Сергей Кузнецов: «Принцип самоокупаемости и рационализации не всегда приемлем»
О том, может ли быть город экономически успешным и одновременно комфортным для людей рассказал "Строительному Еженедельнику" главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов.
– Третий год подряд Вы руководите секцией «Креативная среда и урбанистика» в рамках Культурного форума. Можно ли говорить о том, что дискуссии с каждым годом обретают новое качество?
– И по количеству участников, и по качеству программы год от года форум становится солиднее. В прошлом году темы секции «Креативная среда и урбанистика» были связаны со 100-летием Октябрьской революции, и мы пытались осмыслить как влияли и продолжают влиять на среду события, которые получили старт век назад.
В этом году главную тему подсказал Чемпионат мира по футболу, недавно прошедший в России. Это событие радикально изменило культурный фон городов, инфраструктуру многих территорий, самоощущение страны и ее образ в глазах мирового сообщества.
Важно, что в дискуссиях принимали участие эксперты, напрямую повлиявшие на недавние перемены в городской среде и их осмысление. В их числе – гендиректор Оргкомитета по подготовке и проведению Чемпионата мира по футболу «Россия-2018» Алексей Сорокин; архитектор, руководитель ТПО «Резерв» Владимир Плоткин и другие признанные российские архитекторы, такие как Сергей Чобан (партнер бюро SPEECH), Олег Шапиро (партнер бюро WowHaus) и Никита Явейн (руководитель архитектурного бюро «Студия 44»), а также бизнесмены и деятели культуры.
Поместить дискуссии в глобальный контекст помогли и зарубежные эксперты, в числе которых специальный советник ЮНЕСКО Франческо Бандарин, партнер-основатель архитектурного бюро Herzog & DeMeuron Пьер де Мерон, британский архитектор, создатель «самого черного здания в мире» Асиф Хан, старший директор HargreavesAssociates Гэвин МакМилан и программный директор Всемирного фестиваля архитектуры WAF Пол Финч.
Крупные спортивные соревнования, масштабные культурные события, политические саммиты – одновременно и новые возможности, и новые вызовы для городов, местного сообщества и страны в целом.
Здесь целый спектр вопросов – это и культурный обмен во время международных событий, и их влияние на городские традиции, и роль архитектуры в межкультурной коммуникации, вопросы интеграции «наследия» в дальнейшую жизнь городов.
– Насколько успешно, с Вашей точки зрения, решается вопрос интеграции «наследия» на объектах, которые строились и реконструировались к ЧМ-2018?
– Если говорить о Москве, то у нас этой проблемы нет. Например, меня часто спрашивают о востребованности «Лужников». После реконструкции стадион скорее получил возможности, чем утратил, его заметно легче использовать для неспортивных целей. Он стал более удобным, например, для проведения концертов, праздников. В то же время стадион плотно загружен спортивными мероприятиями – здесь, например, проходят домашние матчи ЦСКА. Те, кто «Лужниками» управляет – большие молодцы, они находят загрузку для стадиона.
Напомню, что была преображена вся территория «Лужников», не только большая арена. Окружающий парк сегодня более ориентирован на массовый спорт, чем в былое время.
Вообще активное вовлечение этой территории в городской оборот во многом уже состоялось, несмотря на то, что не все объекты завершены, – в будущем там будут и Центр водных видов спорта, и Центр художественной гимнастики.
Если говорить в целом по стране – пока прошло слишком мало времени, чтобы выносить однозначные суждения. Наполнение событиями больших арен – это вопрос к менеджменту. Такие объекты нуждаются в серьезной анимации, без сомнения. Причем это вопрос настолько сложный, что здесь не всегда уместны советы иностранных консультантов. Например, английские эксперты видят в таких объектах преимущественно площадки для концертов рок-групп. В Англии есть большое количество команд, которые могут собрать целый стадион. А у нас нет такой культуры.
Я в индустрии больших событий довольно давно: работал над проектами к Олимпиаде в Сочи, к Универсиаде к Казани… На мой взгляд, единственно верный подход в том, что спортивный объект нужно проектировать так, как будто «большого» события вообще нет. Объект с помощью временных средств можно подготовить к этому мероприятию, а впоследствии их убрать, чтобы стадион или спорткомплекс жил той жизнью, ради которой его создали.
– То есть решением может быть строительство временных конструкций?
– В мире есть успешный опыт их применения, такие варианты активно обсуждались в процессе подготовки Олимпиады в Сочи. Но, как известно, нет ничего более постоянного, чем временно забитый гвоздь. Объект временным не получится, а будет постоянно неполноценным. Это выброшенные деньги и бессмысленная затея.
Надо сказать, что и в мире никто не строит полностью временные объекты. Например, в Лондоне Центр водных видов спорта, который проектировала Заха Хадид, имел масштабные пристройки на время Олимпиады, которые впоследствии были демонтированы. Но изначально он планировался капитальным, а не временным.
– Насколько удачной в архитектурном и функциональном плане, на Ваш взгляд, получилась «Санкт-Петербург Арена»?
– Я знаю, что она популярна и многими любима. Она стала знаковой для Петербурга. Это безусловный комплимент ее создателям. Проблемы забудутся, а объект останется.
Важно рассматривать объект без отрыва от окружающей территории. На «Санкт-Петербург Арене» я был всего лишь однажды, во время проведения ЧМ-2018. Тогда у меня возникло ощущение, что прилегающая территория могла бы быть лучше вписана в городскую среду.
Именно по такому принципу – внимание к территории в целом, а не только к объекту – в Москве идет реконструкция стадиона «Динамо» и Петровского парка при нем. В том же ключе развивается район вокруг построенного к ЧМ-2018 стадиона «Спартак».
– Всегда ли оправданно говорить об экономической эффективности городских проектов, в том числе и создаваемых к масштабным мероприятиям?
– Я считаю абсолютно нормальным, когда у города есть дотационные объекты. Принцип самоокупаемости и рационального использования всего и вся не всегда оптимален.
Недавно я был в Дубае, который восхищает и масштабами строительства среди пустыни, и коммерческим успехом – здесь стараются выжать прибыль из каждого квадратного метра здания и территории. Но тотальная коммерциализация приводит к тому, что не складывается городская среда. Мы видим город-«эгоист», состоящий из зданий-«интровертов», внутри которых все подчинено коммерческому успеху. Здесь нет места толерантности, эта среда подчеркнуто не приемлет неплатежеспособную часть населения. Это сложный момент, и когда заходит речь об окупаемости, я всегда призываю относиться к этому спокойнее. Экономически успешный и одновременно репутационно привлекательный для людей мегаполис сделать не получается.
Недавно Москва вошла в топ очередного рейтинга самых комфортных городов России. Эксперты отмечают рост культурной прослойки – уваливается количество общественных пространств и мероприятий. Была также отмечена динамика развития транспортной инфраструктуры столицы – прежде всего метрополитена. Особенно лестно, что отдельно экспертами был выделен парк «Зарядье», который всего год спустя после своего открытия, уже успел стать самым популярным парком столицы. Это все (и в первую очередь метрополитен) – дотационные вещи.
– А что скажете о «Лахта Центре»?
– В этом году во время экскурсионной части деловой программы Культурного форума я посетил «Лахта Центр». Скажу сразу, заочно я относился к нему с некоторым предубеждением – вокруг этого объекта было слишком много негативной информации о том, что небоскреб «варварски» испортил лучшие виды Петербурга.
Мои личные впечатления после посещения этого объекта абсолютно обратные. Я не пытаюсь переубедить тех, кто критикует, но как минимум здесь возможны разные мнения. «Лахта Центр» расположен очень удачно, он создает предпосылки развития морского фасада Петербурга.
Если взять центр как отправную точку, то последующее развитие морского фасада города может быть бурным и эффективным. Это могут быть беговые и велодорожки, кафе, зеленые зоны и т. д. Я сам увлекаюсь бегом, и мне очевиден дефицит доступной инфраструктуры для этого занятия в Петербурге.
– Значительное влияние на вопросы градостроительства в Петербурге оказывает градозащитное движение. Как часто общественная коалиция встает на защиту Москвы?
– Это характерно для многих городов, и Москва – не исключение. Я всегда внимательно отношусь к таким заявлениям, очень часто высказываемое общественностью беспокойство имеет основания. Но мы живем по законам рыночной экономики, и, с другой стороны, у бизнеса есть права и законно полученные документы, успешно пройденные публичные слушания. К сожалению, надо констатировать, что интерес к проекту у общественности просыпается не когда можно и нужно влиять, взаимодействовать с властями, а когда на площадке уже начинаются работы.
– В мае этого года «Дом.рф» и институт «Стрелка» объявили о старте программы дополнительного образования для архитекторов из российских регионов «Архитекторы.рф». Насколько интересна, на Ваш взгляд, эта программа?
– Я сам детально эту программу не проходил, но наши сотрудники принимали в ней участие – и были в полном восторге. Я считаю, что «Дом.рф» и институт «Стрелка» – большие молодцы, заслуживают самых теплых слов благодарности. Единственное, что, на мой взгляд, нельзя упускать из виду – дальнейшее использование этого кадрового потенциала. Обидно будет, если всех этих специалистов «прокачают», а потом нигде не задействуют.
– Москомархитектура ведь тоже занимается развитием образовательных и издательских проектов? В рамках Культурного форума прошла презентация монографии «Зарядье».
– Да, под эгидой Архсовета Москвы мы ведем образовательно-издательскую деятельность.
В мире бесконечных презентаций особую важность приобретают медиаканалы, которые способны значительно влиять на формирование образа страны, города или места. Все чаще мы поднимаем вопрос восприятия наших городов и нашей страны в мире. Думаю, все согласятся, что после Чемпионата мира имидж значительно улучшился.
Почему так произошло? На мой взгляд, огромное влияние оказали положительные отзывы болельщиков, которые делились впечатлениями в социальных сетях, и этот образ произвел поразительный эффект в медиапространстве.
Мы видим, что ЧМ-2018 поменял и отношение москвичей к тому, что мы сделали. Опросы показывают, что после Чемпионата, после высокой оценки всех его мероприятий иностранными гостями, москвичи более благосклонно стали воспринимать и городскую программу благоустройства «Моя улица», и такие новые проекты, как парк «Зарядье». Иногда нам важно, чтобы кто-то сторонний сказал, что это здорово.
То же самое касается и продвижения архитектуры, городских программ. В Москве мы стараемся обращать внимание на эту тему. Медиасудьба проекта вообще может определить, будет ли он построен. Он сначала должен состояться и выжить там. Сегодня это оказывается даже важнее, чем авторское участие архитектора. Надо понимать механизмы работы в медийном поле и правильно выстраивать позиционирование.
Надо помнить, что человек в соцсетях скорее напишет про случившийся негативный опыт, чем скажет «спасибо» тем, кто все это придумал и организовал. Не надо надеяться, что позитивные вещи разойдутся, надо их делать публичными. Мы решили, что правильные, позитивные вещи нуждаются в поддержке. И для проекта «Зарядье» сделали книгу – серьезную, основательную, фиксирующую статус случившегося. Это стратегия продвижения не только парка, но и всей команды его создателей. Тема персональной ответственности – сегодня крайне важная история. Она была популярна в дореволюционной России, но и сегодня «именные» проекты как никогда важны.
Справка
Сергей Кузнецов родился в 1977 году в Москве, в 2001 году окончил Московский архитектурный институт. Уже во время учебы в институте Сергей Кузнецов основал свое первое бюро – с 2000 года он являлся одним из партнеров и генеральным директором архитектурной мастерской «СЛК-Проект». С 2003 года – партнер и генеральный директор мастерской «С.П.Проект». В 2006 году архитектурная мастерская «С.П.Проект» вошла в объединение «SPEECH Чобан & Кузнецов», руководящим партнером которого Сергей Кузнецов являлся до 2012 года. В 2012 году занял пост главного архитектора и первого заместителя председателя Комитета по архитектуре и градостроительству Москвы.
Кстати
1 декабря 2018 года начался прием заявок на соискание Премии города Москвы в области архитектуры и градостроительства. Претендовать на награду могут авторы или коллектив авторов, разработавшие наиболее выразительное, оригинальное, качественное архитектурно-градостроительное решение (АГР) объекта капитального строительства.
Сбор заявок на участие в Премии будет осуществляться Комитетом по архитектуре и градостроительству города Москвы по 15 февраля 2019 года.
Проекты будут оцениваться экспертным жюри, в состав которого войдут ведущие международные и российские эксперты, представители общественных организаций, деятели искусства, науки и культуры. Оглашение результатов Премии пройдет в торжественной обстановке в канун праздника Дня архитектора. Победители получат до 5 премий в размере 1 млн рублей каждая.
Все объекты, предусмотренные программой переселения граждан из аварийного фонда в Ленобласти, будут введены в эксплуатацию – подчеркивает Виталий Жданов, председатель регионального Комитета по строительству.
Хотя, не скрывает он, проблемы с завершением строительства таких домов у какого-либо муниципального образования возникают ежегодно.
– Как бы вы охарактеризовали реализацию нынешнего этапа программы переселения?
– Среди российских регионов по расселению аварийного жилья Ленинградская область – в крепких середняках. Показатели, установленные нам Правительством РФ, выполнены на этапе 2014-2015 годов и выполняются в рамках реализации этапа 2015-2016 годов. На следующем этапе, к сентябрю 2017 года, когда вообще завершается действие программы переселения граждан из аварийного фонда, рассчитанной на 2013-2017 годы, мы должны предоставить новое жилье 2 770 жителям Ленинградской области, расселив 43,54 тыс. кв. м.
Всего в программе участвует 97 муниципальных образований, в рамках каждого этапа – около 40. И с каждым муниципальным образованием необходимо проводить индивидуальную работу, в том числе разъяснительную, и контролировать исполнение программы. Мы, хоть и не выступаем в качестве заказчика, а только субсидируем средства эти муниципальным образованиям, – однако принимаем непосредственное участие в управлении этим процессом.
– Все ли муниципалитеты Ленобласти, в конце концов, расселят свой аварийный фонд? Или где-то он вообще отсутствует?
– Программа имеет заявочный характер. Перед ее формированием муниципальные образования нам, как ответственному за это комитету, направляли данные о домах, признанных аварийными до 1 января
2012 года. Соответственно, эти муниципальные образования и дома (всего 937 домов общей площадью чуть более 191 тыс. кв. м) вошли в программу. Есть районы, для которых расселение аварийного фонда – вопрос первостепенной важности. Например, заявки от муниципалитетов Волховского района составили четверть всей программы (надо построить около 50 тыс. кв. м). Очень много аварийного жилья и в самом Волхове, и в другом крупном городе этого муниципального района – Сясьстрое. Есть и другие «тяжелые» районы. В итоге за четыре года мы должны переселить более 12 тыс. человек.
– Это действительно удастся сделать?
– Мы стараемся выдерживать параметры программы, хотя, не скрою, каждый год возникает новая проблема с очередным муниципальным образованием. Мы к этому привыкли и, так или иначе, находим пути решения. Понятно, что не способствует выполнению этой программы очень низкая стоимость квадратного метра – 36 431 рубль. Поэтому решением на уровне субъекта Федерации для объектов, строящихся в рамках этапа 2016-2017 годов, мы увеличили стоимость квадратного метра до уровня других жилищных программ по поддержке граждан – до 41 тыс. рублей, что потребовало из областного бюджета 210 млн рублей.
Проблемы возникают и с юридическим «закрытием» этапов. На сегодня, хотя мы выполнили целевые показатели, с юридической точки зрения этап 2014-2015 годов не завершен, поскольку еще заканчивается строительство объектов в Вознесенском городском поселении и Щегловском сельском поселении.
– А что с завершением этапа 2015-2016 годов?
– Уже сегодня очевидно, что три муниципальных образования не смогут, к сожалению, выйти на финишную прямую в срок. В Отрадном (Кировский район) для завершения строительства администрации пришлось искать нового застройщика, и дом, скорее всего, будет введен в эксплуатацию только в I квартале 2017 года. В Сясьстрое (Волховский район) из-за банкротства застройщика администрация заключает новый муниципальный контракт. В пгт Токсово не успевают построить два дома.
– Можете ли вы назвать муниципальные образования, которые наиболее эффективно решают проблему расселения аварийного фонда?
– Недавно мы сопровождали губернатора, объезжая Кириши и Глажево, где из-за отсутствия подходящего жилья на вторичном рынке для переселенцев построен единственный в Киришском районе дом. И когда мы вручали ключи новоселам, а потом пили чай в одной счастливой семье, я сказал Александру Юрьевичу Дрозденко, что Глажевское сельское поселение – одно из тех муниципальных образований, в которые мне нет необходимости приезжать для решения каких-то особо сложных вопросов. Даже с застройщиком я познакомился буквально за несколько минут до приезда губернатора на церемонию вручения ключей. И, напротив, как правило, с застройщиками и муниципальными образованиями, у которых постоянно возникают проблемы, мы знакомы очень хорошо.
– Стало ли вам проще работать по программе переселения, если сравнивать с первым этапом? И насколько эффективен механизм, при котором комитет выступает только перераспределителем бюджетных средств, но не заказчиком строительства?
– С внесением изменений в Градостроительный кодекс РФ в части обязательной экспертизы проектов даже малоэтажного строительства мы вынуждены разрабатывать новую экономическую структуру программы переселения, которая будет реализовываться в 2018-2022 годах. Заявки от муниципальных образований по домам, признанным аварийными после января 2012 года, уже принимаются. И таких домов уже сейчас больше, чем вошло в действующую программу: их общая площадь порядка 200 тыс. кв. м, тогда как до сентября 2017 года будет расселено порядка 191 тыс. кв. м. Окончательные параметры программы определяются после того, как решение о ее реализации будет принято на федеральном уровне.
Что касается механизма реализации, мы внесли определенные изменения в региональное законодательство, поскольку хотели бы (и рассматриваем сейчас активно этот вопрос) использовать единого заказчика по строительству домов для переселенцев. Не скрою, скорее всего, это будет ОАО «ОблЖАИК». Через эту структуру, принадлежащую Ленинградской области, мы планируем
предоставлять земельные участки целевым образом – такая возможность федеральным законодательством предусмотрена. Тем самым будут исключены затраты на организацию торгов.
– При расселении аварийного фонда возможно предоставление нового жилья в другом населенном пункте. Такие случаи есть в Ленобласти?
– Если на переезд согласен участник программы, то муниципальные образования решают этот вопрос. Потому что для них, по большому счету, не имеет значения, где именно в пределах субъекта РФ предоставить жилье взамен аварийного. Но такие случаи – редкость. Как правило, люди хотят получить новое жилье именно в том поселении, жителями которого они являются.
– Какие муниципальные районы подали наибольшее количество заявок на участие в программе расселения аварийного фонда в 2018-2022 годах?
– Районы, у которых ранее было большое количество аварийного жилья, скорее всего, войдут в той же пропорции и в новую программу. Хотя надо признать, что муниципальные образования и главы администраций по-прежнему не спешат признавать дома аварийными, потому что в этом случае немедленно следует представление прокуратуры о переселении граждан из такого дома. А маневренного фонда нет, и, в принципе, никакого фонда нет. По сути, возникает правовая коллизия: глава администрации обязан исполнить предписание прокуратуры, но возможности для этого отсутствуют. В этом смысле мотивация у комиссий, признающих дом аварийными, снижена. Но мы убеждаем муниципалитеты подавать заявки в новую программу, потому что потом, когда она будет утверждена и согласована в Минстрое, внести изменения в нее уже будет очень сложно.
Кстати
Объект в г. Отрадное застройщику (ООО «КонтрСтрой») помогает достроить подрядчик ЗАО «Тайм».