Александр Брега: «Власти надо подумать о субсидировании процентной ставки на кредиты»
О противоречиях в реформе привлечения средств в жилищное строительство, мерах, необходимых для ее оптимизации, а также о том, чего строители ждут от власти, «Строительному Еженедельнику» рассказал генеральный директор корпорации «Мегалит» Александр Брега.
– Александр Николаевич, минуло 1 июля, жилищное строительство официально переведено на проектное финансирование. Успел ли «Мегалит» подготовиться к реформе? По какой схеме будут реализовываться ваши проекты?
– К реформе мы начали готовиться загодя, поэтому у нас уже есть четкое понимание нашей дальнейшей работы. ЖК «Дом на Львовской» и примерно половина нашего большого, совместного с «Охта Групп», ЖК «Приморский квартал» будут достраиваться по старой схеме, с привлечением средств дольщиков. Нами уже получены заключения о соответствии этих объектов критериям Минстроя. Те корпуса «Приморского квартала», которые еще не достигли необходимого уровня строительной готовности, перейдут на схему проектного финансирования. Кстати, именно 1 июля нами была продана первая квартира с использованием эскроу-счета.
Нашим партнером по этому проекту и ранее выступал Банк «Санкт-Петербург». Но если прежде доля заемных средств составляла до 20% от затрат на строительство, то теперь она увеличится.
– Схемы, предлагаемые банками, предполагают, что процентная ставка по кредиту на реализацию проекта будет тем меньше, чем больше средств будет собрано на эскроу-счетах. При базовой ставке в 12% годовых, в качестве средневзвешенной для проекта со стабильно продаваемыми квартирами называют 6-7%. На какую среднюю ставку хотели бы выйти Вы?
– Мы будем стремиться к максимальным объемам продаж и, соответственно, минимизации ставки. Даже 6-7% в год при среднем сроке строительства объекта в 3 года – это 20% роста себестоимости. Это очень большая добавка, особенно для проектов с малой маржинальностью. Чтобы сохранить экономику, необходимо стимулировать продажи, «играть на опережение». При определенных условиях ставку можно снизить практически до нуля, и только так сейчас можно выживать. Поэтому сегодня основное внимание будет уделяться качеству проектов, их локации, привлекательности для покупателей, которая обеспечит гарантированный спрос. Хотя стратегически это и не совсем правильно.
– Почему? Обычно этот фактор называют как раз плюсом реформы.
– Жилье же должно строиться не только в самых лучших локациях. Собственно само разделение на классы это предполагает. Новые территории тоже должны развиваться, и часто такое развитие задают именно проекты эконом- и комфорт-класса. Да, стоимость земли в таких локациях невысокая, но и маржинальность проекта зачастую очень низкая.
А теперь наложим на эту ситуацию необходимость привлечь и обслужить кредит. Раз локация не самая привлекательная – продажи идут не очень быстро. Соответственно, процентная ставка по кредитному финансированию растет. Застройщик вынужден поднимать цену, чтобы сохранить экономику проекта. Это, в свою очередь, делает жилье еще менее привлекательным и снижает на него спрос.
В итоге получается ситуация, что «под удар» реформы попадают как раз проекты доступного жилья, о необходимости увеличения числа которых мы постоянно слышим. Не говоря уже о том, что ужесточится конкурентная борьба за привлекательные локации, стоимость земли вырастет, и это тоже толкнет вверх цены.
– Что же, на Ваш взгляд, необходимо делать, чтобы избежать этих проблем?
– Мне представляется, что Минстрою и в целом Правительству РФ нужно всерьез озаботиться мерами стимулирования строительной отрасли. Одним из механизмов может стать субсидирование части процентных ставок. Конечно, это должно касаться не дорогих проектов, не премиум- или бизнес-класса, а именно эконом-сегмента, или, как его сейчас принято называть, «стандартного жилья».
Вообще, по моим оценкам, для того, чтобы первичный рынок не испытал стресса в связи с реформой, чтобы избежать резких скачков цен, чтобы сохранить объемы ввода (а тем более увеличить их, что предусмотрено нацпроектом), процентная ставка по проектному финансированию не должна превышать 3-4% годовых. Без субсидирования это вряд ли осуществимо.
Кроме того, необходима государственная помощь при создании социальной инфраструктуры. Уже устоялась практика, что она должна входить в проект и строиться девелопером, а потом безвозмездно передаваться городу. В том же «Приморском квартале» у нас запроектированы три детсада и школа. Затраты – свыше 3 млрд рублей. Сейчас получается, что на создание городской инфраструктуры мы вынуждены брать деньги в кредит, а потом еще и выплачивать банку проценты. И в этом ключе представляется вполне логичным появление механизма или системы субсидий, которые позволят погасить процентную ставку.
Так что, на мой взгляд, надо еще много работать для того, чтобы проектное финансирование стало на практике не тормозом, а рабочим инструментом, стимулирующим развитие строительного комплекса. Отрадно в этой ситуации то, что в Минстрое все-таки слышат голос отрасли. Самый яркий пример тому – критерии готовности, которые позволили завершить строительство части объектов по старой схеме долевого строительства, а фактически обеспечили хоть какой-то переходный период. В итоговом решении они стали вполне приемлемы, а ведь сначала речь шла о том, что строительная готовность объекта и количество проданных площадей должны достигать 70%; в таком варианте жилищное строительство ждал бы коллапс.
Очень многое зависит от ближайшего полугодия. Минстрой сейчас ждет обратной связи от регионов, оценивает взаимодействие застройщиков с банками, смотрит на его результат – есть ли сложности с получением проектного финансирования. Потом, видимо, будут приниматься какие-то решения на федеральном уровне. Очень хочется надеяться, что при этом голос строительного сообщества снова будет услышан.
– А вообще, как Вы считаете, насколько нужна была эта реформа?
– Сейчас, понятное дело, «открывать дискуссию» уже поздно. Но, чтобы проиллюстрировать свою позицию, я хотел бы привести пару цифр. За последние 15 лет строительный комплекс привлек денег дольщиков на общую сумму 13 трлн рублей. На долю проблемных объектов из этой суммы приходится примерно 280 млрд – сумма, конечно внушительная, но составляющая лишь чуть более 2% от всех привлеченных средств. Я хочу показать, что в отрасли не было системного сбоя. При этом еще с прошлого года все строители начали работать по специальным счетам, то есть банки уже контролировали целевое расходование средств – и фактически на этом этапе вопрос появления новых проблемных объектов был закрыт.
– Чего строительное сообщество ждет от власти, чтобы отрасль развивалась поступательно?
– Не скажу за всех, но, на мой взгляд, необходимо обеспечить ясные правила игры, стабильность законодательной базы. Даже если нужны изменения, они должны делаться эволюционным путем, с предоставлением переходного периода от одной схеме к другой.
В среднем проект реализуется порядка пяти лет. Два из них уходят на то, чтобы его «упаковать» необходимой документацией, еще три – непосредственно на строительство. При таком цикле необходимо, чтобы правила менялись не чаще, чем один раз в три года; это даст возможность реализовывать текущий проект по имеющейся схеме, а к новому приступать уже по измененной.
Мы же «Приморский квартал» согласовывали суммарно чуть ли не десять лет. Собрали пакет документации, прошли все инстанции, осталось две подписи получить. Но тут правила поменялись: собранные документы – в помойку, заново разрабатываем проект под новые требования, снова пересогласовываем. И так три раза! Так что главное для нас – поменьше «революций».
– Цены на новостройки уже сейчас, в «предвкушении» реформы, идут вверх. При этом покупательная способность граждан не растет – и продажи обеспечиваются главным образом благодаря ипотеке. На Ваш взгляд, хватит ли ипотечного ресурса для обеспечения необходимого уровня спроса, особенно в условиях, когда на федеральном уровне требуют роста объемов ввода?
– Объективная потребность людей в жилье находится на очень высоком уровне. С другой стороны, покупательная способность, к сожалению, не растет. Таким образом, реальный спрос на жилье находится в прямой зависимости от процентных ставок по ипотеке. Если мы хотим строить 120 млн кв. м в год, необходимо обеспечить ставки на уровне порядка 6% годовых. Так что рост объемов ввода – это, по сути, вопрос не к строителям, а к макроэкономической ситуации в стране и размеру ключевой ставки, от которой зависит банковское предложение по условиям ипотеки.
– Расскажите немного о планах «Мегалита». Есть какие-то новые проекты?
– Пока мы сконцентрировали усилия на «Приморском квартале» и «Доме на Львовской». Но есть и новости – мы вышли в новый для себя регион и начинаем проект в Подмосковье. Мы подключились к достройке проблемного объекта в городе Королёв, в 7,5 км от МКАД. Площадь комплекса – около 50 тыс. кв. м. Бывший застройщик обанкротился.
Завершение чужих долгостроев – это, конечно, очень сложная задача, мы это знаем не понаслышке, такой опыт у нашей компании уже был. В этот раз пришлось довольно долго утрясать все юридические моменты, заключать мировое соглашение с дольщиками, но недавно мы получили разрешение на строительство. В 2021 году намерены ввести комплекс в эксплуатацию.
Станет ли это разовым выходом в регион или нам так понравится там работать, что мы останемся, – пока сказать сложно.
Есть у нас в планах проект коттеджного поселка в Ленобласти, недалеко от Санкт-Петербурга. Но загородное строительство – это очень растянутый во времени бизнес при возвращении инвестиций. Пока извлекать деньги из оборота на такие проекты нецелесообразно. Но в перспективе мы непременно его реализуем.
У каждого девелопера должна быть мечта о том, какой объект он хочет построить. У нас их две: создать в городе новый квартал, и ее мы уже начали воплощать, а вторая – сделать современный коттеджный поселок. Так что нам еще есть к чему стремиться!
Программы замены лифтового оборудования в жилых домах помогут загрузить работой основных игроков рынка. В этом уверен региональный представитель Национального Лифтового Союза по СЗФО, генеральный директор ООО «МЛМ Нева трейд» Игорь Янукович.
В интервью «Строительному Еженедельнику» он рассказал о деятельности компании «МЛМ Нева трейд» в Петербурге и текущей ситуации в лифтовой отрасли.
– Игорь Станиславович, каковы итоги работы компании «МЛМ Нева трейд» в 2017 году?
– В целом прошедший год для нас был удачным. Мы продолжали активно работать и развиваться. Если непосредственно говорить о производственных итогах, то в 2017 году в Петербурге в рамках программы капитального ремонта мы заменили 539 лифтов. Это чуть меньше, чем годом ранее, и объясняется тем, что количество средств, выделенных НО «Фонд – региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» на замену лифтового оборудования, в прошлом году незначительно снизилось.
Отмечу, что на рынке мы уже 17 лет. Компания постоянно принимает участие в городской программе замены и модернизации лифтового оборудования. Согласно требованиям Технического регламента, к февралю 2020 года в стране должны быть полностью заменены все устаревшие лифты. Соответственно, Петербургу необходимо провести еще довольно большой объем работ, чтобы выполнить данное требование. Как крупная подрядная организация, мы видим потенциал для своего дальнейшего развития.
– Как в целом оцениваете текущее состояние лифтового хозяйства в стране и в Петербурге?
– В настоящее время в России около трети всех эксплуатируемых лифтов полностью выработали свой ресурс и нуждаются в замене. В Петербурге – ситуация, схожая с другими регионами. Более того, наш город имеет свою особенность, так как в нем много исторических зданий, в которых также установлены уникальные, но совсем старые лифты.
В целом ежегодно в Петербурге производится замена около 1500 лифтов. Это довольно хороший показатель, но не достаточный для того, чтобы успеть модернизировать все лифтовое хозяйство города к 2020 году. Тем более, что ежегодно количество устаревших лифтов пополняется за счет выработки ресурса.
– Ситуацию можно изменить?
– Необходимы дополнительные финансовые средства на ремонт и замену лифтов. В Петербурге данные работы финансируются не только за счет средств собственников, но и за счет городских субсидий. В большинстве других регионов дополнительной финансовой поддержки от властей нет. Тем не менее, в Петербурге ставка взносов на капитальный ремонт – 3-4 рубля за 1 кв. м, одна из самых низких среди субъектов Федерации. К примеру, в соседней Ленобласти эта ставка сейчас около 6 рублей за 1 кв. м жилья, в Москве – 17 рублей. Или следует повышать ставку, причем в разы, или искать внебюджетные источники.
– Можно ли назвать такой альтернативой общероссийскую программу ускоренной замены лифтового оборудования? И в чем ее суть?
– Наверное, да. Правда, чтобы дать какую-то объективную оценку эффективности ее реализации, необходимо некоторое время. Данная программа была инициирована Минстроем РФ при активном участии Общественной комиссии по вопросам лифтового хозяйства при Минстрое РФ и стартовала в прошлом году. Ее суть заключается в том, что работы по замене лифтов финансируются из внебюджетных источников. Производители лифтового оборудования и крупные подрядные организации привлекают банковские кредиты для выполнения работ и приобретения оборудования, а заказчик в лице Фондов капремонта оплачивает их в рассрочку на три года. В 16 регионах РФ, в том числе и в Петербурге, данная программа реально начала действовать. В прошлом году по такой схеме в нашем городе было заменено 429 лифтов. Наша компания заключила контракты на замену 229 лифтов в рамках программы. Средства на приобретение лифтов были получены от банка, а работы по монтажу и пусконаладке выполнены за свой счет.
– Какие проблемы в настоящее время беспокоят лифтовую отрасль?
– На наших отраслевых организациях негативно отражается ситуация, сложившаяся на рынке строительства. В настоящее время мы видим все большее количество банкротств застройщиков, заморозку строительства жилых объектов. Все это приводит к росту неплатежей. Безусловно, это нас не может не беспокоить.
Кроме того, сейчас несколько лихорадит участников лифтовой отрасли из-за вступившего в силу летом прошлого года Постановления Правительства РФ № 743 «Об организации безопасного использования и содержания лифтов». В соответствии с ним, полномочия по надзору и вводу в эксплуатацию лифтового оборудования вернули Ростехнадзору. Но редакция данного Постановления и отсутствие регламента породили еще больше вопросов. По всей стране новые лифты не могут ввести в эксплуатацию из-за отсутствия разрешения надзорного органа. Претензии в данном случае вызваны зачастую казуистикой терминологии.
– Почему Ваша компания выбрала партнерство именно с белорусским «Могилёвлифтмашем»?
– Я сам из Белоруссии. Свою первую зарплату получил именно на этом предприятии. Еще в советские времена «Могилёвлифтмаш» был монополистом в производстве лифтов. 70% поставок всего лифтового оборудования в Союзе осуществлял именно он. В настоящее время предприятие остается крупным игроком рынка, в том числе и на территории России. В 2005–2006 годах «Могилёвлифтмаш» провел масштабную модернизацию предприятия. Белорусские лифты считаются одними из самых надежных. Плюс к этому у предприятия конкурентные цены и удобная логистика.
– Какие некоммерческие проекты поддерживает Ваша компания?
– Как любая ответственная компания, мы небезразлично относимся к тому, что происходит с нами и вокруг нас. Поэтому мы активно участвуем в разнообразных социальных проектах, в том числе в сфере экологии. В частности, в феврале этого года мы присоединились к числу экологически ответственных предприятий города в рамках проекта «Зеленый кодекс». В соответствии с ним, мы обязуемся выполнять требования экологического законодательства, соблюдать требования охраны окружающей среды, внедрять в работе правила ресурсосбережения и т. д. В Приморском районе, где находится наш офис, мы будем принимать участие в акциях озеленения.
Главная наша задача – благополучие граждан, это касается и реализуемых нами социальных проектов.