А.Комлев: ПЗЗ и режимы зон охраны должны быть утверждены в едином документе


15.09.2008 18:02

Общественные слушания Правил землепользования и застройки (ПЗЗ), которые сейчас проходят в районных администрациях Петербурга, не включают в себя обсуждения важной части Правил, которая должна войти в них на заключительном этапе принятия документа. Это режимы зон охраны Петербурга, разработанные КГИОП еще в 2005 г., к принятию действующего Генплана города, и прошедшие уже тогда общественные слушания. Но сейчас на слушаниях по ПЗЗ у граждан возникает резонный вопрос – почему режимы не включены в проект правил? когда они туда войдут? почему границы зон охраны в ПЗЗ обозначены, а действуют внутри границ не режимы, а регламенты? что и как будет действовать в этих границах, когда ПЗЗ вступят в силу? О проекте зон охраны, который должен стать составной частью ПЗЗ, корреспонденту АСН-инфо рассказывает заместитель председателя КГИОП Алексей Комлев.

 

 

-Алексей Валентинович, чтобы не запутаться в законодательных дебрях, расскажите сначала об истории создания проекта зон охраны, который сейчас каждый может увидеть на сайте городской администрации.

 

-Что касается истории этого документа, то еще в далеком 1988 г. решением Ленгорисполкома № 1045 был принят проект зоны охраны исторически сложившихся центральных районов Ленинграда. В соответствии с ним охраняется и по сей день только исторический центр города, так называемые Объединенные зоны охраны, а все пригороды остались за кадром, хотя мастерская генплана Бориса Николащенко уже в 1985 г. разработала проекты зон охраны направления Петродворец-Ломоносов-Стрельна, а также Пушкин-Павловск. Но тогда  разработчикам не удалось получить необходимых согласований этих документов у КГА, районных администраций, ВООПиКа, так как к ним было много замечаний. Поэтому они не попали в правовой акт 1988 г., и охранное зонирование распространилось только на центр.

 

Именно по этой причине впоследствии КГИОП торопился разработать и утвердить проекты зон охраны, начиная с пригородов и постепенно продвигаясь к центру. Эти зоны охраны были введены как временные, потому что при действующем на тот момент законодательстве – до закона №73-ФЗ 2004 г. - была возможность установления временных зон охраны по облегченной процедуре, они могли устанавливаться просто распоряжениями органов охраны. Что мы и сделали: были введены в разное время охранные зоны в пригородах. До 2003 г. все  территории, не охваченные центром, были поставлены под охрану. К центру мы подошли в самом конце в 2004 г., и не торопились, так как, там действовал  проект зоны охраны исторически сложившихся центральных районов Ленинграда 1988 г. Получилось так, что новый Проект зон охраны мы разрабатывали 8 лет и обсудили с общественностью в 2005 году, к принятию Генплана.  Новый проект мы согласовали с Росохранкультурой, до этого – с Министерством культуры. Новая охранная зона центра была взята за основу с учетом Генплана 1857 г. При этом, и это была наша принципиальная позиция - мы сохранили границу бывшей объединенной охранной зоны, совместив ее с новой границей зоны регулирования застройки – 1 (ЗРЗ-1.) Это было очень важно, так как именно в этих границах исторический центр вошел в номинацию объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. 

 

-И теперь охранная зона и зона охраны – это разные вещи? Чем они отличаются?

 

-Отличаются: охранная зона, или ОЗ, как она обозначена в ПЗЗ – это зона, где все новое строительство впрямую запрещено. Правда, по Закону № 73-ФЗ там допускается «регенерация исторической среды». Но такого юридического понятия как регенерация – просто нет. Есть понятие «воссоздание» – строительство здания по историческим чертежам, с восстановлением утраченных фасадов, пропорций, объемов. И хотя КГИОП пытался при разработке Закона 2002 года разъяснить такое понятие, как «регенерация», нам не дали возможности этого сделать. Оно осталось в Законе нераскрытым, и по сути это все равно можно истолковать как строительство, а не воссоздание.

 

-А каково было Ваше представление о «регенерации»?

 

-Ну например, есть в городе пятна, утраченные во время войны. Их можно и нужно заполнять – но такой застройкой, которая по своим параметрам и характеру соотносится с той, которая там сейчас рядом сложилась. То есть она должна отвечать средовым характеристикам: допустим, здесь стояло 3-этажное здание, значит надо построить аналогичное по пропорциям, объемам и высоте. Таково наше представление о регенерации.

 

-Вернемся к отличиям охранной зоны (ОЗ) и зоны охраны, или зоны регулирования застройки (ЗРЗ). Что разрешено в ЗРЗ-1?

 

-В ЗРЗ-1 новое строительство, в отличие от ОЗ, разрешено впрямую, но это не значит что вся эта территория будет застроена. Почему мы поступил так и разделили режимы ОЗ и ЗРЗ-1? Основной принцип приоритета сохранения исторической застройки у нас одинаков, что в ОЗ, что в ЗРЗ. Но когда мы изучали поквартально всю застройку в этих зонах– выяснилось, что тех самых утраченных в войну пятен в ОЗ вообще нет. Там полностью сформирована застройка, там возможны только реставрация и капитальный ремонт с реконструкцией. А в ЗРЗ-1 эти пятна еще остались.  Причем автор предыдущего проекта Б.Николащенко в своих режимах охраны, понимая, что городу как-то нужно развиваться, ввел еще понятие «лакун», то есть локальных зон регулирования застройки внутри объединенной охранной зоны. Локальных маленьких ЗРЗ внутри ОЗ. Около 150 таких «дырочек», было частично нарисовано в графике, и описано в тексте проекта. В частности, если лакуна в Новой Голландии имела абрис территории на карте, то про 130-ый квартал просто было написано, что лакуна - «в границах внутриквартальной застройки 130-го квартала». Вот новая гостиница на площади Островского – это тоже была лакуна, так как там ранее было здание, входящее в ансамбль площади. Более того, предыдущий проект зон охраны предполагал, что любая внутриквартальная территория, не являющаяся объектом культурного наследия – памятником – является потенциальной лакуной и может быть преобразована. Конечно, мы сочли, что это недопустимо. После выхода закона № 73 в 2004 году мы решили от этой «лакунизации» уйти.  Просто чтоб быть честными перед самими собой. Поэтому теперь в ОЗ все сформировано, никаких «дырок» нет, и даже те, что когда-то были обозначены в предыдущем проекте, уже застроены. Все, там строить практически негде и нечего. Остальную территорию, где еще сохранились пятна, где возможно восстановление каких-то зданий, мы и отнесли к ЗРЗ-1, чтобы у нас не было правового вакуума, недоговоренностей и вопросов – а что это за лакуна? А почему она там появилась? Мы разделили бывшую объединенную охранную зону на две - ОЗ и ЗРЗ-1, но сохранили строгие режимы охраны для всей этой территории и добавили еще зоны ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3.

 

-Чем ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3 отличаются от ЗРЗ-1?

 

-Основное различие следующее: если в ОЗ и ЗРЗ-1 много ограничительных параметров – по стилю, по высоте, по характеру застройки, вплоть до мелких подробностей – то в ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3 остается практически один параметр – высотность.

 

-Режимы зон охраны больше не будут обсуждаться?

 

-Нет, слушания мы повторять больше не будем, с материалами слушаний можно ознакомиться на сайте администрации. В начале 2008 года мы пытались хоть как-то выйти из положения, ведь с 2005 года с новым Генпланом мы все еще живем по старым режимам и по старым границами. Для этого мы ввели временную схему – и выпустили распоряжение председателя КГИОП об утверждении «временных границ и режимов зон охраны», которые бы соответствовали границам зон охраны в Генплане. Но прокуратура сочла, что мы не имеем права вводить временные границы и режимы, не имеем для этого полномочий, да и понятия такого в законе нет. Режимы должны вступить в силу только законом вместе с ПЗЗ, поэтому пришлось отменять это распоряжение. Но, тем не менее, на сайте администрации проект зон охраны есть, все могут его увидеть и даже еще могут вносить предложения – у нас есть возможность их внести в проект.

 

Еще в 2005 г. мы добивались того, чтобы проект зон охраны утверждался парным законом с Генпланом и не предполагали, что границы зон охраны будут приняты ЗакСом отдельно от режимов зон охраны. Да еще получился такой парадокс – в новом Генплане границы зон отражены, но до принятия ПЗЗ в силу они не вступили. Образовался правовой вакуум. При этом КГА с 2005 г. выдает застройщикам документацию, согласуясь с новыми границами зон охраны, а мы живем до сих пор по распоряжению №1045 от 1988 г. Такая сложилась ситуация – но это не наша вина. Однако, если режимы не утвердят парным законом вместе с ПЗЗ, то получится, как только утвердят ПЗЗ, вступят в силу новые границы зон охраны, без новых режимов, а градрегламенты без них нелегитимны. Вот такой нонсенс.

 

-Согласитесь, такая путаница не идет на пользу законопроекту ПЗЗ.

 

-Путаница имеет место быть, так как сегодня КГА иногда «бежит впереди паровоза» и на мой взгляд порой поступает ошибочно. Ведь все-таки этот 648-й ныне отмененный высотный регламент помог – все же с 2004 г., если не считать этой истории с Биржей и проигранный суд по «Монблану», мы в целом удержали высоту по центру города. Сначала в 2003 г. этот регламент вышел с печатями Харченко и Явейна, как некое соглашение между комитетами, что мы не нарушаем эту высоту, а уже потом в 2004 г. регламент был утвержден городским правительством.

 

Кстати, возвращаясь к ПЗЗ - мы предлагали КГА во избежании дальнейшей путаницы, не писать ни в ОЗ, ни в ЗРЗ-1 никаких цифр, так как у нас режимы, в том числе высотные ограничения жестче, чем те высоты, которые допускает постановление 1731.

 

-Какое отражение в этих документах получило возможное изменение статуса вновь выявленных памятников?

 

Вот есть 2140 выявленных объектов культурного наследия. Их судьба не решена. Они, так сказать, пока кандидаты в памятники: могут изменить свою судьбу – стать федеральным памятником, региональным, или быть исключенным из реестра памятников. И тогда уже на их территорию будут распространяться градостроительные регламенты (на территории памятников градрегламенты не действуют). Поэтому отображение границ памятников в Генплане – это только обосновывающий документ генплана, фиксирующий состояние на 2005 г. и не предполагающий что там что-то будет меняться. Отобразили - и ладно, так как нужна была опорная база для Генплана. А ведь текущая ситуация меняется. Уточняются границы памятников, под охрану как выявленные берутся новые объекты.

 

-Какова теперь будет дальнейшая судьба проекта зон охраны? Как режимы будут включены в ПЗЗ, в каком виде? Ведь проект уже готов.

 

-Мы предлагали КГА включить наши режимы зон охраны в свою часть ПЗЗ. Мы также предлагали КГА совместить их часть ПЗЗ и нашу в качестве приложения к Правилам, чтобы не было у горожан лишних вопросов. По идее в границах действия наших режимов достаточно только отсылки к ним, чтобы все могли увидеть – вот тут действуют режимы зон охраны, а подробности, ограничения и параметры можно увидеть в соответствующем разделе.

 

Кто главнее – режимы или регламенты? Нужно ввести единые правила, исключающие предвзятое отношение согласующих инстанций. Условно говоря, если написано в законе, что на этом месте должно стоять здание не выше определенной этажности, не больше чем столько-то метров, со скатной кровлей, с такой-то максимальной площадью остекления, со штукатурным фасадом, с не более чем двумя выходами на улицу и т.д. – то что согласовывать? Все и так ясно. А если этого не написано, тогда все, что не запрещено, разрешено. Законодатели должны выпускать правила четкие, понятные и желательно все в одном документе, чтобы никакого волюнтаризма при принятии решений не было. Мы в итоге должны получить единый документ – закон, который будет называться «Правила землепользования и застройки и режимы зон охраны Санкт-Петербурга». Мы еще намерены актуализировать нашу карту с границами зон охраны и территорий памятников – приложение 17 – и внести ее в ПЗЗ. А границы территорий памятников, повторюсь, иногда меняются. Мы хотим создать гибкий механизм и прописать процедуру изменений, а последние намерены публиковать, допустим, раз в квартал. А мониторинг и актуализация Генплана осуществляется один раз в пять лет. Сам наш проект режимов сейчас корректируется в связи с выходом последних федеральных законодательных актов. Мы будем выносить проект на правительство вместе ПЗЗ, которые сейчас проходит слушания.

 

-А какую документацию застройщиков Вы будете согласовывать в ОЗ и ЗРЗ?

 

-Законом мы лишены права согласования в зонах охраны проектной документации, за исключением градостроительных регламентов - проектов планировки и межевания. Ведь именно в них устанавливаются параметры использования территории, и с ними потом застройщики идут в СГСНиЭ, и уже там должны будут сверить, соответствует ли проект планировки и межевания Правилам землепользования и застройки (в которых должны быть включены режимы охраны) – соответствует ли он требованиям режимов, если находится в зоне охраны, или не соответствует. Вот этим и должны заниматься чиновники, когда у них будут четкие правила, а не согласовывать архитектуру отдельных проектов в зонах охраны.

 Беседовала Елена Зеликова 



Подписывайтесь на нас:


11.04.2006 16:15

Председатель постоянной комиссии Законодательного собрания по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам Михаил Амосов рассказал о том, что ожидает петербургских строителей после принятия городского закона «О правилах землепользования и застройки».

- Михаил Иванович, в последние годы кардинально меняется законодательство страны и Петербурга в том числе. С чем это связано? На что именно направлены ваши усилия как депутата и руководителя одной из важнейших комиссий - по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам?


- Последние три года наша комиссия работала по трем основным направлениям. Первое - создание солидного градостроительного законодательства в Санкт-Петербурге. Что я имею в виду? Прежде всего - это Генеральный план развития города, принятый в виде закона. Эту задачу мы выполнили. Центральная часть Генплана - схема функционального зонирования. Вот эта схема и ложится в основу следующего важнейшего документа - закона «О правилах землепользования и застройки», разработка которого в настоящее время близится к завершению. До ухода на летние каникулы мы должны принять этот закон в первом чтении. Логика такая: та графика, которая есть сегодня в Генплане, в «Правилах застройки» превратится в регламенты: что можно делать, а что нельзя. К примеру, если это зона зеленых насаждений, то мы должны записать, что можно там строить, а что нет. То есть описать сооружения по функциональному назначению: кафе строить можно, спортивные и игровые площадки - можно, а жилой дом нельзя. Кроме того, «Правилами» необходимо ввести ограничения, например, под строительство можно отвести только 10 процентов территории зеленой зоны. Цифра примерная, мы еще пока только обсуждаем, какими эти ограничения должны быть.


- И когда наши строители наконец получат этот закон?


- Я уже сказал, что в первом чтении мы должны принять его еще до летних каникул, а полностью - до конца года. Губернатор подчеркивает, что это важнейший законопроект и его необходимо принять как можно скорее. Но наша важнейшая задача - не только принять закон, но и добиться от исполнительной власти его исполнения. К примеру, сегодня в городе проекты планировки и проекты межевания составляются от случая к случаю. В массовом порядке они отсутствуют. В этом вопросе губернатор нас не поддерживает, но надеюсь, что нам удастся ее убедить в том, что в городе должно проводиться сплошное межевание. Когда мы примем закон «О правилах землепользования и застройки», этот вопрос встанет в полный рост. Потому что понятно, закон должен реализовываться через конкретные документы исполнительной власти. Это первое направление нашей работы, важнейшее, связанное с созданием градостроительного законодательства и подталкиванием исполнительной власти развивать эту тему уже в документах более низкого уровня.


- Каково же второе направление вашей работы?


- Второе касается предоставления объектов недвижимости для строительства и реконструкции. В настоящее время уже готов к третьему чтению закон «О внесении изменений и дополнений в закон Санкт-Петербурга «О порядке предоставления объектов недвижимости, находящихся в собственности Санкт-Петербурга, для строительства и реконструкции» Я не скажу, что этот закон является идеальным. Но в процессе работы над ним мы неоднократно сажали за один стол депутатов, чиновников из стройкомитета, куги и представителей строительного бизнес-сообщества, чтобы они обсудили с нами этот законопроект. В итоге был создан некий компромиссный вариант, который более или менее удовлетворяет всех. Для меня лично важно, что нынешний вариант вводит возможность проявления инициативы со стороны самих строительных компаний по разработке предложений по застройке тех или иных участков. Я считаю, нельзя выключать строителей из этого процесса. А то раньше как было? Строителям приходилось искать посредников среди чиновников, чтобы внести инициативу, так требовало законодательство. В нашем законе мы предусмотрели определенные процедуры, гарантирующие нормальную работу с инициативами граждан. Мы хотели, чтобы было невозможно положить под сукно предложение строительной компании. Например, обязательное размещение информации о приеме заявления в сети Интернет в день его поступления, то есть мы вводим механизм, который делает обращение инициаторов гласным. Значит, механизмы, защищающие интересы частного бизнеса, мы заложили в этот документ, тут они есть.


- Закон, защищающий бизнес, это хорошо. Но в строительстве помимо власти и застройщиков есть еще третья сторона - жители. Как местное законодательство защищает их интересы?


- Вот как раз на это и нацелено третье направление нашей работы. Оно касается учета мнения общественности. Мы придаем этому очень большое значение. Кстати, первый законопроект, который был разработан и проведен нашей комиссией, называется «О порядке учета общественного мнения». В ходе его разработки мы посадили за один стол «зеленых» - представителей тех организаций, которые, как правило, противодействуют строительству, и строителей. И вот из этих диаметрально противоположных посылов мы создали концепцию закона. Мы считаем, что главное - обеспечить максимальное информирование граждан о том, что будет строиться рядом с ними. Вторая сторона - дать гражданам максимальную возможность высказаться, и чтобы эти высказывания были зафиксированы и доведены до исполнительной власти. С самого начала мы говорили, что решение будет принимать орган исполнительной власти, что решение граждан носит консультативный характер. Вместе с тем процедуры, которые мы создали, позволяют гражданам убедить правительство города не давать разрешения на строительство. У нас есть такие примеры. Я знаю лично, когда гражданам удалось убедить застройщика в нецелесообразности строительства на одном из участков. И компания отказалась от работы на этом участке прямо на заседании ИТК.


- Мне кажется, правительство приняло иной закон относительно общественных слушаний, который сводит их результативность на нет.


- Новый закон, предложенный губернатором, размывает эти положения. Но мы подготовили поправки, которые должны все вернуть к старому. Наша комиссия считает, что закон, который действовал, оправдал себя. И от него не следует отказываться.


- После возвращения с выставки MIPIM-2006 вице-губернатор Юрий Молчанов сказал, что Петербургу, чтобы стать первоклассным городом, необходимо обзавестись небоскребами. И строить их собираются не где-нибудь, а непосредственно в центре. Это строительство Сити «Сибнефти» на Охте и территорию «Московская-Товарная».


- Высотность зданий будет строго ограничена «Правилами землепользования и застройки». Так что не стоит паниковать раньше времени.

Беседовала Лилиана Глазова



Подписывайтесь на нас: