Антон Юренко: «Для фармпроизводств готовых технологических решений нет»
В конце прошлого года в Пушкине был введен в строй уникальный завод по производству фармацевтических субстанций. Объем инвестиций составил 3,3 млрд рублей. Об особенностях работы «Строительному Еженедельнику» рассказал руководитель проекта по строительству завода ГЕРОФАРМ Антон Юренко.
– Расскажите, пожалуйста, о проекте строительства завода ГЕРОФАРМ. В чем его уникальность для России?
– Завод ГЕРОФАРМ в Пушкине – это один из немногих заводов на территории России, на котором производятся активные фармацевтические субстанции.
Создание таких производств сегодня входит в число приоритетных задач, которые ставятся государством перед бизнесом, так как помимо развития собственно отрасли это является гарантом лекарственной безопасности страны в нынешней непростой внешнеполитической ситуации.
Завод по производству субстанций инсулина был открыт в ноябре прошлого года. На его запуске присутствовал Президент России Владимир Путин. Производительность линии составляет более 1 т субстанции в год. После выхода завода на проектную мощность мы сможем полностью обеспечить потребность жителей России в инсулине и развивать экспортное направление.
– Как был организован процесс строительства?
– Создание фармацевтического производства субстанций – процесс сложный, потому что каждый проект уникален. Здесь нет готовых технологических решений и подрядчиков, которым можно было бы отдать реализацию всего проекта «под ключ». Помимо этого существует определенный дефицит опытных специалистов, обладающих комплексными компетенциями. Каждая технология является ноу-хау компании, это и определяет специфичность каждого проекта.
Проектирование и строительство нашего завода осуществлялось под контролем и с огромной вовлеченностью команды ГЕРОФАРМ. Над проектом работал департамент, в состав которого входили специалисты различного профиля – технологи, строители, инженеры, экологи. За счет этого нам удалось избежать многих ошибок, сохранить ноу-хау компании и существенно оптимизировать технические решение и финансовые затраты. Кроме того, мы смогли значительно сократить привлечение генподрядных компаний. При проектировании завода использовались новейшие технологические решения и лучший мировой опыт по организации фармацевтических производств, с соблюдением высокого уровня промышленной и экологической безопасности.
Это второй завод компании – первый завод был запущен в 2013 году в Московской области. При его реализации мы также самостоятельно занимались проектным управлением. Завод работает по принципу полного цикла – там производятся как субстанции, так и готовые лекарственный формы.
– Какова специфика реализации фармацевтического проекта со строительной точки зрения? С какими сложностями пришлось столкнуться и как их преодолевали?
– В каждой отрасли промышленности есть свои специфические требования. Основными являются технология производства и применяемое технологическое оборудование – все проектируется и создается вокруг этих двух составляющих. Также наряду с действующим строительным законодательством есть требования и стандарты, применяемые в фармацевтической отрасли. Специфика создания фармпроизводства именно в этом и заключается: увязать эти требования между собой. Очень часто они вступают в противоречия друг с другом, а унифицированных решений по взаимоувязке просто не существует. Именно поэтому проектной команде приходится в каждом отдельном случае принимать действительно уникальные решения. Это, наверное, основное отличие реализации проектов фармацевтических производств.
Все означенные требования необходимо учитывать с самой начальной стадии, проектирования, и даже раньше – составляя техническое задание заказчика. Это, в свою очередь, накладывает определенные ограничения на планировочные решения, устройство инженерных систем. В части инженерных систем на фармацевтических предприятиях есть так называемые чистые среды: чистый пар, очищенная вода, вода для инъекций, соответствующие жестким требованиям по химической и микробиологической чистоте. Вокруг технологического процесса необходимо создавать так называемый комплекс чистых помещений, который представляет собой обособленное внутреннее пространство с очень строгими требованиями к чистоте воздуха, параметрам микроклимата помещений, конструкции стен, полов, потолков, окон, дверей и т. д.
Еще несколько особенностей реализации фармацевтического проекта: необходимость подтверждения запроектированных параметров инженерных систем, технологического оборудования и процессов – то есть их квалификация и связанные с этим мероприятия: подготовка документации, проведение испытаний, строго задокументированная фиксация результатов. После строительства производства и ввода в эксплуатацию необходимо пройти инспекционную проверку на получение лицензии, заключение GMP, внести новую площадку в регистрационное удостоверение на выпускаемые препараты. Данные особенности подразумевают достаточно долгосрочные мероприятия – порядка полутора лет между моментом готовности завода к производству и началом выпуска фармацевтической продукции.
Если говорить о сложностях, то их при строительстве промышленного предприятия всегда возникает достаточно много: начиная с получения всех необходимых разрешений и согласований для начала строительства, а также его дальнейшего сопровождения, и заканчивая непосредственно выпуском готовой продукции, соответствующей всем необходимым требованиям. Что интересно, мы с самого первого дня строительных работ, заряженные энтузиазмом и желанием построить завод максимально быстро, столкнулись с существенными незапланированными задержками в виде проведения комплекса специальных работ по обследованию и очистке территории от взрывоопасных предметов. При проведении земельных работ нами были найдены четыре снаряда времен Великой Отечественной войны.
Также важной особенностью реализации было то, что мы стремились сделать производство более эффективным при использовании достаточно компактных планировочных решений. Завод выпускает два принципиально разных вида активных фармацевтических субстанций, каждая обладает своими особенностями технологии производства.
– Каков был объем инвестиций и механизм финансирования?
– Общий объем инвестиций составил 3,3 млрд рублей. Проект реализовывался за счет собственных и привлеченных средств (Фонд развития промышленности, ВТБ), а также в рамках программы Российского фонда прямых инвестиций. Строительство завода осуществлялось в рамках специального инвестиционного контракта, заключенного в декабре 2017 года с Минпромторгом России и Правительством Санкт-Петербурга.
– Какую продукцию выпускает завод? В чем ее значимость?
– На нашем заводе организовано производство субстанций генно-инженерных инсулинов человека и аналогов инсулина, а также активных фармацевтических субстанций для оригинальных препаратов компании для лечения неврологических, офтальмологических заболеваний и климактерического синдрома.
Сегодня в инсулиновом портфеле компании – два генно-инженерных инсулина человека – Ринсулин® Р и Ринсулин® НПХ, а также аналоги инсулина – РинЛиз®, РинЛиз® Микс 25 и РинГлар®.
К сожалению, ежегодно количество пациентов с диагнозом «сахарный диабет» только увеличивается. Официально в России заболевание диагностировано у 4,6 млн человек. Поэтому, безусловно, инсулины – препараты высокой социальной значимости.
– Планирует ли компания развитие проекта, создание новых производственных мощностей, расширение номенклатуры выпускаемой продукции?
– В настоящее время в собственном научно-исследовательском центре мы ведем разработку препаратов для лечения как сахарного диабета, так и других социально значимых заболеваний. Производство этих препаратов будет организовано на заводе в Пушкине.
Перегородки в производственных помещениях
Ольга Гордон, директор по развитию ООО «Наяда Северо-Запад»:
– При строительстве завода ГЕРОФАРМ мы принимали участие в оформлении интерьеров не только офисных, но производственных помещений. Были смонтированы конструкции собственного производства: перегородки NAYADA-Twin (200 кв. м) и ламинированные двери для офисных помещений. Фармацевтические проекты предполагают использование материалов, отвечающих требованиям ГОСТ и гигиены. Также очень важны и строительные (прочностные) характеристики конструкций. Компланарные (плоские) поверхности без выступов и углублений исключают скопление лишней грязи. Стены и перегородки легко выдерживают высокие нагрузки. Были использованы материалы и высокопрочные покрытия с антибактериальным, звукоизоляционный и звукопоглощающим эффектами. В производственных помещениях использованы стеклянные перегородки NAYADA-Twin, которые обладают пыле- и звукоизоляционными свойствами. В офисных помещениях NAYADA-Twin зонируют пространство, формируя кабинеты и переговорные с хорошей звукоизоляцией. Перегородки системы NAYADA-Twin высотой 5 м наша компания изготовила и смонтировала впервые. Специально для этого проекта были разработаны усиление конструкции стальным профилем и так называемая «парящая ферма» без крепления к кровле.
2018 год стал переломным для всего строительного комплекса. Законодатели полностью изменили правила работы на рынке, вынуждая бизнес приспосабливаться к новым условиям.
Президент Союза строительных организаций Ленинградской области Руслан Юсупов рассказал о том, как профессиональное объединение пережило этот непростой год, а также – чего ждет от будущего.
– Руслан Дамирович, чем запомнится строителям уходящий год?
– На протяжении всего 2018 года строительная отрасль испытывала колоссальное давление. Это и масштабные изменения в законодательстве, и в целом не самая благополучная экономическая обстановка. Тот хаос, который начался благодаря законодательному марафону, я бы сравнил с перестройкой начала 90-х. Похоже, что все новое может родиться только через боль и муки.
Мне кажется, что многих проблем можно было бы избежать. На данный момент именно из-за последних законодательных правок некоторые застройщики не могут довести свои проекты до конца. В частности, часть компаний попала под ограничения по регистрации договоров долевого участия. Как известно, 1 июля 2018 года региональные власти получили право останавливать продажи или не допускать на рынок потенциально проблемные новостройки по договорам долевого участия. Признаком проблем является просрочка более трех месяцев от даты, которая стоит в проектной декларации по вводу предыдущего объекта застройщика. Если просрочка достигает полугода, то Росреестр имеет право приостановить регистрацию последующих договоров долевого участия. Часто, если в одном месте споткнулся, то проблемы нарастают как снежный ком. Если стройка встала, то возобновить работы бывает очень сложно.
– Как все эти сложности переживают компании, входящие в ЛенОблСоюзСтрой?
– В ЛенОблСоюзСтрой входят сильные, надежные и ответственные застройщики, поэтому они умудряются работать даже в таких сложных условиях. Да, они перестраивают свою деятельность. Например, «ЛенРусСтрой» стал одним из первых девелоперов в Северо-Западном федеральном округе, полностью перешедших на эскроу-счета. Это говорит о доверии к компании и со стороны клиентов, и со стороны банков.
На одном мероприятии кто-то метко сказал: «Несмотря на все трудности, застройщики готовы перестраивать свою работу, никто не ищет себе места на кладбище». Это действительно так, все хотят продолжать работать.
– Пока нововведения только усложняют жизнь игрокам стройкомплекса. Есть ли позитивные моменты?
– Я надеюсь, что в результате всех этих пертурбаций рынок очистится – и останутся только самые эффективные и ответственные компании. Времена изменились, и, возможно, мы достигли той стадии, когда пора притормозить объемы строительства и сконцентрироваться на его качестве.
– Повлияли ли глобальные изменения рынка на работу непосредственно ЛенОблСоюзСтроя?
– Безусловно. Члены Союза тратят много сил и времени, чтобы разобраться в этих бесконечных законодательных изменениях, спрогнозировать их последствия. Мы неоднократно готовили и направляли в органы власти свои предложения по поправкам в законодательство и очень надеемся, что нас услышат.
Например, мы предлагаем смягчить норму о приостановке разрешения на регистрацию новых ДДУ в случае просрочки. Например, если сроки передачи квартир нарушаются по вине ресурсоснабжающих организаций, то деятельность застройщиков нельзя ограничивать, так как это попросту не решит проблему. Также мы настаиваем на приостановке деятельности только на проблемном объекте, а не на всех проектах застройщика.
Помимо этого, следует приравнять нормативные цены строительства (НЦС), по которым местные власти выкупают построенные девелоперами соцобъекты, к рыночным. На данный момент власти учитывают только расходы на строительно-монтажные работы, тогда как застройщикам приходится покупать землю, оплачивать геодезические, геологические и другие необходимые изыскания, проектирование объекта, экспертизу проектной документации, подключение к сетям, благоустройство прилегающей территории, закупку оборудования и многое другое. Кроме того, Минстрой совершенно не принимает во внимание инфляцию, которая тоже увеличивает финальную цену объекта. В результате себестоимость объекта примерно на 20% выше НЦС.
В 2018 году мы активизировали сотрудничество с властями Ленобласти по вопросу решения проблем обманутых дольщиков. Например, мы участвуем в работе Комиссии по вопросам поддержки пострадавших участников долевого строительства в Ленобласти. Союз стал выполнять роль модератора в общении застройщиков, власти и дольщиков.
– Чего вы ждете от нового года?
– 2019 год можно смело назвать годом проблемного дольщика. Многие регионы страны вынуждены будут отдать решению этой проблемы большие ресурсы и силы. Правительство Ленобласти уже активно работает в этом направлении, предлагая поистине новаторские решения (см. 2-ю полосу – прим. ред.).
Надеемся, что власти наконец-то поймут, что что-то идет не так, и прислушаются к предложениям игроков строительного рынка. Очень хотелось бы, чтобы сегодняшние масштабные законодательные изменения стали последними на ближайшие 10 лет.