Константин Панкратьев: «Каждому муниципалитету – пошаговая инструкция»
В марте 2019 года Правительством РФ были утверждены порядок финансирования региональных программ переселения граждан из аварийного жилья и целевые показатели для регионов на ближайшие три года. О том, как программа будет реализовываться в Ленобласти, «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по строительству региона Константин Панкратьев.
– Константин Юрьевич, какие показатели заложены в программу переселения граждан из аварийного жилья для Ленинградской области?
– В рамках утвержденной региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда на территории Ленинградской области в 2019–2025 годах» до 1 сентября 2025 года необходимо расселить 1076 аварийных многоквартирных домов общей площадью 251,1 тыс. кв. м, в которых проживает 16 521 человек. Общее финансирование программы составляет 12,5 млрд рублей, из них средства Фонда ЖКХ составляют 6,9 млрд рублей. Аварийное жилье будет расселяться в 89 муниципальных образованиях, в 45 из них планируется осуществить строительство многоквартирных домов. В остальных населенных пунктах жилые помещения будут приобретаться на вторичном рынке.
– Как будет реализована программа в 2019 году? Каков объем финансирования – из федерального, областного, муниципальных бюджетов?
– Решением правления Фонда ЖКХ от 3 июня 2019 года одобрена заявка Ленобласти на предоставление финансовой поддержки за счет средств Фонда ЖКХ на реализацию этапа программы 2019–2020 годов.
Согласно одобренной заявке, регион получит из средств Фонда 614,79 млн рублей. В порядке софинансирования область добавит 399,64 млн. Средства будут направлены на переселение 1,3 тыс. человек из 552 аварийных жилых помещений общей площадью 20 тыс. кв. м. Программа реализуется в 43 муниципальных образованиях двумя способами. Это приобретение жилья на вторичном рынке у застройщиков в уже построенных домах либо перечисление выкупной стоимости за аварийные помещения гражданам, у которых в собственности уже имеется иное жилье.
Финансирование распределяется следующим образом: 67% – из Фонда ЖКХ, 28% – из областного бюджета, 5% – из бюджетов муниципальных образований.
– В каких районах области дела по аварийному состоянию жилищного фонда обстоят хуже всего?
– Наибольшее количество аварийного жилья в Ленобласти находится в Лужском, Подпорожском и Волховском районах. А, например, в Сосновоборском городском округе аварийного фонда нет.
– Какая работа была уже проведена в рамках подготовительного этапа программы?
– В помощь муниципальным образованиям, которые участвуют в программе, Комитет по строительству разработал методические рекомендации с подробными разъяснениями порядка финансирования, способов и механизмов переселения. Это пошаговая инструкция. Вместе с этим наши специалисты проводят практически круглосуточно консультации по всем вопросам, касающимся реализации программы.
На этапе подготовки мы с каждым муниципальным образованием прорабатывали варианты реализации программы. К примеру, с теми, кто предпочел строительство нового жилищного фонда, с 2018 года велась работа по формированию земельных участков. Плюс ко всему такие муниципалитеты будут участвовать в программе, начиная со второго этапа в 2020 году. В этом случае они успеют осуществить все необходимые работы для начала строительства домов с их вводом в эксплуатацию в 2021 году. В первом же этапе программы участвуют только те муниципальные образования, которые приняли решение приобретать жилые помещения на вторичном рынке.
Хочу отметить, что для информирования населения и администраций муниципальных образований на сайте Комитета по строительству публикуется вся актуальная информация о реализации программы. Также на сайте можно ознакомиться с реестром аварийных домов, подлежащих расселению до 2025 года.
Кроме того, в целях эффективного достижения результатов по нашей инициативе создано 17 рабочих групп по переселению граждан из аварийного фонда. Количество групп совпадает с числом районов, на территориях которых имеется аварийное жилье (см. список). В целях принятия оперативных решений по вопросам реализации программы (от формирования земельного участка до заключения с гражданами договоров социального найма или мены) в состав групп включены представители комитетов по строительству, ЖКХ, ТЭК, главы районов и поселений и их заместители.
Все решения, принятые на заседаниях рабочих групп, все отчеты, рейтинги муниципальных образований по итогам реализации «дорожных карт» также размещаются на сайте Комитета по строительству.
По аналогии с нацпроектом «Жилье и городская среда» мы создали свой проект, куда входят мероприятия по переселению граждан из аварийного фонда. В этот, условно говоря, «муниципальный проект» включены «дорожные карты» с указанием исполнителей, задач по реализации программы и сроков. Ответственность за своевременное исполнение поручений в каждом муниципальном образовании, которое участвует в программе, несут конкретные лица, в основном это главы муниципалитетов или их заместители. Учитывая опыт предыдущей программы, мы хотим, чтобы жители региона имели возможность контролировать выполнение поставленных задач, качество и ход строительства домов, сроки переселения.
– Последние изменения в законодательстве о долевом строительстве усложнили выполнение ряда социальных программ, в том числе – и по аварийному жилью. Ведется ли работа с Минстроем РФ по разрешению проблемных вопросов?
– С учетом опыта реализации в 2013–2017 годах программы по переселению граждан из аварийного жилищного фонда мы направили в Совет Федерации и Минстрой России предложения, которые, на наш взгляд, способствуют оптимизации и упрощению механизма переселения граждан.
Например, мы предложили передать полномочия по строительству многоквартирных домов, находящихся в муниципальной собственности, от органов местного самоуправления к органам исполнительной власти. Это поможет усилить контроль за конкурсными процедурами, ходом строительства, а также минимизирует риски недостижения целевых показателей при реализации программы и получения штрафных санкций со стороны Фонда ЖКХ.
Другой пример: в целях усиления контроля со стороны регионов за ходом реализации программы на местном уровне нами было предложено создать Единого регионального оператора. Однако в целях стимулирования жилищного строительства при реализации программы переселения через Единого регионального оператора необходимо также внести ряд изменений в Федеральный закон № 214-ФЗ. Эти технические нюансы мы тоже проработали. На данный момент наши предложения приняты к сведению, однако обратной связи мы пока не получили.
Архитекторам и девелоперам пора прислушаться к мнению простых горожан и найти разумный компромисс между модернистским новаторством и созданием более скромных по форме и утилитарных по функции, но продуманных в деталях фасадов фоновых зданий, уверен архитектор, руководитель бюро SPEECH (Москва) и Tchoban Voss Architekten (Берлин) Сергей Чобан.
– Современный потребитель привык разделять архитектуру и личную недвижимость. Как правило, выбирая жилье для себя, люди не думают об архитектуре, в центре внимания более утилитарные вещи. На Ваш взгляд, уместно ли говорить об архитектуре в отношении жилья эконом-класса?
– Конечно, уместно. Любой город состоит из объектов архитектуры, среди которых именно фоновые здания, в том числе жилые, играют важную роль. И, на мой взгляд, необходимо понимать, что почти все, построенное минимум сто лет назад, создавалось именно как рядовая (в том числе жилая) застройка. Другое дело, что тогда была очень развита традиция внимательного отношения к внешнему облику зданий и детальной проработке поверхности фасадов, благодаря чему эти здания и спустя столетие привлекательно выглядят и стареют достойно. Собственную совершенно уникальную эстетику в жанр жилой архитектуры привнесли и объекты конструктивизма. А вот в послевоенное время, когда перед страной стояла важнейшая социальная задача обеспечения жильем очень большого количества людей, в архитектуру и градостроительство пришла индустриализация, повлекшая за собой отказ от подробно детализованных фасадных поверхностей. Панельное домостроение и бескомпромиссный минимализм других зданий породили достаточно безликую городскую среду, которой мы и обязаны нынешним довольно скептическим отношением к архитектуре жилых комплексов. Мне кажется, как раз сейчас пришло время эту ситуацию менять.
– Ваша книга, «30:70. Архитектура как баланс сил», написанная в соавторстве с историком архитектуры Владимиром Седовым, ориентирована на широкий круг читателей. Как Вы считаете, знакомство с этим текстом что-то изменит в восприятии новостроек у потенциальных покупателей?
– Книга призвана не изменить точку зрения, а скорее, объяснить читателям, почему они воспринимают архитектуру определенным образом. Будем откровенны: непрофессионалы (то есть не архитекторы и не критики, а простые горожане, являющиеся основными потребителями того, что мы делаем) в массе своей не любят современную архитектуру. Почему? Ответ, на наш с Владимиром Седовым взгляд, достаточно прост. Мы уже около ста лет проектируем по законам модернизма, отказавшись в облике фоновых зданий от каких-либо подробно проработанных деталей и поверхностей. И если архитекторы от подобных аскетичных зданий, как правило, в восторге, то рядовые горожане, наоборот, не очень. И к мнению публики, на наш взгляд, давно пора прислушаться, найдя разумный компромисс между модернистским новаторством и созданием более скромных по форме и утилитарных по функции, но продуманных в деталях, в поверхностях фасадов фоновых зданий.
– В одном из своих выступлений Вы высказали мысль, что современная архитектура должна быть разнообразной. Какими еще характеристиками она должна обладать?
– Архитектура, безусловно, должна быть разнообразной, но это разнообразие не должно быть чрезмерным. Я бы сказал, его степень напрямую зависит от функции здания и той градостроительной роли, которую оно играет в структуре города. В название нашей книги не случайно вынесена числовая пропорция: уникальные, знаковые здания в среде любого города должны составлять не более 30%, тогда как 70% – это объекты фоновой архитектуры, то есть здания, имеющие простые, лапидарные формы, в облике которых самую важную роль играет качество поверхности их фасадов. Нам совершенно очевидно, что фоновые здания не могут и не должны создаваться по тем же принципам, по которым создаются уникальные сооружения. Для них необходимы иные приемы – и в проектировании габаритов и форм, и в выборе используемых материалов, и конечно, в способах обработки поверхности фасада. Эти приемы – в частности, создания поверхностей фасадов фоновых зданий – архитекторам необходимо для себя заново открыть, им необходимо снова научиться.
– Именно в соответствии с этой пропорцией – 30 к 70 – Вы предлагаете вводить в структуру города контрастные доминанты. Какое здание может стать такой доминантой, например, там, где фоновая застройка – это «разношерстные многоэтажки» с разноцветными фасадами?
– Да, 30% зданий, на мой взгляд, могут и должны быть более заметны в структуре застройки, выделяясь, например, своей высотой, формой или пластикой. Другое дело, что «разношерстные многоэтажки» не могут служить фоном для этих 30%. Это как раз основная мысль нашей книги: фоновая застройка должна проектироваться совсем по иным принципам. В частности, она, на наш взгляд, не может быть многоэтажной: ее высота не должна превышать 6-7 этажей, ибо только это, в сочетании с продуманной деталировкой поверхности фасадов, гарантирует создание сомасштабной человеку комфортной городской среды.
– Вы выступаете куратором I Российской молодежной архитектурной биеннале. Жюри конкурса рассмотрело около 400 заявок, можно ли расценивать это как срез, по которому уместно судить об уровне «молодой архитектурной мысли»?
– Пока прошел лишь первый этап смотра, который представлял собой конкурс портфолио. Среди них было мало масштабных проектов, по которым можно было бы судить о каких-либо конкретных предложениях – пока, скорее, можно говорить о творческом потенциале участников. Он, безусловно, высок. И очень приятно, что заявки были поданы из огромного числа регионов, больше половины отобранных финалистов – не из Москвы или Петербурга. 30 финалистов, показавших себя как наиболее перспективные, теперь работают над конкурсным заданием биеннале – проектом многофункционального жилого квартала. Эти проекты будут представлены в Иннополисе (Республика Татарстан) 12-14 октября текущего года, и вот тогда будет понятно, что именно нового предлагают молодые архитекторы. Признаюсь, я жду результатов с большим интересом.
– Сейчас урбанистика – модное увлечение, о ней рассуждают даже те, кто далек от архитектуры и градостроительства. Как Вы считаете – это позитивная тенденция?
– Мне кажется, люди всегда думали о том, в какой среде они живут и с какой архитектурой сталкиваются. Просто потому, что архитектура окружает каждого из нас, от нее в прямом смысле некуда деться, и рефлексия на тему качества этого окружения нормальна и естественна. То, что сегодня эта дискуссия ведется на все более осознанном и профессиональном уровне, кажется мне очень важным.
– Недавно стало известно, что комитеты Правительства Петербурга все-таки переедут в «Невскую ратушу». Вы удовлетворены тем, что здание наконец будет использоваться по назначению?
– Честно говоря, я никогда и не сомневался в том, что это будет именно так. «Невская ратуша» изначально проектировалась как здание Администрации Санкт-Петербурга, и я очень рад, что она будет функционировать по своему прямому назначению.
– В целом, следите ли Вы за «развитием жизни» построенных по Вашим проектам зданий? Что для Вас важно, помимо того, чтобы у здания был ответственный собственник?
– Конечно, слежу. Этот процесс интересен мне и как горожанину, и конечно, как автору проекта. Очень важно и то, что в случаях возникновения новых пристроек или надстроек владельцы зданий, как правило, сначала консультируются со мной, и вместе мы находим оптимальное для внешнего облика решение.
– Новые правила землепользования и застройки Петербурга, вступившие в силу 4 июля этого года, предполагают обязательное согласование архитектурно-градостроительного облика жилых зданий. Считаете ли Вы это нововведение полезным?
– Мне кажется, такого рода обязательное согласование как раз и может стать гарантом того, что жилая застройка будет проектироваться с большим вниманием к сомасштабности человеку и к архитектурным деталям, а следовательно, будет более долговечной.
– В Петербурге готовят новый Генплан города на 2019-2043 годы. Что бы Вы посоветовали не забыть учесть в новом документе? На чем сделать акцент?
– Я бы посоветовал проанализировать допустимую плотность застройки, взяв за основу не менее 70% всех зданий с высотой 6-7 этажей.
Цифра
30% городской застройки, по формуле Сергея Чобана, должны составлять уникальные здания.