Евгений Гудов: «Почему планетарий? Потому что интересно»
Планетарий с самым большим в мире куполом работает в Петербурге уже больше года. О второй очереди проекта и других планах «Строительному Еженедельнику» рассказал Евгений Гудов, генеральный директор компании «Арт-технологии», управляющей комплексом.
– Почему Вы решили создать в газгольдере именно планетарий? Как возникла идея?
– Почему планетарий? Да потому, что это интересно. Вообще-то, сама конфигурация сооружения наталкивает на такую идею. Когда я впервые попал в этот газгольдер летом 2015 года, мысль построить здесь планетарий возникла сразу. А когда стало ясно, что в этот газгольдер влезает самый большой в мире планетарий, интерес к идее только возрос.
Работы наша команда развернула в 2016 году – и примерно через полтора года, к концу 2017-го, проект был запущен, так сказать, в базовом варианте. Модернизация и совершенствование оборудования и контента продолжаются по сей день. За время, прошедшее после открытия, мы уже заменили проекционное оборудование. Сейчас гораздо более яркая и четкая картинка, чем было вначале, гораздо выше качество звука. Увеличилось число экспонатов.
В соседнем здании, также входящем в наш комплекс, появилась лаборатория. Мы использовали много современных технологий: прототипирование, робототехника и пр. Те роботы, с помощью которых мы осуществляли раскрой материалов, создавая планетарий, – стали частью бесплатной экспозиции в лаборатории, открытой для посетителей.
– А вопрос окупаемости проекта Вас не смущал?
– Во-первых, для нас на первом месте стояла все-таки не коммерция; интересно было реализовать технически сложный, уникальный и полезный проект, формирующий (прежде всего, у детей) интерес к науке и технике. А во-вторых, он обошелся относительно недорого, если сравнивать с аналогами, в которых используется весьма недешевая импортная техника. Мы же с самого начала ориентировались только на свои силы: сами разрабатывали оборудование и контент, да и практически все работы внутри также осуществляли самостоятельно. Подрядчиков было мало, зато штат компании пополнился специалистами в различных областях (это и архитектура, и строительные работы, и дизайн, и программирование, и многое другое), которым интересно было принять участие в таком небанальном проекте. Сейчас эта команда задействована уже в других инициативах.
Работа своими силами позволила сэкономить очень серьезные деньги. Нами выполнено сложное оборудование для планетария, которое не уступает импортным аналогам, например, компаний Carl Zeiss Planetariums или Konica Minolta, стоящим порядка полумиллиарда рублей. Благодаря использованию собственных разработок нам оно стоило кратно дешевле, не говоря уже о том, что это была очень интересная техническая задача.
Суммарный объем затрат на проект составил порядка 320 млн рублей, часть из которых взята в кредит. Сейчас происходит постепенный возврат средств. И в реализацию второй очереди мы планируем инвестировать еще около 100 млн рублей. Думаю, постепенно эти средства «отобьются», поскольку эксплуатационные затраты сравнительно невелики. Для сравнения: общие затраты на создание планетария в Москве составили примерно 5 млрд рублей. Там, конечно, сделана шикарная экспозиция и поставлено самое современное оборудование, что позволило сформировать большой трафик посетителей, но вернуть такие масштабные вложения в обозримой перспективе, на мой взгляд, практически невозможно.
– Вы упомянули о второй очереди проекта. Что она будет включать?
– Мы планируем более тесно увязать между собой наши объекты – газгольдер и прилегающее к нему здание, сформировать единый музейно-просветительский комплекс. Сооружения соединит некапитальная пристройка (против ее устройства не возражают органы охраны наследия), в которую из планетария будут вынесены кафе и магазины. Необходимо привести в порядок фасады. Также будут завершены ремонтно-реставрационные работы в здании, где размещается лаборатория и работает наша команда. В нем в советское время были сделаны переделки, которые нужно ликвидировать, чтобы вернуть исторический облик (в отличие от газгольдера, сохранившегося в очень неплохом состоянии). Кроме того, намечен еще один этап модернизации оборудования планетария. Думаю, на окончательное доведение проекта «до ума» понадобится еще около полутора лет. Тогда окончательно будет сформирован научно-технический комплекс, где расположатся звездный зал, музей с космическими экспонатами, интерактивные залы с виртуальной реальностью, образовательные классы и обсерватория, лаборатория робототехники, залы для лекций и дискуссий и пр.
– Вы сказали, что сейчас работаете и над другими проектами?
– Да, наша команда наработала большой и, без преувеличения, уникальный опыт, который востребован и другими структурами. Планетарий привлек интерес, у нас довольно большой трафик посетителей, среди которых – самые разные люди, включая топ-менеджеров компаний, работающих в различных отраслях. В итоге к нашей команде стали обращаться с предложениями о сотрудничестве при реализации самых разнообразных проектов.
Среди них одним из наиболее интересных стало создание первого планетария на Кипре. Он войдет в состав крупного храмового комплекса, который возвел на острове основатель одной из крупнейших строительных компаний Петербурга, Группы «Эталон», Вячеслав Заренков. Это очень интересный проект, который будет выполнен по последнему слову техники. Многие задумки, которые появлялись при работе над нашим планетарием, но по разным причинам не могли быть реализованы (из-за недостатка средств или из-за большого размера нашего проекта), мы хотим воплотить на Кипре.
Кроме того, имеющиеся разработки могут быть использованы при модернизации планетариев по всей стране. Наше оборудование – импортозамещающее. Иностранную технику регионы по понятным причинам (из-за дороговизны) приобрести не могут; наша же стоит существенно дешевле. Напомню, что в стране сейчас 56 планетариев, они вполне востребованы в рамках школьных и внешкольных образовательных программ. Но лишь в 14 из них установлено современное оборудование, в других же стоит техника 1960–1970-х годов, не позволяющая предложить посетителям информацию в интересном формате. Поэтому мы сейчас разрабатываем полнокупольные проекционные системы для малых и средних куполов.
– При реализации проекта у вас не было проблем с градозащитниками или КГИОП? Вообще, как к нему отнеслись городские власти?
– Мы изначально занимали вполне четкую позицию в отношении полного сохранения исторических объектов, на которых работаем. Мы целиком оставили сооружения в том виде, как они были, не проделывали никаких дополнительных отверстий или окон и вообще вели очень мало капитальных работ. Как я уже говорил, и конструкция, и качество строительства газгольдера настолько хороши, что восстановления и масштабного ремонта не требовалось.
Несмотря на такое бережное отношение к наследию, у нас, откровенно говоря, были опасения, что кто-нибудь начнет что-то опротестовывать. Но они оказались совершенно напрасными, никаких претензий градозащитники нам не предъявляли. И КГИОП – тем более, поскольку все работы с ними всегда согласовывались. Кстати, из КГИОП к нам даже приходили экскурсии для ознакомления с газгольдером именно как с частью архитектурно-строительного наследия Северной столицы.
Вообще, со стороны городских властей наш проект получил поддержку. Думаю, что всех вполне устроило, что один из заброшенных объектов начал использоваться под культурно-просветительские цели, да еще без вложения бюджетных средств. После открытия к нам даже приезжал тогдашний губернатор Петербурга Георгий Полтавченко.
Мнение
Павел Борисенко, заместитель председателя Комитета по инвестициям Санкт-Петербурга:
– Наше ведомство активно поддерживает проекты, развивающие так называемый «серый пояс» города (бывшие промышленные территории) и оказывающие значительный эффект на развитие города в целом. Несмотря на то, что проект планетария реализуется на территории, находящейся в частной собственности и за счет частных средств, Комитетом по инвестициям с первых этапов его реализации оказывалось всестороннее содействие в части организации и координации работы с профильными ведомствами города.
Судить об успешности проекта можно по популярности, которую за время работы с ноября 2017 года приобрел Планетарий № 1 среди жителей Петербурга и туристов со всего мира – это уникальный мультимедийный культурно-образовательный проект не только для нашего города, но и для России в целом.
В планетарии на постоянной основе проводятся экскурсии и лекции для учеников образовательных учреждений Северной столицы, гостей города. Проходит значительное количество культурных, развлекательных и образовательных мероприятий. Высокий уровень данной площадки подтверждается проведением ряда мероприятий на уровне городского правительства: премия «Инвестор года» и Инвестиционный форум Петербурга.
Отдельного упоминания стоит и безусловное положительное влияние проекта на сохранение и развитие исторического наследия города, так как для создания Планетария № 1 инвестором были проведены масштабные работы по восстановлению и реставрации объекта культурного наследия – крупнейшего старинного газгольдера России.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Самый большой в мире планетарий может появиться в Петербурге
В дни подготовки к Съезду строителей Северо-Запада Николай Николаев, председатель Комитета Госдумы РФ по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям, дал интервью газете «Строительный Еженедельник», в котором рассказал об основных нюансах новых поправок в ФЗ-214 и о новых механизмах развития жилищного строительства.
– Как Вы расцениваете поправки, принятые в федеральный закон о компенсационном фонде и как эти изменения отразятся на работе компаний (одно разрешение на строительство)? Как повлияют эти изменения на рынок долевого строительства в целом?
– Действительно, эти поправки, прописанные в теперь уже в федеральном законе о компенсационном фонде, должны серьезно повлиять на рынок долевого строительства, как со стороны граждан-участников, так и со стороны застройщиков.
Надо понимать, что мы, в соответствии с поручением Президента, вводим, по сути, государственную гарантийную систему. И если уж речь идет о государственных гарантиях, если речь идет о том, чтобы вообще создать механизм, который обеспечивал бы безопасность вложения средств граждан, мы обязаны определить, кто из застройщиков может быть допущен к участию в этой гарантийной системе. Поэтому мы серьезно пересмотрели требования к застройщикам, которые могут привлекать средства граждан для долевого участия.
У многих застройщиков это вызвало шок. И понятно, почему. Дело в том, что последние годы застройщики (так же, как банки и пенсионные фонды) привлекали от граждан весьма значительные средства, но при этом оставались единственным финансовым институтом, который, по сути, находился вообще вне какого-либо контроля и надзора со стороны государства. Банки, страховые компании, пенсионные фонды – все, кто привлекает средства граждан – находятся под неусыпным контролем со стороны государства. Если банки чуть ли не в режиме онлайн должны обеспечивать свою прозрачность, то застройщики у нас оказались единственным слабо контролируемым финансовым институтом.
К чему это привело? А это привело к тому, что у нас за последние 10 лет осталось 150 тыс. обманутых дольщиков, и только за последние полгода, по данным рабочей группы партии «Единая Россия» и других общественных организаций, их количество увеличилось на 30 тыс. И это во многом потому, что многие застройщики привыкли работать «с колес», что называется. Они привлекают средства граждан для строительства конкретного многоквартирного жилого дома, но используют их не только на его строительство, а также и на финансирование каких-то иных своих проектов или на погашение текущей задолженности строительных компаний. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы эта ситуация продолжалась. И именно поэтому в новом законе мы прописали переход на проектные компании: есть одна компания – есть одно разрешение на строительство. И когда гражданин планирует вкладывать свои средства, он будет уверен, с учетом банковского сопровождения, что его деньги будут потрачены застройщиком не на какие-то мифические объекты, а именно на строительство того жилого дома, который выбрал гражданин.
Есть еще одна очень серьезная тема – новый закон обяжет застройщика поддерживать размер собственных средств в размере 10% от планируемой стоимости проекта. Это необходимо, чтобы обеспечить минимальный запас финансовой прочности проекта строительства многоквартирного дома и заставить застройщиков вкладывать собственные средства в его реализацию.
Вы подумайте, речь идет зачастую о многомиллионных, многомиллиардных проектах. Если застройщик как предприниматель начинает строительство такого объекта, при этом привлекая средства граждан, которые вкладывают свои кровные сбережения, то, согласитесь, справедливо требовать и от предпринимателей, чтобы они тоже вкладывали свои средства. 10% собственных средств от стоимости проекта – это показатель того, что как минимум десятая часть проекта профинансирована застройщиком самостоятельно.
– Каким должно быть банковское сопровождение, по новому законодательству?
– Банковское сопровождение деятельности застройщика должно проходить в обязательном порядке в уполномоченном банке, где застройщиком будет открыт счет, причем только один, через который и будут осуществляться все расчеты по ведению строительства.
– Не являются ли, на Ваш взгляд, эти меры слишком жесткими? Не повлекут ли они уход с рынка игроков?
– Мы считаем, все эти меры в результате должны привести к развитию рынка жилищного строительства. Каким образом? Конечно, сегодня можно услышать, что в новых условиях треть застройщиков уйдет с рынка. Но давайте разберемся, о ком идет речь? Скорее всего уйдут те, кто работал по принципу пирамиды. Но они и должны уйти, потому что мы не хотим видеть на рынке жилищного строительства компании повышенного риска и не хотим давать им право привлекать средства граждан. Тем, кто не может обеспечить гарантии гражданам, кто не отвечает требованиям надежности, которые предъявляет государство, – им не место на этом рынке.
А вот каким образом мы предвидим развитие ситуации в дальнейшем. Все предусмотренные новым законом меры направлены на то, чтобы повысить надежность рынка долевого строительства жилья и, как следствие, уровень доверия граждан к такого рода вложениям собственных средств. А это будет означать ровно одно – граждане будут уверенно вкладывать свои средства, и соответственно, рынок будет расти. И еще есть один аспект, который обязательно нужно упомянуть. Если мы повышаем надежность этого рынка, если мы обеспечиваем его прозрачность путем создания единой государственной информационной системы, если мы вернем к нему доверие граждан, то это приведет еще к одному очень важному положительному эффекту, а именно – банки-кредиторы застройщиков будут легче давать кредиты, и их ставка будет ниже. Норма резервирования под них тоже может уменьшиться. Я уверен, что это очень важно, потому что должно привести к развитию рынка жилищного строительства в целом.
– О какой информационной системе идет речь?
– Новый закон предусматривает важную норму по созданию единой информационной системы долевого строительства, в которой в открытом доступе будет отображаться информация обо всех не введенных в эксплуатацию объектах строительства жилья с привлечением средств граждан. Это будет уникальный информационный ресурс, отражающий реальное положение дел на этом рынке. Застройщики будут обязаны размещать сведения о своей деятельности, начиная с проектной документации и заканчивая финансовой отчетностью, а также визуальное подтверждение строительства объектов в виде фото- и видео материалов. В этой системе будет размещена и информация о должностных лицах, осуществляющих контроль за деятельностью застройщика, о выданных ими заключениях о соответствии застройщика и проектной документации установленным требованиям, о проведенных проверках и предписаниях. Также, в случае нарушения законодательства о долевом строительстве, в информационной системе будут опубликованы вступившие в силу постановления о привлечении виновных к административной ответственности.
– Запрет ведения других видов деятельности, кроме строительства, повлияет ли каким-то образом на работу застройщиков? Если да, то как?
– Это должно повлиять обязательно на повышение надежности и прозрачности расходования средств. Нельзя одной компании, привлекая средства граждан, строить жилье и одновременно, допустим, продавать картошку оптом. Аналогичные требования были предъявлены всем иным финансовым организациям, которые занимаются привлечением средств граждан. Банк не может заниматься оптовой торговлей и финансами. На рынке долевого строительства жилья будет то же самое. По новому закону, на застройщика жилья, привлекающего средства граждан, вводятся ограничения на ведение других видов деятельности, не связанных с реализацией данного проекта.
– В полной ли мере данные поправки будут регулировать строительный рынок? Или будут приниматься еще какие-либо поправки?
– Мы постарались прописать в этом законе все возможные нормы прямого действия: о размере обязательных отчислений, о банкротстве застройщика и многое другое. Важным нововведением являются нормы о конкурсном отборе застройщика, претендующего на получение средств компенсационного фонда для достройки проблемных объектов, а также о контроле за использованием предоставленных средств.
Что касается взносов в компенсационный фонд, то их размер будет фиксированным на уровне 1,2% от согласованной сторонами цены каждого договора участия в долевом строительстве. При этом величина взноса может изменяться только по результатам оценки деятельности фонда не чаще одного раза в год и только посредством принятия Госдумой соответствующего закона.
Мы, конечно, будем следить за правоприменительной практикой, и, если поймем, что эти нормы оставят какие-то лазейки для недобросовестных застройщиков, то мы эти лазейки будем закрывать непременно.
– Когда можно ждать первых результатов?
– В течение трех месяцев должна быть создана публично-правовая компания, которая будет управлять компенсационным фондом. И уже она начнет принимать новые объекты на свой риск. Это будет абсолютно прозрачный механизм работы, регулируемый законодательством о публично-правовых компаниях, в котором предусмотрены и раскрытие информации о деятельности, и порядок проверки такой деятельности, включая парламентский контроль и контроль со стороны Счетной палаты.
Я думаю, что первый анализ мы сможем провести через год, чтобы посмотреть результаты и с точки зрения повышения надежности рынка, и с точки зрения эффективности тех мер, которые были прописаны для граждан.