам путем приобретения у застройщиков или иных лиц в готовых домах. Завершить первый этап мы планируем уже в первом полугодии 2020 года за счет покупки гражданам квартир на вторичном рынке. Хотел бы особо отметить муниципальные образования, которые уже достигли высоких результатов в этой сфере. Это поселения в Волосовском, Всеволожском, Выборгском, Гатчинском, Лодейнопольском, Лужском и Сланцевском районах Ленобласти.
Следующие этапы программы будут реализовываться на 95% путем строительства новых многоквартирных домов. Первыми финансовую поддержку получат 6 муниципальных образований: Волосово, Гатчина, Подпорожье, Ефимовское городское поселение Бокситогорского района, Дружногорское городское поселение Гатчинского района и Опольевское сельское поселение Кингисеппского района, которые заранее сформировали земельные участки. Строительство домов начнется в этом году, граждане смогут переселиться в новые жилые помещения уже в следующем.
По предварительным данным, суммарный объем ввода жилья в прошлом году оценивался в 2,4 млн кв. м. Однако сейчас стала поступать информация от администраций муниципальных образований о вводе объектов индивидуального жилищного строительства (ИЖС). Цифры достаточно впечатляющие. Так что есть все основания предполагать, что регион все-таки сумел достичь установленного в рамках национального проекта показателя ввода на уровне 2,9 млн кв. м жилья.
Рост объемов ИЖС можно назвать сформировавшимся трендом. По сравнению c 2017 годом индивидуальных жилых домов стало вводиться примерно в два раза больше. Это связано, в первую очередь, с упрощением процедуры регистрации. Сейчас осуществление государственного кадастрового учета и госрегистрации прав в отношении построенных объектов ИЖС осуществляется через обращение в местную администрацию. В общую статистику теперь включаются и жилые дома, построенные в садоводствах. Таких примеров много, особенно в Гатчинском и Всеволожском районах.
– Социальная инфраструктура – одно из направлений, на которые губернатор Ленобласти Александр Дрозденко обращает особое внимание. Что было сделано в этой сфере в прошлом году?
– Главный принцип в жилищной политике Ленобласти – сбалансированное развитие жилищного и социального строительства. На достижение этой задачи брошены все основные силы. Третий год подряд мы участвуем в федеральной программе «Стимул». Общее финансирование строительства объектов с 2018 по 2022 год по этой программе составляет 7,8 млрд рублей, из них 3 млрд – средства из бюджета РФ. Для понимания: размер федерального субсидии, предоставляемой Ленобласти в 2019 году, составил 67%, средства областной казны – 29,7%, деньги местных бюджетов – 3,3%. За это время открыто четыре учреждения. Сейчас у нас строится рекордное количество объектов – 9 детских садов и школ во Всеволожском и Ломоносовском районах. Два объекта – на завершающем этапе строительства, еще семь объектов начнут строиться в ближайшее время.
Еще один способ обеспечить кварталы массовой застройки социальными объектами – программа «Соцобъекты в обмен на налоги». В соответствии с заключенными соглашениями у застройщиков в муниципальную собственность выкупаются готовые детские сады и школы. Всего в Ленобласти построено и открыто 15 детских садов на 2240 мест. А также 5 школ на 3725 мест.
Кроме этого, в большом количестве строятся поликлиники, дома культуры, пожарные депо, спортивные комплексы, а также детсады и школы по Адресной инвестиционной программе (АИП) путем прямого бюджетного финансирования. В 2019 году на эти цели в областной казне было предусмотрено около 8 млрд рублей. Всего профинансировано 111 социальных объектов, из них для 38 была разработана проектно-сметная документация. Основная доля расходов традиционно приходится на приоритетные направления региональной экономической политики, такие как образование и здравоохранение.
В эксплуатацию введено 23 объекта, в том числе два детских сада, три школы, дом культуры, три физкультурно-оздоровительных комплекса, спортивный комплекс для детей с ограниченными возможностями, для Приозерского дома-интерната, стадион, футбольное поле, пять универсальных спортивных площадок, пожарное депо, корпус Ульяновской психиатрической больницы, три фельдшерско-акушерских пункта, врачебная амбулатория на 250 посещений в смену в деревне Вартемяги Всеволожского района.
– Каковы планы по развитию социальной инфраструктуры у областных властей на 2020 год?
– В самом начале года, 15 января, уже введен в эксплуатацию крупный и очень важный для региона объект – волейбольный спортивный комплекс в Сосновом Бору.
На данный момент практически завершены строительно-монтажные работы еще на пяти объектах, ввод в эксплуатацию которых мы ожидаем в первой половине наступившего года. Это четыре школы в Лужском, Всеволожском и Сосновоборском районах, а также врачебная амбулатория в Кингисеппском районе.
В целом в этом году финансирование АИП составляет примерно 9,2 млрд рублей. Всего ввести в эксплуатацию планируется 28 объектов, из них три объекта здравоохранения, три дома культуры, четыре школы, три детских сада, восемь спортивных сооружений и шесть объектов гражданской обороны. Кроме того, в этом году завершатся работы по проектированию 21 объекта. Большая часть расходов идет на строительство социальной инфраструктуры в сельской местности, это и фельдшерско-акушерские пункты, и дома культуры, и образовательные учреждения, и спортивные комплексы.
– В Ленобласти – большое число граждан, относящихся к категориям многодетных семей, молодых семей, молодых специалистов, жителей сельской местности, в отношении которых действуют программы поддержки в отношении улучшения жилищных условий. Что сделано в этой сфере?
– Комитет по строительству Ленобласти реализует программы, по которым сотни семей ежегодно получают возможность улучшить свои жилищные условия. Только в 2019 году в нашем регионе 554 семьи получили свидетельства о предоставлении социальной выплаты на приобретение или строительство жилья. Еще 209 семей стали участниками мероприятий по улучшению жилищных условий для молодежи и молодых семей, программ с использованием средств ипотечного кредита и проекта «Устойчивое развитие сельских территорий».
Кроме того, идет работа по созданию инженерной и транспортной инфраструктуры на земельных участках, бесплатно предоставленных гражданам для индивидуального жилищного строительства. Деньги областного бюджета на эти нужды выделяются в виде субсидий муниципальным образованиям ежегодно с 2014 года. В прошлом году общий объем средств, выделенных на проектирование и строительство объектов инженерной и транспортной инфраструктуры, составил 262 млн рублей.
– Мы беседуем накануне очередного съезда строителей Ленобласти. Комитет по строительству региона – один из соорганизаторов мероприятия. На Ваш взгляд, какие ключевые вопросы и проблемы профессионалы должны обсудить на этом форуме?
– Пользуясь случаем, хотел бы пригласить всех представителей строительного комплекса региона на XII съезд строителей Ленобласти, который пройдет 13 февраля.
Для того, чтобы провести мероприятие максимально эффективно, мы заранее собираем информацию для обсуждения от заинтересованных лиц. Ввиду текущей непростой экономической ситуации нам необходим живой открытый диалог с застройщиками, руководителями предприятий и некоммерческих объединений.
О реставрации и восстановлении разрушенных храмов Северной столицы, искусстве компромисса
и проблемах в сфере сохранения исторического наследия города «Строительному Еженедельнику» рассказал представитель Фонда содействия строительству культовых сооружений Русской Православной Церкви в Санкт-Петербурге Филипп Грибанов.
– Фонд завершает работы уже на втором объекте, однако о его деятельности пока мало кому известно. Расскажите, пожалуйста, немного о проводимой работе.
– Наш Фонд – это благотворительная организация, задача которой по мере возможностей способствовать возрождению исторического облика Петербурга путем восстановления уничтоженных или подвергшихся сильному разрушению храмов. Традиционно культовые объекты были доминантами в архитектурной ткани города, и без них, на наш взгляд, говорить о целостной исторической среде не приходится.
Действительно, сейчас завершаются строительные работы на втором нашем проекте – воссоздании церкви Иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» с грошиками. До революции храм называли одним из красивейших в городе, а в 1933 году он был взорван. Благодаря участию неравнодушных людей сейчас церковь возрождается во всем былом великолепии.
Сейчас мы завершаем реставрацию собора Пресвятой Троицы киновии Александро-Невской лавры, построенного в середине XIX века. Этот храм, к счастью, полностью уничтожен не был, но утратил главы и декор. После закрытия в 1937 году он был передан под мастерские Промкомбината. В 2001 году здание вернули Церкви, начались богослужения, но на полноценную реставрацию средств не было. Мы начали восстанавливать объект в середине 2015 года, и в начале 2018 года основные работы были завершены.
– Не сталкивались ли Вы с протестами тех, кого сейчас иногда называют «храмоборцами»?
– Нет, к счастью, никаких подобных эксцессов при реализации наших проектов не было. Мне вообще кажется, что храмы и окружающие их территории должны быть не местом конфликта, а местом общественного примирения. Поэтому мы не только возрождаем «дом молитвы», но стараемся обеспечить благоустройство окружающей территории, выполнить озеленение, создать некое общественное пространство, куда могли бы приходить люди любых взглядов. Рядом с собором киновии мы создали две детских игровых площадки для детей разных возрастов. И, разумеется, туда может прийти кто угодно: крестик на входе проверять никто не будет. У храма иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» тоже будет детская площадка, но одна – из-за ограниченности площадей.
– Вы уже определились со следующим объектом, который поможете восстановить?
– Пока окончательного решения еще нет. В настоящее время рассматриваются три варианта – все очень интересные, но реализация каждого из них связана с различными сложностями. Думаю, что осенью мы уже определимся с объектом, тогда и можно будет его назвать. Пока рано.
– Вы упомянули о сложностях. А с чем они связаны?
– До сих пор наш Фонд работал с объектами наследия, которые не расположены в гуще исторической застройки. Разумеется, охранный статус предполагал определенные требования и ограничения. Проекты обязательно согласовывались нами с КГИОП, и должен отметить, что мы получили большую поддержку со стороны работников ведомства. Иногда они подсказывали интересные решения, которые помогали максимально точно воссоздать утраченное.
Сейчас же мы прорабатываем варианты работы в историческом центре и сталкиваемся с тем, что законодательные требования в этой области отличаются крайней жесткостью, работа предельно зарегулирована.
Подчеркну, что это касается не только культовых сооружений. Действующие требования фактически запрещают многие работы на любых исторических зданиях. Многоквартирные дома в центре невозможно сделать комфортными для проживания – причем вне зависимости от того, хочет ли этим заняться инвестор или сам город. С одной стороны, охранное законодательство не допускает изменения объемно-пространственных характеристик объекта. А с другой – эти характеристики не «укладываются» ни в нормы пожарной безопасности, ни в санитарные нормы, ни в требования по доступности маломобильных групп населения и т. д.
Фактически сложилась ситуация, когда введенные ограничения «консервируют» исторический центр в его нынешнем состоянии, не допуская никакого развития. Хуже того, в этих условиях он обречен на медленное умирание. Посмотрите, сколько в центре исторических зданий с совершенно деградировавшей инженерией, провалившимися крышами, разрушающимися основаниями. А реконструировать их, продлить им жизнь по нынешним нормам крайне сложно. Что бы ни начинали строить или реставрировать в центре, обязательно что-то не так: то визуально не вписывается, то оскорбляет чьи-либо эстетические чувства, то небесную линию нарушает, которая должна, кстати, быть подчеркнута высотными доминантами – без них это просто линия горизонта.
Вообще основатель нашего города Петр I задумал его как прорывной с множеством доминант, а первым «небоскребом» стал Петропавловский собор. Многое из того, чем мы восхищаемся, на момент создания было высотным строительством.
Мы все гордимся тем, что Санкт-Петербург – это «музей под открытым небом». Как максима, как красивая фраза – это прекрасно, но нельзя буквально реализовывать ее на практике. Жить в разрушающемся музее нельзя.
– Каким Вы видите выход из ситуации?
– К историческим объектам нельзя относиться унифицировано. Они разные, имеют различную историческую и культурную ценность. Нелепо с одинаковой строгостью охранять шикарные особняки, выходящие фасадами на главные магистрали города, и «архитектурный облик» третьего проходного двора-колодца. Отношение к каждому зданию должно быть индивидуальным. По каждому проекту должно приниматься отдельное решение, исходя из конкретного объекта, его реальной исторической и архитектурной ценности.
Я не призываю вернуть «беспредел» 1990-х годов, когда многие старинные здания действительно варварски уничтожались, поскольку охраны не было никакой. Сегодня есть довольно много контролирующих структур, которые не допустят ничего подобного. Но нужно отказаться от крайностей, в том числе и в таком важном деле, как охрана наследия. Хотелось бы жить в прекрасном, изобилующем шедеврами архитектуры, сохраняющем историческую среду, но при этом живом, развивающемся городе.
– Не уверен, что градозащитники согласятся с таким подходом.
– Я очень уважаю градозащитников. Они в самом деле очень многое сделали для сохранения наследия города, особенно в тот период, когда законодательство в этой сфере было неразвитым. Но мне кажется, что иногда они довольно некорректно отождествляют только себя со всеми горожанами. Между тем общество у нас разнородно, есть разные мнения по любым вопросам. Кроме того, я уверен, что если реализовывать проект открыто, объясняя, почему принято то или иное решение, чем оно обосновано, мы сможем найти общий язык и с градозащитным движением. Всегда можно найти разумный компромисс, учитывающий все интересы.
Справка
Благотворительный Фонд содействия строительству культовых сооружений Русской Православной Церкви в Санкт-Петербурге создан для воссоздания утраченных храмов и полноценного участия в восстановлении исторического облика города. Проекты финансируются на основе пожертвований частных лиц и компаний. Фонд организует работы по проектированию, ремонту, реставрации, воссозданию и приспособлению для современного использования культовых сооружений РПЦ.
Объект
Церковь во имя иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» с грошиками расположена на пр. Обуховской Обороны, д. 24.
История появления храма связана с удивительным событием. Образ Богородицы находился в деревянной часовне. 23 июля (по ст. ст.) 1888 года в Санкт-Петербурге бушевала сильная гроза. В часовню ударила молния, начался пожар. Почти вся она сгорела, но икона осталась невредимой. К ней приплавились рассыпавшиеся из ящика для пожертвований мелкие монеты, поэтому к названию добавилась приставка «с грошиками».
На месте сгоревшей часовни в 1894–1898 годах по проекту архитекторов Александра фон Гогена и Александра Иванова был возведен каменный храм в старо-русском стиле. Однако в 1932 году его закрыли, а в 1933 – взорвали.
В 2012 году уцелевшие подвал и фундамент храма были признаны объектом культурного наследия регионального значения. В 2015 году начались работы по проектированию, а в 2017 году – воссоздание церкви на существующем фундаменте.
При проектировании выяснилось, что на глубине 8 м под фундаментом расположен коллектор, который собирает стоки со всего Невского района. После долгих исследований решением проблемы стал перенос фундамента на сваи и создание конструкции, обеспечивающей безопасность коллектора.
Весь наземный объем храма воссоздан по архивным чертежам и фотографиям. В настоящее время капитальное строительство практически завершено. Еще около 1,5–2 лет потребуется на роспись и изготовление иконостаса.