Сергей Мителёв: «Модернизация освещения делает город еще более комфортным»
В наступающем году СПб ГБУ «Ленсвет» планирует реализовать пилотный проект «умного» освещения целого квартала. Об этом, а также о других перспективах на будущий год и итогах работы в году уходящем «Строительному Еженедельнику» рассказал директор учреждения Сергей Мителёв.
– Сергей Викторович, год подходит к концу, можно подводить предварительные итоги. Расскажите, пожалуйста, о реализации АИП в уходящем году. Удалось ли сделать все, чтобы было запланировано?
– Уходящий год был для нас богатым на события. Пожалуй, важнейшим из них стала консолидация всего светового хозяйства Санкт-Петербурга под эгидой ГБУ «Ленсвет». С 1 января 2019 года к нам на баланс перешли светильники окраинных районов Петербурга и пригородов.
Надо отметить, что мы получили сети с большим уровнем износа. Кроме того, из 58 тыс. светильников около 15 тыс. (в Колпинском, Петродворцовом, Пушкинском, Курортном районах) использовали устаревшие ртутные лампы, которые в «Ленсвете» выведены из эксплуатации уже давно. Соответственно, значительные объемы работ в этом году мы выполняем в сфере модернизации перешедшего к нам оборудования. В частности, более трети доставшихся нам ртутных светильников уже заменены на светодиоды. Это дало очень существенное (примерно в 2,5 раза) снижение потребления и оплаты электроэнергии. Ежегодная экономия составит порядка 15 млн рублей. Также стартовала программа реконструкции переданных сетей. В Ораниенбауме (Петродворцовый район) проводится комплексная модернизация всего светового хозяйства.
В рамках Адресной инвестиционной программы (АИП) проводились большие работы. В этом году более полусотни вводных объектов, из которых 21 – реконструкция, около 30 – новое строительство. Работой охвачены практически все районы города. В Выборгском районе закончена комплексная модернизация освещения в нескольких микрорайонах, где проживает суммарно 130 тыс. человек. Многое сделано в Красносельском районе: в нескольких кварталах в этом году установлено свыше 3 тыс. светильников. Крупные проекты реализованы также в Калининском, Невском, Фрунзенском районах.
Важно отметить, что реконструкция носит комплексный характер. Организуется освещение не только улиц, но и дорожек, дворовых территорий, детских и спортивных площадок, территорий социальных объектов – детсадов, школ, поликлиник. В итоге освещенность увеличивается примерно в 3-4 раза.
В сфере нового строительства большая работа идет по освещению парков и иных зеленых насаждений. Например, в парке Сосновка, в рамках первого этапа проекта, установлено 640 опор с современными экономичными светодиодными светильниками. Создано освещение в Опочининском, Свердловском садах, сквере Малые Гаванцы и других садово-парковых пространствах.
Общий объем инвестиций в рамках АИП в 2019 году составил около 1,2 млрд рублей на реконструкцию и примерно 1,3 млрд – на новое строительство. Суммарный прирост новых светильников в этом году составил свыше 21 тыс. единиц. В принципе это сравнимо, например, со всем световым хозяйством небольшого города.
– Помимо бюджетных объектов, «Ленсвет» работает и с частными инвесторами. Какие проекты были реализованы в этом направлении?
– На протяжении уже примерно десяти лет нашим главным партнером в этой сфере является ПАО «Газпром», на благотворительные средства которого реализуется большая программа в сфере благоустройства и, в частности, освещения. В этом году завершена реализация комплексного проекта модернизации освещения Большого проспекта Петроградской стороны. После установки современных светодиодных светильников освещенность выросла в 1,8 раза – и он прямо-таки заиграл новыми красками, стал еще более привлекателен и для горожан, и для туристов, и для бизнеса. Аналогичные работы завершены на Невском проспекте. Работая в центре Северной столицы, мы учитываем исторический фактор: несмотря на использование самых современных светильников, опоры стилизованы под XIX век, чтобы гармонично вписать их в архитектурное окружение.
Кстати, Невский проспект стал первой магистралью исторического центра города, полностью переведенной на светодиодное освещение. Если раньше такие светильники использовались по преимуществу на новых объектах, например, в парках, то теперь пришло время постепенно переводить на них весь Петербург. Работа эта не будет носить аврального характера, но будет вестись целенаправленно и планомерно, и, думаю, через 18–20 лет город полностью будет переведен на светодиодное освещение.
– Создание комфортной городской среды стало одной из целей нацпроекта по жилью. Освещение – неотъемлемая часть комфорта. Какова роль «Ленсвета» в этой программе?
– Программа развития комфортной городской среды вышла в этом году на новый уровень. Если раньше наша работа по ней касалась прежде всего детских и спортивных площадок, то теперь главным приоритетом стали общественные пространства. В этом году программа имела около 120 адресов практически во всех районах города, из которых 47 – с участием «Ленсвета».
Реализованы несколько знаковых проектов, которые получили награды на Всероссийском конкурсе по благоустройству. Это и освещение новой пешеходной зоны на набережной реки Карповки, и комплексный проект в Ивановско-Щемиловском саду в Невском районе, и Малый Ильинский сад в Красногвардейской районе. Особо хочу выделить Сад Ощущений рядом со школой К. К. Грота для слабовидящих детей. Это уникальный проект, учитывающий особенности воспитанников. Использовались специальные краски, звуки, специально подбиралась цветовая гамма – даже для опор. Этот проект получил первую премию, и, думаю, что он будет тиражироваться в других регионах России как одна из лучших практик освещения пространств для слабовидящих.
Кроме того, в этом году на новом уровне возобновилась работа по благоустройству и модернизации освещения дворов центральных районов города, которая активно велась в начале 2000-х годов. В этой сфере могу выделить проект, реализованный в квартале между Галерной улицей и набережной Адмиралтейского канала, рядом с островом Новая Голландия. Там тоже был реализован комплексный подход: фасадное освещение, стилизованные под старину фонари, торшеры, установлены скамейки.
– Конец года – это хороший повод поговорить о перспективах. Какие планы у «Ленсвета» на будущий год – как по АИП, так и по другим направлениям работы?
– Финансирование сохраняется примерно на уровне 2019 года – около 2,3 млрд рублей. Также сохраняется и пропорция между новым строительством и реконструкцией уже существующих сетей – примерно 60% на 40%. При этом продолжится работа по всем направлениям нашей деятельности во всех частях города.
Активно будем заниматься модернизацией сетей пригородных районов. В частности, планируем закончить работу по замене ртутных светильников на светодиодные – это около 10 тыс. единиц. После этого устаревших и энергоемких ртутных ламп в городе не останется.
Получит дальнейшее развитие программа освещения зеленых насаждений. Будут выполнены очередные этапы работ в парке Сосновка, Парке Героев-пожарных. Начнем работы в Парке Интернационалистов, Парке Городов-Героев в Московском районе. Будет выполнен проект освещения парка Академика Сахарова в Калининском районе.
Продолжатся работы по благоустройству в рамках программы повышения комфортности городской среды. Среди крупных объектов – Заневский сад, Новосмоленская набережная на Васильевском острове и другие.
– В прошлую нашу беседу Вы рассказывали о внедрении в практику цифровых технологий. Сформировались какие-то новые проекты в этой сфере?
– В этой сфере мы реализуем ряд пилотных проектов по управлению светильниками, диммированию (регулировке яркости освещения), по возможным сервисным моделям и дополнительным функциям – это могут быть различные датчики, фиксирующие погодные условия, загазованность, уровень шума и т. д. Уже сделан корпоративный «пилот» по управлению телеметрией на улице Кораблестроителей в Василеостровском районе.
Также реализован проект экспериментального пешеходного перехода с управляемыми светильниками в Кировском районе. Думаю, направление «умного» освещения нерегулируемых переходов мы продолжим – с применением кoмплeкcов oтpaжeннoгo cвeтa, асимметриков, управляемых светодиодов, которые подсвечивают выходы на переход, когда к ним подходит пешеход. В будущем году мы хотим выйти на новый уровень работы в этой сфере. Намечен к реализации проект «умного» освещения уже целого квартала. Выполнен он будет, скорее всего, в Кировском районе.
Также ведутся исследования и разработки в области адаптивного света, интеллектуального света, вовлечения человека в управление локальным освещением и пр. Эти технологии сегодня вызывают большой интерес в Европе, и мы стараемся быть в курсе всех инноваций. По преимуществу, конечно, это пока «технологии будущего», но тренд цифровизации освещения очевиден, и мы работаем в этом направлении. Те решения, которые докажут эффективность при реализации «пилотов», будут затем постепенно внедряться в широкую практику.
Консолидация, как часть антикризисной бизнес-стратегии предприятий, имеет весомые шансы на успех, однако в российской практике случается нечасто.
Почему в бизнес-среде сегодня человек человеку скорее волк, чем партнер и товарищ, рассуждает в интервью «Строительному Еженедельнику» директор холдинговой группы «Институт проблем предпринимательства» Владимир Романовский.
– В последнее время различные эксперты, авторитетные и не очень, говорят о том, что экономика России «пробивает новое дно». Какие факторы, с Вашей точки зрения, действительно вызывают тревогу, а какие рассуждения можно отнести к разряду популистских?
– Чтобы ответить на этот вопрос, надо пуститься в рассуждения о политике, а это вредно для здоровья. Если делать заключения, исходя из запросов клиентов Института проблем предпринимательства, то здесь все сугубо индивидуально: есть отрасли и компании, положение которых не внушает оптимизма, а есть те, кто находится в хорошем состоянии, а некоторые и в отличном.
Бывает так, что при встрече владелец компании демонстрирует тебе оптимизм и абсолютную уверенность в завтрашнем дне, а через полгода – просит экстренно ему помочь в процедуре банкротства.
К большому сожалению, часто обращаются к нам тогда, когда предотвратить самое плохое уже трудно. В нашей группе компаний есть структура, которая занимается банкротными делами, – это компания «РАУД». Она обеспечена работой минимум на год вперед. Причем другие отделы – аудиторы, финансово-маркетинговые консультанты – также выполняют работы по контрактам «банкротчиков». Казалось бы – информация о состоянии своего предприятия и эффективности происходящих бизнес-процессов должна интересовать собственника до, а не после возникновения угрозы банкротства. А мы начинаем изучать рынок и писать антикризисные стратегии, когда основной задачей уже становится «удержание периметра».
– Это следствие общей экономической нестабильности, законодательной чехарды?
– Нет, это прежде всего следствие менталитета некоторой части российских бизнесменов. Причем это не зависит от размера компании или от той или иной сферы предпринимательской деятельности. Я, безусловно, далек от обобщений и вижу примеры, когда бизнес четко выстроен и все решения принимаются вовремя, но такие структуры – в меньшинстве.
Факт: талантливых бизнесменов в России существенно больше, чем талантливых управленцев. Причем обе эти стороны в одном лице не совпадают практически никогда. Просто некоторые владельцы бизнеса готовы доверить свое предприятие эффективным управленцам, а некоторые – нет. И это сложно списать на козни правительства, недобросовестную конкуренцию или очередную волну санкций.
Я вообще вижу мало примеров, когда, допустим, две небольшие компании объединяются в одну среднюю, чтобы сохранить экономику, оптимизировать затраты и удержать долю рынка. Таких ситуаций ничтожно мало. Это, кстати, весьма характерно и для рынка консалтинговых компаний, в котором мы работаем. Если уж консультанты не способны договориться между собой, что требовать от предприятий реального сектора?
– Недоговороспособность – это тоже следствие менталитета?
– Это звенья одной цепи. Неготовность адекватными способами локализовать свои проблемы и своевременно их анализировать, неумение работать с консультантами, пассивность в принятии решений – это взаимосвязанные вещи.
– Негибкость свойственна и компаниям строительного комплекса?
– В немалой степени да. Вызовов предостаточно: переход на проектное финансирование, новации в работе с госзаказом, снижение спроса на промышленное строительство и т. д. Часто ли мы слышим о консолидации строительных предприятий? Увы. Мало желающих делиться властью в компании, да и необходимость транспарентности при подготовке сделки слияния многих удерживает даже от начала переговоров.
– Если говорить о гибкости при переходе на проектное финансирование, какие компании переживут это максимальной безболезненно?
– Прежде всего – банки. Хотя я беседовал с некоторыми банкирами – и не все из них рады. Очень много открытых вопросов, плохо урегулированных в «нормативке», а вот ответственность будет конкретной и корпоративно персональной.
Спорен тезис и о том, что переход на проектное финансирование убьет мелкий бизнес и выживут только крупнейшие. Я не думаю, что это так. И с мегакомпаниями, как известно, случаются печальные истории. В таких громоздких структурах масштабируются не только успехи, но и ошибки.
В прошлом году мы получили и уже отработали несколько запросов от застройщиков, относительно того, как будет строиться экономика проектов, как будет выглядеть модель работы с проектным финансированием. Игроки рынка заранее просчитывают риски, что, конечно, нас окрыляет.
Кроме того, мне кажется ошибочным, когда переход на проектное финансирование обсуждается как основное условие существования или несуществования жилищного строительства в целом. Это не так. Вводятся жесткие меры по привлечению денег дольщиков, но кто сказал, что в искусстве корпоративных финансов только две главы: «Взять у дольщиков» и «Взять в банке»? Это тоже к вопросу о том, что бизнес должен быть недогматическим, надо искать альтернативные решения, изучать международный опыт. Если в бизнесе ты не можешь быть гибким, надо бросать его и идти на госслужбу.
– Два года назад Вы говорили, что «самая хитовая отрасль – стройка», и объясняли, что это наиболее доступный способ инвестирования, привлекающий большое количество непрофильных игроков. Сейчас ситуация изменилась?
– Хит, конечно, как и два года назад. Стройка для нас – это почти треть выручки, порядка 40 основных заказчиков. Вообще, в отраслевой структуре наших клиентов по-прежнему преобладают три сферы – это уже упомянутая стройка, энергетика и транспорт. А в «тройке» самых востребованных услуг – банкротство, арбитраж и оценка.
– С какими игроками строительного рынка и по каким проектам Вы работали в последнее время?
– В прошедшем году мы закончили большую работу, по результатам которой «Метрострой» и концерн «Титан-2» подписали мировое соглашение, поставившее точку в двухлетней судебной тяжбе вокруг «ЛАЭС-2». Для нас это был гигантский объем судебной работы. Мы завершили в 2018 году крупный комплексный юридически-консалтинговый проект в интересах предприятий «Спецстроя» Министерства обороны РФ (правопреемники), точное содержание работ раскрыть невозможно по режимным причинам. Мы продолжаем быть аудиторами предприятий Группы «Эталон», эта работа очень интересна для нас в профессиональном плане, меняется само предприятие, меняется нормативное регулирование – и наши задачи на объекте становятся сложнее.
– Вы говорите о росте деловых конфликтов в современном деловом мире. Какого типа конфликты встречаются чаще всего Вам?
– Если уходить от частностей к общим тенденциям, могу констатировать, что большая часть претензий в судах – это долги, невыплаты по произведенным работам. Причем бывает, что значительные дела начинаются с копеечных требований мелких кредиторов. Для крупного заказчика эти деньги не существенны, а для мелкого кредитора – вопрос жизни и смерти. В итоге все выливается в крупное дело с растущим объемом задач и с серьезными последствиями.
Кстати, бывало, и не раз, что по делу компания для нас является оппонентом, а по итогам работы обращается к нам за решением своих собственных вопросов.
– Исследователи рынка российских консалтинговых компаний год от года говорят о росте выручки в этой сфере. Вы чувствуете этот тренд?
– Мы закончили год с ростом, но довольно незначительным. Мы, конечно, в тренде, но в несколько другом – у нас давно не было такой недоплаты от заказчиков по выполненным работам. Трагедией такую ситуацию не назову, но из песни слов не выкинешь. Что касается роста выручки, здесь многое зависит от направления консалтинга. Например, ежегодно растет в объемах и будет расти юридический рынок. В отличие от рынка аудиторов, который сейчас очень далек от того уровня, на котором он находился 10 лет назад, и дальше будет только хуже.
– Входит ли в Ваши деловые планы на текущий год приобретение компаний-конкурентов?
– За всю историю существования Института проблем предпринимательства мы приобрели около 30 компаний нашего профиля – юридических, аудиторских, оценочных фирм. В ряде ситуаций эта тактика была оправдана и дала положительные результаты.
Сейчас мы рассматриваем некоторые индустрии для обслуживания, но понимаем, что наша практика недостаточно сильна и надо укреплять команду. В таких ситуациях наем сильного эксперта не всегда решает задачу в комплексе, и, возможно, мы будем приобретать компании, которые имеют необходимые компетенции.
В работе в целом скорее надеемся на органический рост.