Евгений Гудов: «Почему планетарий? Потому что интересно»
Планетарий с самым большим в мире куполом работает в Петербурге уже больше года. О второй очереди проекта и других планах «Строительному Еженедельнику» рассказал Евгений Гудов, генеральный директор компании «Арт-технологии», управляющей комплексом.
– Почему Вы решили создать в газгольдере именно планетарий? Как возникла идея?
– Почему планетарий? Да потому, что это интересно. Вообще-то, сама конфигурация сооружения наталкивает на такую идею. Когда я впервые попал в этот газгольдер летом 2015 года, мысль построить здесь планетарий возникла сразу. А когда стало ясно, что в этот газгольдер влезает самый большой в мире планетарий, интерес к идее только возрос.
Работы наша команда развернула в 2016 году – и примерно через полтора года, к концу 2017-го, проект был запущен, так сказать, в базовом варианте. Модернизация и совершенствование оборудования и контента продолжаются по сей день. За время, прошедшее после открытия, мы уже заменили проекционное оборудование. Сейчас гораздо более яркая и четкая картинка, чем было вначале, гораздо выше качество звука. Увеличилось число экспонатов.
В соседнем здании, также входящем в наш комплекс, появилась лаборатория. Мы использовали много современных технологий: прототипирование, робототехника и пр. Те роботы, с помощью которых мы осуществляли раскрой материалов, создавая планетарий, – стали частью бесплатной экспозиции в лаборатории, открытой для посетителей.
– А вопрос окупаемости проекта Вас не смущал?
– Во-первых, для нас на первом месте стояла все-таки не коммерция; интересно было реализовать технически сложный, уникальный и полезный проект, формирующий (прежде всего, у детей) интерес к науке и технике. А во-вторых, он обошелся относительно недорого, если сравнивать с аналогами, в которых используется весьма недешевая импортная техника. Мы же с самого начала ориентировались только на свои силы: сами разрабатывали оборудование и контент, да и практически все работы внутри также осуществляли самостоятельно. Подрядчиков было мало, зато штат компании пополнился специалистами в различных областях (это и архитектура, и строительные работы, и дизайн, и программирование, и многое другое), которым интересно было принять участие в таком небанальном проекте. Сейчас эта команда задействована уже в других инициативах.
Работа своими силами позволила сэкономить очень серьезные деньги. Нами выполнено сложное оборудование для планетария, которое не уступает импортным аналогам, например, компаний Carl Zeiss Planetariums или Konica Minolta, стоящим порядка полумиллиарда рублей. Благодаря использованию собственных разработок нам оно стоило кратно дешевле, не говоря уже о том, что это была очень интересная техническая задача.
Суммарный объем затрат на проект составил порядка 320 млн рублей, часть из которых взята в кредит. Сейчас происходит постепенный возврат средств. И в реализацию второй очереди мы планируем инвестировать еще около 100 млн рублей. Думаю, постепенно эти средства «отобьются», поскольку эксплуатационные затраты сравнительно невелики. Для сравнения: общие затраты на создание планетария в Москве составили примерно 5 млрд рублей. Там, конечно, сделана шикарная экспозиция и поставлено самое современное оборудование, что позволило сформировать большой трафик посетителей, но вернуть такие масштабные вложения в обозримой перспективе, на мой взгляд, практически невозможно.
– Вы упомянули о второй очереди проекта. Что она будет включать?
– Мы планируем более тесно увязать между собой наши объекты – газгольдер и прилегающее к нему здание, сформировать единый музейно-просветительский комплекс. Сооружения соединит некапитальная пристройка (против ее устройства не возражают органы охраны наследия), в которую из планетария будут вынесены кафе и магазины. Необходимо привести в порядок фасады. Также будут завершены ремонтно-реставрационные работы в здании, где размещается лаборатория и работает наша команда. В нем в советское время были сделаны переделки, которые нужно ликвидировать, чтобы вернуть исторический облик (в отличие от газгольдера, сохранившегося в очень неплохом состоянии). Кроме того, намечен еще один этап модернизации оборудования планетария. Думаю, на окончательное доведение проекта «до ума» понадобится еще около полутора лет. Тогда окончательно будет сформирован научно-технический комплекс, где расположатся звездный зал, музей с космическими экспонатами, интерактивные залы с виртуальной реальностью, образовательные классы и обсерватория, лаборатория робототехники, залы для лекций и дискуссий и пр.
– Вы сказали, что сейчас работаете и над другими проектами?
– Да, наша команда наработала большой и, без преувеличения, уникальный опыт, который востребован и другими структурами. Планетарий привлек интерес, у нас довольно большой трафик посетителей, среди которых – самые разные люди, включая топ-менеджеров компаний, работающих в различных отраслях. В итоге к нашей команде стали обращаться с предложениями о сотрудничестве при реализации самых разнообразных проектов.
Среди них одним из наиболее интересных стало создание первого планетария на Кипре. Он войдет в состав крупного храмового комплекса, который возвел на острове основатель одной из крупнейших строительных компаний Петербурга, Группы «Эталон», Вячеслав Заренков. Это очень интересный проект, который будет выполнен по последнему слову техники. Многие задумки, которые появлялись при работе над нашим планетарием, но по разным причинам не могли быть реализованы (из-за недостатка средств или из-за большого размера нашего проекта), мы хотим воплотить на Кипре.
Кроме того, имеющиеся разработки могут быть использованы при модернизации планетариев по всей стране. Наше оборудование – импортозамещающее. Иностранную технику регионы по понятным причинам (из-за дороговизны) приобрести не могут; наша же стоит существенно дешевле. Напомню, что в стране сейчас 56 планетариев, они вполне востребованы в рамках школьных и внешкольных образовательных программ. Но лишь в 14 из них установлено современное оборудование, в других же стоит техника 1960–1970-х годов, не позволяющая предложить посетителям информацию в интересном формате. Поэтому мы сейчас разрабатываем полнокупольные проекционные системы для малых и средних куполов.
– При реализации проекта у вас не было проблем с градозащитниками или КГИОП? Вообще, как к нему отнеслись городские власти?
– Мы изначально занимали вполне четкую позицию в отношении полного сохранения исторических объектов, на которых работаем. Мы целиком оставили сооружения в том виде, как они были, не проделывали никаких дополнительных отверстий или окон и вообще вели очень мало капитальных работ. Как я уже говорил, и конструкция, и качество строительства газгольдера настолько хороши, что восстановления и масштабного ремонта не требовалось.
Несмотря на такое бережное отношение к наследию, у нас, откровенно говоря, были опасения, что кто-нибудь начнет что-то опротестовывать. Но они оказались совершенно напрасными, никаких претензий градозащитники нам не предъявляли. И КГИОП – тем более, поскольку все работы с ними всегда согласовывались. Кстати, из КГИОП к нам даже приходили экскурсии для ознакомления с газгольдером именно как с частью архитектурно-строительного наследия Северной столицы.
Вообще, со стороны городских властей наш проект получил поддержку. Думаю, что всех вполне устроило, что один из заброшенных объектов начал использоваться под культурно-просветительские цели, да еще без вложения бюджетных средств. После открытия к нам даже приезжал тогдашний губернатор Петербурга Георгий Полтавченко.
Мнение
Павел Борисенко, заместитель председателя Комитета по инвестициям Санкт-Петербурга:
– Наше ведомство активно поддерживает проекты, развивающие так называемый «серый пояс» города (бывшие промышленные территории) и оказывающие значительный эффект на развитие города в целом. Несмотря на то, что проект планетария реализуется на территории, находящейся в частной собственности и за счет частных средств, Комитетом по инвестициям с первых этапов его реализации оказывалось всестороннее содействие в части организации и координации работы с профильными ведомствами города.
Судить об успешности проекта можно по популярности, которую за время работы с ноября 2017 года приобрел Планетарий № 1 среди жителей Петербурга и туристов со всего мира – это уникальный мультимедийный культурно-образовательный проект не только для нашего города, но и для России в целом.
В планетарии на постоянной основе проводятся экскурсии и лекции для учеников образовательных учреждений Северной столицы, гостей города. Проходит значительное количество культурных, развлекательных и образовательных мероприятий. Высокий уровень данной площадки подтверждается проведением ряда мероприятий на уровне городского правительства: премия «Инвестор года» и Инвестиционный форум Петербурга.
Отдельного упоминания стоит и безусловное положительное влияние проекта на сохранение и развитие исторического наследия города, так как для создания Планетария № 1 инвестором были проведены масштабные работы по восстановлению и реставрации объекта культурного наследия – крупнейшего старинного газгольдера России.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Самый большой в мире планетарий может появиться в Петербурге
Общественные места уже давно перестали привлекать аудиторию только лишь едой или мероприятиями. Интерьер ресторана может быть настолько впечатляющим, что кухня отходит на второй план, уверен руководитель и ведущий дизайнер Studia 54 Станислав Клюев.
– Каковы тенденции в оформлении общественных зон в коммерческих помещениях? Что сейчас модно использовать при оформлении ресторанов, баров и лобби отелей?
– В оформлении частных ресторанов и отелей сейчас наиболее востребован индустриальный стиль лофт. В этом стиле смешиваются грубые фактуры, дизайнерские предметы мебели и антикварные вещи. Для сетевых заведений больше актуален современный стиль, основные принципы которого – светлые тона и натуральные материалы, а во главе угла – технологичность и долговечность.
Общественные места уже давно перестали привлекать аудиторию только лишь едой или мероприятиями. В некоторые рестораны или бары столики бронируют за месяц, ради других едут на другой конец города – все потому, что эти заведения могут предложить неповторимую атмосферу. Интерьер места может быть настолько впечатляющим, что кухня отходит на второй план. Сейчас Studia 54 завершила проектирование интерьера для бара в Петербурге, который, мы думаем, имеет все шансы стать культовым местом. Что может лучше отразить формат бара, как не стиль лофт? Для декора мы выбрали классические элементы: гипсовые маски, лепнину, карнизы. Сочетание индустриального стиля и классики делает это заведение непохожим на другие.
– Какие еще инструменты используются при оформлении лофтов?
– Изначально, основа для лофта – это кирпичные стены (предпочтительно, чтобы это был старый интерьер), просторные помещения с высокими потолками. Для оформления таких интерьеров мы часто используем медь, лампы Эдисона, металлические сетки.
Несмотря на то, что в лофт-интерьерах часто используются хэндмэйд-вещи и предметы с барахолок, этот стиль нельзя назвать дешевым. Он, скорее, богемный. Для коворкинга «Агора» мы собирали люстру из водопроводных труб силами нашей строительной бригады. В итоге, получилось оригинально и бюджетно. В лофт-интерьере можно миксовать предметы различной ценовой категории и стилистики – в этом его прелесть.
– Стиль лофт любят применять и в коворкингах. Какие решения для оформления таких помещений использует Studia 54?
– Пространства коворкинга по своему формату ближе к арт-пространствам, чем к стандартным офисам, поэтому можно отойти от нейтрального оформления и сделать нечто исключительное. В коворкинге можно использовать и яркие цвета, и экстравагантную мебель, и арт-объекты – это место не только для работы, но и для общения. Задача владельцев коворкинга – продать места, поэтому пространство обязано быть уютным и располагающим к работе, но при этом оригинальным. Этим принципам мы следовали в той же «Агоре» – там есть кухня, лаунж-зона, переговорная и рабочий зал.
– Офис Studia 54 также оформлен в лофт-стиле. Как создавался его дизайн-проект?
– Наш офис располагается в бывших казармах на набережной Фонтанки. Бывшие заезды для карет превратились в двойные черные окна, которые контрастируют с кирпичными стенами. Предыдущие владельцы решили просто замуровать арочные проемы. Но мы восстановили первоначальный вид: расчистили проемы и акцентировали на них внимание. И, конечно, скрывать старинный кирпич под слоем штукатурки было бы кощунством, мы добавили подсветку, декор в винтажном стиле и мебель, относящуюся к английской классике.
– В работах Вашей студии часто обыгрываются различные возможности подсветки, расскажите об особенностях использования этого инструмента?
– Подсветка добавляет жизни в помещение, она создает дополнительный объем и выделяет фактуру материалов, будь то дерево, мрамор или кирпич. Правильно размещенные источники света преображают помещение, а кроме того, подстраиваются под разные жизненные сценарии.
Все, что заказчику хочется подчеркнуть, мы непременно выделяем подсветкой: сложные текстуры стен, барельефы, скульптуру, артефакты, картины. Музейный принцип работает и в жилых интерьерах – подсвеченный предмет выглядит привлекательнее. Подсветка – еще и инструмент зонирования. По освещению можно распознать функцию помещения, даже если в нем еще нет мебели. Яркий свет больше подходит для массовых собраний, конференц-залов, переговорных. А для микро-пространств уже нужен совсем иной, более уютный свет, его создают бра и настольные лампы.
– Почему, на Ваш взгляд, лофты (особенно в качестве жилья) пока не набирают популярность в Петербурге?
– Запрос на лофт есть, но для его реализации мало возможностей. В новом доме сделать лофт сложно из-за отсутствия кирпича, хотя это не единственный признак стиля, а в историческом центре города осталось очень немного подходящих квартир. Если кирпичная стена присутствует, то большинство заказчиков сразу же склоняются к стилю лофт.
– Сотрудничаете ли Вы с застройщиками и в каком формате?
– Мы проектируем входные группы для проектов компании «Еврострой», официальными партнерами которой являемся. Уже выиграны тендеры на дизайн и оформление входных групп в ЖК Esper Club на Крестовском и ЖК «Приоритет» на Воскресенской набережной. Также планируем разрабатывать готовые интерьеры для квартир в сегменте элитного жилья, в котором работает «Еврострой» и другие компании.
– На Ваш взгляд, должна ли архитектура дома определять его интерьер?
– Каким-то образом обозначить связь между экстерьером и интерьером – непременно нужно. Она может проходить сквозной темой в элементах декора, это придаст интерьеру индивидуальность и дополнительное очарование. Многое зависит от целей заказчика. Мы стараемся в своих проектах максимально использовать красивые детали, оставшиеся от исторических интерьеров: изразцовые камины, старый кирпич, витраж, лепнину. Это не только эстетично, но и создает настроение и характер помещения. Встречая что-то старое и ценное – мы с удовольствием это применяем. И наш офис тому пример.
– Что уместно при декорировании таких помещений?
– Выбор предметов декора определяет тематика площадки. В интерьеры ресторанов, баров и отелей гармонично впишутся вещи с историей и хэндмэйд: старые камины, экраны, мебель.
– Насколько оригинальные предметы искусства востребованы для декора?
– Подлинные объекты искусства могут позволить себе далеко не все. Как правило, для декора используется то, что уже имеется в коллекции заказчика. Это могут быть как оригиналы произведений искусства, так и артефакты от знаменитостей, например, ракетка известного теннисиста, гостившего в отеле. Но по большей части это все-таки реплики известных произведений.
– Что чаще всего тиражируется?
– Повторяется все. Но если копии живописных полотен пользуются популярностью меньше (так как там очевиднее неподлинность), то с более прикладными предметами – такими, как скульптура – проще. Они всегда смотрятся удачно. Например, их часто переосмысливают в современных материалах, и это выглядит уже как новое произведение искусства. Это могут быть фигуры, изготовленные с помощью 3D-печати из пластика, или гипсовые формы, которые можно покрасить или как-то дополнить. Отмечу, что скульптура – красива сама по себе и не нуждается в сочетании с какими-либо еще предметами. Это самостоятельный акцент.
– Вы упомянули 3D-печать, а как современные технологии влияют на тенденции в дизайне интерьеров?
– Недавно мы обсуждали идею создания арт-пространства с полностью голыми стенами, куда с помощью проектора можно было бы наносить разнообразные интерьеры, в зависимости от тематики мероприятия. Мы бы с удовольствием использовали возможности таких технологий. Они уместны и в интерьере ресторанов, например, при проведении каких-либо мероприятий. Это необычно и способно удивлять. Но, к сожалению, пока заказчики не совсем готовы к использованию таких инструментов, так как это довольно радикально и затратно.