Герман Хасханов: «НОСТРОЙ стоит на страже чистоты Национального реестра специалистов»
Почти полтора года прошло с момента формирования Национального реестра специалистов в области строительства, который ведет Национальное объединение строителей. В настоящий момент НОСТРОЙ проводит углубленную проверку представленных пакетов документов, а также активно борется с посредниками, которые «торгуют» специалистами и подделывают документы.
О том, как НОСТРОЙ обеспечивает достоверность информации в НРС, мы беседуем с Первым Заместителем Исполнительного директора НОСТРОЙ Германом Хасхановым:
– Герман Вахидович, Вы являетесь председателем комиссии, которая рассматривает документы кандидатов в Нацреестр и выносит по ним решения. Очевидно, что через комиссию проходят самые разнообразные документы, в том числе и подготовленные консалтинговыми компаниями – объявлениями об их услугах забит весь Интернет. Действительно ли строителям имеет смысл обращаться в такие компании или можно спокойно сдать документы самим сразу в НОСТРОЙ?
– Мы много раз говорили, что у реальных строителей с соответствующими документами и стажем никаких проблем по включению в НРС нет и быть не может. А вот с консалтинговыми компаниями, которые оказывают услуги строителям по включению в НРС, НОСТРОЙ активно борется, потому что фактически они просто наживаются на обратившихся к ним специалистах, а потом еще и торгуют их документами. Нужно сказать, что за полтора года мы этих посредников выявили, очень хорошо их знаем и постарались сделать все, чтобы прекратить этот бизнес. Они сейчас уже стали увольнять сотрудников, потому что клиентов все меньше и меньше!
Первым шагом было решение о том, что все поданные не лично, а посредниками документы мы проверяем 14 дней, которые на это отведены регламентом. Так что клиенты, которым обещали внесение в НРС за 2-3 дня, не получив этой услуги, предъявляли посредникам претензии. А вот пакеты документов, которые строители приносили в НОСТРОЙ лично или подавали через СРО-операторов, мы действительно рассматриваем за 3-4 дня. Сейчас в НОСТРОЙ поступает около 200 заявлений в день, и мы их спокойно обрабатываем за несколько дней. Комиссия заседает и принимает решения два раза в неделю, так что все делается быстро. Но если мы видим, что это консалтинговая компания, мы документы откладываем для очень подробной проверки и выдерживаем паузу.
– За что же НОСТРОЙ так невзлюбил консалтинговые компании?
– Потому что именно через них идет основной поток фальшивых документов или подделок – сейчас выявлено более 6 тыс. случаев подачи фальшивок. Но мы за это время прекрасно научились их выявлять. Был случай, когда нам прислали несколько оригиналов дипломов об окончании института по специальности ПГС – мы запросили этот вуз, дипломы оказались фальшивыми. Приходили подделанные копии трудовых книжек – это тоже выявляется, как правило, на этапе перехода специалиста из одной компании в другую.
Мы получали довольно много поддельных справок о судимости – наши сотрудники анализируют даже подписи на них, потому что в одном органе МВД эти справки подписывает одно и то же лицо. Нужно сказать, что большинство поддельных справок выявляется сейчас при углубленной проверке ранее принятых документов – мы тогда давали отсрочку в предоставлении этой справки на один месяц, но сейчас мы проверим все!
– А ведь про эти справки говорили, что это документ, который нужно получать лично, один из самых надежных…
– К сожалению, оказалось, что это не так. Одно время по количеству подделок эти справки занимали у нас первое место. Больше всего их шло из Санкт-Петербурга, мы туда направили очень много запросов, и потом нам ответили, что отделом внутренней безопасности МВД проводилось расследование по данным фактам, и в итоге подделок стало намного меньше. А в Краснодарском крае по фактам нашего обращения даже завели уголовное дело.
Да и в целом выявляется довольно много разнообразных подделок, причем это кончается очень печально для кандидата в НРС – он оттуда исключается без возможности быстрого повторного внесения. Правда, иногда оказывается, что соискатель и не виноват – это работодатель подготовил и представил неверные документы. У нас были такие случаи, мы разбирались и иногда восстанавливали специалиста.
Так что, если наши специалисты сомневаются в чьих-то документах, они начинают очень подробно их проверять, направлять запросы, тем более что Президент НОСТРОЙ Андрей Молчанов требует от нас подходить к проверке очень внимательно, бороться с консалтинговыми компаниями, чтобы мы свели на нет этот бизнес, а заодно и слухи о том, что в НРС можно попасть через посредников за деньги.
– Но объявления в Интернете все еще есть…
– Да, конечно, но теперь эти консалтинговые компании предлагают свои услуги не по внесению, а по подготовке документов для Нацреестра. Но мы их выявляем все равно. У нас в приемной, где сдаются документы, стоит видеокамера, да и сами сотрудники видят, что приходят какие-то люди и пачками сдают документы на десятки людей – явно не на себя. Поэтому мы внесли изменение в порядок приема документов и определили, что человек, который приходит в НОСТРОЙ и сдает лично документы, но не свои, должен иметь доверенность от специалистов, чьи документы он принес. Это тоже был определенный этап борьбы с посредниками. И вообще, на каждую их выдумку мы придумываем свои меры, чтобы разрушить этот бизнес. И мы видим, что он сокращается.
– Но сейчас развивается другой бизнес – теперь эти компании делают деньги на подборе специалистов для строительных фирм – членов СРО.
– Да, такой бизнес действительно появился, но здесь вопрос уже не к НОСТРОЙ, а к СРО. Если СРО начинает следить за своими членами, тогда эта проблема разрешается довольно легко. Но пока «торговля» специалистами процветает, причем реальный строитель может даже и не знать, что он числится в десятке компаний – членов других СРО. Консалтинговые компании просто-напросто продают его пакет документов тем фирмам, которым этот специалист нужен для вступления в СРО.
Более того, эти «консалтеры» наладили связи с кадровыми агентствами, и когда туда приходит специалист в поисках работы, его пакет документов потом передается посредникам для продажи. Конечно, все это делается без ведома работника – он на самом деле может быть даже безработным, а формально уже «работает» в нескольких компаниях. Иногда пакеты документов посредникам передают и отделы кадров компании, из которой специалист уволился.
И самый вопиющий случай, когда к нам обратилась женщина – член НРС, которой вдруг перестали выплачивать надбавку к пенсии как неработающему пенсионеру. Выяснилось, что бывший работодатель без ее ведома передал ее документы посредникам, те продали документы какой-то фирме, и там она числится как штатный сотрудник, с зарплатой и налогами. А Пенсионный фонд тут же снял доплату. Так что действия посредников совсем не так безобидны, как кажется.
Некоторые СРО идут на нарушение закона в этой части. Мы провели контрольную закупку: от имени строительной компании обратились в СРО якобы с намерением вступить, но без специалистов, в НРС. И от СРО пришло в ответ электронное письмо, что никаких проблем, нам только необходимо предоставить гарантийное письмо, что через месяц-два наши специалисты будут включены в НРС. И это для нового члена СРО, которого обязаны проверить и без двух специалистов в СРО не принимать! Если у них такие требования к новым членам, то что же творится со старыми – вообще непонятно. Так что раньше в рассрочку компенсационные фонды выплачивались, а теперь специалисты в НРС вносятся.
– Традиционный вопрос: что делать?
– Нужно бороться. Мы сейчас готовим программный продукт для СРО, благодаря которому они смогут сверять специалистов в своих компаниях с членами других СРО, чтобы исключить появление одного специалиста из НРС в десятке компаний. Мы договорились с СРО Уральского федерального округа, Москвы и Московской области сделать пилотный проект и сверить их базы специалистов, зарегистрированных в НРС. Думаю, что результаты будут очень интересные. Но с этой проблемой нам без помощи СРО не справиться.
– Довольно часто можно услышать претензию к НОСТРОЙ, что, хотя Нацреестр сформирован по установленным требованиям, пользоваться им невозможно, потому что непонятно, какой опыт работы есть у каждого конкретного специалиста и что он в своей жизни построил – заборы или атомную электростанцию. Поэтому какой от НРС практический толк и на кого он рассчитан?
– Не надо ассоциировать Национальное объединение строителей со всем процессом функционирования Нацреестра и использования специалистов. Главная работа с НРС – это работа СРО, это они должны контролировать своих членов на наличие сотрудников, внесенных в НРС. И специалисты с членством в НРС уже весьма востребованы, от этого порой зависят должностные обязанности сотрудника и даже работа в целом. К нам с жалобой обратился военный строитель железных дорог, которому мы отказали во внесении в реестр, потому что специальность не входит в утвержденный перечень. У него проблемы: он ведет строительный контроль на стройплощадке, инструкции Ростехнадзора требуют, чтобы его подпись была в рабочей документации, а он не находится в НРС и подпись поставить не может. Работа под угрозой. А скоро и заказчики начнут требовать от подрядчиков, чтобы у них были специалисты в НРС. Так что Нацреестр обязательно заработает!
– Но если СРО не хотят этим заниматься, как можно заставить их исполнять требования закона?
– Здесь, конечно, есть проблемы, потому что закон о защите персональных данных попустительствует тем, кто не хочет работать, а мы не можем это проконтролировать. Поэтому мы сейчас создаем инструмент для проверки специалистов НРС, дадим его СРО и будем смотреть, какие СРО подключились к нему, а какие – нет. Кроме того, это будет еще один удар по «консультантам», которые «торгуют» специалистами.
А в целом, подводя итоги нашему разговору, хочу сказать, что сейчас Нацреестр специалистов наполнен, в него внесено уже более 172 тыс. строителей, и теперь наша задача – помочь всем, кто должен с этим реестром работать. Мы свое дело сделали – теперь очередь за заказчиками, строительным контролем и СРО.
Герман Вахидович Хасханов скончался 21 ноября 2018 года на 63 году жизни. Герман Хасханов внес весомый вклад в становление системы саморегулирования, стоял у истоков формирования и развития Национального реестра специалистов. «Строительный Еженедельник» публикует последнее интервью Германа Хасханова журналу «Строительство».
Накануне Дня строителя вице-губернатор Петербурга Игорь Албин рассказал «Строительному Еженедельнику», как будет востребовано городом наследие крупных спортивных мероприятий, дал оценку недавно принятым поправкам в 214-ФЗ и поделился мнением о том, как завершить в срок строительство калининградской «Арены Балтика».
– Игорь Николаевич, гости Кубка Конфедераций дали мероприятию высокую оценку. Какие у Вас лично сложились впечатления о футболе и мероприятии в целом? Готов ли, на Ваш взгляд, город к ЧМ-2018?
– Главный вывод, к которому я пришел по итогам организации мероприятий Кубка Конфедераций, – город способен, готов и умеет принимать соревнования самого высокого международного уровня. Это не только футбол, еще хоккей, парусные регаты, теннисные турниры, любые виды спорта. Гостеприимный Петербург всегда рад такой повестке и превращает каждое мероприятие, будь то из области спорта или культуры, в полноценный праздник. К Кубку Конфедераций нам пришлось серьезно поработать: подготовить самый главный объект – стадион «Санкт-Петербург Арена» – и спортивную инфраструктуру, аэропорт «Пулково» и Московский вокзал, станции метрополитена и общественный городской транспорт, тренировочные площадки и гостиницы, улично-дорожную сеть. Горожане и гости города, болельщики и спортсмены, наши партнеры из ФИФА высоко оценили проведенную городом работу. Петербург был главной площадкой Кубка Конфедераций, в нашем городе прошли церемония открытия, четыре футбольных матча, награждение победителей и заключительное шоу. Это была генеральная репетиция перед проведением ЧМ-2018. Городские службы, строительный комплекс Петербурга, компании, принимавшие участие в возведении транспортной, инженерной, спортивной инфраструктуры, отработали на «отлично».
Что касается того негативного фона, который сопровождал подготовку к Кубку Конфедераций, я не вижу в этом ничего экстраординарного. Моя позиция как гражданина и управленца: критикуя – предлагай. Важно не только видеть проблемы, но и находить пути их решения.
К возведенным объектам постепенно «притираются» инженерные службы, эксплуатирующие организации, требуется время на адаптацию, даже на элементарное «узнавание» того же стадиона, площадь которого – 280 тыс. кв. м, а прилегающей к нему территории – 10 га. Не говоря уже о том, что стадион – сложный механизм, и грамотной эксплуатации, адекватного реагирования и внимания специалистов требуют 127 инженерных систем!
В один из дней Кубка Конфедераций, докладывая губернатору Георгию Сергеевичу Полтавченко по итогам проведения очередного матча, я сообщил об отсутствии серьезных инцидентов. Замечу при этом, что все инциденты, которые происходили, фиксировались ФИФА и организационным штабом и затем предметно разбирались. Серьезных проблем не было вообще. Губернатор спросил у меня, как же сыграли команды. Я честно ответил, что не знаю, потому что времени смотреть футбол у меня не было.
– По Вашему мнению, грозит ли «Санкт-Петербург Арене» «пост-олимпийский синдром»?
– Мы изучали опыт использования объектов Сочинской олимпиады, международный опыт. Считаю, проблемы спортивного наследия в Петербурге просто не существует.
Объекты транспортной инфраструктуры – новые путепроводы, развязки, набережные, участки улично-дорожной сети – уже служат городу. Спортивные объекты также не останутся невостребованными. Например, тренировочная площадка на проспекте Металлистов – это будущая детско-юношеская спортивная школа по футболу, она обретет свою жизнь и, надеюсь, вырастит немало выдающихся спортсменов. Этот объект крайне необходим городу, как и другие тренировочные площадки, а всего их четыре.
Если говорить о станциях метрополитена, то их значение вообще трудно переоценить в условиях активно развивающейся городской агломерации. Станции метро «Беговая» («Улица Савушкина») и «Новокрестовская» мы введем в 2018 году, это хороший подарок для жителей и гостей нашего города.
Не стоит сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что всегда у подобных мероприятий есть мультипликативный эффект – это опыт эксплуатации спортивных, инженерных и транспортных систем, это доходы в бюджетную систему Российской Федерации, плюс каждый турист оставляет деньги в городской казне.
У меня не вызывает обеспокоенности и дальнейшая эксплуатация «Санкт-Петербург Арены». Объект стал крупнейшим спортивно-культурным комплексом нашего многомилионного города, его многофункциональность позволяет проводить мероприятия любого уровня, направленности и масштаба.
К Кубку Конфедераций мы ввели в эксплуатацию Яхтенный мост, который значительно улучшил транспортную ситуацию в этой части города. С радостью наблюдаю за тем, как гуляют по Яхтенному мосту петербуржцы, как этот уникальный объект становится настоящей достопримечательностью Северной столицы, ведь он соединил между собой рекреационные зоны – Парк 300-летия Петербурга и Приморский парк Победы – образовав единый маршрут для велосипедных и пешеходных прогулок.
– С серьезными проблемами продолжают сталкиваться в других российских регионах, где также строятся объекты к ЧМ-2018. Неутешительные новости приходят из Калининграда. Понятно, что круг вопросов – различен, и все же – что бы Вы посоветовали коллегам для скорейшего разрешения ситуации с «Ареной Балтика»?
– Скорость строительства объектов – это качество управления. Чтобы не ошибиться в сроках и расчетах – надо серьезно потрудиться над созданием инженерного проекта. Это касается и инженерных изысканий. Очень часто бывает так, что камерально проведенные изыскания серьезно влияют на реализацию проекта в целом. А место, где строится стадион в Калининграде – очень сложное. Во-вторых, уровень подготовки рабочей документации. Мой личный управленческий опыт работы на капитальных объектах показывает, что трудно строить по авторским листам; лучше, если у тебя на руках полный комплект рабочей документации, тогда исключены ошибки и экономится время. И в-третьих, необходимо полноценное планирование организации работ. Именно благодаря этому принципу были реализованы все масштабные стройки в советское время – от Беломорканала до ДнепроГЭС. Именно благодаря четкой организации работ мы смогли завершить строительство «Санкт-Петербург Арены». Мы проводили регулярные планерки в штабе строительства, иногда и трижды в сутки, если того требовали обстоятельства. Первая планерка – в 9 утра, вторая – в 8 вечера, а в случае отставания приходилось контролировать еще и ночную смену. Такой ритм позволяет решить любую задачу.
И самое главное – подобрать квалифицированных управленцев, инженеров, рабочих, компанию, которая в состоянии выполнять функции генерального подрядчика. И на объекте всегда должен быть проектировщик с его авторским надзором. Важно обеспечить четкое взаимодействие всех служб. Нам удалось организовать такую систему на «Санкт-Петербург Арене», именно поэтому объект с 12-летней нехорошей историей был завершен. Темпы строительства в конце 2016 года были на «Арене» увеличены в 5 раз – это абсолютный рекорд для Петербурга. Яхтенный мост был построен в рекордные сроки – всего за 18 месяцев, благодаря отлично подготовленной документации и умелой организации работ. Сегодня в Петербурге возводится немало объектов капитального строительства, на один из них я хотел бы обратить внимание – это музей «Россия – моя история», который также будет построен и введен в эксплуатацию в рекордные для города сроки – за 10 месяцев. Петербург обладает уникальным потенциалом изыскателей, проектировщиков и строителей!
– Какие цели и задачи стоят сегодня?
– Мы сейчас находимся в активном строительном сезоне, идет работа над возведением объектов в рамках Адресной инвестиционной программы. Нам важно завершить строительный сезон победами – открытием детских садов, школ, поликлиник, больниц.
В этом году наш город демонстрирует рекордные темпы жилищного строительства. Согласно статистическим данным, в I квартале Санкт-Петербург стал лидером среди других регионов страны по вводу жилья. Мы ожидаем, что в 2017-м будет повторен рекорд 2016 года, строительный комплекс введет в эксплуатацию более 3 млн кв. м жилья.
Среди актуальных проблем – обманутые дольщики. По поручению губернатора Петербурга, решением этой проблемы мы занимаемся ежедневно. К сожалению, не всегда успешно. Зачастую приходится совмещать вещи несовместимые. Так, частная компания приходит на собственный земельный участок, получает разрешение на строительство и привлечение средств граждан, но, если у компании возникают проблемы, их решением вынуждено заниматься государство. Несовершенство законодательства о долевом строительстве спровоцировало волну обманутых дольщиков и в стране, и в Петербурге в частности. Надо отдать должное, что в последнее время и федеральное Правительство, и Президент России Владимир Владимирович Путин уделяют этой проблеме особое внимание, и нам многое удалось решить.
– Как Вы оцениваете недавно принятые Госдумой поправки в 214-ФЗ?
– В решении проблемы обманутых дольщиков есть минимум три задачи. Одна из них – создать жесткие условия доступа к средствам граждан. По аналогии с банковским законодательством, которое содержит множество ограничений, и недобросовестному банку крайне сложно появиться на рынке. В долевом строительстве – те же средства граждан, но доступ к ним гораздо проще. В связи с этим недавно принятые поправки в 214-ФЗ позволяют обезопасить участников долевого строительства, но, к сожалению, не решают вопросы, накопленные в предыдущие периоды. Их приходится решать в ручном режиме Администрации Петербурга. Это время, нервы, завышенные ожидания и огромный объем ежедневной работы. Зачастую за недостроями стоит умышленный вывод средств граждан с объектов, и очень хотелось бы, чтобы в таких случаях более жестко работали правоохранительные органы, пресекая попытки «увести» деньги со стройки. По поручению губернатора Г. С. Полтавченко, до середины 2018 года проблема обманутых дольщиков в нашем городе должна быть решена, и над этим мы сегодня работаем.
– Город очень нуждается в новых станциях метро. Как продвигается работа в этом направлении?
– В Петербурге разработана и утверждена Программа развития метрополитена до 2025 года. Как и многие наши программы, она не сбалансирована по финансам, активизация транспортного строительства может быть решена за счет дополнительных финансовых ресурсов. Я был удивлен тому, что такой не самый бедный регион, как Москва, недавно получил из Фонда национального благосостояния 60 млрд рублей на обновление подвижного состава столичного метрополитена. Это решение, бесспорно, правильное, но Петербургу также необходима помощь из федерального бюджета для строительства новых станций метро, поскольку возможности городского бюджета ограничены. У нас сметная цена проходки 1 км в метро – около 8-12 млрд рублей. Петербургу в сложных геологических условиях, переувлажненных грунтах, приходится создавать капиталоемкие объекты. Мы готовим предложение для губернатора по поводу того, чтобы выйти в режим более активного финансирования строительства метро. Речь идет о создании дополнительных инструментов финансирования транспортной инфраструктуры, один из которых – целевой облигационный инфраструктурный заем, который позволит нам не откладывать в долгий ящик создание необходимых городу объектов. Причем не только метро, но и таких, как Аэроэкспресс, Орловский тоннель, второй мостовой переход через Неву и другие. По той же схеме можно профинансировать объекты социальной сферы.
– В июне многих взволновало заявление Комитета по строительству Петербурга в адрес инвестиционных проектов по строительству жилья на намывных территориях Васильевского острова. В чем АО «Терра Нова» нарушило условия инвестиционного соглашения? Удается ли решать проблемы в диалоге?
– Мы находимся в диалоге, однако нам предстоит решить ряд проблем. Первая из которых – намыв не был завершен, в рамках инвестиционного соглашения инвестор не выполнил свои обязательства в полном объеме. Во-вторых, не завершена инженерная подготовка территории. Это означает, что здесь проблематично вести полномасштабное жилищное строительство и создавать объекты социальной сферы.
Намыв – интересный, необходимый городу проект, однако со временем он значительно изменился. Так, вместо заложенных изначально в проект 800 тыс. кв. м жилья, сегодня объем превышает 3 млн кв. м. Это порождает другие проблемы. Не урегулирован вопрос с созданием объектов социальной инфраструктуры, неясно, за счет каких источников их создавать. Также не решены вопросы транспортной доступности. Отчасти загрузку улично-дорожной сети снизило введение ЗСД, и сегодня мы думаем над созданием второго съезда на Васильевский остров, но необходимо не забывать о комплексном подходе. На каком-то этапе инвестор об этом забыл. Я думаю, нам удастся найти компромисс.
– Осенью в Петербурге должен заработать Фонд социальных обязательств застройщиков. Насколько эффективна такая схема в решении вопроса «соцнагрузки»?
– Идея о создании Фонда родилась не на пустом месте. Мы провели большую подготовительную работу. В отношении любого бюджета работает «принцип котла», у нас нет окрашенных денег, и те компенсационные платежи, которые направляли застройщики, не всегда оказывались на объектах капитальных вложений, ведь у города много социально-значимых программ. Какую задачу решает Фонд социальных обязательств? Во-первых, мы гармонично развиваем жилую и нежилую части любого проекта застройки. Нормативы градостроительного проектирования, на основе которых мы создавали температурные карты, затрагивают вещи, которые обеспечивают комфорт для жителей города: количество мест в детских садах и школах, количество парковочных мест, транспортная доступность, процент зеленых насаждений. Мы строим ежегодно примерно 6 млн кв. м, из них 3 млн «квадратов» – это жилье; но создание социальной инфраструктуры идет с большим опозданием. Предложен, на наш взгляд, универсальный механизм – создать негосударственный Фонд социальных обязательств, где часть средств застройщик вносит на формирование той самой социальной инфраструктуры. Это будет оговоренная цифра, привязанная к объему и стоимости возводимого жилья. А самое главное, этот Фонд будет создан в форме автономной некоммерческой организации (АНО), и работать застройщики будут со своими типовыми проектами. Ваши деньги, ваши проекты, ваше строительство, а город оставляет за собой только право технического надзора и координации этой работы. Более прозрачной схемы сложно придумать.
– Вы неоднократно говорили о необходимости привлечения бизнеса к решению вопросов сохранения ОКН. Насколько действенной будет, на Ваш взгляд, предложенная городом для инвесторов программа льготной аренды полуразрушенных особняков, которая почти без изменений позаимствована у Москвы?
– В Москве за счет этой программы было профинансировано 18 объектов. Эффект, конечно, скромнее, чем можно было ожидать. По-прежнему остаются несколько источников финансирования сохранения объектов культурного наследия. Первый, и самый существенный – это региональный бюджет. Второй источник – федеральный бюджет, мы получаем средства по целевой программе «Культура». Третий механизм – частные инвестиции, он пока плохо задействован, инвестора необходимо замотивировать. Одна из возможных мотивационных программ – «Рубль за метр». Нужно ли ее принимать в таком же формате, как было сделано в Москве, – вопрос пока открытый, однако считаю, что точного копирования следует избежать, везде есть своя специфика. Могут быть налоговые и финансовые преференции, арендные льготы, есть целый набор мер, которые необходимо подготовить и предложить рынку. Сейчас мы находимся на этапе подготовки регионального закона о программе «Рубль за метр». Следующий шаг – обсуждение с законодателями, градозащитниками и потенциальными инвесторами. Мы должны быть уверены в том, что предложенный механизм сработает.
– Не могу не спросить о громкой инициативе московских властей по реновации хрущевок. Как вы считаете, насколько предложенный путь применим к петербургским реалиям? Или город должен пойти собственной дорогой?
– Для того, чтобы в полном объеме применить московские наработки в части ликвидации устаревшего жилого фонда, надо обладать бюджетом города Москвы, который в 5 раз больше бюджета Петербурга. У нас есть свой опыт развития застроенных территорий, хотя он не всегда был успешным. Многократно менялось законодательство в этой области и финансовые условия. В законе о программе РЗТ, принятом еще в 2008 году, были обозначены 23 квартала застройки. Был проведен предметный анализ по «принципу светофора» – красный, желтый, зеленый (красный – есть проблемы, желтый – повышенное внимание, зеленый – все хорошо). Каждый квартал был проанализирован с точки зрения экономики, градостроительных норм, перспектив создания и наличия стартовых «пятен». В результате были подготовлены изменения в закон об РЗТ, который предполагает отказ от отдельных территорий либо создание условий для того, чтобы стартовые «пятна» были за границами территории застройки, хотя бы в масштабах района. Это поможет сдвинуть с «мертвой точки» эту программу. Кстати, согласно проведенному анализу, из 23 кварталов 10 находятся в «зеленой» зоне, то есть возможны к реализации. Сейчас, в рамках подготовки к осеннему законодательному сезону петербургского ЗакС, мы формируем предложения по уточнению закона об РЗТ, опираясь, опять же, на московский опыт.
– Вы нередко принимаете участие в форумах урбанистической тематики. Как Вы считаете, в конечном итоге Петербург – это город-памятник, или это современный мегаполис с большим промышленным потенциалом, или крупнейший образовательный и научный центр России с большим количеством инновационных векторов развития?
– В том и сложность, что перед руководством города стоит очень непростая задача: в своей градостроительной политике, в подходах к развитию города, придерживаться определенного баланса. Не случайно в блок жизнеобеспечения, куратором которого я являюсь, объединены охрана памятников, архитектура, строительный комплекс и транспортная инфраструктура. Они должны быть взаимоувязаны между собой.
Одна из ключевых задач текущего года – подготовка условий для разработки и принятия нового Генерального плана Петербурга на период до 2043 года. Этому предшествуют подготовка отраслевых схем территориального планирования, загрузка исходных данных, актуализация стратегии развития Петербурга на этот же период, а также полноценные прогнозы экономического и социального развития города. В основе наших подходов так называемая методология смарт-сити, «умного города». Благодаря активной позиции губернатора, градозащитников, архитекторов, жителей Петербурга, нам удается придерживаться необходимого баланса – формирования комфортной среды, сохранения объектов исторического наследия и дальнейшего развития агломерации Большой Петербург.