Герман Хасханов: «НОСТРОЙ стоит на страже чистоты Национального реестра специалистов»
Почти полтора года прошло с момента формирования Национального реестра специалистов в области строительства, который ведет Национальное объединение строителей. В настоящий момент НОСТРОЙ проводит углубленную проверку представленных пакетов документов, а также активно борется с посредниками, которые «торгуют» специалистами и подделывают документы.
О том, как НОСТРОЙ обеспечивает достоверность информации в НРС, мы беседуем с Первым Заместителем Исполнительного директора НОСТРОЙ Германом Хасхановым:
– Герман Вахидович, Вы являетесь председателем комиссии, которая рассматривает документы кандидатов в Нацреестр и выносит по ним решения. Очевидно, что через комиссию проходят самые разнообразные документы, в том числе и подготовленные консалтинговыми компаниями – объявлениями об их услугах забит весь Интернет. Действительно ли строителям имеет смысл обращаться в такие компании или можно спокойно сдать документы самим сразу в НОСТРОЙ?
– Мы много раз говорили, что у реальных строителей с соответствующими документами и стажем никаких проблем по включению в НРС нет и быть не может. А вот с консалтинговыми компаниями, которые оказывают услуги строителям по включению в НРС, НОСТРОЙ активно борется, потому что фактически они просто наживаются на обратившихся к ним специалистах, а потом еще и торгуют их документами. Нужно сказать, что за полтора года мы этих посредников выявили, очень хорошо их знаем и постарались сделать все, чтобы прекратить этот бизнес. Они сейчас уже стали увольнять сотрудников, потому что клиентов все меньше и меньше!
Первым шагом было решение о том, что все поданные не лично, а посредниками документы мы проверяем 14 дней, которые на это отведены регламентом. Так что клиенты, которым обещали внесение в НРС за 2-3 дня, не получив этой услуги, предъявляли посредникам претензии. А вот пакеты документов, которые строители приносили в НОСТРОЙ лично или подавали через СРО-операторов, мы действительно рассматриваем за 3-4 дня. Сейчас в НОСТРОЙ поступает около 200 заявлений в день, и мы их спокойно обрабатываем за несколько дней. Комиссия заседает и принимает решения два раза в неделю, так что все делается быстро. Но если мы видим, что это консалтинговая компания, мы документы откладываем для очень подробной проверки и выдерживаем паузу.
– За что же НОСТРОЙ так невзлюбил консалтинговые компании?
– Потому что именно через них идет основной поток фальшивых документов или подделок – сейчас выявлено более 6 тыс. случаев подачи фальшивок. Но мы за это время прекрасно научились их выявлять. Был случай, когда нам прислали несколько оригиналов дипломов об окончании института по специальности ПГС – мы запросили этот вуз, дипломы оказались фальшивыми. Приходили подделанные копии трудовых книжек – это тоже выявляется, как правило, на этапе перехода специалиста из одной компании в другую.
Мы получали довольно много поддельных справок о судимости – наши сотрудники анализируют даже подписи на них, потому что в одном органе МВД эти справки подписывает одно и то же лицо. Нужно сказать, что большинство поддельных справок выявляется сейчас при углубленной проверке ранее принятых документов – мы тогда давали отсрочку в предоставлении этой справки на один месяц, но сейчас мы проверим все!
– А ведь про эти справки говорили, что это документ, который нужно получать лично, один из самых надежных…
– К сожалению, оказалось, что это не так. Одно время по количеству подделок эти справки занимали у нас первое место. Больше всего их шло из Санкт-Петербурга, мы туда направили очень много запросов, и потом нам ответили, что отделом внутренней безопасности МВД проводилось расследование по данным фактам, и в итоге подделок стало намного меньше. А в Краснодарском крае по фактам нашего обращения даже завели уголовное дело.
Да и в целом выявляется довольно много разнообразных подделок, причем это кончается очень печально для кандидата в НРС – он оттуда исключается без возможности быстрого повторного внесения. Правда, иногда оказывается, что соискатель и не виноват – это работодатель подготовил и представил неверные документы. У нас были такие случаи, мы разбирались и иногда восстанавливали специалиста.
Так что, если наши специалисты сомневаются в чьих-то документах, они начинают очень подробно их проверять, направлять запросы, тем более что Президент НОСТРОЙ Андрей Молчанов требует от нас подходить к проверке очень внимательно, бороться с консалтинговыми компаниями, чтобы мы свели на нет этот бизнес, а заодно и слухи о том, что в НРС можно попасть через посредников за деньги.
– Но объявления в Интернете все еще есть…
– Да, конечно, но теперь эти консалтинговые компании предлагают свои услуги не по внесению, а по подготовке документов для Нацреестра. Но мы их выявляем все равно. У нас в приемной, где сдаются документы, стоит видеокамера, да и сами сотрудники видят, что приходят какие-то люди и пачками сдают документы на десятки людей – явно не на себя. Поэтому мы внесли изменение в порядок приема документов и определили, что человек, который приходит в НОСТРОЙ и сдает лично документы, но не свои, должен иметь доверенность от специалистов, чьи документы он принес. Это тоже был определенный этап борьбы с посредниками. И вообще, на каждую их выдумку мы придумываем свои меры, чтобы разрушить этот бизнес. И мы видим, что он сокращается.
– Но сейчас развивается другой бизнес – теперь эти компании делают деньги на подборе специалистов для строительных фирм – членов СРО.
– Да, такой бизнес действительно появился, но здесь вопрос уже не к НОСТРОЙ, а к СРО. Если СРО начинает следить за своими членами, тогда эта проблема разрешается довольно легко. Но пока «торговля» специалистами процветает, причем реальный строитель может даже и не знать, что он числится в десятке компаний – членов других СРО. Консалтинговые компании просто-напросто продают его пакет документов тем фирмам, которым этот специалист нужен для вступления в СРО.
Более того, эти «консалтеры» наладили связи с кадровыми агентствами, и когда туда приходит специалист в поисках работы, его пакет документов потом передается посредникам для продажи. Конечно, все это делается без ведома работника – он на самом деле может быть даже безработным, а формально уже «работает» в нескольких компаниях. Иногда пакеты документов посредникам передают и отделы кадров компании, из которой специалист уволился.
И самый вопиющий случай, когда к нам обратилась женщина – член НРС, которой вдруг перестали выплачивать надбавку к пенсии как неработающему пенсионеру. Выяснилось, что бывший работодатель без ее ведома передал ее документы посредникам, те продали документы какой-то фирме, и там она числится как штатный сотрудник, с зарплатой и налогами. А Пенсионный фонд тут же снял доплату. Так что действия посредников совсем не так безобидны, как кажется.
Некоторые СРО идут на нарушение закона в этой части. Мы провели контрольную закупку: от имени строительной компании обратились в СРО якобы с намерением вступить, но без специалистов, в НРС. И от СРО пришло в ответ электронное письмо, что никаких проблем, нам только необходимо предоставить гарантийное письмо, что через месяц-два наши специалисты будут включены в НРС. И это для нового члена СРО, которого обязаны проверить и без двух специалистов в СРО не принимать! Если у них такие требования к новым членам, то что же творится со старыми – вообще непонятно. Так что раньше в рассрочку компенсационные фонды выплачивались, а теперь специалисты в НРС вносятся.
– Традиционный вопрос: что делать?
– Нужно бороться. Мы сейчас готовим программный продукт для СРО, благодаря которому они смогут сверять специалистов в своих компаниях с членами других СРО, чтобы исключить появление одного специалиста из НРС в десятке компаний. Мы договорились с СРО Уральского федерального округа, Москвы и Московской области сделать пилотный проект и сверить их базы специалистов, зарегистрированных в НРС. Думаю, что результаты будут очень интересные. Но с этой проблемой нам без помощи СРО не справиться.
– Довольно часто можно услышать претензию к НОСТРОЙ, что, хотя Нацреестр сформирован по установленным требованиям, пользоваться им невозможно, потому что непонятно, какой опыт работы есть у каждого конкретного специалиста и что он в своей жизни построил – заборы или атомную электростанцию. Поэтому какой от НРС практический толк и на кого он рассчитан?
– Не надо ассоциировать Национальное объединение строителей со всем процессом функционирования Нацреестра и использования специалистов. Главная работа с НРС – это работа СРО, это они должны контролировать своих членов на наличие сотрудников, внесенных в НРС. И специалисты с членством в НРС уже весьма востребованы, от этого порой зависят должностные обязанности сотрудника и даже работа в целом. К нам с жалобой обратился военный строитель железных дорог, которому мы отказали во внесении в реестр, потому что специальность не входит в утвержденный перечень. У него проблемы: он ведет строительный контроль на стройплощадке, инструкции Ростехнадзора требуют, чтобы его подпись была в рабочей документации, а он не находится в НРС и подпись поставить не может. Работа под угрозой. А скоро и заказчики начнут требовать от подрядчиков, чтобы у них были специалисты в НРС. Так что Нацреестр обязательно заработает!
– Но если СРО не хотят этим заниматься, как можно заставить их исполнять требования закона?
– Здесь, конечно, есть проблемы, потому что закон о защите персональных данных попустительствует тем, кто не хочет работать, а мы не можем это проконтролировать. Поэтому мы сейчас создаем инструмент для проверки специалистов НРС, дадим его СРО и будем смотреть, какие СРО подключились к нему, а какие – нет. Кроме того, это будет еще один удар по «консультантам», которые «торгуют» специалистами.
А в целом, подводя итоги нашему разговору, хочу сказать, что сейчас Нацреестр специалистов наполнен, в него внесено уже более 172 тыс. строителей, и теперь наша задача – помочь всем, кто должен с этим реестром работать. Мы свое дело сделали – теперь очередь за заказчиками, строительным контролем и СРО.
Герман Вахидович Хасханов скончался 21 ноября 2018 года на 63 году жизни. Герман Хасханов внес весомый вклад в становление системы саморегулирования, стоял у истоков формирования и развития Национального реестра специалистов. «Строительный Еженедельник» публикует последнее интервью Германа Хасханова журналу «Строительство».
Председатель Комитета по экономической политике и стратегическому планированию Петербурга Елена Ульянова отмечает, что первый квартал 2015 года оказался лучше изначальных прогнозов. Однако некоторые отрасли могут ощутить сложности осенью. О том, как город будет поддерживать бизнес и какие направления для него приоритетны, госпожа Ульянова рассказала порталу АСН-инфо.
– Какие самые важные госпрограммы сейчас реализуются администрацией города, и какие из них будут урезаны из-за кризиса?
– У нас сейчас 17 госпрограмм, и мы не планируем менять их количество, так как сама логика этих программ построена по функциональному признаку. То есть это те области деятельности, в которых уполномочено работать правительство города. Если понадобится расширить поле деятельности, то это расширение будет осуществляться в рамках подпрограмм.
– Какие, на ваш взгляд, из этих семнадцати программ наиболее важны?
– Если говорить о финансировании, то сейчас лидирует образование, также в приоритетах развитие дорог, развитие, например, парковок. Далее идет здравоохранение (на него приходится 15% от общих затрат на госпрограммы), соцподдержка (12% затрат) и обеспечение доступного жилья. Но здесь речь идет именно про объемы финансирования. По значимости я бы не сказала, что существуют лидеры. Например, экономика знаний не менее значима, чем перечисленные направления, просто на нее выделено меньше бюджетных средств, зато есть очень много мероприятий, которые не требуют бюджетных вливаний, но приносят ощутимые плоды. Среди таких мер можно перечислить, например, стипендии талантливым студентам и гранты. Конечно, суммы, выделяемые на эти цели, несопоставимы с расходами на здравоохранение, но для поддержки отрасли это будет оказывать существенное влияние.
– А нынешние экономические условия не создают потребности для каких-то новых программ?
– Мне кажется, нужно не менять конфигурацию госпрограмм, а наполнять уже существующие теми мероприятиями, которые сейчас актуальны. Важно провести ревизию госпрограмм, чтобы понять, насколько они продуманы. Пока в некоторых из них, по моему мнению, не сбалансированы сроки выполнения мероприятий. Сейчас ситуация изменилась, но это не отражено в программах. Важно также отслеживать комплексность программы, чтобы она была обеспечена ресурсами для достижения поставленных целей. Сейчас, если мы проведем аудит госпрограмм и приведем их в соответствии с поставленными целями, то этого будет уже достаточно, чтобы они эффективно заработали.
– Сколько нужно времени, чтобы провести этот аудит?
– Мы должны успеть к новому бюджетному процессу, то есть крайний срок – до сентября.
– На протяжении уже двух-трех лет идет процесс ревизии проектов, в том числе и крупных. В общем, это основная претензия бизнес-сообщества к нынешней администрации города. Поэтому возникает вопрос: не будет ли и здесь затягивания процесса?
– Мы не останавливаем эти мероприятия, просто смотрим, насколько они эффективны, и нужно ли в будущем продолжать их. Мероприятия, которые заложены сегодня, тоже необходимы, просто здесь вопрос в приоритетах. Меняется законодательство, появляются новые возможности, и какие-то направления приобретают более высокий приоритет в сравнении с заложенными. Речь не идет о том, что изначально заложенные идеи уже неактуальны. Просто время идет, происходят перемены, и это надо учитывать. Госпрограммы – это хороший инструмент в реализации стратегии развития города, но им надо управлять
– Когда, по вашим личным ощущениям, мы преодолеем нижнюю точку кризиса? Некоторые оптимисты полагают, что она уже пройдена…
– Сложно сказать. Я анализировала показатели социально-экономического развития за первый квартал и отметила, что многие показатели улучшились. Например, в индексе промышленного производства падение в первом квартале не такое глубокое, каким его прогнозировали. И обороты компаний, и реальные зарплаты постепенно растут. Номинальная зарплата растет, хотя мы предполагали снижение. Касательно моих прогнозов – сейчас в зоне риска розница и опт, потому что, исходя из их специфики деятельности, закупка у них раз в полгода. Предположим, декабрь они работали на старых запасах, не закупая по новым ценам, а сейчас они могут оказаться без товара – даже при наличии спроса им нечем будет его обеспечить. И неизвестно пока, как они пройдут второй квартал. Разумеется, речь о непродовольственной рознице. Продовольственная розница себя сейчас, наоборот, чувствует очень хорошо.
Вторая зона риска – это финансовые учреждения, но там проблем стоит ожидать не сейчас, а позже. Сейчас идет процесс реструктуризации задолженности: банки идут навстречу заемщикам и, если возникает риск неплатежей, переносят сроки выплат. Но финансовый сектор скоро начнет упираться в то, что коэффициенты, по которым оценивают их финансовую устойчивость, будут превышены, и тогда непонятно, что будет…
– Позже – это когда? В этом году? К осени, которой все пугают?
– Да, ближе к осени. У нас недавно была встреча с представителями финансового сектора, и они тоже подтверждают, что сентябрь будет для них контрольной точкой.
Но что касается промышленности, то здесь довольно стабильная ситуация во всех сегментах. Если падает, то незначительно – максимум на 2%, и в физических объемах оборота они растут. Радует, что цены начали расти, потому что до этого цены искусственно сдерживались. Теперь они растут, и это значит, что рынок это принимает. В общем, в целом ситуация стабильная.
– А если все-таки все пойдет по пессимистичному сценарию, то какие меры, по-вашему, нужно принять администрации города для поддержания экономики?
– У нас готовятся программы поддержки, и они построены по отраслевому принципу. Мы понимаем, что как администрация мы не можем рассредоточить наши усилия, и надо понять, что будет точкой роста в этой ситуации, понять, какие виды экономической деятельности могут вытянуть нас. Эти приоритеты определены: фармацевтика, ИТ, обрабатывающие производства: двигатели, трансформаторы, автомобили. Также в список попали деятельность в области транспорта, грузоперевозки, туризм, выполнение федеральной программы по освоению Арктики, медицина и образование. В рамках экономической деятельности мы разработаем методы поддержки для конкретно этих областей. Для решения вопросов бизнеса не всегда нужны бюджетные средства, иногда это решается административными ресурсами.
– Озвучивая перечень поддерживаемых отраслей, Вы не назвали строительство. С чем это связано?
– Наши критерии были достаточно жесткими. Чтобы отрасль попала в список поддерживаемых городом отраслей, она должна быть стратегической – для города, для государства, чтобы у нее имелся потенциал импортозамещения, высокая добавленная стоимость, наличие кадров и потенциала. Строительство – это скорее вспомогательный процесс, который обеспечивает налаживание инфраструктуры. Получается, что баллов (по разработанным нами критериям) отрасль набирает немного. Но надо понимать: есть несколько списков поддержки.
Есть отрасль – и ее поддерживают вне зависимости от размеров компаний, на них работающих. Поддержку получает вся цепочка, каждый ее компонент, начиная от продавца, покупателя, поставщика оборудования. Чтобы цепочка работала, нужно, чтобы каждый компонент получал поддержку. Но есть второй список. Это приоритетные предприятия, которые влияют на экономику города, и тут, я думаю, строительных компаний будет очень много. Основные критерии при отборе таких компаний – это численность персонала и отчисления в бюджет.
– За последние два или три года администрация города несколько раз меняла свою точку зрения на то, кто должен строить социальное жилье: сам ли город, или его возведением должны заниматься девелоперы, а город потом – лишь выкупать. Что, на ваш взгляд, полезнее для экономики?
– Лично мое мнение таково, что нельзя лезть в дела коммерческих компаний, каждый компетентен в своей сфере. Наша – это госуправление, их – это строительство. Поэтому, если мы будем просто устраивать госзаказы, это будет более эффективно, так как у них есть уже устоявшиеся связи, они понимают, где взять стройматериалы, за счет объема у них будет ниже цена закупки. Качество мы тоже можем проконтролировать, поэтому мне кажется, что это правильно, когда каждый занимается своим делом.