Александр Брега: «Власти надо подумать о субсидировании процентной ставки на кредиты»
О противоречиях в реформе привлечения средств в жилищное строительство, мерах, необходимых для ее оптимизации, а также о том, чего строители ждут от власти, «Строительному Еженедельнику» рассказал генеральный директор корпорации «Мегалит» Александр Брега.
– Александр Николаевич, минуло 1 июля, жилищное строительство официально переведено на проектное финансирование. Успел ли «Мегалит» подготовиться к реформе? По какой схеме будут реализовываться ваши проекты?
– К реформе мы начали готовиться загодя, поэтому у нас уже есть четкое понимание нашей дальнейшей работы. ЖК «Дом на Львовской» и примерно половина нашего большого, совместного с «Охта Групп», ЖК «Приморский квартал» будут достраиваться по старой схеме, с привлечением средств дольщиков. Нами уже получены заключения о соответствии этих объектов критериям Минстроя. Те корпуса «Приморского квартала», которые еще не достигли необходимого уровня строительной готовности, перейдут на схему проектного финансирования. Кстати, именно 1 июля нами была продана первая квартира с использованием эскроу-счета.
Нашим партнером по этому проекту и ранее выступал Банк «Санкт-Петербург». Но если прежде доля заемных средств составляла до 20% от затрат на строительство, то теперь она увеличится.
– Схемы, предлагаемые банками, предполагают, что процентная ставка по кредиту на реализацию проекта будет тем меньше, чем больше средств будет собрано на эскроу-счетах. При базовой ставке в 12% годовых, в качестве средневзвешенной для проекта со стабильно продаваемыми квартирами называют 6-7%. На какую среднюю ставку хотели бы выйти Вы?
– Мы будем стремиться к максимальным объемам продаж и, соответственно, минимизации ставки. Даже 6-7% в год при среднем сроке строительства объекта в 3 года – это 20% роста себестоимости. Это очень большая добавка, особенно для проектов с малой маржинальностью. Чтобы сохранить экономику, необходимо стимулировать продажи, «играть на опережение». При определенных условиях ставку можно снизить практически до нуля, и только так сейчас можно выживать. Поэтому сегодня основное внимание будет уделяться качеству проектов, их локации, привлекательности для покупателей, которая обеспечит гарантированный спрос. Хотя стратегически это и не совсем правильно.
– Почему? Обычно этот фактор называют как раз плюсом реформы.
– Жилье же должно строиться не только в самых лучших локациях. Собственно само разделение на классы это предполагает. Новые территории тоже должны развиваться, и часто такое развитие задают именно проекты эконом- и комфорт-класса. Да, стоимость земли в таких локациях невысокая, но и маржинальность проекта зачастую очень низкая.
А теперь наложим на эту ситуацию необходимость привлечь и обслужить кредит. Раз локация не самая привлекательная – продажи идут не очень быстро. Соответственно, процентная ставка по кредитному финансированию растет. Застройщик вынужден поднимать цену, чтобы сохранить экономику проекта. Это, в свою очередь, делает жилье еще менее привлекательным и снижает на него спрос.
В итоге получается ситуация, что «под удар» реформы попадают как раз проекты доступного жилья, о необходимости увеличения числа которых мы постоянно слышим. Не говоря уже о том, что ужесточится конкурентная борьба за привлекательные локации, стоимость земли вырастет, и это тоже толкнет вверх цены.
– Что же, на Ваш взгляд, необходимо делать, чтобы избежать этих проблем?
– Мне представляется, что Минстрою и в целом Правительству РФ нужно всерьез озаботиться мерами стимулирования строительной отрасли. Одним из механизмов может стать субсидирование части процентных ставок. Конечно, это должно касаться не дорогих проектов, не премиум- или бизнес-класса, а именно эконом-сегмента, или, как его сейчас принято называть, «стандартного жилья».
Вообще, по моим оценкам, для того, чтобы первичный рынок не испытал стресса в связи с реформой, чтобы избежать резких скачков цен, чтобы сохранить объемы ввода (а тем более увеличить их, что предусмотрено нацпроектом), процентная ставка по проектному финансированию не должна превышать 3-4% годовых. Без субсидирования это вряд ли осуществимо.
Кроме того, необходима государственная помощь при создании социальной инфраструктуры. Уже устоялась практика, что она должна входить в проект и строиться девелопером, а потом безвозмездно передаваться городу. В том же «Приморском квартале» у нас запроектированы три детсада и школа. Затраты – свыше 3 млрд рублей. Сейчас получается, что на создание городской инфраструктуры мы вынуждены брать деньги в кредит, а потом еще и выплачивать банку проценты. И в этом ключе представляется вполне логичным появление механизма или системы субсидий, которые позволят погасить процентную ставку.
Так что, на мой взгляд, надо еще много работать для того, чтобы проектное финансирование стало на практике не тормозом, а рабочим инструментом, стимулирующим развитие строительного комплекса. Отрадно в этой ситуации то, что в Минстрое все-таки слышат голос отрасли. Самый яркий пример тому – критерии готовности, которые позволили завершить строительство части объектов по старой схеме долевого строительства, а фактически обеспечили хоть какой-то переходный период. В итоговом решении они стали вполне приемлемы, а ведь сначала речь шла о том, что строительная готовность объекта и количество проданных площадей должны достигать 70%; в таком варианте жилищное строительство ждал бы коллапс.
Очень многое зависит от ближайшего полугодия. Минстрой сейчас ждет обратной связи от регионов, оценивает взаимодействие застройщиков с банками, смотрит на его результат – есть ли сложности с получением проектного финансирования. Потом, видимо, будут приниматься какие-то решения на федеральном уровне. Очень хочется надеяться, что при этом голос строительного сообщества снова будет услышан.
– А вообще, как Вы считаете, насколько нужна была эта реформа?
– Сейчас, понятное дело, «открывать дискуссию» уже поздно. Но, чтобы проиллюстрировать свою позицию, я хотел бы привести пару цифр. За последние 15 лет строительный комплекс привлек денег дольщиков на общую сумму 13 трлн рублей. На долю проблемных объектов из этой суммы приходится примерно 280 млрд – сумма, конечно внушительная, но составляющая лишь чуть более 2% от всех привлеченных средств. Я хочу показать, что в отрасли не было системного сбоя. При этом еще с прошлого года все строители начали работать по специальным счетам, то есть банки уже контролировали целевое расходование средств – и фактически на этом этапе вопрос появления новых проблемных объектов был закрыт.
– Чего строительное сообщество ждет от власти, чтобы отрасль развивалась поступательно?
– Не скажу за всех, но, на мой взгляд, необходимо обеспечить ясные правила игры, стабильность законодательной базы. Даже если нужны изменения, они должны делаться эволюционным путем, с предоставлением переходного периода от одной схеме к другой.
В среднем проект реализуется порядка пяти лет. Два из них уходят на то, чтобы его «упаковать» необходимой документацией, еще три – непосредственно на строительство. При таком цикле необходимо, чтобы правила менялись не чаще, чем один раз в три года; это даст возможность реализовывать текущий проект по имеющейся схеме, а к новому приступать уже по измененной.
Мы же «Приморский квартал» согласовывали суммарно чуть ли не десять лет. Собрали пакет документации, прошли все инстанции, осталось две подписи получить. Но тут правила поменялись: собранные документы – в помойку, заново разрабатываем проект под новые требования, снова пересогласовываем. И так три раза! Так что главное для нас – поменьше «революций».
– Цены на новостройки уже сейчас, в «предвкушении» реформы, идут вверх. При этом покупательная способность граждан не растет – и продажи обеспечиваются главным образом благодаря ипотеке. На Ваш взгляд, хватит ли ипотечного ресурса для обеспечения необходимого уровня спроса, особенно в условиях, когда на федеральном уровне требуют роста объемов ввода?
– Объективная потребность людей в жилье находится на очень высоком уровне. С другой стороны, покупательная способность, к сожалению, не растет. Таким образом, реальный спрос на жилье находится в прямой зависимости от процентных ставок по ипотеке. Если мы хотим строить 120 млн кв. м в год, необходимо обеспечить ставки на уровне порядка 6% годовых. Так что рост объемов ввода – это, по сути, вопрос не к строителям, а к макроэкономической ситуации в стране и размеру ключевой ставки, от которой зависит банковское предложение по условиям ипотеки.
– Расскажите немного о планах «Мегалита». Есть какие-то новые проекты?
– Пока мы сконцентрировали усилия на «Приморском квартале» и «Доме на Львовской». Но есть и новости – мы вышли в новый для себя регион и начинаем проект в Подмосковье. Мы подключились к достройке проблемного объекта в городе Королёв, в 7,5 км от МКАД. Площадь комплекса – около 50 тыс. кв. м. Бывший застройщик обанкротился.
Завершение чужих долгостроев – это, конечно, очень сложная задача, мы это знаем не понаслышке, такой опыт у нашей компании уже был. В этот раз пришлось довольно долго утрясать все юридические моменты, заключать мировое соглашение с дольщиками, но недавно мы получили разрешение на строительство. В 2021 году намерены ввести комплекс в эксплуатацию.
Станет ли это разовым выходом в регион или нам так понравится там работать, что мы останемся, – пока сказать сложно.
Есть у нас в планах проект коттеджного поселка в Ленобласти, недалеко от Санкт-Петербурга. Но загородное строительство – это очень растянутый во времени бизнес при возвращении инвестиций. Пока извлекать деньги из оборота на такие проекты нецелесообразно. Но в перспективе мы непременно его реализуем.
У каждого девелопера должна быть мечта о том, какой объект он хочет построить. У нас их две: создать в городе новый квартал, и ее мы уже начали воплощать, а вторая – сделать современный коттеджный поселок. Так что нам еще есть к чему стремиться!
Весна – время всплеска деловой активности на рынке новостроек. Застройщики надеются на увеличение темпов продаж, а покупатели – на скидки и вывод новых проектов. Оправдает ли эти ожидания весна текущего года, мы расспросили заместителя председателя совета директоров ГК «РосСтройИнвест» Нину Креславскую.
– Нина Абрамовна, поправки в 214-ФЗ, вступающие в силу летом текущего года, заставили застройщиков быстрее получать разрешительные документы и приступать к новым проектам. Не опасаетесь ли Вы затоваривания рынка в ближайшей перспективе, ценовых колебаний?
– Действительно, многие застройщики спешат с выводом новых проектов на рынок. Возможно, к началу лета мы действительно увидим значительное увеличение объема предложения. Однако, мы считаем, что емкость рынка достаточно велика, и вряд ли ситуация разовьется до серьезного затоваривания рынка и, как следствие, снижения цен. Поправки в 214-ФЗ ведут к удорожанию ресурса, повышению затрат застройщиков по целому ряду критически важных параметров, и о снижении цен речи идти не может, поскольку в убыток себе реализовывать проекты никто не будет.
На самом деле, текущая ситуация вполне понятна. Мы ее уже наблюдали в 2016 году, когда на рынок было выведено сразу значительное количество новых объектов. Застройщики стали снижать цены, работали на минимальном уровне рентабельности, а кто-то даже ниже этого уровня. Это привело к банкротству некоторых застройщиков. Причем весьма крупных. Не уверена, что опять будут желающие повторить этот путь. Возможно, темпы продаж несколько замедлятся, но это не приведет к застойным или кризисным явлениям.
– А как трансформирует рынок отмена долевого строительства?
– Это покажет время, но точно также не приведет к снижению цен. Всем понятно, что за деньги банков, в конечном итоге, заплатит покупатель. «Долевка» – это очень удобный и выгодный для всех инструмент, все эти годы он помогал расти и развиваться российскому рынку строительства. Другое дело, что есть структуры, которые обязаны контролировать и проверять этот процесс, но они не до конца выполняют свои обязанности. Застройщиков вынуждают действовать по иной, значительно более дорогой и зарегулированной для бизнеса схеме взаимодействия с банками. Мотивируя это тем, что так живет весь цивилизованный мир. Но в Европе нет таких объемов строительства и нет такой потребности в обеспечении населения комфортным жильем.
– Ситуация 2016 года отличается от сегодняшней?
– Самое главное отличие нынешнего дня – дешевая ипотека. В 2016-м ее не было. Сегодня ставка по программам АИЖК упала до 6,7%, а по президентской программе для семей со вторым ребенком – до 6%. У покупателей появились новые возможности.
– Разделит ли «РосСтройИнвест» тренд «гонки сооружений»?
– У нас нет задачи перевыполнить план. В настоящее время мы работаем над несколькими новыми проектами, по некоторым из них уже идет проектирование, и в этом году мы, конечно, объявим о выходе новых проектов. Детали по локациям и объемам пока раскрывать преждевременно, но точно могу сказать, что «гонки сооружений» у нас в планах нет.
– Расскажите, пожалуйста, о ходе реализации вашего московского проекта.
– Сейчас наш московский проект проходит госэкспертизу, и мы надеемся, что к лету текущего года мы уже сможем открыть продажи. Это проект премиум-класса, он отличается уникальной архитектурой и планировками. К созданию проекта мы привлекли известное в Москве архитектурное бюро «Меганом» Юрия Григоряна. Вести продажи квартир в этом жилом комплексе мы планируем через наших московских партнеров.
– Нина Абрамовна, и напоследок вопрос, приуроченный к празднованию 8 марта. К этой дате «Деловой Петербург» традиционно составляет список самых влиятельных женщин города в различных отраслях бизнеса. В этом году Вы номинированы к участию в этой премии. Насколько интересен для Вас этот проект?
– Эта премия интересна тем, что она охватывает самых влиятельных женщин города не только в различных отраслях бизнеса, но и в политике и других сферах деятельности. И главный критерий – положительное влияние на городскую среду. Учитывая сферу деятельности нашей компании, такой критерий для меня очень значим. В целом, конечно, очень приятно получить эту номинацию, особенно в такой непростой и неженской сфере как строительство.